Хранители 2. Экзамен на любовь

– Помыслы их вполне понятны, – не выказав недовольства продолжила она, – их родам власть нужна над нашими землями, вот и прислали дочерей и сестёр своих, а сына моего ты сама видела, рано ему ещё править.

– Так откажите всем!

– Обидятся, войной пойдут, не выстоять нам против всех.

– И что же делать? – растерялась я.

– Боги услышали мои мольбы и прислали тебя, – она довольно улыбнулась. – Объявим всем о помолвке с избранницей небес, с богами-то вряд ли кто ссориться захочет. От помолвки до свадьбы может несколько лет пройти, а там и сын повзрослеет, да и боги могут передумать, – она хитро прищурилась.

– Такой вариант меня устраивает, – радостно согласилась я. – Что нужно делать?

– Давай-ка сходим к ведунье, может, она подскажет, как лучше поступить, а потом и решим.

– Ведунья – это знахарка?

– Знахари лечат, а ведуны могут чувствовать будущее. Приодеть тебя надобно, – она с улыбкой взглянула на мои босые ноги, приоткрыла дверь и крикнула. – Умываться!

Тут же в палаты вбежали резвые девчонки и потащили меня к дверке, за которой недавно одевался молодой князь. Там оказалось ещё несколько комнат, но рассмотреть их мне не дали, проворно запихнув в одну из них.

Светлое просторное помещение, с большой деревянной лоханью на полу, видимо было купальней. Девицы принесли ушат с горячей водой, от которой поднимался пар. Пока они разводили воду в деревянной шайке, добавляя туда отвары трав и душистые масла, я благоразумно подвязала волосы, чтобы не намочить.

– Княгинешна, вы идите в бадейку-то, а мы сейчас вам польём, – сказала одна из девушек, весело хихикая, – Чего на холодном зябнете, застудитесь ещё! А вечером баньку устроим.

Я шагнула в широкую лохань, дно которой действительно оказалось приятно тёплым, это не на каменном полу стоять. Девчонки проворно стянули с меня рубаху и принялись поливать из ковшей, растирая кожу мягкой тканью.

– Для личика другая водичка, с розовым маслом и лимонным соком, – рассмеялась одна из них, видя, как я подставляю лицо под льющиеся из ковша струи.

Меня закутали в согретую простыню и уложили на широкую лавку, устланную мягким матрасиком. Бережно нанесли на лицо ароматный состав и так же бережно смыли. Затем дали прополоскать рот освежающим отваром.

Расстелив на полу шерстяной половичок, поставили меня на него, стянули простыню и начали надевать рубахи разной длинны, ворох которых разложили на лавках. Когда только притащить успели? Поверх нескольких рубах натянули платье, заплели волосы в косу и уложили её короной. В довершении всего обули меня в короткие кожаные сапожки, устланные изнутри пушистым мехом.

Выйдя, наконец, из купальни, я чувствовала себя обожравшимся Вини-Пухом. В этом одеянии не то, что двигаться, даже стоять было не удобно.

Смешливые девицы быстро сбежали, а я с тоской взглянула на женщину, что рассматривала меня с некоторым изумлением, не зная то ли всплакнуть, то ли рассмеяться. Да, ростом меня бог не обидел и комплекцией тоже, «девка-гренадер» называл меня папочка, чем очень гордился. Правда, что это доподлинно означает я так и не успела узнать, всё забывала погуглить, а тут вдруг вспомнилось, наверное, потому что княгиня-то повыше меня ростом оказалась.

– Можно я кое-что изменю? – спросила я чисто из вежливости. Всё, что было надето, рухнуло к моим ногам тяжёлым комом, а я, переступив кучу, осталась примерно в таком же одеянии, но из тонких струящихся тканей.

– Откуда такая изысканность? – Княгиня провела пальцами по верхнему платью. – Даже заморские шелка грубее.

– А это не ткань, это моя сила, она часть меня, – призналась я, решив, что врать этой женщине не стоит.

– У нас суровый край, девочка, хоть сейчас и осень, но уже подмораживает, а твоей силе ведь подпитка нужна, стоит ли её так растрачивать? – резонно заметила она, ничуть, впрочем, не удивившись моим словам.

– От плотного завтрака я бы не отказалась, – улыбнулась я, – а вот чтобы носить на себе всё это, – я кивнула на ворох одежды, – сил нужно не меньше.

– Как знаешь, как знаешь, – покачала головой она, – может так и лучше, сразу видно – чужеземка, и нечета всем прочим! Пойдём на кухню, попробуем тебя накормить, – женщина стукнула посохом в дверь. Створки отворились, а около них замерли стражи в лёгких доспехах, вооружённые секирами и щитами.

Мы шли по длинным холодным коридорам, я держалась рядом с княгиней, отставая от неё на пол шага, решив, что этого будет достаточно, так как в правила местного этикета меня никто посвящать не торопился. Сделав одежду несколько плотнее, холода я не испытывала, голода, впрочем, тоже. Мир был полон чистой звенящей силы, которую можно было пить, как родниковую воду, но раз уж мне довелось оказаться здесь, почему бы не попробовать их пищу?

Кухня встретила нас гулом пламени в раскаленных печах, чадящими жаровнями, грохотом утвари, криками стряпух, подгоняющих резвых поварят и взрывами смеха над очередной шуткой разошедшегося чернявого холопа.

– Не забываем, что сегодня у нас важный день! – гаркнула княгиня громко, но довольно беззлобно. Потрепала по голове пробегавшего мимо мальчонку с корзинкой грибов, шепнула что-то сухощавой старухе со связкой ключей на поясе.

Пройдя через кухню, мы остановились в зале с длинными столами, на которых уже красовались подготовленные к подаче блюда. Старуха-ключница держалась рядом с княгиней, она внимательно слушала распоряжения госпожи.

Через боковую дверь просочился стройный симпатичный паренёк с большим подносом, который он с лёгкостью держал на вытянутой руке над головой. Парень поставил поднос на пустующий край стола и принялся выставлять с него керамические миски со всевозможной снедью.

– Присаживайтесь, княгинешна, откушайте на здоровье, – обратился он ко мне, расстилая на столе вышитую салфетку и водружая на неё кубок из неизвестного мне металла, украшенный драгоценными камнями, блестящую серебряную тарелку и довольно изящную резную деревянную ложку.

– Спасибо, – кивнула я, рассматривая кубок.

– Сударыня мёда отведать желает? – склонился он в поклоне.

– А чая нет? – спросила я, парень застыл в растерянности. – Попить чего-нибудь горячего из ягод или трав, – попыталась объяснить я.

– Взвар есть, – он расплылся в улыбке.

– Взвар, – согласилась я, – только в глиняной кружке, – кубок я отставила в сторону. Серебряная тарелка мне тоже не приглянулась.

Я взяла мисочку с пышной гречневой кашей, сдобренной маслом, кинула туда же кусок запеченного мяса, но справиться с мясом одной ложкой стало для меня непосильной задачей. Пройдясь вдоль стола, я обнаружила нож и быстро прибрала его к рукам. Пользуясь ножом и ложкой, мне удалось покромсать мясо на вполне сносные кусочки, и с превеликим удовольствием начать есть его вместе с кашей.

Мясо оказалось несколько жестковато, но мои зубы и с сырым справлялись неплохо. Правда демонстрировать сейчас некоторые свои умения, полученные за время учёбы в Академии, в мои планы вовсе не входило. Всё же я без пяти минут невеста местного князя и вести себя должна соответственно. Я изо всех сил старалась выглядеть степенно и важно, что в обычной жизни мне было совершенно не свойственно, но обстоятельства, как говорится, обязывают.

– Деточка, мясо у нас принято есть руками, – улыбнулась княгиня, наблюдавшая с интересом за моими мучениями со столовыми приборами. Я, удивлённо приподняв брови, взяла двумя пальцами отрезанный кусочек и отправила его в рот.

– Так? – спросила я, прожевав его и подцепляя следующий.

– У нас обычно откусывают от большого куска, – рассмеялась княгиня, – но то, что проделала ты выше всяких похвал.

– Жаль вилок у вас нет, – вздохнула я.

– Вилы? Для чего тебе вилы? – удивилась она.

– Вилки – это вилы размером с ложку, ими удобно есть, если сделать их правильной формы.

– Начертать на пергаменте сумеешь?

– Можно попробовать, – неуверенно согласилась я, иметь дело с пергаментом мне до сих пор как-то не доводилось.

– Писать буду! – крикнула княгиня. Через несколько минут ключница уже поднесла чернильницу с гусиным пером и свиток. Я развернула его на столе, прижав верхние углы мисками с едой, и попыталась изобразить трезубую, для простоты изготовления, вилку в двух проекциях: «вид сверху» и «вид сбоку». Помучившись и дождавшись, когда уйдёт ключница, я просто создала вилку и продемонстрировала княгине возможности этого столового прибора. Быстро орудуя ножом и вилкой, расправилась ещё с одним куском мяса и тушёными овощами, обнаруженными в одной из мисок.

Сполоснув вилку взваром над опустевшей миской, протёрла её салфеткой и, завернув в пергамент с эскизом, передала княгине. Она благодарно кивнула и кликнула парня, стоящего у двери. Передав ему пергамент и шепнув пару слов, она поднялась со скамьи.

– Тебя не привлекают заморские блюда? – она указала на миски с неопознанными мной ингредиентами.

– Предпочитаю привычную пищу, – ответила я, поднимаясь из-за стола. Можно было бы, конечно, попробовать и всё остальное, но я решила не рисковать здоровьем. Тратить силы потом на его восстановление из-за банального обжорства я посчитала крайне неразумным.

– Мы можем идти? – с улыбкой поинтересовалась женщина.

– Я готова, – я встала и последовала за княгиней к двери.

– На улице холодно, нужно одеться, – она быстро пошла через как я поняла обеденный зал, а все снующие там работники с лёгким поклоном уступали ей дорогу, миновав зал мы оказались в широком и совершенно пустом коридоре.

Стражник распахнул перед нами дверь, на которую взглядом указала княгиня, и я увидела гардеробную, где словно на выставке висели шубы разной длины и расцветки. Я провела пальцами по мягкому меху тёмной коротенькой шубки.

– Что ж, соболь – достойный выбор, – похвалила княгиня, поглядывая на меня. Сама же она выбрала пёструю пятнисто-полосатую шубу средней длины.

– Что за зверь? – спросила я, не рискуя благородный мех обозвать кошкой.

– Дикий кот, – рассмеялась она, – очень удобно для прогулки по лесу, – пояснила, видя моё недоумение.

– Я, пожалуй, сама…, – сделав платье несколько темнее, я создала укороченную белую шубку с чёрными крапинами, а подумав, добавила к ней капюшон. Посмотрев на ноги, облачила их в тёплые чулки и белые меховые сапоги на толстой подошве, кто знает, какие тут дороги?

– Горностай – мех королей, – усмехнулась княгиня, внимательно наблюдая за мной, – в некоторых странах за такую одежду можно и на плаху попасть.

– Прошу прощения, я не знала, – растерялась я.

– Тебе можно, – махнула рукой она, покидая гардеробную. – А вот с непокрытой головой на холод лучше не выходить. – Я быстро натянула капюшон. Княгиня же укрыла голову большой пуховой шалью, повязав её поверх расшитой золотом кички, под которую убирала волосы даже в доме.

– Что это у тебя на голове? – заинтересованно спросила она, когда мы миновали отряды стражи, стоящие у ворот.

– Это называется капюшон – легко надеть, легко снять и не потеряется, – весело болтала я, поспешая за княгиней по утоптанной тропинке. Я заметила у неё в руках объёмный заплечный мешок, который она забрала у подоспевшего стражника и теперь несла за лямки.

– Давайте я… – протянула я руки к мешку.

– Ну, попробуй, – усмехнулась она, отпуская ношу. Мешок оказался столь тяжёл, что я чуть не выронила его от неожиданности. Сообразив, привязала к нему нить своей силы, и мешок поплыл рядом со мной под удивлённым взглядом княгини.

– Там что, камни? – рассмеялась я.

– Гостинцы для ведуньи, – улыбнулась женщина.

– Как мне к вам обращаться, княгиня? – спросила я. – Я не знаю ваших правил и обычаев.

– Тебе позволено обращаться ко мне, как угодно, божье дитя. Можно по имени Лиодора, можешь княгиней звать, а можешь матушкой. Предполагается ведь, что мы породнимся? – хитро прищурилась она.

– А сына вашего как зовут? А то ведь мы так и не успели познакомиться.

– Яромир. Девиц он и правда не слишком жалует…

– Это в каком смысле? – насторожилась я, мало ли, вдруг у меня жених нетрадиционный. Уж лучше сразу как говориться, «горькая правда», чем потом два мужика в постели.

– Устал он от смотрин и невест этих, – вздохнула Лиодора. – Каждый год, как ему двенадцать исполнилось, по осени ярмарка невест проходит. По старой традиции съезжаются красавицы со всех земель наших, надеясь, что молодой князь обратит на них внимание, а он всё норовил в свою мастерскую сбежать, – она улыбнулась воспоминаниям. – Со своими-то ещё просто было, приедут, повеселятся на ярмарке, да разъедутся. А вот как в прошлом году муж мой, князь Белояр сгинул, иноземные правители и зашевелились, все породниться сразу захотели. Так и норовят своих змеюк в наш дом подбросить, – нахмурившись тихо процедила Лиодора, но быстро совладав с эмоциями продолжила рассказ. – Познакомилась я с этими девицами и не выдержала душа моя. Пошла к ведунье, вместе ночь в капище у алтаря провели. Просила я богов за сына, да за землю нашу, чтобы не дали пасть и рассыпаться в прах под чужими сапогами. А через день ты объявилась, – она одарила меня ласковым взглядом. – Как называть тебя, хранительница? – спросила она и подумав добавила, – имя тебе нужно нездешнее.

– Ариэль подойдёт?

– Что оно означает?

– Помощник бога у некоторых народов.

– Помощник – это хорошо, а может, всё же останешься здесь? – она с надеждой взглянула на меня. – Сын у меня хороший, устал только от женского внимания…

– Не могу я… меня, как прислали сюда, так и забрать могут в любой момент, это от меня не зависит, – пожала плечами я. – Но я постараюсь навещать вас, если подарите мне частицу вашего мира, чтобы я дорогу нашла, – поспешно пообещала я, Лиодора мне нравилась и мне очень хотелось ей помочь.

– Частицу, говоришь… – княгиня задумалась.

– Скажите, матушка, я вот детей на кухне видела, – решила я сменить тему, не хотелось мне слишком много о себе рассказывать. – Не тяжела ли для них такая работа?

– Думаешь за скотиной в селе ухаживать легче? Отцы со старшими в поле или на охоте, а домашняя животина на их плечи ложится. Многие мечтали бы на кухне работать, да только мы выбираем самых расторопных и усидчивых. У детей глаз зорче, да пальцы способные к тонкой работе. А для тяжелой работы на кухне взрослые холопы есть, да застольный дозор опять же…

– Что за дозор такой?

– А как же? Следят за всеми, чтобы не потравили. В каждом дозоре колдун есть обязательно. С этими иноземными гостями приходится по два, а то и по три колдуна в дозор ставить, вместо обычных вояк. Девки-чужестранки так и норовят потравить друг друга или Ярику какую гадость сделать, то приворот, то отвод глаз.

– Люди на кухне ненадёжные разве? – удивилась я.

– Можно и самого надёжного заморочить, а под мороком любой натворит что угодно, а потом и не вспомнит. Колдуны наши уже с ног валятся от усталости всех замороченных находить да восстанавливать. Вот и на тебя я озлилась, думала ты из замороченных, к сыну с недобрым делом проникла, после уж силу твою распознала.

– Вы и силу видите?

– Я, деточка, из древнего рода, многое вижу, многое знаю, да вот одна-то везде поспеть не могу, а сын никак в силу не войдёт, – огорчённо махнула рукой она. – Опасается он её, а тут дело понимаешь такое, что и заставлять нельзя, сгореть враз может. С силой-то, как с женой слиться надо воедино. Будешь бояться – не дастся, а нахрапом взять задумаешь – спалит!

– Имя у вас, Лиодора, не здешнее, верно? – мне хотелось побольше узнать об этой женщине, её рассуждения о силе мне очень понравились, как метко и всего в нескольких словах она описала процесс слияния с силой, которому нас в Академии обучали не один год.

– Да, из далёких земель я, из Антийских, что за морями, – вздохнула она.

– А сюда как попали?

– Из дома сбежала, – фыркнула она, – только об этом никто никогда не должен узнать.

– Как же вы через моря, одна?

– Со мной были верные мне люди. Они и сейчас мне служат, без них я бы не справилась!

– И всё же молодая девушка в столь дальний путь, рискованно…

– Да, путешествие было занятным. Я дневники того времени до сих пор в тайнике самом дальнем держу.

– Но ведь не просто так вы дом покинули?

– Отец решил меня замуж выдать за короля Вензеи…

– Что, старый и страшный король попался?

– Хуже. Жестокая тварь, хоть и красавец писаный! Слухи о нём и до нас доходили, но мой отец считал, что союз этот выгоден. Я и сбежала. А после узнала, что Тирская Империя напала на Вензею, так вензейцы поддержали захватчиков, чтобы только избавиться от своего короля. И его казнили вместе с молодой женой, а на её месте могла оказаться я, если бы не побег. С тех пор я слушаю не столько разум, сколько своё чутьё и сердце.

– А почему именно сюда поехали?

– Про студёную восточную страну ходило много страшных легенд, я подумала, что здесь-то уж меня отец точно искать не станет. Сердце меня сюда привело, а я и не жалею, – княгиня заливисто рассмеялась, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы она стала похожа на юную девушку. – Пришли, – тихо сказала она.

Я огляделась, лес вокруг, а впереди скалы. Я взглянула на свою спутницу пытаясь понять, что же теперь делать, но она просто стояла, прикрыв глаза, словно вела с кем-то невидимым неспешную беседу.

– Оставь мешок здесь, и пойдём, – она указала на подножие скалы.

– Как и это всё? – я чувствовала себя обманутой. Стоило так долго тащиться, чтобы взглянуть на скалы? Хотя, разговор с княгиней Лиодорой получился интересным и весьма познавательным.

– Ведунья сказала, что тебе нельзя здесь долго оставаться. Твоя сила может нарушить потоки, идущие от земли, и ведунья лишиться дара.

– Верно, я хоть и выставила щиты, но нам лучше поторопиться, – я ругала себя за беспечность, быстро спускаясь по тропе. Почему заранее не посмотрела пространство вокруг? Увлеклась разговором и забыла обо всём на свете! Какой из меня хранитель?!

– Не кори себя, не совершает ошибок тот, кто ничего не делает, – раздалось за моей спиной.

– Вы ещё и менталист, матушка? – невольно вырвалось у меня, пожалуй, стоит задуматься об усилении собственной защиты.

– Это слово мне незнакомо.

– Мысли читаете?

– Не в этот раз, – рассмеялась она. – Я увидела изменения колебаний твоей силы, и они говорят о том, что ты расстроена.

– Я могу быстро перенести нас ближе ко дворцу, – предложила я, несколько успокоившись и замедлив шаг, но всё же разделила своё сознание как нас учили и вывела на верхний уровень нейтральный набор мыслей, что подходят молодой девице на выданье.

– Подожди, мне нужно с тобой побеседовать, дорога тому способствует, дома-то поговорить спокойно не дадут, – она остановилась.

– Я вас слушаю, матушка.

– Ведунья передала, что ты можешь пробудить силу моего сына, – Лиодора пристально смотрела мне в глаза и я порадовалась, что успела разделить сознание. – Она сказала, что это твоя задача и именно с этой целью ты здесь.

– Да-а?! – только и могла вымолвить я. Хорошо хоть с целью определились, теперь бы ещё понять, как всё это провернуть! Моя практика началась весьма неожиданно, хотя Лизка предупреждала, что хранителей часто забрасывают без объяснения задач и те сами должны найти проблему и справиться с ней. От моих действий зависит дальнейшая судьба и не только моя, но и тех, с кем я уже успела здесь познакомиться, и этих земель, а может и всего мира. Судьба ведь дело такое, свернул не на ту дорожку, и будущее поменялось.

– О чём задумалась, Ариэль? – лукаво подмигнула княгиня. Может я всё же недостаточно хорошо скрыла свои мысли?

– А ведунья больше ничего не сказала? – спросила я и собственный голос показался растерянно-жалким.

– Сказала, что уйти ты сможешь, только тогда, когда выполнишь предназначение.

– Уж кто бы сомневался, – пробурчала я.

– Не печалься, – тепло улыбнулась она и обняла меня за плечи. – Главное гостей заморских побыстрее выпроводить, а там мы уж вместе что-нибудь и придумаем. Давай -ка переноси нас к палатам, а то, не ровен час, эти гадюки перегрызутся, а нам потом отвечай, что не уберегли «дорогих гостей».

Я вспомнила дорогу, по которой мы заходили в лес и перенесла нас ровно в то место, где от неё шла тропа к скалам. Когда мы вышли из леса, к нам на встречу бежал один из караульных.

– Молодой князь вас ищет, матушка, – склонил голову статный мужчина.

– В доме всё спокойно? Как гости? – встревожилась она.

– Ещё почивать изволят, происшествий нет, – отрапортовал стражник.

– Ну, слава богам! – вздохнула княгиня и продолжила быстро двигаться к дому.

Сказать, что торжественный завтрак прошёл в тёплой дружественной обстановке, я не могу, потому как стоило мне только появиться и сесть по левую руку от княгини, как на меня воззрились с глубокой ненавистью все участники этого славного застолья. Ну, кроме, самой княгини. Про молодого князя ничего сказать не могу, его мне не было видно, так как он восседал по правую руку от матушки, а все мы трое представляли этакую скульптурную группу во главе стола.

Княгиня говорила долго и проникновенно, а главное витиевато, с кучей лирических отступлений и цитат из философских трактатов. Основная мысль её выступления сводилась к тому, что боги снизошли и послали благодать на местные земли в виде меня любимой, а все остальные присутствующие уже порядком загостились, пора бы и честь знать.

Я сидела тихо, как мышка, изредка поглядывая на обозлённых конкуренток, да подпитывая щиты, которые держала над нашей троицей, а проклятия в нас так и сыпались со всех сторон. Сначала я пыталась их считать, но потом мне надоело, и я просто включила функцию возврата в двойном размере. Ой, что тут началось! Как же их всех перекосило! А я-то надеялась, что хоть один добрый человек отыщется, …не случилось.

Стол очень быстро опустел. Княгиня сочувственным взглядом провожала прихрамывающих и пошатывающихся гостей.

– Это моя речь на них так подействовала? – удручённо спросила она.

– Скорее мои щиты с некоторой добавкой, – решила я успокоить матушку.

– Какие щиты и что за добавки? – вдруг оживился молодой князь, который во время завтрака казалось и вовсе отсутствовал.

– Щиты магические, настроенные на возврат проклятий с удвоенной силой, – не стала скрывать я.

– И что же, сильно нас проклинали? – княгиня не была удивлена, а вот на лице Яромира промелькнуло искреннее недоумение и недовольство.

– В основном проклинали меня, когда мне надоело считать проклятья, я перенастроила щиты на возврат с усилением.

– Вот это да! Ты долго училась? А меня научишь?! – забросал меня вопросами восхищённый князь. – Знал бы раньше, что от силы такая польза бывает, эти гости уже бы в припрыжку домой бежали!

С гостями мы попрощались ближе к вечеру, на обеде они не присутствовали по причине спешных сборов и неважного самочувствия большинства членов делегаций, но от гостеприимного предложения остаться ещё на одну ночь все категорически отказались.

Раскаяния я не испытывала, как и радости, впрочем, тоже. Просто вышла проводить гостей вместе с хозяевами в своей шубке, похожей на горностая и с поднятыми щитами, сквозь которые разрешила пробиться чуть большему потоку силы, чем обычно.

Воины, сопровождающие своих принцесс, на всякий случай опустились предо мной на колено и отсалютовали оружием, а их сиятельные господа в это время творили охранные знаки и молились своим богам. В целом проводы прошли успешно.

Лёжа в постели в выделенных мне покоях, которые по странному стечению обстоятельств оказались по соседству с покоями князя, я предалась размышлениям. Ещё утром я была в полной растерянности, не понимая, кто я и где нахожусь, а главное «зачем»? Теперь же сам мир пошёл мне навстречу, раскрыв объятья, помогая через людей осознать себя, понять для чего я пришла сюда. Осталось только каким-то образом выполнить поставленную мне задачу. Князь и, правда, совсем мальчишка, пришёл в восторг от проявления моей силы. И теперь у него есть желание научиться пользоваться собственным даром. Вот только… я снова была невнимательна, ведь княгиня, и ведунья говорили не об обучении князя, а об обретении силы, а это совсем разные вещи. Был бы он средненький маг или, как они тут говорят, колдун, он сам бы постепенно освоился. Но то, что рассказала княгиня, наводит на мысль, что силы князя могут быть достаточно велики, а если учесть, что меня направили сюда, то обретение им силы отнюдь не рядовое событие для этого мира. А если по силе он равен нам, хранителям? Хранители никогда не проводили первое слияние со своей силой в одиночку. Всегда рядом был наставник, а, значит, мне предстоит провести инициацию.

В памяти всплыли события двухлетней давности. Ну, почему я была так глупа? Почему отказалась от такого опыта, когда представилась возможность научиться? Пусть парнишка, что обратился ко мне однажды за помощью был весьма слабым среди своих сокурсников, но это же не повод отказывать, а я отказала. Его поддержала одна из высших хранительниц и помогла выйти на хороший уровень. А я? Я не использовала шанс, который мне предлагался, не получила необходимого опыта наставника в работе с обретением силы и теперь не знаю, как к этому подступиться. Я здесь одна, от меня зависит жизнь князя, а если он действительно силён, то и мира.