- -
- 100%
- +
Глава 1
– Добрый вечер, охотник!
Высокий блондин в расшитых золотом одеждах вошел в комнату, небрежным кивком ответил на низкие поклоны целителя и стражника.
– Вы свободны, господа.
Вампиры не стали задерживаться. Немолодой целитель хотел что-то сказать, но, встретившись взглядом с принцем Ладисласом, помрачнел и направился к дверям. За прошедшие дни он привязался к полукровке, которого лечил, и не хотел бы, чтобы наследник навредил ему.
Легкая улыбка осветила лицо принца, когда он подошел к кровати под белоснежным пологом. Никто из придворных не поверил бы, что он может быть таким мягким и доброжелательным.
– Как ты, Рой? – спросил принц, глядя на лежащего в постели юношу.
Лицо охотника казалось очень бледным на фоне иссиня-черных волос. Скулы заострились, под глазами залегли тени. Но голос звучал ровно:
– Прекрасно, Ваше Высочество! Правда, предпочел бы оказаться в могиле, а не в этих роскошных покоях. Не поможете?
Ладислас убрал за ухо золотистую прядь волос.
– Всё, что захочешь, Рой, кроме этого, и свободы, конечно. Я хочу, чтобы ты жил, и жил долго.
– Повторяетесь, Ваше Высочество, – буркнул охотник, отвернувшись и рассматривая украшенную гобеленами стену.
Повисло короткое молчание. С лица принца исчезла ласковая улыбка. Он сам не понимал, почему подчеркнуто уважительное обращение охотника, так его злит. Неужели, из-за того, что каждое слово пропитано ядом ненависти?
– Ты мог быть и повежливее, учитывая, что я спас тебя от слуг Голоса Жнеца, – не сдержавшись, заметил Ладислас.
Рой в ответ удивленно приподнял брови.
– С каких пор, похищение полукровки, называют «спасением»?
Принц провел ладонью по атласному покрывалу, будто случайно сжав пальцы пленника.
– Мы можем спорить так часами, верно? И ничем хорошим это не кончится. Ты в моих руках, Рой. И, если я прощаю твою дерзость, то только потому, что ты болен и слаб. Как только твои раны заживут, ты станешь моим фаворитом и донором. Я заставлю тебя, Рой…
– Никогда, – охотник резко отдернул руку.
Ладислас мелодично рассмеялся, но этот смех звучал страшно для тех, кто его знал.
– Ты такой упрямый, но мне это даже нравится. Королева посоветовала надеть на тебя магический ошейник, чтобы ты не смог причинить вреда, но я обойдусь без него. Ты склонишься передо мной, охотник, добровольно… или почти.
– Почти? – повторил Рой.
– Интересно стало? – Ладислас сузил зеленые глаза. – Подожди немного. А пока, позволь выпить твоей, необыкновенно вкусной, крови. После неё даже королевское вино кажется кислым.
Рой попытался увернуться, но вампир оказался быстрее. Схватив его руку, он поднес её к губам и впился зубами в запястье. Брызнула кровь.
Зашипев от боли, темноволосый парень откинулся на подушки. Ладислас несколько мгновений жадно пил, потом неохотно отстранился и, взяв чистую ткань, осторожно перебинтовал ранку.
– Прости, немного увлекся, – он облизал губы, на которых остались капли алой жидкости, и поднялся с постели. – До скорой встречи, Рой.
***
Оракул протер глаза и огляделся. За окном царила непроглядная тьма. Кажется, лежа в кровати, он успел задремать, прежде чем его настигло это видение.
Вспомнив принца, чьи клыки вонзились в запястье Роя, Оракул скривился. Как же всё неудачно складывается…
Всего месяц назад Чиан чувствовал себя прекрасно. Из не известного, слабого полу-вампира и веталийского изгнанника, он стал настоящим, полноценным хищником. Получил возможность пить кровь и увеличивать свою силу, более того, стал лидером небольшого, но преданного клана.
Он наслаждался тихим существованием среди вампиров Кроу. Изучал способности новых подданных, осмотрел артефакты и золото, собранное кланом, начал строительство нового дома: старый особняк показался ему слишком тесным.
Одновременно Чиан следил за всем, что происходит в Веталии и Этернале. Он услышал, что принц Ладислас в ярости из-за побега охотника. Что Рою и его другу не удалось вернуть к жизни принцессу Данель (так им и надо!) Он также приказал вампирам проследить за Кабертом Морисмертом, в данное время проживавшим в столице.
Ничего страшного или опасного для себя Чиан не выяснил. Но сейчас он понял, что это было всего лишь затишье перед бурей.
Сев на постели, вампир смотрел в окно. Его лицо казалось неподвижной маской, но пальцы судорожно сжали край шелковой простыни.
«Итак, Рой снова в руках принца. Интересно, чем занят Маус Клодар, почему допустил, чтобы его друга похитили? Может, оборотень мертв?»
Чиан довольно улыбнулся. Было бы неплохо, если бы принц случайно избавил его, от одного из опасных врагов. А, еще лучше, если бы его противники поубивали друг друга, а он, глава клана Кроу, скромно поднялся бы на следующую ступень социальной лестницы, став, графом или герцогом.
Увы, об этом приходилось лишь мечтать.
Мысли Чиана снова вернулись к видению. Принц говорил о Ладонях Жнеца, от которых спас Роя. Если эти сильнейшие вампиры напали на охотников, неудивительно, что Маус не смог помочь другу.
Но улыбался Чиан недолго. При одной мысли, что принцу удалось вернуть Роя, его охватила злость. Не то чтобы, он сочувствовал охотнику: сын Морисмерта был выше подобных слабостей. Но принц вампиров умудрился присвоить то, что с некоторых пор Чиан считал своим…
Оракул скрипнул зубами. Он словно наяву ощутил сладкий, манящий запах крови Роя. Она сделала его настоящим вампиром. Об этой крови он мечтал каждый день, выпивая вино, принесенное служанкой Марти.
Нельзя допустить, чтобы Рой Ко достался другому вампиру!
«Ладислас не знает, в чем секрет охотника, – лихорадочно думал Чиан, – но он явно пристрастился к его крови. Он продолжит её пить. Это плохо. Принц и так один из могущественных вампиров Этернала, но, с помощью человеческой крови, его сила возрастет в несколько раз. И, если мы с ним столкнемся, никакой клан меня не защитит. Принц раздавит меня, как букашку».
Но, что же делать? Не бросаться же в королевский дворец, чтобы освободить пленника?!
Чиан не мог не заметить злой насмешки судьбы. Не так давно, он отдал Роя в руки Ладисласа, а сейчас думал о том, чтобы помочь тому сбежать.
«Впрочем, это невозможно. Принц наверняка сделал всё, чтобы во второй раз не упустить пленника. Никакое предвидение не спасет, меня уничтожат прежде, чем я подойду к комнатам Ладисласа».
Вздохнув, Чиан опустил голову на подушку и прикрыл глаза. Неужели придется смириться? В ту же секунду он ощутил острую боль в правой руке. Она мучила его несколько дней. Если так пойдет дальше, придется обратиться к целителю.
А, может, ничего страшного в том, что Рой у принца, нет? Ладислас просто получил красивую игрушку, о тайне охотника он никогда не узнает. Может, он напрасно волнуется?
И, все же, думая о человеке – возможно, единственном в Веталии и Этернале – Чиан чувствовал досаду. Как будто с драгоценного венца, который он собирался возложить себе на голову, исчез огромный сверкающий сапфир…
Глава 2
Его заставил очнуться запах трав. Нежный, сладковатый, он разливался в воздухе, как будто охотник уснул на весеннем лугу.
Тихо и спокойно. Никаких миссий, опасных путешествий, тайн и загадок. Впрочем, он же обещал Рою, передышку…
Рой?
Клодар подскочил на постели, едва не задев склонившуюся над ним женщину. В руках Ал-Лири мелькнул кусок белой ткани, смоченной каким-то зельем. Запах трав исходил от ткани.
– Осторожнее, Маус Клодар, – произнесла целительница. – Тебе нельзя двигаться.
– Где я? – резко спросил охотник.
Перед глазами всё расплывалось, но он смог рассмотреть темную ткань шатра и маленький столик, заставленный пузырьками с зельями и какими-то свитками.
Целительница быстро сменила повязку на его ноге и только затем ответила:
– В Веталии, Маус Клодар. Там, где ты встретился со слугами Голоса Жнеца.
Маус прикрыл глаза. Мучившая его физическая боль стала слабее, благодаря помощи Ал-Лири, но от этого стало только хуже. Сердце словно сковало льдом, едва вернулись воспоминания.
…Темнота ночи, едва озаряемая всполохами костра. Напарник, которого он оставил буквально на пару минут. Вампиры. Золотая безделушка, принадлежащая принцу Ладисласу, найденная на месте схватки с Ладонями Жнеца…
Рой жив, но он в плену. Снова.
– О, Рагдалена! Что же теперь делать? – хрипло спросил охотник.
– Выздоравливать, – спокойно ответила Ал-Лири. – Я надеюсь на ваше благоразумие, Клодар. Вам придется провести в постели неделю, пока не заживет рана на ноге.
Маус резким движением отбросил одеяло, которым его накрыла целительница.
– Слишком долго, – буркнул он. – Благодарю вас, Ал-Лири, но я не могу ждать. Время слишком дорого.
Он попытался встать с мягкой шкуры, служившей ему постелью. Опираясь на здоровую ногу, сделал шаг… и едва не упал. От боли потемнело в глазах.
– Я предупреждала, Маус Клодар, – целительница помогла ему сесть. – Увы, я не Морская дева, чтобы вылечить вас за пару часов.
Охотник медленно выдохнул, потом провел рукой по лбу, стирая выступившие капли пота. Вынужденное бездействие злило его, и гнев Клодара обратился на того, кто был рядом:
– Спасибо, конечно, но я не просил о помощи. Зачем вы пришли, Ал-Лири? Почему спасли меня? Надеетесь, что я все же приму ваше предложение и стану королем оборотней? Я думал, мы всё решили в Призрачных землях.
Женщина поправила косынку на голове.
– Нравится вам это или нет, но вы – наполовину оборотень, Маус Клодар, а мы не бросаем сородичей в беде. К тому же, вы умны, талантливы, наделены силой, вы – единственный, кто смог снять проклятие с деревни Холодной Росы. Вы также искренни и верны своему слову, вы стали бы идеальным правителем.
Но дело даже не в этом. Вас выбрали духи, Клодар. Они сказали мне, что от ваших действий зависит не только судьба Веталии, но и Призрачных земель. Поэтому я наблюдала за вами и узнала, что вы ранены.
– А духи случайно не сказали вам, что нас с Роем ждет ловушка? – криво усмехнувшись, спросил охотник.
Он не поверил целительнице. Ал-Лири сказала, одновременно, слишком много и слишком мало, а Маус не доверял тем, кто, прикидываясь другом, решает собственные проблемы.
– Нет, – спокойно ответила женщина. – Я не стала бы скрывать такие сведения. Вы важны для нас, Клодар.
– А Рой, значит, нет? – разозлился охотник. – Вы не стали бы спасать его? Тратить силы на его исцеление? Вас интересуют только ваши драгоценные оборотни?
После его слов наступило молчание. Маус хрипло и тяжело дышал, прикидывая, как скоро сможет самостоятельно передвигаться. Он решил сразу же отправиться в Этернал. Если Рой жив, то он находится во дворце Ладисласа. Придется использовать артефакт Рагдалены, чтобы быстрее добраться до замка. А там…
– Не торопитесь, Маус Клодар, – Ал-Лири повелительно взмахнула рукой, – вы еще не выздоровели, а уже думаете о том, чтобы отправиться в земли вампиров, причем в одиночку. Это же глупо!
Маус промолчал. Целительница, впервые за время беседы, проявила беспокойство. Она прошлась вдоль постели охотника, поправила одеяло, затем вернулась к столику и принялась переставлять флаконы с зельями.
– Прошу вас, Клодар, подумайте еще раз. Мне жаль вашего друга, но юноша, скорее всего, уже мертв.
– Рой жив, я это чувствую, – глухо отозвался охотник.
– Пусть так, но идти в Этернал, в одиночку, равносильно самоубийству! Вы не сможете победить все вампирские кланы, не говоря уже о королевской семье, – Ал-Лири умоляюще протянула к нему руки, но Маус сделал вид, что не заметил этого.
В шатре снова стало тихо.
– Скажите, Клодар, – вдруг спросила целительница, – почему он так важен для вас? Что в нем такого особенного?
Охотник отвернулся.
– Он красив, не спорю, но этого мало. Вы умны, Маус, вас не ослепить молодостью и внешней привлекательностью. Умен и талантлив? Но таких много в Веталии. И Ладони Жнеца не стали бы охотиться за незначительным полукровкой. С Роем связана какая-то тайна, верно? Что вы скрываете? – говоря это, Ал-Лири подходила всё ближе и ближе к охотнику. Её голос стал тихим и вкрадчивым, движения – мягкими и неторопливыми.
Маус вдруг ощутил сильную усталость. Глаза слипались, тело стало тяжелым и непослушным. Ему вдруг захотелось спать.
Что там спрашивала Ал-Лири? Насчет Роя, кажется? Ответить и забыться хотя бы на минуту…
– Он мой друг, – прошептал охотник. – Лучший и единственный. Он – моя семья. Он – всё, что у меня есть. Я умру за него. Он – человек, Ал-Лири.
Изумленный крик был ему ответом. Стряхнув сонное оцепенение, Маус распахнул глаза, увидел бледное лицо целительницы и понял, что сказал.
Глава 3
В камине негромко потрескивали дрова. Слуга зажег свечи, расставив их в медные подсвечники, и вышел. Морисмерт проводил его взглядом, покрутил в руках белое перо и отбросил его.
На столе перед вампиром лежало несколько свитков и две толстые книги с бумажными закладками. На письма следовало ответить, книги со счетами, подготовленными управляющим, проверить и подписать. Но работа продвигалась медленно. Каберт то и дело ловил себя на том, что смотрит в окно, или же просто сидит, погрузившись в невеселые размышления.
Причиной его задумчивости были не проблемы в клане, где молодые вампиры в очередной раз пытались доказать, что законы писаны не для них. И не сложности с финансами, несмотря на то, что управляющий в своем отчете отметил, что доходы Морисмертов снизились. Каберта волновало другое. У него была отличная интуиция, и чувствовал грозящую опасность за много дней до того, как на горизонте сгущались тучи.
Еще бы понять, кто ему угрожает. Голос Жнеца, сильнейший вампир Этернала? У того есть причины недолюбливать Морисмерта после истории с Академией. С другой стороны, свое задание он выполнил – доставил охотника-полукровку в Полест. А если хваленые слуги Голоса его упустили, то это уже не вина Каберта.
Принц Ладислас, наследник королевской семьи? Вполне возможно. Хотя прямых улик не имелось, принц мог догадаться, кто помог бежать его пленнику, и почему. Но Каберт часто бывал при дворе, и ни разу вспыльчивый наследник не высказал ни малейшего недовольства в его адрес. Он улыбался и кивал Морисмерту так же равнодушно, как и другим вампирам.
Каберта немного беспокоило, что Фиона, которой он поручил освободить пленника, так и не вернулась из королевского дворца. Возможно, слуг все еще проверяют. Впрочем, она – умная девочка, придумает, что сказать. И в преданности Фионы он не сомневался.
Тогда откуда эта тревога? Кто из его противников нанесет удар? Жаль, что у него нет в клане оракула. Если бы его сын был рядом…
Каберт не сдержал презрительного смешка. Наверное, он действительно устал, если решил, что глупый и слабый мальчишка способен ему помочь. От Чиана в Этернале не было никакой пользы, кроме вкусной крови.
Морисмерт машинально облизал губы. Покосился на стоявший на столе бокал с рубиновой жидкостью. Надо бы выпить, чтобы поддержать силы, но, после крови Мирабеллы и Чиана, любое вино казалось безвкусным.
Скрипнула дверь, заставив вампира поднять голову. Вошедший слуга низко поклонился:
– Лорд, к вам Его Высочество, принц Теренс.
«Совсем некстати», – Каберт взглянул на так и не подписанные бумаги. «Придется потерять час или два, утешая этого неудачника».
– Проси, – Каберт поднялся, навесив на лицо приветливую улыбку.
Впрочем, принц этого даже не заметил. Скользнув тоскливым взглядом по рабочему кабинету вампира, он сел, не дожидаясь приглашения, и произнес:
– Добрый вечер, Каберт. Хотя, какой он, ради Жнеца, добрый…
Морисмерт подавил приступ раздражения. И это вампир, который мечтает занять трон Этернала? Слабый, неуверенный в себе, обидчивый, как ребенок. Но вслух он произнес совсем другое:
– Вечер всегда прекрасный, если я вижу Ваше Высочество. Кстати, новая рубашка вам к лицу. Сиреневый цвет подчеркивает блеск ваших глаз, принц.
Теренс машинально поправил рубашку и выпрямился. Он выбирал одежду сам, не прибегая к помощи слуг, и втайне считал, что у него отличный вкус.
– Спасибо, Каберт. Но я пришел поговорить не о моде.
– Разумеется, принц, – Морисмерт сделал серьезное лицо. – Чем могу служить?
Теренс замялся, нервно потеребив манжеты рубашки.
– Вы уже знаете, что мой брат вернул своего пленника? – Морисмерт кивнул. – Говорят, он очень злился из-за побега полукровки, едва не убил стражников, которые его стерегли, и не разнес дворец по камешку.
– Я слышал об этом, – спокойно заметил Каберт, сложив руки на груди. – Ваш брат проявил несвойственное ему благоразумие. Возможно, это влияние королевы. Ваша матушка дала ему пару мудрых советов…
– Но мне-то, что делать, Каберт? – хрипло воскликнул Теренс. – Все относятся к этому выскочке, как к наследнику. Королева ищет ему невесту. Еще немного, и мне придется поздравлять Ладисласа с… Я лучше умру!
– Не горячитесь, Ваше Высочество, – Каберт слегка сжал руку принца, привлекая внимание. – Мы проиграли битву, но не войну. Дайте мне немного подумать.
Некоторое время в комнате царило молчание, нарушаемое только тиканьем часов. Теренс с надеждой смотрел на своего друга, а Морисмерт изучал висевший на стене портрет белокурой женщины.
– Скажите, принц, что особенного в этом полукровке? – наконец, спросил вампир. – Вы его видели?
Теренс отрицательно покачал головой.
– Брат не подпускает к пленнику никого, кроме доверенных стражников, и целителя. Он лично проверяет артефакты, находящиеся в его комнате, и защиту на окнах и двери.
– Даже так, – губы Каберта дрогнули в коварной усмешке. – Очень мило.
Принц суетливым движением пригладил волосы.
– Вы что-то придумали, да, Каберт? Скажите мне, пожалуйста! У меня есть глаза и уши, среди слуг Ладисласа! Я справлюсь, я все сделаю…
– Не торопитесь, Ваше Высочество, – остановил его вампир, – нужно действовать осторожно. Достаточно одного подозрения, и вы окажетесь в опале…
«… а я лишусь головы», – мысленно продолжил Каберт.
Теренс энергично закивал, как деревянная игрушка, которую Каберт когда-то дарил дочери.
– Конечно, мой друг. Я полностью полагаюсь на вас.
Вампир поднялся из-за стола, намекая о том, что разговор окончен.
– Прекрасно. Ждите моего письма, Ваше Высочество, а до тех пор, ведите обычную светскую жизнь. Ухаживайте за дамами, развлекайтесь, посещайте вечера, устроенные вашей матушкой. Если вас спросят, что вы думаете о возможном наследнике Этернала, улыбайтесь и говорите, что полностью одобряете выбор родителей. Намекайте, что корона – слишком большая тяжесть, и, вы, с вашей молодостью и красотой, совершенно не желаете себя обременять…
Принц горделиво выпрямился, услышав о своей красоте. На самом деле, он обладал заурядной внешностью и совершенно терялся на фоне младшего брата.
– До скорой встречи, Каберт, – расчувствовавшись, толстяк обнял вампира, и вышел, оставив после себя сильный аромат духов.
Поморщившись, Морисмерт подошел к окну и распахнул его. В лицо пахнуло сыростью – на улице шел дождь. Он несколько мгновений всматривался в серое небо, затем со вздохом отвернулся.
Ему приходилось общаться со многими вампирами, включая короля Этернала и слугу Жнеца, но никто не утомлял его так, как Теренс. Жалобы принца и тоскливые взгляды причиняли Каберту почти физическую боль. Он бы с радостью отказался от их странной «дружбы», но было слишком поздно. Он должен сделать Теренса наследником трона! Ради своего будущего, и будущего клана…
Его взгляд снова остановился на портрете жены, написанном вскоре после свадьбы. Мирабелла грустно улыбалась, как будто предчувствуя свою судьбу.
«Почему жизнь так несправедлива? – наверное, в сотый раз, спросил Каберт. – Почему ты оставила меня?»
Но мертвые молчат.
Морисмерт подошел к портрету, и вдруг заметил тонкую трещину, пересекавшую лицо Мирабеллы. Казалось, будто женщина плачет. Вампир вздрогнул и отшатнулся.
«Вчера еще этого не было», – он вызвал слугу, приказав срочно найти хорошего художника.
Его не покидала мысль, что трещина на портрете была дурным предзнаменованием…
Глава 4
Рой медленно распахнул ресницы. Просыпаться не хотелось. Во сне он снова был с Маусом, был свободен и полон сил, в отличие от реальности.
Он обвел взглядом надоевшую комнату. Стены, обитые шелком, и украшенные картинами и гобеленами. Широкая кровать с белоснежным пологом и витыми столбиками, на которой могли бы разместиться трое вампиров. Свежие цветы в золоченой вазе, накрытый скатертью стол и пара стульев, где обычно сидели целитель и стражник.
На этот раз его поселили в других покоях, «с более надежной защитой», как выразился Ладислас.
– Ты обладаешь удивительной способностью, исчезать из закрытых комнат, – сказал вампир, когда Рой пришел в себя. – Но отсюда тебе не сбежать. Я буду твоим личным тюремщиком.
В ответ Рой предложил ему проваливать к Жнецу. Нахмурившись, принц шагнул к нему, поднял руку, словно собираясь заткнуть рот ладонью, но потом передумал:
– Рад, что ранение не изменило твоего характера, но советую придержать язык. Не стоит к ночи поминать это имя.
– Принц Ладислас, наследник трона, боится какого-то вампира?
– Он – не вампир, – блондин поиграл браслетом на запястье, – а самое опасное существо в этом мире. Ты же сталкивался с его слугой, не так ли? Представь, как силен и могущественен хозяин.
Рой промолчал, не желая раскрывать свои тайны. Ладислас и так слишком много о нем знал, не хватало еще, чтобы принц задумался, почему Голос Жнеца заинтересовался каким-то полукровкой.
…Охотник со слабым стоном повернулся на постели, и к нему тут же поспешил целитель.
– Осторожнее, господин Рой, не сорвите повязки, – это был немолодой вампир с совершенно седыми волосами. В его облике чувствовалась какая-то мягкость, не свойственная жителю Этернала.
Целитель, убрав покрывало, провел над Роем сканирующим артефактом и улыбнулся:
– Поздравляю, господин. Ваши раны заживают быстрее, чем я думал.
– Не с чем поздравлять, Ренус, – буркнул охотник. – И я десять раз просил, не называть меня господином.
Круглое лицо целителя омрачилось.
– Не нужно так говорить, господин Рой. Вам очень повезло – выйти живым и здоровым из поединка с Ладонями Жнеца. Кстати, – мужчина отвернулся, взяв со столика хрустальный фиал с алой жидкостью, – я тут взял немного вашей крови, чтобы подобрать лекарственное зелье. Надеюсь, вы не против. У вас очень необычная кровь для жителя Веталии…
Рой похолодел, вцепившись пальцами в покрывало. Необычная кровь? Неужели целитель понял, что он – не тот, за кого себя выдает?
Но Ренус продолжал безмятежно улыбаться, рассматривая фиал с кровью. На его лице не отразилось ни подозрительности, ни алчности, как у наблюдавшего за ним стражника. Он явно не собирался расспрашивать пленника или пробовать на вкус алую жидкость…
У Роя отлегло от сердца. Он уже хотел пошутить – дескать, кровь изменилась из-за действия многочисленных артефактов и опасной работы – как вдруг дверь распахнулась, и на пороге появился Ладислас.
Принц явно был не в духе – тонкие брови нахмурены, губы презрительно сжаты. Он скользнул равнодушным взглядом по склонившемуся в поклоне стражнику и почти не заметил Роя. Зато обратил внимание на целителя:
– Что вы делаете, Ренус?
Вампир ссутулился, пытаясь, стать ниже ростом.
– Простите, Ваше Высочество, я только исследовал кровь господина Роя. Она уникальна… Никогда не видел ничего подобного…
– Конечно, уникальна, – холодно заметил принц, – так же, как и сам полукровка, единственный, кому удалось трижды сбежать от меня. Но оставим это. Зачем вы взяли его кровь, Ренус?! Помнится, я этого не приказывал.
Рука вампира, сжимавшая бокал, дрогнула. Несколько капель жидкости упали на расшитый узорами ковер, покрывавший пол.
– Простите, Ваше Высочество… – пролепетал целитель, – Я только хотел… эта кровь… лекарство…
– Что вы бормочете, Ренус? – оборвал его Ладислас и, шагнув вперед, отнял пузырек с кровью. – Как вы посмели, без моего разрешения, прикасаться к Рою?!
– Но, принц…
– Молчать! – Ладислас швырнул фиал на пол и растоптал, оставив грязное пятно. – Вы нарушили мой приказ, Ренус. Не будь вы таким умелым целителем, оказались бы в тюрьме. Но, поскольку вы спасли Роя, моего донора, я буду милосерден.