АДЛОМ. Распри Совета

У Миланы же голова была забита совсем другим. Она после долгого отсутствия вернулась в свой родной мир и теперь ей было чем поделиться со своими знакомыми. Она довольная выступила вперед и начала свою речь, позабыв про миссию седьмого отряда АДЛОМа:

– Верховная Матушка, я так рада, что ты не украдешь наших мальчиков! У меня как раз для тебя очуметь какая новость!

– Говори, дочь моя, – махнула Милане Мать рукой и вернулась на свой трон, поддерживая рукой животик в доспехе. Копье она разместила рядом с собой. Тяжело опустилась на трон и положила руки на живот.

– Я нашла себе парня! И не хочу бить его дубиной, да он и сам хочет быть со мной, – поспешно затараторила Милана, не делая пауз в своих речах. Бешка недовольно засопела – время амазонка нашла не самое удачное рассказывать о своих амурных делах. Ворон был с ней согласен, у него в мини-юбке дико зачесалось заднее место, но было бы верхом хамства при всех начать задирать юбку и расчесывать зад. Да и сетчатые чулки, как оказалось, были неудачным выбором – они цеплялись за волоски на ногах и выдирали их. Вот же девушки гораздо выдумывать орудия пыток для самих себя! – Ну так вот, он может быть весь рыжим, а может быть и не весь. Но он пушистый и милый в любом случае…, и мы хотим много деток, и свадьбу. Роскошную, на 3000 персон. Там будет огромный торт в виде меня и много канапешек, главное, чтоб потом гостей не замутил понос наизнанку…

Глаза несчастного Пива становились все шире и шире. Видимо Милана его в свои планы не посвящала. Любовь – любовью, но парень-медведь не был готов к пышной свадьбе и уж тем более деткам. В его планы явно не входило торопиться с женитьбой. Сэм же хихикал себе в усы, позабыв уже, в каком виде стоит перед Верховной Матерью. Эрик перешагивал с ноги на ногу, ему по-прежнему было неуютно в цветастом сари с тюрбаном на голове. Под легкой вуалью лицо стрелка вспотело. Но он продолжал мужественно молчать.

Верховная Мать внимательно слушала Милану. С некоторым снисхождением. Видимо на дню подобных речей ей приходилось выслушивать достаточно много. Когда амазонка остановилась, чтобы перевести дух, грозная воительница спросила:

– И где же твой избранный? Есть ли он среди этих… хм… милых «дам»?

– Да-да, он тут! – радостно воскликнула Милана, подбегая к Пиву в облике человека (в данный момент в облике нелепой дамы). – Вот же он, мой Пиварик! Да ты не стесняйся, Матушка добрая, она не станет бить тебя. Покажись перед ней в виде лохматика!

И Милана потянула Пива за руку поближе к Верховной Матери. Пив явно был готов сейчас оказаться на поле боя с сотней демонов, чем перед грозной женщиной – главой мира амазонок. Выглядел он сейчас не лучшим образом. Длинный шифоновый легкий сарафан сбился, из декольте показались тряпки, из которых он себе вместе с горгульей-торговкой соорудил «пышную грудь», а веер плохо сочетался с его боевым молотом из небесных слез.

– Может потом это… ну знакомиться будем? – тихонько проблеял Пив, но амазонка настойчиво тащила его к трону. Поэтому пришлось Бешке взять дело в свои руки. Она выступила вперед и сказала:

– Уважаемая Верховная Мать, хозяйка процветающего мира амазонок, мы явились к вам не просто так. У нас важное тайное задание от Грегора Оникса – предводителя АДЛОМа. От успеха его выполнения будет зависеть судьба всех миров!

– Уже интересно, – кивнула Мать, переведя взгляд с Пива на баньши. На ее фоне Бешка выглядела особенно беззащитной и хрупкой. Но это было обманчивое впечатление. – Чем же я могу помочь вам?

– Мы все должны приложить усилие, чтобы навсегда запечатать Бездну, – сказала Гульнара. Вся компания решила, что утаивать правду от предводительницы Амазонки не стоит. Да и времени не было придумать какую-нибудь легенду. Было решено взять правдой.

– Война с демонами не коснулась моего мира, – сказала Верховная Мать и Сэм тут же вставил:

– Пока.

Котик уже стянул с себя отвратительные сапожки и теперь сидел на мраморном полу со всеми удобствами – конечно, по-кошачьи. Кончик хвоста по-прежнему повиливал из стороны в сторону.

– Не стоит недооценивать этого противника, – встрял Ворон. Он не спешил снимать с себя свое прикрытие, ведь в зал мог войти кто-нибудь женского пола. – Демоны в данный момент захватывают и опустошают все новые миры. Они ни оставляют никого в живых, ни берут в плен. С ними нельзя договориться мирным путем. После них остаются только разрушения и смерть. Так они поступили и с Авалонией – некогда процветающим невраждебным миром. И я, как сын Белого Волка – короля Авалонии Адриана, должен положить этому конец.

– Ты авалонец? – заинтересовано спросила Мать, окинув Ворона с ног до головы оценивающим взглядом. Парню даже стало неуютно – может его тут посчитают завидным женихом. – Я почувствовала в тебе какую-то мощь, но не смогла разобрать, кто ты. Да и оружие видимо у вас у всех, как я посмотрю, из небесных слез. У вас благородная цель, только как вы хотите осуществить ее?

– Мы запечатаем Бездну при помощи древних реликвий – тринадцати сфер. Мой дед Александрос поделился этими знаниями с моим отцом. Вот только не знал, где их все искать. Им было известно о местонахождении лишь трех реликвий. И одна из них находится на Амазонии.

– И как древние реликвии помогут закрыть Бездну? – поинтересовалась Мать, которая по-прежнему смотрела на Ворона с любопытством. Ответила ей Гульнара:

– Они полностью иссушают магический фон, а Бездна с ее обитателями полностью состоит из черной магии. Следовательно, сферы уничтожат этот мир полностью. С их помощью уже была уничтожена вся магия в мире Ворона, в который его послала мать перед падением Авалонии.

– Очень интересно. Я даже и не думала, что Бездну можно уничтожить. Но тогда к нам вернется наша Милана, избравшая путь легионера, и сможет продолжить заниматься делами, свойственными нашему виду. Но почему вы не обратились за помощью к Совету Миров? С чего бы Грегор послал на такую важную миссию юных легионеров? Насколько мне известно, Милана даже не закончила свое готовое обучение.

– К сожалению, Грегор полагает, что Совету нельзя доверять, – решили не утаивать и эту часть легионеры АДЛОМа. – Совет запретит участвовать в войне как Грегору, так и Ворону. Ведь вид Грегора на грани вымирания, а Ворон… ну Ворон единственный в своем роде.

– Его меч, доставшийся от отца Адриана, может помочь нам найти остальные сферы, – вставила Бешка. – Это его судьба. А вместе мы подготовленный седьмой отряд. Мы умеем слажено работать вместе и это уже было доказано ранее.

– Грегор не стал бы возлагать такую миссию на плечи кого попало, – согласилась Верховная Мать. – И я горжусь, что Милана часть вашей команды.

– Так вы знаете, где может находиться эта сфера? – спросила Бешка, в нетерпении постукивая носком сапога по полу.

– У нас на Амазонии есть лишь одна реликвия, которая может быть нужной вам сферой. Очень давно реликвию отдали моим предкам на сохранении, наказав строго охранять ее. Предки поместили ее в самое ценное в нашем мире – в статую плодородия и потенции…

Сэм отвлекся от вылизывания своей блестящей шерстки, закашлялся и спросил:

– В кого-кого, простите?

Ответила Милана, воодушевленно затараторив:

– Статуя плодородия и потенции помогает процветать нашему миру! Мы поклоняемся ей уже много тысячелетий. Только благодаря ей нам удается легко зачать и родить сильное потомство. Благодаря статуе у наших избранников отменное семя! Нам всегда достаточно одной встречи с избранником для зачатия! Она и нам с Пивариком поможет, когда мы соберемся заделать маленького амомишку!

– Ну хорошо, пускай будет статуя, – пожал плечами Ворон. Главное сфера действительно здесь и они не потратили свое время впустую. Обидно было бы после такого маскарада. – Вы позволите нам достать сферу и забрать ее? И да – мы ее после этого вряд ли сможем вернуть на место.

– Конечно, мы все обязаны Грегору и в наших интересах остановить бесконечный поток демонов. Вот только статуя плодородия и потенции находится на главной площади, и мои амазонки постоянно приходят к ней помолиться и принести подношения. Им не стоит знать про сферы и ваше тайное задание, раз вы действуете не от лица Совета. Мне придется самой извлечь незаметно сферу и передать ее вам…

И тут случилось неожиданное – Пив перевернулся в рыжего мишку. Оказывается, Милана уже последние пять минут уламывала своего любимого перекинуться, чтобы представить Верховной Матери своего избранника во всем великолепии. В итоге она плюнула на это, выхватила у Пива флягу с медовухой и сунула парню под нос. Перед запахом спиртного у Пива не было шансов – он перекинулся в рыжего мишку, благодаря магии его сарафан растянулся и стал медведю в пору. Вот только подкладки для груди вывалились и декольте оголило волосатую крепкую медвежью грудь.

Верховная Мать вскочила с трона и охнула, схватившись за живот. Копье с грохотом упало у ее ног. Ворон замер на месте, но удача им сегодня улыбалась: на шум не прибежала толпа стражниц.

– Не бойся его, Матушка, – воскликнула Милана, всплеснув руками. – Он клевый и веселый! А какой он мягкий на ощупь, ты только попробуй сама! Я не ревнивая!

Для наглядности Милана начала поглаживать мишку по голове.

– Да она не боится! – первая поняла Гульнара. Вскоре и до всей остальной компании дошло – у Верховной Матери отошли воды. У Сэма аж шерсть на спине встала дыбом. Такими огромными глаза у рыжего котика становились лишь в минуты самой ужасной опасности. Хорошо хоть шипеть, выгнув спину дугой, не начал. Эрик же потупился и отошел смущенный за спины девушек. До Ворона дошло позже всех и от страха он остолбенел – рождение детей не входило у него в список того, чего он хотел бы увидеть. За крепким доспехом он и не сразу понял, что Верховная Мать уже на последнем месяце беременности. В ту же минуту Ворон задался вопросом: а может на Амазонии детей вынашивают не девять месяцев? Ему еще столько всего надо было узнать о других мирах! И в этом ему должны были помочь его верные мечи: Аскалон и Адолейк.

– Да вы же рожаете! Надо позвать на помощь! – засуетилась Гульнара. – Нужна чистая вода, полотенца… Ой, а как у вас тут принимают роды? Есть ли повитуха? А может у вас есть больницы? Может…

– Да не паникуйте вы так, – остановила всю компанию Верховная Мать суровым взглядом. После чего спокойно наклонилась и подняла свое копьё. – Впервой что ли? Это мои двадцатые роды, я уже привыкшая. Отправляйтесь сами к статуе, Милана проводит вас. А ко мне по пути позовите стражниц, мы здесь со всем справимся. Это ваш шанс достать сферу и незамеченными отправиться дальше, пока все мои амазонки будут заняты приготовлениями к принятию нового жителя нашего мира.

Легионеры спорить не стали. Принимать роды никто из них не хотел. Пив быстро перекинулся в человека и затолкал куски ткани назад в декольте. Одна грудь оказалась больше второй и сползла вправо, но до этого никому не было дела. Сэм, чертыхаясь, начал натягивать сапожки – им еще предстояло пройти мимо амазонок. Но не это было самым сложным – легионеры даже не представляли, как будут незаметно для всех вынимать сферу из статуи. Что уж тут – они и не знали габаритов этой самой сферы!

– АДЛОМ признателен вам за оказанную помощь! – сказала Бешка, подталкивая остолбеневшего Ворона в спину. Верховная Мать оставалась достаточно спокойной, провожая странную компанию взглядом. Она не суетилась и явно не планировала впадать в панику.

– Удачных родов, – буркнул Пив и последним скрылся из зала, стыдливо прикрываясь веером.

***

Семеро героев быстро покинули ступенчатую пирамиду с храмом, по пути не забыв сообщить стражницам радостную новость. Те сразу засуетились, одна побежала прочь из храма, а другая в зал к Верховной Матери. Милана совсем не переживала за предводителя своего народа – видимо роды в этом мире были обыденным и частым делом. По пути она успела сказать, что родить за раз пятерых – это для амазонок плевое дело.

Выйдя на улицу, отряд сразу понял, что уже почти все жители Амазонии в курсе о предстоящих родах Матери. Ворон не знал, как у них так быстро распространяются новости и уточнять у Миланы было некогда – им предстояла другая миссия.

Амазонка уверенным шагом повела друзей мимо маленьких бунгало в сторону главной площади. Им по пути встречалось все больше и больше амазонок, которые стекались к пирамиде с храмом. Они не обращали никакого внимания на компанию, только иногда узнавали Милану и кивали ей или махали широкими ладонями. Но парни все равно опускали головы, стараясь не привлекать к себе внимание. Сэм про себя матерился и клялся никогда в жизни не носить одежду – только доспехи.

Это воодушевило Ворона, толпа амазонок оставалась позади и на их пути их попадалось все меньше, так что можно было извлечь сферу без происшествий. Не придется объясняться перед народом, что они делают с их божеством плодородия и потенции.

Седьмой отряд дошел до площади примерно за двадцать минут. Они оставили позади бунгало и пляжную полосу. Приблизившись к площади, Ворон увидел огромное пространство, которое, видимо, на Амазонии выступало главной достопримечательностью. Все оно было покрыто рыжей брусчаткой. В архитектурную композицию гармонично вписались многочисленные фонтаны, симпатичные резные лавочки и небольшие статуи всевозможных дев-воительниц. Вдоль дорожек росли диковинные цветы, напомнившие Ворону земные незабудки-переростки. Аромат от них исходил приятный, Милана широко шагала к центру площади, довольно вдыхая его. Она то и дело останавливалась, чтобы понюхать какой-нибудь цветок или погладить поверхность какой-нибудь статуи. Попутно несколько бутонов она успела вплести в свою золотистую косу. Хоть она и вызвалась в АДЛОМ сама, было видно, что по своему миру она скучала. Но нет худа без добра – благодаря такому решению, девушка не только стала частью отряда, которому предстояло попытаться уничтожить Бездну, но и встретила свою любовь без применения дубины и дальнейшего обязательного расставания.

К сожалению, далеко не все амазонки отправились в храм к Верховной Матери – то тут, то там Ворон видел мускулистых дев, которые беззаботно болтали, сидя на лавочках, или прохаживались по мощенным дорожкам. Некоторые из них с упоением читали небольшие потрёпанный книжицы. Ворон готов был поспорить, что на Амазонии из всех жанров литературы можно было найти только любовные романы.

В центре площади легионеры увидели то, что их интересовало: на постаменте высотой в метр стояла статуя богини плодородия и потенции у амазонок. Она была под два метра роста, сделана из обычного серого камня и Ворон в ней узнал классическую Венеру палеолита, которую можно было часто встретить в земной Европе: тучная или беременная (определить было невозможно) дама без рук. Лицо не было ярко выраженным – просто шершавый овал с проемами под глаза, нос и рот. А вот на животе у дамы все сразу заметили «пупок»: темная выемка в диаметре примерно десять сантиметров. И в этой выемке в глубине что-то поблескивало на солнце.

– А вот и то, что нам надо, – потер лапки довольный Сэм и сразу стал воровато оглядываться. Поблизости бродило несколько амазонок, но пока они не обращали на странную компанию особого внимания. Они узнавали Милану, а гости женского пола из разных миров не были для них такой уж редкостью. Как-то же им надо было узнавать вселенские новости.

– Ну и как мы достанем сферу? – поинтересовался Пив, которому уже не терпелось переодеться в свое привычное боевое облачение. Он окинул статую оценивающим взглядом.

– Медлить нельзя, – решила Бешка. – Наверняка амазонки сейчас на радостях понесут подношения статуе, ведь Верховная Мать рожает двадцатого ребенка. Всё-таки это важное событие. Думаю, надо доставать сейчас. Лучшего момента может не представиться – вокруг мало народа.

– И кто достанет сферу? – спросила Гульнара и шесть пар глаз сразу устремились на Сэма. Для котика это не стало неожиданностью – из всей компании он незаметнее для всех мог достать сферу. И все это он мог сделать без малейшего шороха.

Но все равно он недовольно фыркнул и умильно закатил глаза. Милана по привычке чуть было не схватила пушистого друга в объятия, но вовремя вспомнила, что перед ней свирепый противник, который не даст себя погладить даже за вкусную рыбку.

Недолго думая Сэм стянул с себя женские сапожки, сунул их Ворону и стремительно метнулся к статуе. Легионеры уже привыкли к стремительному передвижению Сэма, но даже их глаза с трудом улавливали движения. Только Ворон успел отследить траекторию движения рыжего кота, прижимая сапожки к розовому свитеру.

Всего каких-то полминуты и вот Сэм уже вновь перед друзьями. Он передал Гульнаре небольшой шарик и стал вновь обувать сапожки, пока амазонки ничего не заметили.

Все с благоговением уставились на добытую сферу. В ладони у Гульнары лежал небольшой шарик розоватого цвета, внутри у него будто бы пульсировала перламутровая дымка. Каждый прикоснулся поочередно к шарику и почувствовали холодную абсолютно гладкую поверхность. Во всем остальном сфера не казалось опасной.

Ворон неожиданно вскрикнул и потянулся к правому мечу, располагающемся в ножнах, закрепленных дополнительным ремнем к основному поясу. За счет этого его длинные мечи были наклонены под углом и не задевали ножнами по земле при ходьбе. Только на АДЛОМе Ворон понял, что в бою целесообразнее носить мечи именно так, а не за спиной. Во многих земных компьютерных играх и блокбастерах героев изображали с парнями мечами за спиной. Но на деле такое расположение лишь мешало быстро оголить клинки и пустить их в ход.

– Что такое? – шикнула на него Бешка. Она не переставала обводить взглядом пространство вокруг, ожидая нападения с любой стороны.

– Адолейк нагрелся, – сквозь зубы ответил Ворон, поборов желание вынуть меч из ножен.

– Он чувствует мощь артефакта, – со знанием дела кивнула Гульнара, завернула добытую сферу в тряпицу и с особой осторожностью опустила в свою нулевую торбу.

– Ну вот и пошло у нас дело, – хмыкнул Сэм. – Это было даже легко.

– Не расслабляйтесь, – отдернула кота Бешка. – Нам просто повезло оказаться в относительно дружелюбно настроенном мире. О местонахождении большинства сфер мы даже ничего не знаем! Мало ли где нам придется оказаться.

Удача так воодушевила команду, что они даже на время забыли, что находятся на главной площади в Амазонии. Но вот за своими спинами они услышали женский звонкий голосок:

– А что это вы тут делаете?

Сэм буквально зашипел и подскочил на добрых полтора метра. Ворон успел поймать его и прижать к груди щипевший комок. Оглянувшись, отряд увидел перед собой амазонку на голову выше Миланы. Конечно, она была очень массивной, босоногой, в металлическом лифчике и грубой набедренной повязке.

Эрик так напугался, что сам же, когда оборачивался, запутался в своем сари. Чертыхнувшись, бедный парень попробовал выпутаться из цветастой ткани. В итоге он неудачно взмахнул своим луком и тот задел легкую вуаль. Она сбилась на бок и оголила трехдневную щетину купидона.

Окликнувшая друзей амазонка окинула взглядом Сэма, перевела взгляд на Эрика и в ее взгляде мелькнуло понимание.

– Бердания, я сейчас все объясню… – начала Милана, всплеснув в ужасе руками. Даже до нее дошло, что только что парней из их компании раскрыли. Но было поздно. Бердания набрала полные легкие воздуха и заорала на всю площадь. Если Ворон раньше считал голос Миланы писклявым и звонким, то он глубоко ошибался. До баньши, конечно, амазонка не дотягивала, но услышали ее вопль многие на площади:

– Здесь мужчины! Мужчины! Все сюда! Какая удача! Несите дубины!

– Нам хана, – пискнул Сэм, который уже успел вывернуться из рук Ворона и приземлиться на брусчатку. Ворон успел заметить, как с нескольких сторон к ним стремительно ломанулись амазонки. В ужасе он заметил в руках у некоторых увесистые дубины. Он не сомневался в своих силах, он мог отразить их атаку, но воевать с «мирными» амазонками у него не было никакого желания. Ведь это были женщины! Воинственно настроенные, но все же женщины.

– Уводи нас отсюда, – сказал он Бешке, теснее прижимаясь к ней. Все остальные тоже отступили поближе к баньши. Несколько замысловатых движений изящными тонкими пальчиками и перед отрядом возник портал в виде зеленоватого густого марева.

***

Все так спешили покинуть Амазонию, что в другом мире компания буквально вывалилась на землю, запутавшись в одежде. Пив сразу стал помогать Милане подняться на землю. Ворон же приземлился на Бешку. Ему даже показалось, что в хрупкой девушке что-то где-то хрустнуло. Та недовольно отпихнула его с себя, сказав:

– Надеюсь, ты не возьмешь в привычку падать на меня.

– Как некрасиво получилось на Амазонии, – вздохнула Гульнара, проверяя торбу и ее содержимое на предмет целостности. Она искренне сожалела, что им пришлось так покинуть этот мир.

– Ничего, Гулечка, – воодушевленно сказала Милана. – Верховная Матушка щас родит и там все утрясет! Вы еще побудете там на нашей с Пивариком свадьбе! И в тот же день статуя поможет нам зачать милого амомишку. А там и я может открою ателье набедренных повязок с элементами моды всемирья…

– Это все, конечно, очень интересно, но почему мы снова в мире лесорубов? – перебил амазонку Сэм, который при помощи своей стремительности уже вновь был в своем привычном облаченье – только легком доспехе на мохнатом пузике и смертоносном оружии на лапках.

Ворон оглянулся и тоже узнал этот мир: бревенчатые домики повсюду, построенные в разнобой, огороды. Повсюду, как и в прошлый раз сновали разные создания. Милана сразу воодушевилась и потянулась к торбе, но Гульнара только сильнее прижала ее к себе:

– Вряд ли Бешка перенесла нас сюда для покупок тряпок.

– Ну вообще-то почти так и есть, – сказала Бешка и все с недоумением посмотрели на баньши. Девушка закатила глаза и сложила руки на груди. – Не думали же вы отправиться в мой мир Конкордия в таком ужасном виде.

– Ну это-то понятно, – буркнул Пив, недовольно одергивая на себе свое женское облачение. – Этот ужас надо снять. Да мои братья со смеху бы передохли, завидев меня в таком виде.

– Я не про наши доспехи и боевое облачение, – сказала Бешка. Ворон пока так и не въехал, что имеет в виду девушка. – В моем мире царит гармония. Мы любим искусство и мой народ знает правила этикета.

На последних словах глаза девушки задержались на Вороне и тому стало неловко. Значение слово ему было, конечно, знакомо, но слова девушки его напугали. Не хотелось ему предстать перед ее знакомыми невоспитанным оболтусом. А ведь он таковым и являлся. На земле не одни отношения у парня не доходили до знакомства с родителями девушки. Конечно, Бешка не являлась его девушкой, но он надеялся когда-нибудь это изменить. И показаться перед родней баньши глупым и нелепым ему ее хотелось. Опозориться перед ее родней не лучшая стратегия покорения девушки.

– Так что нам всем надо переодеться, – закончила Бешка.

– Тьфу ты, аристократы значит. К чему эти глупости? – спросил Сэм и Ворон готов был согласиться со своим котом, но решил не гневить баньши. Погнал он как-то раз на себе силу ее крика. – У нас важная миссия, некогда устраивать костюмированный маскарад.

– Я не позволю перепугать народ в моем мире. А поскольку у нас реально мало времени, то вам повезло – я не буду обучать вас правилам поведения в общественных местах. Обойдемся костюмами и будем надеяться, что все пройдет без происшествий. Просто реже открывайте рты… может и сойдете за умных. Особенно ты, – и девушка снова уставилась своими большими карими глазами на Ворона.

Спорить с воинственной баньши было себе дороже, поэтому все устремились к палаткам торговцев. Хотя Ворону и было интересно, как горстка легионеров могла напугать народ баньши. Те сами кого угодно напугают. Стоит только мм всем разом принять истинное обличье.

Впереди шагала довольная Милана. Если бы драгоценности были бы не в торбе у Гульнары, амазонка уже успела бы обойти всю площадь и скупить половину предложенного барахла. И амазонке было все равно, что предыдущая неудачная покупка без дела покоилась на дне торбы. Но главной по торбе оставалась Гульнара и все единогласно с этим были согласны.

Закупаться пошли к той же горгулье-старухе, что и в прошлый раз. Никто не хотел тратить много времени на поиски нарядов, даже Бешка (исключение – Милана). Хоть Грегор отряду и не поставил никаких временных рамок на задание, но все были согласны в одном – нужно было спешить со сбором сфер. Это был единственный шанс запечатать Бездну и чем скорее бы это произошло, тем больше невинных жизней можно было спасти.

– Чего желаете на этот раз? – прочавкала пустым ртом сморщенная горгулья, которая была на две головы ниже Ворона. Компанию она сразу вспомнила и неудивительно – не так давно они уже покупали у нее дамские наряды для мужской части отряда. Узнала она и Милану, в которой сразу распознала ярого шопоголика.