Последний. В землях вампиров

Глава 1

Ладислас Карбера, младший сын короля вампиров, с недовольным вздохом отвернулся от зеркала. Последние полчаса он потратил, втирая в кожу мазь, переданную придворным целителем. Увы, как и предыдущие зелья, она не помогла: на щеке вампира, по-прежнему, оставался заметный шрам.

Нельзя сказать, что шрам изуродовал лицо Ладисласа, скорее, придал мужественности точеным чертам. Но, привыкнув к званию самого красивого мужчины Этернале, принцу было нелегко смириться с тем, что он несовершенен. А если вспомнить, как он получил эту рану…

Не на войне. Не в поединке с сильным вампиром, а с обычным полукровкой.

Ладислас едва слышно прошипел проклятие в адрес конкретного охотника. Какое унижение! Этот полукровка уже дважды выскользнул из его рук, причем во второй раз, будучи слабым и измученным, он умудрился ранить вампира его же кинжалом.

Этого оказалось достаточно, чтобы желание заполучить охотника превратилось для Ладисласа в наваждение.

Вернувшись в Этернал с помощью портала, принц в отчаянии разгромил пару комнат. Бросившиеся к нему слуги в изумлении наблюдали, как мебель, статуи и картины превращаются в бесполезный мусор.

Затем Ладисласа охватила апатия. Он часами сидел, глядя в окно, игнорируя придворные праздники и многочисленных поклонниц. Даже петь почти перестал, а ведь раньше его называли Золотым голосом обоих королевств.

Вампир приходил в себя, только когда в его руках оказывался стеклянный флакончик, привезенный из Веталии. В нем хранился эликсир жизни, возможно, единственный, который сохранился за долгие века. Современные вампиры и полукровки не могли создать ничего подобного.

«Ты придешь за ним, Рой, – хмуро улыбался вампир. – Он же так тебе нужен. Тогда и сочтемся».

Мысль о мести приятно согревала. Только благодаря этому, принц вытерпел скучные недели после возвращения из Веталии.

Ладислас вскоре узнал, кого хотел спасти его враг с помощью эликсира жизни. Конечно, ту глупую девчонку, которая считалась принцессой Веталии. Ту, что спала беспробудным сном в центре Касля, пожертвовав своей силой ради защиты полукровок.

«Да уж, принцесса! Скорее, оборванка, с кинжалами за поясом. Ни манер, ни воспитания, ни красоты. Мой дорогой Рой куда симпатичнее… Почему эта дурнушка так важна для него?»

Думая о прошлом, вампир не раз испытывал желание разбить флакон с зеленой жидкостью о стену. Тогда принцесса Данель никогда не очнется. Но вампира останавливали способности Роя и его напарника. Вдруг они выяснят, что эликсира больше нет? Тогда Рой не придет в Этернал, и желанная для принца встреча отодвинется на неопределенный срок.

Разумеется, для полукровки очень глупо появляться в землях, где живут вампиры. Хотя между странами поддерживались отношения, в основном, торговые, охотника в Этернале ждала бы мгновенная смерть. Любой разумный вампир усомнился бы, что Рой Ко придет за эликсиром.

Любой, но только не Ладислас. Он многое знал о Рое и его напарнике-оборотне. Они не сдадутся. Рискнут головой, ворвутся в замок, перебьют элиту вампиров, но вернут эликсир жизни.

«И это очень мило, – усмехнулся вампир. – Мне не придется бегать за своей добычей по всей Веталии, подкупать полукровок, расставлять ловушки, посылать слуг. Ты придешь туда, куда я хочу, Рой. На этот раз будем играть по моим правилам».

Ладислас коснулся пальцем шрама на щеке. Тот давно зажил, но сейчас вампиру казалось, что он снова испытывает боль, как в ту секунду, когда острая сталь распорола кожу.

«Я расплачусь с тобой за эту рану, Рой. А что касается мерзкого оборотня, то ему нет места в Этернале. Избавлюсь от него при первой же возможности. Он слишком часто и долго мешал мне».

Откинувшись на спинку мягкого кресла, вампир прикрыл глаза, обдумывая свой план. Он так увлекся, что не слышал, как отворилась дверь, и вошел слуга.

– Ваше Высочество, Его Величество королева.

Торопливо поднявшись, Ладислас поправил одежду и пригладил растрепавшиеся золотистые кудри. Этот неожиданный визит встревожил его.

Мать редко приходила в его покои, предпочитая приглашать к себе или встречаться во время совместных обедов и ужинов. Она любила Ладисласа, насколько это чувство доступно вампирам, и, в то же время, старалась не ограничивать его свободу.

Королева немного помедлила на пороге, вглядываясь в лицо сына. Это была высокая и стройная женщина, с выразительными зелеными глазами и белокурыми локонами, уложенными в сложную прическу. Те же глаза и волосы она передала младшему сыну. Старший, Теренс, был больше похож на отца.

– Мой дорогой! – королева Алина, подойдя, быстро обняла его. С тревогой коснулась шрама на щеке принца, – так и не исчез? Не волнуйся, я приглашу лучших целителей…

– Не нужно, мама, – с досадой откликнулся Ладислас. – Ты же помнишь, что шрамы украшают мужчину? Лучше присаживайся и расскажи, какие новости при дворе.

Королева опустилась на диван, рядом с сыном, и взяла его за руку.

– Вампиры до сих пор обсуждают, чем ты занимался в Веталии. Уж не красивая ли девушка тому виной?

Мать ни слова не сказала о его странном поведении после возвращения, и Ладислас был за это благодарен. На вопрос он отрицательно покачал головой.

– Жаль, – непритворно огорчилась женщина. – Я была бы рада, если бы ты женился.

– Даже на полукровке? – уточнил Ладислас.

– Я приняла бы любую невестку, хотя, конечно, девушка из знатной вампирской семьи упрочила бы твое положение в обществе. Но, раз твое сердце свободно, это меняет дело.

«Я не говорил, что мое сердце свободно», – разозлился Ладислас.

Королева поднялась и медленно прошлась по комнате. Подошла к окну, проверив, плотно ли оно закрыто, закрыла дверь на защелку.

– Мама? Что – то случилось?

Женщина, тяжело вздохнув, поправила висевшее на шее ожерелье. Её пальцы заметно дрожали.

– Твой отец, Ладислас. Он слабеет с каждым днем. Целители не в силах помочь. Боюсь, скоро он не сможет справляться с обязанностями правителя Этернала.

Ладислас бросил на мать обеспокоенный взгляд. Он знал, что Алина – не просто супруга короля, а ближайшая советница. Тот не принимал никаких решений, не поговорив с ней. И, если мать, всегда умело скрывавшая беспокойство, и встречавшая улыбкой любые трудности, говорит так прямо, значит, положение действительно серьезное.

– Что с ним?

– Его время на исходе, – тихо ответила королева. – Наша раса сильна, могущественна, но отнюдь не вечна. Нужно решить, кто примет корону Этернала. Мы с отцом хотели бы, чтобы следующим королем стал ты.

Стать правителем Этернала! Взойти на трон, став самым сильным и могущественным вампиром (о Голосе Жнеца скромно умолчим). Заставить склониться перед собой тех, кто видел в нем всего лишь красавца-барда и дамского угодника. Диктовать свою волю жителям Этернала, а затем, возможно, и Веталии…

Заманчивая перспектива, хоть, конечно, и опасная.

Ладислас солгал бы, утверждая, что никогда не думал о короне. Но он считал, что отец будет править еще много лет, а затем трон перейдет к Теренсу, старшему сыну и наследнику. Принц никогда не стал бы интриговать, пытаясь сместить брата. Но, если родители сами предлагают корону, грех отказываться.

– А как же Теренс? – все же спросил он.

Мать презрительно пожала плечами.

– Теренс? Он больше похож на полукровку, чем на высшего вампира. Робкий, застенчивый, не уверенный в себе, не слишком умный… Жестоко так говорить о своем ребенке, но это – правда. Нам нужен настоящий правитель, а не марионетка на троне. Вампиры не потерпят слабого короля. Не пройдет и года, как Теренс потеряет власть, а наша страна погрузится в хаос.

– А вы уверены, что я справлюсь? – задал принц сам собой напрашивающийся вопрос.

Королева ласково улыбнулась и потрепала его по щеке.

– Конечно, мой дорогой. Я наблюдала за тобой долгие годы. Ты умен, но не гордишься этим, обладаешь силой, но не показываешь вампирам своего превосходства. Добр и великодушен, но, в сложной ситуации, способен действовать жестко. Получил прекрасное образование. Молод, ослепительно красив и обладаешь чарующим голосом.

Ты пользуешься популярностью в Этернале и у наших соседей. Вампиры и полукровки преклоняются перед тобой. Из тебя получится прекрасный правитель, и, возможно, именно ты сможешь присоединить к нашему королевству Веталию.

Ладислас невольно улыбнулся, слушая похвалы матери.

– Похоже, ты всё продумала, мама.

– Конечно, – королева нетерпеливым движением отбросила с лица длинный локон, – скажи, ты согласен?

Принц сделал вид, что задумался. Потом взял руку королевы и поднес к губам:

– Благодарю за оказанную честь, Ваше Величество. Я принимаю ваше предложение.

Зеленые глаза королевы засверкали от радости.

– Замечательно! Мы объявим о новом наследнике Этернала в ближайшее время. И я лично займусь поиском девушки, которая станет твоей супругой и соправительницей.

«Супругой?! Этого еще не хватало!»

Принц торопливо сказал:

– Прости, мама, ты не слишком торопишься? Надеюсь, отец проживет еще долго. А я могу жениться и после того, как взойду на трон.

– Нет, – не согласилась Алина, – по древнему обычаю, наследник трона должен быть женат или, хотя бы, помолвлен. Мы с твоим отцом заключили брак совсем молодыми.

– Но я не собирался…

– Не спорь, Ладислас, – строго заметила королева, – свадьба и рождение наследника – это обязанность любого вампира, принадлежащего к знати. Но никто не собирается ограничивать твою свободу. Исполни свой долг перед Этерналом, и делай, что хочешь.

Бард мрачно усмехнулся. Как он мог забыть, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке! Впрочем, мать все равно настояла бы на его женитьбе, вне зависимости от того, получил бы он корону, или нет.

Повисла пауза. Королева ждала его ответа.

– Хорошо, – сквозь зубы произнес Ладислас, – я согласен на помолвку. Но у меня есть одно условие.

Королева сжала тонкие пальцы сына.

– Всё, что захочешь, дорогой.

Принц злорадно улыбнулся. Он знал, что матери не понравится то, что он задумал. Что ж, сама виновата. Не стоило заранее обещать.

Глава 2

Каберт Морисмерт с тихим вздохом открыл глаза. За окном барабанил дождь, и, несмотря на утро, в спальне царил легкий полумрак. Что ж, тем лучше: вампир давно не выносил дневного света.

Когда его жена Мирабелла была жива, они часто выезжали вдвоем на прогулки. Тогда даже серое низкое небо и холодные капли, стекающие по лицу, не раздражали вампира. Мирабелла, улыбаясь, что-то рассказывала, а он слушал, впервые за долгие годы своего существования, чувствуя себя спокойным и счастливым.

Всё это было так давно. С течением времени боль от потери жены сменилась глухой тоской. Морисмерт стал идеальным высшим вампиром – холодным, спокойным, равнодушным ко всему, кроме дел своего клана.

Только Лайси – его младшая сестра – могла пробить ледяную броню, которой он отгородился от внешнего мира. Только с ней он был искренен и даже хмуро улыбался. Но Лайси больше нет. Она погибла из-за своей преданности ему.

Мирабелла и Лайси. Две женщины, любившие его, пусть и по-разному. И обеих он не смог защитить.

Каберт опустил голову на подушку. Как бы ему хотелось спать и не просыпаться! Не заниматься рутинными делами, не общаться с вампирами, не принимать гостей и не отдавать приказы слугам.

В такие минуты, он чувствовал, что с удовольствием поменялся бы местами с девушкой, спящей на главной площади Касля. Жаль, что это невозможно.

В дверь тихо постучали. Каберт закрыл глаза, надеясь, что назойливый слуга не рискнет будить хозяина и уйдет. Но, вместо этого, послышались острожные шаги, приближающиеся к кровати, затем шепот:

– Господин, вы проснулись?

Каберт неохотно поднял голову.

– В чем дело, Арчи? Я же велел меня не беспокоить!

– Прошу прощения, господин, но к вам пришел принц Этернала.

Морисмерт стряхнул с себя остатки сна. Появление одного из принцев в его доме – событие неординарное, тем более, ранним утром.

– Старший или младший? – коротко спросил вампир, пока слуга принес ему воды для умывания, а затем протянул полотенце.

– Его Высочество Теренс, господин.

Каберт беззвучно выругался. Старший сын короля с некоторых пор считал его другом. Но эта дружба доставляла вампиру только неприятности. Он не мог появиться на балу или приеме без того, чтобы малопривлекательный толстяк не оказался рядом.

Теренс заводил скучные разговоры, по нескольку раз повторяя одно и то же. Он улыбался Каберту, ожидая похвалы любимой книге, цветку, приколотому к рубашке, или новому галстуку. А потом обижался, как ребенок, когда вампир уделял внимание другим гостям.

Но Каберт утешал себя тем, что Теренс – наследник трона, и, однажды, станет королем Этернала. Тогда для клана Морисмертов откроется прекрасное будущее. Можно будет править страной, находясь за спиной молодого короля.

«Нужно лишь немного подождать», – мысленно повторял Каберт, входя в гостиную с улыбкой на губах.

– Ваше Высочество! Какой приятный сюрприз!

Толстяк в костюме из изумрудно-зеленого бархата торопливо поднялся с кресла. Правой рукой он сбил лежавшую на круглом столике книгу.

– О, простите, Каберт!

– Ничего страшного, – улыбка хозяина дома превратилась в гримасу, но Теренс ничего не заметил. Каберт поднял книгу, убрав её на каминную полку. – Прошу, присаживайтесь, Ваше Высочество.

Несмотря на близкие отношения, Каберт никогда не обращался к принцу по имени. Он называл его только: «Ваше Высочество». Теренсу это льстило, никто из лордов не относился к нему с таким уважением, как Морисмерт.

Вампиры сели напротив друг друга. Вместе они составляли странную картину: высокий и стройный Каберт, сохранивший, несмотря на возраст, свою красоту, и излишне полный Теренс, чью заурядную внешность не мог скрыть костюм, сшитый у лучшего портного.

Принц нервно потер руки:

– Простите за мой неожиданный визит, Каберт.

– Я всегда рад видеть Ваше Высочество, – наклонил голову тот. – Что-то случилось? Я могу помочь?

– Даже не знаю, – Теренс отвел глаза. Таким расстроенным вампир его еще не видел. – Просто мне не с кем посоветоваться. Случилось или, скоро случится, нечто ужасное.

«Ужасное? Нападение охотников? Война между кланами? Происки Голоса Жнеца?»

Морисмерт постучал пальцем по подлокотнику кресла, привлекая внимание, и Теренс торопливо продолжил:

– Я только сегодня услышал… нашлись верные слуги, нашептали… А если бы не они… мой брат… корона… никогда его не прощу!

Каберт вежливо кашлянул.

– Ваше Высочество, прошу, говорите яснее. Что случилось с вашим братом?

Теренс глянул на него несчастными глазами:

– Мои родители хотят сделать наследником трона не меня, а Ладисласа. Я сегодня об этом узнал.

«Хорошенькое дело! – едва не присвистнул Морисмерт. – Я теряю время, пытаясь понравиться этому скучному типу, а корону получит совсем другой?!»

Вслух он сказал:

– Пожалуйста, не волнуйтесь, Ваше Высочество. Может, это ложные слухи…

– К сожалению, нет, – Теренс перевел взгляд на свои руки. – Королева, встретившись с Ладисласом, предложила ему стать наследником. Ему, никчемному барду, который только и умеет, что завлекать женщин красивыми песнями! И тот согласился.

«Королева», а не «мама», отметил Морисмерт. И «никчемный бард».

– Ваше Высочество, существует закон престолонаследия. Вы – старший сын, у вас все права.

Толстяк поправил воротничок рубашки, украшенный бриллиантовой брошью.

– Этот закон принят два столетия назад: я посмотрел в книгах. Там есть приписка, что, хотя старшинство учитывается, король или королева могут сами выбрать преемника. Боюсь, и в этот раз…

Каберт рассеянно крутил в руках павлинье перо. Ему не было жаль незадачливого принца – он давно забыл, что такое, жалость и сострадание. Вампир напряженно размышлял, стоит ли ему помогать.

«Ладислас Карбера. Красавчик-вампир с чудесным голосом, от которого млеют все женщины в Этернале. Умный и довольно сильный. Всегда окружен толпой друзей и поклонников. Нечего и думать, чтобы сблизиться с ним. Если он станет наследником трона, клан Морисмертов так и останется на вторых ролях. А вот если корону наденет Теренс…»

Каберт скривил губы в усмешке. Слабый король, которым можно управлять, – это явно не про Ладисласа. Значит, придется помочь Теренсу. Старший принц сторицей вознаградит его за преданность.

Если честно, Каберт с удовольствием избежал бы придворных интриг. Жил бы спокойно, занимаясь только своими делами. Но оставаться в стороне слишком опасно. Если он, утратив доверие Голоса Жнеца, лишится и поддержки королевской семьи, клан Морисмертов погибнет.

– Ваше Высочество, – обратился он к принцу, – не стоит отчаиваться. Наследник трона – еще не король. В мире много случайностей. Принц Ладислас, безусловно, умен, талантлив, но слишком самонадеян и импульсивен. Простите, что я так строго сужу о вашем брате. Я знаю, что вы к нему очень привязаны.

Теренс с важным видом кивнул.

– Да, несмотря на его проступок…

– Именно. Как он мог, отобрать корону у самого любящего и великодушного брата! Очень некрасиво. Вы должны бороться за свои права, принц…

Толстяк снова кивнул.

– … но, соблюдая крайнюю осторожность, – закончил Каберт. – Никому не говорите о том, что узнали. Если церемония признания наследника все же состоится, не волнуйтесь. Я сделаю всё, чтобы помочь вам.

Теренс наклонился к старшему вампиру. В его глазах промелькнуло недоверие пополам с надеждой.

– Да, но как?

– У меня есть верные слуги в окружении принца Ладисласа. Они донесут о каждом его шаге. Нужно лишь дождаться удобного момента, чтобы показать королю, королеве и всему Этерналу, что младший принц не подходит на роль преемника. Он неосторожен и безрассуден, думает только о своих прихотях. И тогда… наступит ваш черед, Ваше Высочество.

Толстяк схватил ладонь Каберта, с силой сжимая её.

– Спасибо, огромное спасибо, мой друг.

– О, не стоит благодарности, – ответил вампир, незаметно освобождая руку. – Самым счастливым днем моей жизни будет тот, когда вы станете наследником трона.

Каберт надеялся, что, после этих слов принц уйдет, но тот просидел в гостиной еще два часа, болтая о счастливом будущем, и смертельно надоел вампиру.

Глава 3

– Подбрось пару веток в костер, Рой, – хриплым от простуды голосом попросил Маус.

Рой с беспокойством покосился на старшего охотника. Тот выглядел неважно, кутался в теплый плащ, и, то и дело, покашливал. Глаза Мауса покраснели и слезились, а привычная маска, скрывавшая пол -лица, явно мешала дышать.

– Тебе к целителю надо, – осторожно заметил Рой, подкидывая в костер гладкие, без сучков и хвои, ветки. Послышался треск, и пламя радостно взметнулась вверх. – Давай заглянем в ближайшую деревню?

– Глупости, – Маус придвинулся к огню. – Сейчас выпью горячего травяного настоя, отдохну немного, и всё пройдет. А к полукровкам нам нельзя, сам понимаешь.

Рой опустил голову. Уже несколько дней, после истории в Академии, они шли через лес. Напарник специально выбирал самые глухие тропы, где, кроме зверей и птиц, никто не было. Пару раз они едва не угодили в болото. Затем с трудом преодолели разлившуюся речку – пришлось рубить старые деревья и связывать их между собой, сделав подобие моста.

Такого количества колючего кустарника, вывернутых с корнем деревьев, птиц, выпархивающих прямо из-под ног, грибов и ягод, будто усеявших поляны, через которые они проходили, Рой в жизни не видел. А он немало поездил по Веталии.

К несчастью, оба охотника, еще до начала пути, были совершенно измотаны. Рой все еще страдал от раны, нанесенной Ладисласом, и прощального заклятия Фионы. А Маус явно столкнулся с чем-то похуже, но рассказывать не желал.

«Потом, – коротко отвечал он на расспросы Роя. – Когда будем в безопасном месте».

На предложение младшего охотника вернуться в Академию за вещами, Клодар только отмахнулся.

«Тебе мало предательства Фионы? Хочешь встретиться еще и с вампирами? Уверен, в Академии или рядом с ней, тебя уже ждут. А вещи не жалко, купим новые».

Рою ничего не оставалось, как последовать за напарником, сквозь лесную чащу. Он радовался только тому, что, отправляясь в поездку, захватил с собой найденный в Академии, странный ключ.

Спустя день, проведенный в пути, когда от Академии их отделяли десятки миль, он решил вернуться к незаконченному разговору:

– Маус, где ты так долго пропадал? Одиночная миссия?

– Можно и так сказать, – Клодар сделал большой глоток из кружки с чаем. – Только мне за неё не заплатили. Хотя предложения были очень заманчивые, как всегда, у вампиров.

Рой недовольно отвернулся. Старший охотник давно обещал ему, не сражаться с вампирами в одиночку, и снова нарушил обещание.

– Не сердись, Рой, – примирительно произнес Маус. – Эти две миссии – в Академии и моя встреча – совпали во времени. Пришлось выбирать. Но, даже будь у меня такая возможность, я бы всё равно не взял тебя с собой. Потому что я общался с Голосом Жнеца.

Рой против воли вздрогнул. Голос Жнеца! Сильнейший вампир Этернала! Тот, о ком почти ничего неизвестно, кроме того, что он предпочитает не покидать своего замка и носит длинный, до пола, балахон, полностью скрывающий фигуру. И в Этернале, и в Веталии его боялись больше, чем самого короля вампиров.

Рой мало что помнил из своей первой встречи с Голосом Жнеца. Он был совсем мальчишкой и, если бы не помощь Мауса, не выжил бы. Но чувство ужаса, сковывающее тело, и невыносимой тоски, как будто мир утратил все краски, при одном прикосновении вампира, не забыл до сих пор.

– Голос Жнеца! Столько лет прошло… – Рой сжал губы в узкую полоску, – как он тебя нашел?

– Очень просто: передал письмо через мастера Тика, который продает артефакты охотникам. Кстати, надо заглянуть к старому знакомому, когда будем в столице, – Маус поправил висевшую на шее цепочку Рагдалены с сине-зеленым камнем. Ту самую, ради которой Тик пошел на преступление. – Голос Жнеца назначил мне встречу в заброшенной деревушке полукровок. Я, по глупости, решил, что вампир придет лично, чтобы свести старые счеты. А тот просто оставил связующий камень.

Клодар коротко рассказал о предложении, сделанном Голосом, не скрывая своих чувств. Рой только головой покачал.

Напарник всегда казался ему скалой, прочной и непоколебимой. Он не проиграл ни одной битвы (даже первая встреча с Голосом закончилась «в ничью»). Он никого не боялся, на равных общаясь с самыми знатными полукровками Веталии. Он не любил золото, не стремился к роскоши, титулам или славе. Самой большой слабостью Мауса была история, да и то охотник увлекался ей потому, что подозревал, что прошлое Веталии связано с прошлым Роя.

И такая неожиданная новость – сильного, безупречного охотника беспокоит его внешность! Рою много раз приходилось видеть лицо напарника, и он никогда не чувствовал отвращения. Подумаешь, шрамы!

Маус – это Маус. Самый лучший и верный друг. Тот, кто много раз спасал ему жизнь. Тот, кого Рой знал лучше, чем себя. И. как бы тот не выглядел, это ничего не меняет.

Рой, с трудом подбирая слова, попытался донести свои мысли до напарника, но тот только отмахнулся.

– Да, не обращай внимания, Рой. Блажь в голову пришла. Куда хуже, что Голос потребовал за свою помощь, – Маус взглянул прямо в глаза другу, – он хочет заполучить тебя, Рой. Ради этого Фиона привезла тебя в Академию. И, если бы девчонка в последнюю минуту не изменила свой план, ты бы уже оказался на границе или даже в Этернале.

Сорвавший несколько травинок, Рой смял их в руке, превращая в зеленую кашицу.

– Что за невезение! Еще один ненормальный вампир на мою голову! Мало мне барда! Зачем я им понадобился?

Маус опустил пустую кружку на землю, потом вытащил из сумки черствую лепешку и принялся жевать.

– А сам не догадываешься? Принца Ладисласа пленила твоя «неземная красота», – с иронией ответил охотник, ловко увернувшись от щелчка по лбу. – Кстати, беру свои слова обратно, иногда плохо быть симпатичным. А что касается Голоса… Он заинтересовался тем, кто разрушил его планы. Тем, кто защищал принцессу, не позволил Чиану захватить власть в Веталии. Его привлекли твои способности, Рой, и это, несмотря на то, что он не знает самого главного…

«Что ты – человек», – это фраза так и не прозвучала, но Рой догадался без слов. По молчаливому уговору, напарники не говорили вслух о Первой расе, мало ли, кто подслушает разговор. Слыть полукровкой для Роя куда безопаснее.

Но сейчас Рой почувствовал напряжение, охватившее Мауса, как будто тот предчувствовал беду.