Я тебя испорчу, Майор

– Весело тебе, да?

– Есть немного, – кивнула Катя, устроив подбородок на его плече.

Его рука плавно переместилась на её плечо, затем на голую грудь, к тугим соскам, после на гладкий живот, вызывая у неё неконтролируемый смешок и мурашки от щекотки. Он будто узнавал её тело заново при свете дня. Медленно скользил по коже, не пропуская ни один изгиб, ни одну впадинку и вершинку. Наблюдал за тем как изменилось её дыхание, стоило только ему накрыть упругую ягодицу ладонью и, ласково погладив, подобраться к месту, где сосредоточилось всё Катино вожделение.

– А так тебе весело, детка?

Он резко провёл пальцами по всей промежности и Трофимова вздрогнула от острых ощущений. Теперь настал Сашин черёд довольно улыбаться.

– Мне остановиться?

– Даже не вздумай! – возразила девушка и, закинув на мужчину ногу, теснее прижалась к его разгорячённому телу.

Синеглазый повторил своё движение и, дождавшись от неё нетерпеливого: "Давай же!", проник внутрь. Умелые пальцы знающе нашли нужные точки, надавили и потёрли, вырывая из неё рваный выдох.

– Ночью ты была громче, – напомнил Александр.

– Ночью внутри меня были не только твои пальцы.

Девушка прогнулась в спине, подавшись навстречу его ладони, и прикусила нижнюю губу. Пульсация внизу живота с каждой секундой усиливалась, вытесняла собой здравый смысл и оставляла только желание. Жаркое, нестерпимое и безудержное.

– Вот теперь точно можем приступить к кофе, – хмыкнул мужчина, когда она со стоном содрогнулась и резко свела бёдра, не выпуская его пальцы из себя.

А ещё говорят, что утро добрым не бывает! Если бы вместо трели будильника Катя каждый день просыпалась именно так, то даже самые нудные лекции, которые всегда стояли первой парой, или плохая погода не были бы помехой для замечательного настроения.

– Или сначала душ?

– Ты иди, а я ещё поваляюсь, – хрипло проговорила Трофимова, всё ещё дрожа от оргазма.

Пока её Мистер-самые-лучшие-на-свете-пальцы мылся, девушка успела вернуться в реальность, привести себя в порядок и, сладко потягиваясь, добраться до кухни. Включив кофемашину, она достала из холодильника нарезку сыра, колбасы и остальные, пригодные для завтрака, продукты. Из окна открывался шикарный вид на берёзовую рощу, где она обычно бегала под какую-нибудь зажигательную музыку, и на паб, на парковке которого осталась стоять Сашина машина. То, что он вряд ли останется с ней ещё и на обед, Катя понимала чётко. Вчера они ясно обозначили границы своих отношений и переступать через них у неё как не было никакого желания, так его и не появилось, но прошедшая ночь была слишком хороша, чтобы так легко с Александром распрощаться. В конце концов, он был первым мужчиной за последний год, для которого её сексуальный аппетит не был чем-то из ряда вон выходящим. Синеглазый также, как и она, любил секс и умел им заниматься, отдавая этому процессу всего себя. Девушка нутром чувствовала, что ему, проведённое с ней время тоже пришлось по душе, поэтому, когда он зашёл на кухню с влажными после душа волосами, одетый и застёгивающий на ходу часы, Катя улыбнулась самой ослепительной улыбкой из своего арсенала. Костик Фролов из параллельной группы однажды из-за этой улыбки чуть не сосчитал носом ступеньки на лестнице, а Саша отреагировал лишь вздёрнутой бровью и прищуренным взглядом.

– Тебе кофе с сахаром?

– И со сливками, – благодарно кивнул мужчина.

Передав ему чашку, она села за стол и, сделав глоток из своей кружки, как бы между делом сказала:

– У меня к тебе есть предложение.

– Слушаю.

Откинувшись на спинку стула и внимательно наблюдая за ней, он принялся лениво потягивать кофе.

– Как ты смотришь на то, чтобы не ограничиваться одной ночью и утром, а растянуть наше общение ещё на какое-то время? Без серьёзных отношений, потому что нас обоих они не интересуют, только секс и хорошее времяпрепровождение.

Катя откусила от бутерброда, который успела сделать за время своей речи. Организм, почувствовав запах и вкус еды, голодным рычанием напомнил, что в последний раз нормально она ела ещё позавчера, а последние сутки были крайне энергозатратными.

– Ты думаешь, мне это нужно?

– Качественный секс нужен всем, но если тебе нет, то я настаивать не буду. Позавтракаем и любезно друг с другом распрощаемся.

Саша усмехнулся и, отставив кружку, подался корпусом вперёд, наклоняясь к девушке. От него пахло её любимым шампунем и клубничным гелем для душа. В синих-пресиних глазах солнечные лучи водили хороводы. На щеках щетина отросла ещё сильнее и Трофимовой захотелось провести по ней ладонью, чтобы вновь ощутить её колючесть и жёсткость. И если бы у неё руки были чистыми, то она непременно бы это сделала, но они были заняты бутербродом с варёной колбаской, поэтому пришлось оставить свои хотелки на потом.

– И что же в твоём понимании значит "любезно распрощаться"?

– Ну, например, я желаю тебе хорошего дня и машу ручкой из окна.

– Как-то слишком скучно для тебя, не находишь?

– А что ещё делать? – пожала плечами Катя.– Нет, если бы ты выполнил своё обещание, то я бы, конечно, провожала тебя ползком и с сорванным горлом, а так придётся довольствоваться тем, что имеем.

Другого бы её слова задели и оскорбили, но Александр лишь рассмеялся. Делал он это, чёрт возьми, красиво и залипательно. Вот и сейчас она, залюбовавшись, даже про завтрак на несколько секунд забыла.

– Тут ты права, я переоценил свои силы и недооценил тебя, – всё ещё посмеиваясь, он взглянул на наручные часы. – Мне сейчас нужно уехать по делам, поэтому напиши где-нибудь свой номер. Вечером, если буду свободен, позвоню и решим.

– А что решать? Если согласен, то сразу приезжай. Если нет, то можешь даже не звонить, я и так всё пойму, – Катя черкнула за неимением поблизости бумаги на салфетке свой номер, протянула ему и послала воздушный поцелуй. – В любом случае спасибо за ночь и утро. Мне понравилось. Дверь за собой можешь просто захлопнуть.

Синеглазый убрал салфетку в карман, привстал со стула и, обхватив затылок ладонью, притянул Трофимову к себе для поцелуя. Он получился у них немного странным – со вкусом колбасы и кофе, но не менее пылким и страстным, чем ночью. Девушку такое необычное сочетание ничуть не смутило, скорее наоборот проняло до поджавшихся пальчиков на ногах.

– Мне тоже понравилось, – проговорил ей в губы Саша. – Запомни, где мы остановились, Катенька.

Она, словно под гипнозом, медленно кивнула и невольно потянулась следом, когда он оторвался от неё, но вовремя опомнившись, осталась сидеть на своём месте. Лишь, когда за ним с тихим щелчком закрылась дверь, вскочила на ноги и подбежала к окну. С высота этажа, на котором располагалась её квартира, разглядеть людей на улице, конечно, было сложновато, но не невозможно. Поэтому стоило только мужской фигуре в белой рубашке, застёгнутой лишь наполовину, благодаря её ночным сражением с пуговицами, появиться в Катином поле зрения, девушка не удержалась от победного танца.

– Ху ран зе ворлд? Гёрлс! – подражая Бейонсе, пропела Трофимова. – Ху ран зе ворлд? Гёрлс!

Саша ей обязательно позвонит! Она почему-то была уверена в этом на все сто процентов. Может, потому что успела разглядеть в его глазах намерение углубить поцелуй, стащить с неё пижамные шортики и проверить обеденный стол на прочность, или, может, это пресловутая женская интуиция нашептывала ей на ухо желаемое, но внутри всё замерло в ожидании и предвкушении.

Эти ощущения ей были хорошо знакомы. Так, например, Катя чувствовала себя, когда папа в конце концов смирился с её поступлением на юрфак и отпустил жить одну в город, или, когда она самостоятельно заработала свои первые деньги, подрабатывая в адвокатском бюро в свободное от учёбы время. Теперь в этот список добавился и Синеглазый. Оставалось только убедиться, что всё-таки не зря она раньше времени так радуется и отвлечься на что-нибудь более приземлённое.

– Уборка-уборочка, пыльные полки, – на мотив хита девяностых промурлыкала девушка, убирая волосы в пучок. – Я протру вас сейчас, полочки, точно. Вы не думайте, что о вас позабыли. Я за чистоту вашу отдам всё на свете!