- -
- 100%
- +
© Аля Абдуллин, 2025
ISBN 978-5-0067-9945-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Холодный ветер, что стоит на крыше треплет мои светлые волосы. Я стою на краю, спиной к бездне, что ожидала меня внизу, а напротив стоит он. Его рука крепко сжимает пистолет, направленный в мою сторону.
Руки дрожат от холода, а бездна за спиной уже и не так страшна.
В его тёмных глазах холодный, словно стальной блеск. Его тёмные каштановые волосы непрерывно продолжал теребить ветер.
Хотелось послать его. Далеко и надолго, но я сдерживала себя, понимая, что даже в эти минуты хочу быть той кем родилась, и той, кто сам же и загубит свою жизнь. Хотелось кричать.
Пистолет должен был меня напугать, но он наоборот манил своим холодным и безжалостным видом, манил самой угрозой того, что может сделать так, что ничего кроме боли я не смогу почувствовать.
Он стоял напротив и я не понимала, чего же он ждёт, что у него в голове. В моих безжизненных глазах он мог прочитать лишь одно: «стреляй».
Казалось бы, что это типичная история, где возлюбленный пытается спасти свою любимую от страшного решения при помощи угрозы. Но мы не были возлюбленными. Мы всегда были врагами.
***
Визажистки стояли одна за другой вокруг меня, готовя к балу-маскараду, примиряющему три раздельные территории.
На балу должны были быть представители трёх фракций Белых, Чёрных и Нейтральных территорий огромного мегаполиса, отделённого от мира. Почему его когда-то отделили никто не знал, но то, что мы были изолированы не давало никаких-либо минусов или плюсов.
Две главные фракции Белых, или же светлейших, и Чёрных, а если точнее темнейший, враждовали между собой, подобно добру и злу, коими они и являлись всегда.
Но сегодня эта вражда откладывалась лишь на второй план, ведь мы находились на Нейтральных территориях, где не было и речи о борьбе. Все мои мысли тем временем были заняты лишь тем, что может поджидать меня на балу.
– Не переживай, – посоветовал мой помощник Алексо и постарался успокоить. – Самое главное не смей снимать маску и никто тебя не узнаёт.
Я мотнула головой в знак согласия. Всё же было что узнавать.
Внезапно гостей начали потихоньку впускать в залы и я, отделавшись от всех людей, что так норовили меня приукрасить, вошла в зал.
Организаторы кратко поприветствовали людей, рассказали правила банкета и бала, после чего дали людям возможность делать то, чего они желают, в рамках правил, конечно.
Я огляделась вокруг. Никаких знакомых лиц, скрытых под масками, и потому, вздохнув, я отошла к фуршетному столику и взяла оттуда стакан шампанского. Жидкость бледно-жёлтого цвета слегка покрывала поверхность стекла пузырьками и мне оставалось лишь молча сделать глоток, дабы хоть как-то отвлечь себя от посторонних мыслей.
«Враги повсюду!» – твердила я себя, время от времени нервно поправляя маску. Да я и сама была заметно нервной, но почему-то каждый раз этот факт я стремилась игнорировать всё больше и больше. У меня не было причины для тревоги, но она дышала мне в спину, не давая ни капли покоя.
Шампанское обожгло горло, и я невольно сдержала себя от того, чтобы скривиться, принимая его горький вкус. Раньше мне не приходилось пробовать алкоголь, а из-за нервозности я и сама не поняла зачем схватила его.
Чтобы отвлечь себя от горечи во рту я принялась рассматривать гостей. Все одеты в строгий монохром. У всех пышная и хорошо сделанная одежда. Хотелось как можно скорее уйти от сюда.
Внезапно я повернула голову, после чего увидела, что передо мной стоял юноша в серой костюмной жилетке, брюках того же цвета, а также белоснежной рубашке с закатанными рукавами. На его лице была чёрная венецианская маска.
– Потанцуем? – предложил он, протягивая свою ладонь, вдоль которой, до ногтя среднего пальца, виднелась татуировка, словно рисунок молнии.
Я хотела было отказать, как внезапно его ладонь с татуировкой коснулась моей, а после приблизила к своим губам.
– Если вы откажете, то я точно не смогу пережить, – проговорил он, слегка тише и его голос, спокойный и глубокий, заставил меня всё же не отпускать его прохладную ладонь и пуститься в танец.
Мягкие пальцы парня опустились на талию нежного приталенного платья молочного оттенка, украшенного различным кружевом. Это платье было нежным, лёгким, словно было сделано специально для меня. Светлые волосы, собранные в легкий пучок на затылке и украшенный магнолиями, покачнулись в такт движениям парня.
– И часто вы так приглашаете? – попыталась съязвить я, дабы не показаться какой-то лёгкой и слишком добродушной светлейшей.
– Нет, только особо прекрасных дам, – ответил он, и я мигом распознала лесть в его словах.
– Не удивлюсь если таковыми для вас является практически каждая в этом зале, – сказала я, и за маской мои глаза сверкнули.
Он резко дёрнул мою ладонь, что я мигом налетела на него, а затем его горячее дыхание обожгло моё ухо.
– Ave Дева не может быть не особенной, – прошептал он.
На его лице играла улыбка. Я хотела немедленно оттолкнуть его, сказать, что он не прав, но эта реакция вызвала бы ещё больше вопросов, нежели бы заставило его отстать от меня.
– С чего вы взяли? – понизила я голос, не смирившись с таким близким приближением наших тел.
От чего-то он казался мне слишком знакомым, слишком. Словно он был тем, кого я видела, но кем именно было и когда не понятно.
– О, ангел мой, ты слишком прекрасна, чтобы позабыть тебя, – загадочно ответил он. – Но знай – твой взгляд говорил за тебя всегда и говорит до сих пор.
– И что же? – усмехнулась я, сдерживая себя из последних сил, чтобы не достать меч. – Что же вы увидели в моём взгляде?
– А вот это секрет, – проскользнул на его лице улыбка опытного иллюзиониста, который готов обмануть в любой момент, но где правда, а где ложь я бы не смогла отгадать.
Я хотела было что-то сказать, но он лишь молча закружил меня, давая всем своим видом понять, что развивать в дальнейшем этот разговор не планирует.
– У вас, ангел мой, имеется партер? – неожиданно поинтересовался парень.
– Как видите на данный момент есть, – хмыкнула я, а затем постаралась перехватить инициативу. Парень не ожидал поэтому потому от внезапности поддался, а я лишь улыбнулась сама себе. – И надеюсь поскорее избавиться от него.
– Как вы грубы, важным Девам не полагается так себя вести, – цыкнул он, а затем мгновение спустя инициатива полностью была на нём, и он строго вёл наш танец.
– Если вы продолжаете считать, что я настолько важный человек, то хочу вас огорчить – увы и ах, но я самая обычная жительница Нейтральных территорий.
– Зачем вы оскорбляете саму себя? – с поддельной горечью спросил он. – И вообще вам не к лицу ложь. Я предпочитаю страх.
– Так вы из темнейших, – для того, чтобы это понять требовалось не так уж и много мозгов.
– Хах, а вы вполне догадались, – на его лице показалась улыбка больше смахивающая на улыбку хищника.
Мы танцевали быстрее и быстрее и вскоре я и сама не заметила, как стала прижата к нему всем телом.
– Что тебе нужно? – прошипела я, глядя в радужные глаза, которые имели аккуратную голубую оправу, между зрачком и краем глаза виднелся зелёный, а уже у самого зрачка они были карими. Это одновременно поражало и вдохновляло, а также заставляло трепетать от своего владельца.
– А это уже секрет, – по его лицу я уже видела, что ему крайне нравится действовать мне на нервы.
– Печально, – вздохнула я, а затем он слегка приподнял меня над землёй и закружил. Единственное, что я могла сделать это сжать его плечо сильнее, чтобы не позволить себе упасть.
– Возможно вы будете не против поговорить наедине, – шепнул он, прежде, чем поставить меня на землю.
– Вы же сами сказали, что из темнейших, а мне как-то не хочется подвергать жизнь опасности, – попыталась отшутиться я, но выражение лица парня было крайне серьёзным. – И где вы хотите поболтать? – уточнила я.
– Я видел у этого здания есть терраса, мы могли бы отойти туда, – предложил он.
– Хорошо, но это первый и последний раз, когда я принимаю от вас просьбу, – зло проговорила, прежде, чем он наконец отпустил меня, а музыка стихла.
На его лице появилась улыбочка, которая не сулила ничего хорошего. Я лишь молча проводила его взглядом, пока его высокий и довольно-таки статный силуэт не исчез в толпе.
Я не понимала чего он хочет, и как понял, что я являюсь Ave Девой. Но что ещё больше меня волновало так это разговор. Он хотел о чём-то поговорить, но было крайне опасно идти, не ожидая чего-либо. Я до конца колебалась, но потом оглянувшись в зал, поняла, что меня здесь не ожидает ничего интересного, кроме как куча людей, что так подобны сонным мухам, а вот на случай защиты у меня всегда был с собой меч.
Мой путь лежал через длинные коридоры, сверху до низу набитые всякими украшениями, картинами, цветами. Изредка я встречала там кого-нибудь из гостей и мы лишь молча проходили мимо друг друга, понимая, что не знаем кто откуда, а поздороваться с врагами – было бы самым большим унижением.
Когда я вышла на террасу меня мгновенно окутал холодный воздух. Вокруг стояли небоскрёбы и мне казалось, словно я нахожусь в центре между ними всеми.
Прохладный ветер теребил несколько выпавших из причёски прядей, угрожая, что скоро и всю остальную причёску снесёт, но мне до этих угроз дела не было вовсе. Я не понимала, что должно произойти, и, вполне вероятно, это должно было отталкивать меня, но это лишь завлекало меня и манило к себе.
– Так вы явились, – раздался знакомый голос за спиной.
Улыбка на лице парня была широка и ясна, словно на него снизошло всё самое наилучшее, что только могло. Мой взгляд ещё раз зацепился за тату на его руке, стоило ему провести ей в воздухе.
– Вы меня помните? – уточнил он.
Я лишь молча окатила его холодным, почти презрительным взглядом, хотя моё воспитание никогда не позволяло мне делать что-либо подобное.
– С чего бы мне вас помнить? – уточнила я, понимая, что он точно что-то знает, и что я точно его встречала не зря же он кажется слишком знакомым для того, кого я впервые повстречала на балу.
Его лицо искривилось в улыбке, после чего он начал истерично смеяться, словно его что-то прошибло. Я лишь дёрнулась от внезапности его действий, а он продолжал хохотать и пугать меня ещё больше.
– Вы боитесь, как мило, – произнёс он, внимательно глядя на меня и его слова о том, что он больше предпочитает страх ещё сильнее отпечатались у меня в голове. – Ваш страх подобен алкоголю – чем больше тем лучше.
Я продолжала в ошеломленности смотреть на него. В голове родилась тысяча мыслей, тысяча вопросов и лиц, которые могли бы мне где-то встретиться. И пусть его лица и не было видно под маской я пыталась. Пыталась вспомнить силуэт и рост. Вспомнить, где я видела подобные глаза или тату, что так отчётливо отпечатались для меня в его образе сейчас.
– О, ангел мой, – его голос звучал словно нараспев. – Знали бы вы как интересуетесь меня, а может вы перейдете на нашу сторону?
Отсмеявшись вдоволь, он наконец успокоился и принялся поправлять себя, словно он как бы невзначай показал себя с не самой лучшей своей стороны и просто поддался чувствам, испытывая порыв неожиданного смеха.
– Вы что-то хотели? – уточнила я, смутно припоминая о том, зачем же мы сюда в самом деле пришли.
Ветер трепал волосы и я быстрым движением убрала прядь волос за ухо. Взгляд парня внимательно глядел на меня, словно пронзал острым клинком насквозь. Его тёмно-каштановые волосы ветер не мог оставить в покое и тот продолжал молчать, словно поджидая нужного момента.
– Вам нравится ваша жизнь? – внезапно спросил он, а я лишь опешила от подобного вопроса.
– Это имеет значение? – чуть ли не поперхнулась воздухом я.
– Нет, но я хотел узнать как вы поживаете, – пожал он плечами, а затем пронзительный, острый, и в тоже время чарующий взгляд, похожий чём-то на розу, не сходил с меня. – Мне было интересно как поживает та, что убила меня.
Глава 2
Это произошло практически полтора года назад. Этот парень… я вспомнила где мы виделись и кто же он такой.
Всё началось с того, что был мой день просвещения в Ave Девы – сильнейшую защитницу Белых территорий, которой было суждено охранять их. Всё это произошло лишь благодаря родителям, которые с самого детства вбивали мне в голову: «Анжел, ты должна быть самой светлейших».
Детство прошло за долгими уроками и бесконечным зазубриванием всех грехов, поскольку наша фракция Белых считала, что чистотой и добром человек овладевает лишь веря в Бога, поклоняясь ему и не совершая тяжкие грехи.
С детства я училась не покладая рук, несмотря на то, что все плевали на моё состояния, а требовали лишь одного: учёба, учёба и учёба. Я должна была быть лучше всех, быть светлейшей из светлейших.
Детские годы я провела за присмотром монахинь, которые жили в центре наших территорий в невероятно огромном здании, которое повсюду окружали многоэтажные небоскрёбы.
Мои учения проходили вместе с сестрами благодеяния – старшими хранительницами границы нашего города, которые часто проводили своё время со мной. Родители были не сказано рады этому и потому они очень часто говорили брать с них пример, следить за этими девушками, дабы они научили меня всему тому, что сами знают.
Правила, молитвы, покаяние, исправление себя, бесконечные уроки. Всем этим и была заполнена моя жизнь на протяжении первых десяти лет, а после всё это пошло ещё интенсивнее.
Вскоре к списку придавили и уроки военного мастерства, где братья благочестия обучали меня пользоваться мечом. Я падала и ранилась, но всё равно продолжала и лишь благодаря усердным тренировкам смогла справиться. Однако меня всегда поддерживала лишь надежда в самой себе.
Тренировка за тренировкой, урок за уроком. И я стала лучшей, стала той на кого стали равняться, а затем пришло письмо.
– «Анжел Архен посвящается в Ave Девы за большие заслуги и упорный труд…», – прочитал отец во время ужина и ложка мгновенно выпала их моих рук.
– Что? – переспросила я, всё ещё не веря своим ушам.
– Анжел, что за поведение за столом? – мигом упрекнула меня мать. – Господь даровал тебе шанс, так что прими его с благодарностью, – набожно сказала она.
Я не могла поверить. Неужто получилось?
– Ну хоть на что-то способна, – проговорил отец, дочитав письмо до конца. – Воля Господня, что даже столь неудачливого дитя смогло чего-то добиться.
Слова врезались в сердце словно ножи. Было больно. Было неприятно. Но я молчала, проглотив всё, что только что было произнесено. Неудачливое дитя? Да я добилась большего, чего не могли они и при этом они утверждают, что я неудачница.
Быстро доев, я поспешила в комнату, после чего долго лежала на мягкой кровати и смотрела в потолок, не зная, что мне делать: радоваться или плакать.
В назначенный день мои сестры стали украшать меня. Специально для меня они нашли белую робу и подделали её для меня. Они собрали мои светлые волосы в косы, после чего стали собирать причёску.
– Ты прекрасна, – произнесла Натали, начиная украшать причёску нежными цветами, которые росли во внутреннем дворе монастыря. – И совсем скоро ты пополнишь наши ряды.
На её нежном лице, обрамленном тёмными кудряшками сияла улыбка.
– Даже ещё лучше, – улыбнулась Кэт. – Она будет управлять нами, а это великая честь.
Я посмотрела на своё отражение. Зелёные глаза, так схожие с цветом летней зелени деревьев, блестели, но этот блеск был больше пустым, нежели радостным. Несколько прядей впереди аккуратно свисали, делая причёску слегка непринуждённой, но и не менее красивой от этого.
Внезапно зазвенели колокола, обозначавшие начало церемонии и сестры стали одна за одной поспешно покидать комнату, желая мне на ходу удачи. Я их всех благодарила, но руки нервно дергали подол робы.
– Пора, – произнесла Натали, которая последней покидала меня и я лишь кивнула ей.
Я встала, а затем большие массивные двери отворились передо мной и я гордо прошествовала к алтарю, словно невеста к венцу, но вместо жениха меня ожидал Святой отец, который уже стоял весь крайне празднично разодетый.
Когда я подошла к нему он провёл небольшой ритуал посвящения, произнёс молитву, а затем громким, но мелодичным голосом объявил:
– А теперь мы вручим тебе меч, и этим мечом ты должна убрать с пути своего одного из наших врагов, нужно убрать с пути своего темнейшего, – сказал Святой отец.
Я стояла с конкретно каменным лицом, сдерживая себя как бы не скривиться. Он только что сказал, что мне надо убить темнейшего? Убийство – один из грехов! Как это может быть испытанием?!
Но вслух сказать я ничего не могла и потому, пересилив себя я со сдержанным, крайне благодарным (нет) видом, поклонилась, а затем под всеобщие аплодисменты отправилась вместе с сестрами и братьями, которые должны были позже выступать в форме свидетелей, которые увидели, что испытание были мной пройдено, на границу нашей территории, чтобы там уже подождать врага.
Стоял уже полумрак. Мы стояли на крыше огромной высотки и всматривались вдаль, следя за тем, чтобы никто без позволения не мог зайти на нашу территорию. Я нервно продолжала теребить подол, а иногда проходилась ладонью по ножнами, чтобы убедить себя, что это будет лишь один несчастный взмах мечом.
– Смотрите! – воскликнул братец Дэн, после чего я и всё остальные повернули головы в ту сторону, что он показал.
Три фигуры в чёрном высокими прыжками приближались к нам и я была уверена, что делали это они непросто.
Моя рука легла на рукоять меча, готовая в любой момент мгновенно вытащить его. Тёмные фигуры стремительно приближались, а затем в воздухе повисли их силуэты, готовые напасть на нас. Я взяла на себя центральную фигуру, ту, что и вела двух остальных.
В руках предвестника (так мы прозвали темнейших, что нападали на границу) оказалось огнестрельное оружие, но стоило мне сделать взмах мечом и он достал из кармана нож.
Что он там делал и как поместился я не знала, но он мигом отразил мою атаку при помощи него и от столкновения оружием мы полетели в разные стороны, а если точнее, то улетели вниз.
Резким движением я смогла ухватиться за водопровод и повиснуть на ней, а мой противник висел на против, схватившись за перила балкона одной из квартир.
Его темно-каштановые волосы трепал ветер, а взгляд не сходил с меня. Это был парень. Лицо скрывала маска и капюшон. И он явно не собирался просто так отставать от меня. Быстрым и ловким движением он отскочил от стены, после чего полетел в мою сторону и почти попал бы в меня своим оружием, если бы я не увернулась.
Он опешил, а затем я приставила меч к его горлу.
– Воу, так это и есть новая Ave Дева? – со смешком произнёс он. Голос был глубокий и приятный.
«Ну же сделай это! Одно движение и ты избавишься от преграды на своём пути!» – твердила я себе как только могла, лишь бы заставить руку дернуться и окончить всё это. Но я не могла. Я всю жизнь учила, что нужно обороняться, а не убивать, и что в итоге?! А в итоге мне нужно убить!
Всё противоречия быстро собрались во мне и я не смогла придумать ничего лучше, чем столкнуть его вниз, где был туман. Прежде, чем упасть на его лице была улыбка, а лицо так и сияло.
«Черт!» – выругалась я, а затем подняла голову и поняла, что сестры с братьями разобрались с остальными двумя предвестниками. Как оказалось никто не видел, как я убила их главаря, но то, как он полетел вниз смогло заметить несколько человек, но они приняли это как то, что я перерезала ему глотку, после чего отпустила в свободный полёт.
Я промолчала. Пусть и не перерезала, но зато точно убрала, выжить с такой высоты было просто невозможно. Лгать было не хорошо, но родители… Они же точно навсегда будут продолжать считать меня ничтожеством и весь этот проделанный путь… Было слишком страшно признаваться.
Вернувшись на церемонию, братья и сестры сообщили о моём успехе, а затем меня окончательно благословили, вручили святую медаль и все отправились по домам.
Родители шли молча около меня, а я шла, напрягшись.
– Хоть на что-то способна, спасибо Господу за это, – произнёс отец.
Его слова словно врезались ножом по сердцу. Было больно. Кровоточило, но не кровью, а всём тем, что я делала. Хотелось что-то сказать, да что скажешь если родители на протяжении двадцати лет моей жизни продолжают видеть меня ничтожеством, что ни на что не способно? Возможно ничего и это ничего и было моей лучшей тактикой.
Придя домой, я кинула мрачное «Я не голодная», а затем пошла в комнату, где сняла потрепанную робу и ласково сложила её, поскольку знала с какой нежностью сестры искали её для меня, а затем одевали на моё тело.
Натянув футболк, у я окунулась в ленту соц сети, где первой новостью моих подписок высветилась моё посвещение в Ave Девы. В комментариях происходил различный шквал, но открывать их и читать мне не хотелось.
Я отбросила телефон в сторону, а затем легла на мягкую кровать и обратила свой взор на потолок. За окном спальни продолжал сиять город, и жизнь продолжала течь рекой. Я думала, что это будет самый лучший день в моей жизни, но то, насколько сильно душа была пуста, я поняла, что ничего не изменилось.
Как ни крути, я оставалась такой же. Оставалась той, которую никто не любит, той, о которой никто не заботиться, той, что так нежно и наивно воспринимала этот мир.
Почему-то невольно я вспомнила парня, которого встретила на крыше. Солгать на глазах у всех я смогла, а одним движением избавиться от него не осилила. Возможно, я трусиха? Или, что ещё хуже, слабачка? Иногда казалось, что родители правы, и, вполне возможно я всегда была слишком слаба, но я старалась ограждать себя от подобных мыслей, поскольку попросту их не заслуживала.
Но всё же было любопытно, что с ним стало. Почему-то у меня не было сомнений, что он не выжил, и с этими мыслями я наконец заснула.
***
А он выжил. И прямо сейчас стоял передо мной на этом чертовом балу, который я надеялась провести как можно спокойней, но от этого слова не осталось ничего.
– О, а теперь я вижу припомнили, – на его лице вновь разыгралась улыбочка. – Так что, ангел мой, вы не рады меня видеть?
– Не называй меня так, – процедила я сквозь зубы, «тыкнув» в его сторону, хотя он почему-то перешел на уважительный тон, но я знала, что это было не больше, чем издевательство надо мной и моей культурой. Всё в духе темнейших.
– Прости, прости, – поднял он руки вверх словно показывая этим жестом, что он окончательно мне сдаётся. – Просто ты так похожа на ангела, даже имя само за себя говорит, – я не сразу заметила, как он стал снова обращаться ко мне на ты.
– Раз ты знаешь моё имя, то тоже бы стоило представиться, – постаралась поставить его на место я.
– Ох, ну знаешь, на моей территории несколько другое представление о этикете, – хмыкнул он, а затем аккуратно сняв маску он окинул меня красноречивым взглядом. – Но ради тебя готов всё же быть вежливым. Тейт Сприд, очень приятно.
– А мне как-то не очень, – я окинула его серьёзным взглядом, не понимая, откуда именно ждать подвоха. – Вы привели меня сюда ради мести? – уточнила, нехотя ходить вокруг да около, ибо это было в самом деле не самым интересным, что могло бы со мной произойти.
– Что вы, – махнул он ладонью, давая понять, что я совершенно не угадала его намерений. – Просто вы очень интересны.
– Из-за взгляда? – уточнила я, и моя правая бровь взметнулась вверх в недоверии.
– Вполне может быть, – согласна пожал он плечами. – Но не только.
– Почему же еще? – не отставала я. Тот факт, что я заинтересовала темнейшего напрягал.
– А вот об этом я рассказывать тебе не намерен, – вновь улыбнулся Тейт, а затем развернувшись он ушёл, оставляя меня одну в недоумении.
Я смотрела, как его фигура затерялась среди всех прочих. Руки прошлись по лицу, пытаясь стереть с него следы волнения и переживаний, что испытала я. «Он выжил», – крутилась одна несчастная мысль, не дающая мне покоя. Те полтора года, что прошли с тех пор стали нечем и теперь меня ждали лишь муки собственной совести за то, что я солгала. Нагло, глухо, хотя не должна была. Я не заслуживала свой пост, но ничего не могла сделать с собой.
Я отправилась обратно в нарядный зал, где люди в изящных нарядах продолжали кружиться в темпе вальса, не замечая никого вокруг себя, как не замечала я, пока смотрела на парня и его радужные глаза, хотя и не должна была.
Я посмотрела на свой бокал с шампанским, который всё ещё был на том же месте, где я его оставила. Пить не хотелось и я молча направилась к своему помощнику, который поманил меня ладонью.