Попаданка и дракон: по прихоти судьбы
- -
- 100%
- +
– Очень удобно, – сказала Рената, взяв в руки шляпку. – Я в трауре, так что никто не удивится скрывающему фигуру платью и шляпе с вуалью. На всякий случай, я накрашу тебя, чтобы усилить наше сходство, но под вуалью трудно рассмотреть лицо.
Я машинально кивнула.
– А как быть, если меня о чём-нибудь спросят?
– Кивай или, наоборот, отрицательно мотай головой, и, как можно скорей, уходи от собеседника. В крайнем случае, отвечай коротко. Но я сомневаюсь, что к тебе кто-то подойдет. Алла уверена, что я не решусь появиться на кладбище.
– Хорошо бы так, – проворчала я, рассматривая вещи, казавшиеся мне чужими.
– Иди средним шагом, не слишком быстро и не слишком медленно, – продолжала инструктаж Рената, – держи спину прямо, не размахивай правой рукой. Со сторожем уже договорились – вход на кладбище будет открыт. Когда ты войдешь, поверни налево и иди по самой крайней дорожке, никуда не сворачивая. Она приведёт тебя к фамильному склепу Осиповых. Вот его фотография. Впрочем, массивное сооружение там одно, не перепутаешь.
Взяв в руки фото, я рассматривала склеп, больше напоминающий небольшой дом, только без окон. Между двух колонн темнела обитая железом дверь.
По спине пробежал противный холодок.
– Надеюсь, мне не придется спускаться внутрь, – пробормотала я, не отводя глаз от склепа.
– Конечно, нет, – успокоила меня Рената. – Теперь самое главное. Когда подойдёшь к склепу, на правой колонне увидишь изображения птиц и зверей. Найдешь среди них дракона. Ты должна коснуться его рукой, ровно в полночь, ни раньше и не позже. Иначе всё будет напрасно.
– Глупое условие, – буркнула я, – кто там разглядит, в каком месте я коснулась колонны. И почему именно в полночь?
– Не знаю, – Рената выглядела подавленной, – так написано в завещании прабабушки. Майя, я всё понимаю. Я – ужасная эгоистка, заставляю тебя решать свои проблемы, идти ночью на кладбище и прочее. Любой бы испугался. Если ты передумала, скажи сразу. Я пойму, правда. Не важно, что этот дом перейдёт в чужие руки. Я не умру с голоду. Я…
Мне стало стыдно.
– Прости, я немного нервничаю. Вдруг не найду на колонне изображения дракона? Жаль, если из-за такого пустяка, ты лишишься всего.
– Нет, дракон там есть. Мой юрист лично проверил. Зверь находится на уровне глаз, ты не ошибёшься, – Рената крепко обняла меня. – Поверь, я не забуду твоей услуги. Как только получу наследство, обязательно отблагодарю.
– Я это делаю не ради денег.
– Знаю, – кивнула Рената. – Но, разве я не могу сделать подарок своей подруге? Что-нибудь скромное – вроде небольшой квартиры или новой иномарки?
Я только отмахнулась. Сначала нужно выполнить условие завещания, и вряд ли всё пройдет гладко. Интуиция подсказывала, что меня ждет какой-то неприятный сюрприз.
***
На кладбище я приехала в половину двенадцатого ночи. Мы с Ренатой решили, что небольшой запас времени не помешает. Вдруг случится что-то непредвиденное? Я споткнусь и подверну ногу или не сразу найду склеп Оспиных.
Таксист как-то странно посмотрел на меня, когда я назвала адрес. Не знаю, что он подумал о девушке в траурном платье, решившей ночью посетить кладбище. Но, едва я вышла из машины, как он развернулся и уехал, даже ради приличия не предложив подождать.
Я проводила автомобиль тоскливым взглядом. Кто бы знал, как мне не хотелось идти на кладбище! Потом глубоко вздохнула и, поправив вуаль, направилась к ограниченному металлическими столбами входу.
Железная дверца с легким скрипом отворилась: сторож сдержал свое обещание. От широкой дороги, начинавшейся у ворот, шли узкие тропинки. Выбрав ту, что вела налево, я медленно пошла по ней, в глубине души надеясь, что ошиблась. С каждой минутой, проведённой в этом месте, мне все меньше хотелось выполнять взятое на себя обещание.
Что это было? Предчувствие? Естественный страх живого человека, вдруг оказавшегося на территории мёртвых? Или предупреждающий голос Матрёны продолжал звучать в ушах? Не знаю.
Тишина, нарушаемая только шелестом платья и звуком шагов по гравию, казалась зловещей. Я то и дело оглядывалась, не следует ли за мной кто-то. Ветка, шевельнувшаяся под действием ветерка, с громким карканьем сорвавшаяся с берёзы ворона, упавший к моим ногам цветок акации – всё вызывало какой-то иррациональный страх. Хорошо ещё, что июньская ночь была светла, и я хорошо видела всё окружающее. В противном случае я позорно сбежала бы с кладбища через пять минут.
Когда показалась усыпальница из белого камня, окружённая буйной зеленью кустарников, я перевела дыхание и остановилась. Закололо в правом боку: я, незаметно для себя самой, последние минуты почти бежала.
Бросив взгляд на наручные часы, едва не ужаснулась: еще четверть часа до полуночи. Что мне делать столько времени? К склепу приближаться не хотелось. И, хоть я прекрасно знала, что нужно рассмотреть колонну и найти изображение дракона, но заставить себя не смогла.
За моей спиной хрустнула ветка. Резко обернувшись, я сжала сумочку, собираясь использовать её вместо оружия. Неужели Алла всё же прислала на кладбище своих людей, чтобы избавиться от конкурентки? Но это оказался ежик, который быстро перебежал дорожку и скрылся в кустах.
Я облегченно выдохнула, подумав, что надолго запомню эту ночь. Почему-то хотелось смеяться. Но я помнила о камерах. Если кто-то наблюдает за мной, нельзя позволить им заподозрить что я – не Рената.
Поправив сбившуюся вуаль, я принялась рассматривать окружавшие деревья. Но, ни одной камеры не заметила. Прошлась по дорожке мимо склепа, зорко оглядываясь по сторонам. Всё казалось таким спокойным.
«Не расслабляйся!» – приказала я себе.
За пять минут до полуночи я подошла к склепу. Это было старое здание, с испещрёнными трещинами стенами. Затейливый рисунок под самой кровлей кое-где стёрся. И только две толстые колонны, стоявшие у входа, подчёркивали мощь усыпальницы.
Меня вдруг пробила дрожь. Склеп словно излучал холод, и что-то ещё, непривычное и потому опасное. Мне припомнились легенды об археологах, потревоживших покой древних гробниц. Все они кончили плохо.
«Успокойся, – напомнила я себе, – тебе нечего бояться. Это не гробница фараона, построенная тысячу лет назад, а всего лишь склеп знатной семьи. И я не собираюсь его вскрывать, забирать сокровища и тревожить покой мертвых. Мне всего лишь нужно прикоснуться к нему».
Но легче не стало. Тогда я, чувствуя себя невероятно глупо, прикрыла глаза и, мысленно обратившись к родоначальнику семьи Оспиных, попросила у него прощения. За то, что пришла сюда ночью. За то, что решила выдать себя за Ренату, пусть и по просьбе последней. За то, что собираюсь коснуться холодного камня, чтобы выполнить обещание. Потом дала слово немедленно уйти.
Напряжение немного спало. Холод, сковавший мое тело, рассеялся, и я посчитала это хорошим знаком. На негнущихся ногах я подошла к правой колонне и принялась искать нужный рисунок.
На колонне были изображены разные звери – от обычных медведей и лис до фантастических единорогов и огромных птиц, напоминавших фениксов. Дракон оказался один, как и говорила Рената.
Подняв руку, я следила, как быстро мелькают секунды на наручных часах. Когда наступила полночь, я прижала ладонь к колонне.
То, что произошло дальше, я запомнила на всю жизнь. Небо потемнело, словно перед грозой. Налетел порыв ветра, поднимая в воздух целую кучу песка, мелких камешков и травы. А потом земля под моими ногами начала осыпаться.
Закричав, я попыталась удержаться за колонну, но рука схватила пустоту. Кладбище, склеп Осиповых – всё исчезло. Я падала куда-то вниз, пока, наконец, не ударилась о что-то твёрдое и не лишилась сознания.
Глава 6
Очнуться меня заставил холод. Мои руки и ноги заледенели, словно я провела несколько часов, лёжа на земле. С трудом повернувшись, я чихнула и открыла глаза.
Первым, что я видела, оказалась небо. Но, не то, бледно—голубое июньское небо Петербурга, темнеющее на пару часов перед рассветом. Раскинувшийся надо мной небосвод был насыщенного василькового оттенка. Свет звезд, рассыпавшихся, словно пригоршня бриллиантов на тёмном бархате, не мог разогнать мглу. Над горизонтом вставала луна, почему-то красного оттенка.
Я лежала на спине, тупо глядя в ночное небо, и не узнавая созвездий. Но, если честно, я не особенно разбиралась в астрономии.
Гораздо больше меня волновало другое: где пресловутый склеп Оспиных? И что случилось на кладбище? Даже если я потеряла сознание, не могла же гробница провалиться сквозь землю!
Протянув руку, я почувствовала под собой холодный, поросший мхом, камень. На мгновение мне показалось, что это – всё, что осталось от старого склепа.
«Бред какой-то, – подумала я, – так не бывает. Если бы гробница разрушилась, меня погребло бы под обломками. Но я лежу здесь, живая и здоровая. У меня ничего не болит. Разве что от холода ноги сводит, и есть хочется».
Внезапно меня осенило: Рената ошиблась, на кладбище, кроме меня, были и другие люди. Её соперница в борьбе за наследство наняла бродяг, и те ударили меня по голове. И сейчас я лежу в клинике. А то, что я вижу, – просто фантом, созданный мозгом.
Я облегченно рассмеялась. На все вопросы нашёлся ответ, осталось только прийти в себя. Я с силой ущипнула себя за запястье, готовясь к тому, что тёмное небо надо мной, сменится ровным белым потолком.
Но ничего не изменилось. Звезды всё так же сияли, луна стала крупнее. Её свет позволял рассмотреть ближайшие предметы.
И тут я услышала осторожные шаги. Они доносились откуда-то справа, из-за невысоких кустов.
Приподняв голову, я настороженно всматривалась в темноту. Сначала закачались ветки кустарника, затем появился слабый огонёк. А затем я увидела человека, нерешительно подошедшего к камню, на котором я лежала.
Несколько мгновений мы в изумлении таращились друг на друга. В первую очередь, меня удивила его одежда, словно парень сбежал с косплея: длинная рубаха из грубой ткани, штаны, то ли серые, то ли коричневые, протёртые до дыр на коленях. В руке он держал кружку, в которой находилась головёшка. Она-то и излучала слабый свет.
Лицо парня можно было назвать непримечательным, если бы не крупное пятно на правой щеке. Такие пятна удаляют при пластических операциях. Впрочем, сделай он пластику, вряд ли стал бы красивей: низкий лоб, прикрытый тусклыми волосами, и глубоко посаженные глаза никуда бы не делись.
Впрочем, внешность пришельца волновала меня в последнюю очередь. Хотелось получить ответы на насущные вопросы:
– Ты кто? – громко спросила я. – И где мы находимся?
Глаза парня расширились, словно он впервые услышал человеческую речь. Или с ним заговорила каменная статуя. Он попятился назад, хватаясь рукой за ветки и ломая их.
– Стой, – возмутилась я. – Что такого страшного увидел? Макияж, что ли размазался?
Проведя рукой по лицу, я нащупала вуаль и стянула её вместе со шляпкой. Вот же, совсем забыла.
Парень остановился, всматриваясь в моё лицо. Потом так же внимательно оглядел моё тело, руки и ноги. Мне даже показалось, что он пересчитал мои конечности. Не заметив ничего странного, он расслабился и, улыбнувшись, что-то произнес.
Как я не прислушивалась, разобрала только что-то вроде: тр—мр—пр. Интересно, что это за диалект?
– Ты, что, звуки не выговариваешь, – спросила я, – или немой?
Парень повернул ко мне правое ухо.
– Похоже, глухой, – опечалилась я. – Или, то и другое, вместе. Что же мне теперь делать, а? Может, отведёшь меня туда, где живёшь? Вдруг там найдутся обычные люди?
Незнакомец молчал. Потом, что-то сообразив, ударил себя по лбу и принялся копаться в плетёной сумке, висевшей на поясе. Вскоре он протянул мне изящный браслетик, сделанный из коры какого-то дерева и украшенный яркими бусинами.
– Это, что, подарок? – я повертела браслет в руках. – Спасибо, конечно, но мне сейчас другое требуется.
Парень провел пальцами по запястью правой руки, явно требуя примерить браслет. Подумав, что хуже не будет, я быстро надела украшение. Оно казалось слишком широким, но, стоило браслету коснуться кожи, как он уменьшился в размерах, плотно обхватывая руку.
По коже побежали мурашки, потом странное ощущение пропало. И тут я услышала голос парня:
– Ты меня понимаешь?
С обидой уставившись на него, я воскликнула:
– И зачем было притворяться? Хотел посмеяться надо мной, да?
Парень замахал руками, но я не стала дожидаться ответа.
– Кстати, что у тебя за одежда? Косплей по средневековью? А где другие участники?
Глаза парня округлились. Ничего не отвечая, он сделал шаг назад, словно собираясь удрать при первой же возможности.
– Я тебя не понимаю, – тихо произнес он. – Ты так странно говоришь.
– Ничего странного, – возмутилась я, – это ты слишком тормозишь. А, поняла. Тебя Алла наняла, да? Чтобы разыграть меня за то, что я помогла её сопернице? Почему ты молчишь?
***
Парень провёл ладонью по лицу, отбросив со лба не слишком чистые волосы. Пахло от него землей и травами, а также дымом от костра.
Я задумалась. Как-то слишком всё реалистично. Сомневаюсь, что Алле, какой бы хитрой та не была, удалась подобная мистификация. И, как бы она смогла, перенести меня из города в бескрайнее поле, а белую ночь сделать совсем тёмной?
Значит, всё еще хуже. Меня, всё-таки, ударили по голове на кладбище. И я сплю и вижу сон.
– Ты мне привиделся, – сообщила я парню, отвернувшись от него и удобнее устраиваясь на камне. – Это всё объясняет. Так что буду ждать врачей, которые выведут меня из этого состояния.
Но у незнакомца оказалось другое мнение. Протянув руку, он коснулся меня головёшкой, заставив подскочить на месте.
Я принялась дуть на обожженные пальцы.
– Ты, что, с ума сошел?
– Нет, но, по-другому до тебя не достучишься. Ты же слышишь только себя. Останешься здесь на всю ночь – замёрзнешь и заболеешь. Дело, конечно, твоё.
Я тупо смотрела на покрасневшие пальцы. Во сне невозможно испытывать боль, а также ощущать запахи. Значит… это всё по-настоящему.
– Невозможно, – пробормотала я. – Так не бывает.
Парень протянул мне руку, помогая встать:
– Меня зовут Перси, – его губы приподнялись в лёгкой улыбке, смягчая черты лица. Похоже, он редко улыбался. – А тебя?
– Майя, – машинально ответила я. Ступила на землю, влажную после прошедшего дождя, и мои туфли сразу же испачкались в грязи.
Кошмар какой! Асфальта у них, похоже, не проложили. Что за деревня такая? Или, может быть, затерянный в степи хутор?
– Пойдём к костру. Согреешься, а потом расскажешь, что с тобой случилось.
Мой новый знакомый оказался пастухом. Узкая тропинка, вьющаяся между холмов, привела нас к стаду овец. Те, сбившись в кучу, паслись на лугу, не обратив на меня ни малейшего внимания.
Я устало опустилась на пригорок. Костер, окружённый со всех сторон гладкими камнями, уже потухал. Мой новый знакомый пошевелил его длинной палкой, подкинул пару сухих деревяшек, кору, и пламя ярко вспыхнуло.
Приятное тепло коснулось моего лица, и я поняла, как сильно замерзла. Придвинувшись ближе к огню, я несколько минут позволила себе ни о чем не думать, наслаждаясь покоем.
Ветки уютно потрескивали, и можно было представить себя школьницей, отправившейся в поход вместе с классом. Жаль, что это случилось давно. Став старше, я почти не ходила в лесу, не говоря уже о том, чтобы остаться в нём с ночёвкой.
Перси, порывшись в своей сумке, протянул мне ломоть серого хлеба.
– Ты, наверное, голодная. Прости, кроме хлеба и воды, у меня ничего нет.
– Спасибо, – пробурчала я, вгрызаясь зубами в хлеб, оказавшийся буквально каменным. И кислым, в отличие от хорошо знакомого мне «Бородинского».
Но «дарёному коню в зубы не смотрят». Тем более, что Перси поделился со мной собственным ужином.
Неужели, где-то люди живут так бедно?
Я быстро проглотила хлеб и выпила воды из кружки, переданной Перси. Вода напоминала по вкусу минеральную.
– Что ты делала на камне Равновесия? И, к тому же, ночью? – услышала я голос Перси.
– Этот булыжник так называется? – Перси кивнул. – Если честно, понятия не имею.
Пастух нахмурился. Разгоравшееся пламя бросало красноватые отблески на его лицо.
– Ты хоть знаешь, что туда ходить запрещено? Только лорды имеют право приближаться к камню Равновесия.
– Ты, вообще, о чём? Какие лорды?
Парень с жалостью посмотрел на меня.
– Ты ведь не из наших мест, правда? Одета непривычно. Не слышала о камне Равновесия. Откуда ты, взялась, Майя?
Мне вдруг в голову пришёл очень простой вопрос. Не знаю, почему я не задала его с самого начала. Наверное, потому, что боялась услышать ответ.
– А где мы находимся, Перси? Как называется деревня, где ты живёшь?
– Я живу не в деревне, а в замке, – охотно пояснил Перси. – Он принадлежит леди из семьи Эмери.
Я молчала, чувствуя, что оправдываются мои худшие предчувствия.
– А страна как называется?
– Королевство Эйрит, – тоном ученика, выучившего урок, ответил Перси.
«Это не розыгрыш», – подумала я, пряча в ладонях лицо. Слезы навернулись на глаза. Как ни плохо я знала географию, в том, что на Земле не существовало королевства Эйрит, я была уверена.
– Эй, с тобой все в порядке? – забеспокоился Перси. – Ты заблудилась, не так ли?
«Еще как заблудилась», – мрачно думала я. Я больше не в России и даже не на Земле. И никто не подскажет мне дорогу домой?
Глава 7
– Ты пришла со стороны границы? – предположил Перси. – На границе происходят постоянные стычки, и часто появляются беженцы.
Я ненадолго задумалась. А что, если согласиться с Перси и притвориться, что меня согнала с места война, начавшаяся в этом мире? Это бы объяснило отсутствие у меня денег и жилья, и то, что я не знаю местных обычаев.
Но я быстро отказалась от этой мысли. Моя одежда, манера разговаривать и многое другое выдаст меня с головой. Я ничего не знаю об этом мире, и буду совершать ошибки, которые могут дорого мне обойтись.
Кто скажет, какое здесь наказание за то, что заснул на камне Равновесия? Хорошо, если пара ударов плетью. А если тюрьма или что-то похуже?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.