АДЛОМ. Распри Совета

– Ой, а почем вот эти ажурные носочки с пони? – тут же встряла Милана, держа в руках ядовито-розовые носки. Они были связаны из грубой шерсти и в некоторых местах уже поедены молью. Но Милана видимо решила, что так и было задумано.

– Зачем тебе носки? – взвыл Сэм. – Ты же босиком ходишь! И тем более это рванина полная!

– Никакая это не рванина, – не согласилась амазонка. – И это я уже присматриваю обновки для нашего малыша-медвежонка, – сказала Милана, с нежностью поглаживая грубый материал. – Он будет у меня самым модным и стильным! И так оно и ага!

Ворон даже не стал себе представлять ребенка от амазонки и медведя в розовых носках (неважно мальчика или девочку) – он хотел сохранить крупицы своей психики, которая и так в последнее время была подвержена стрессам.

– Я уже вижу кое-что подходящее для Пива, – сказала Бешка и с головой зарылась в вешалки. Пив сразу понурил голову – он больше не хотел переодеваться. Пускай даже теперь и не предстояло выдавать себя за женщину. Притворяться аристократом для него тоже являлось непосильной задачей. Уж Ворон не знал быт его медвежьего племени, но народ друга не представлялся ему интелегентным и воспитанным. Пив был простым и открытым парнем.

Вынырнула Бешка уже с каким-то костюмом и протянув его Пиву, подтолкнула к раздевалкам (грязным натянутым занавесям). Таким же образом она подобрала наряды и для всех остальных в отряде, кроме Сэма. Самого маленького члена отряда Бешка оставила напоследок, придирчиво оглядывая вешалки с тряпьем у горгульи.

В итоге Ворон не смог не признать, что все оказалось не так уж и плохо. Пиву достался черный смокинг. Его жакет был однобортным с остроконечными лацканами, брюки и лакированные ботинки были в тон. Рубашка была белоснежной и в дополнение к ней шла элегантная красная бабочка. Ворон не смог не заметить, что на Пиве-человеке смокинг сидел очень даже хорошо: парень за последний год возмужал буквально на глазах у Ворона. Конечно, не расстался Пив со своим верным молотом и щитом. Но это дополнение в нынешней мировой ситуации можно было считать нормальным. Как-никак шла война с демонами.

Эрик был одет в черные узкие брюки, красный пиджак и белую рубашку. Ему даже нашли ботинки по размеру – коричневые с удлиненными носами. На голове красовался цилиндр. Парню было явно неловко в таком обличье. За спиной висели его лук и колчан со стрелами и только одно это успокаивало его.

Самому же Ворону достался костюм-тройка белого цвета и черная рубашка. Берцы он сменил на ковбойские сапоги за неимением у горгульи ничего более подходящего. Парень посчитал такой наряд очень символичным, ведь он был сыном Белого волка и сам мог перевоплощаться в зверя. Видимо с учетом этого Бешка и подбирала ему наряд. Когда Ворон вышел из примерочной, Бешка окинула его придирчивым взглядом, но осталась довольна. Только заметила, что ему бы уже не помешало постричься снова. Парень и сам замечал, что его белые волосы топорщились на голове в разные стороны, не желая делиться на ровный пробор.

Девушкам достались не менее элегантные наряды. Гульнаре было предоставлено на выбор аж два наряда. Но сарафан нежно-голубого цвета длиной в пол ей не подошел – сливался с оттенком ее кожи. А вот классическое платье-футляр спокойного желтого цвета ей очень подошло. Оно было приталенным, зауженным к низу, длиной до середины колена, горловина была закругленная, рукава отсутствовали. Хоть Гуля и была достаточно маленькой и не фигуристой, платье подчеркнуло все, что было нужно. На ножках у нее красовались золотистые сандалии в греческом стиле.

Милане досталось платье-рубашка. Фасон был приталенным, но Бешка подобрала к розовому платье черный лакированный поясок. Амазонка осталась довольна – платье одновременно было и практичным, и женственным. Вырез оголял ее массивную грудь, которой наконец довелось отдохнуть от бронированного лифчика. Тугие косички Бешка расплела Милане и теперь ее светло-золотистые волосы ниспадали сверкающими волнами по плечам. У Пива буквально челюсть отвисла, когда он увидел свою возлюбленную в столь романтично-элегантном облике. Вот только обуть что-то на ноги Бешке не удалось уговорить амазонку.

Сама Бешка нашла для себя просто великолепное платье. Все даже удивились, что у старой горгульи в ее неказистой палатке такие водились. Платье было длиной до пола черного цвета, фасон русалка дополнял корсажный лиф, расшитый стразами. Ворон сразу понял, что это не дешёвые стекляшки, а какие-то драгоценные камни. Свои темные волосы девушка уложила на голове замысловатыми локонами, оставив несколько прядок свисать с правой стороны лица. Черное великолепие выглядело элегантно и торжественно, под пышной юбкой скрывались ножки в туфлях-лодочках на шпильке.

Увидев Бешку, Ворон потерял дар речи. При этом он сразу вспотел и начал нелепо икать.

– Видимо я выгляжу очень даже хорошо, – заметила Бешка, хмыкнув на реакцию парня.

– Ой, ты такая красивая! – воскликнула Милана. – Только не смей так же выглядеть на моей свадьбе, я ж буду тогда казаться страхолюдиной! И тебе не хватает макияжа!

Милана ухватилась за руку Бешки и поволокла к скамейкам, чтобы нанести девушке макияж. Бешка не стала отбиваться и решила уступить этому детско-восторженному напору.

– Вы только посмотрите, как разоделись, тьфу! – изрек свое мнение Сэм. – Будто на бал какой-то собрались, мы вообще-то реликвии древние ищем, не забыли? А ты, Ворон, челюсть уже подними! Все мы знаем, что ты хочешь увидеть леди Бе-Бе без ничего.

– А с тобой что делать будем? – спросил Пив. Никто не забыл про обнаженного Сэма. Ну если не брать в расчет его крошечный доспех.

– А что со мной? Я кот! Могу и голым походить, не думаю, что этим нарушу какие-то правила в Конкордии. Уж точно лучше быть голым, чем разодетым, как петух!

– Так не пойдет, – наконец подал голос Ворон, перестав пялиться на Бешку вдалеке от них. – Мы разоделись и тебе полагается. Мы же команда. Так ты будешь выбиваться из общей картины.

Пив, Эрик и Гульнара энергично закивали головами, соглашаясь с другом. И они совсем не обращали внимание на когти, которые Сэм выпустил из своих лапок. Идея ему была не по вкусу. Он прищурил глаза, шерсть на загривке встала дыбом. Он не собирался так легко сдаваться на волю друзьям.

– Извините, ребят, – сказала горгулья, о присутствии которой все успешно позабыли. – Но на котейку у меня смокинга или чего-то подобного нет. Вы в прошлый раз купили последний наряд столь маленького размера.

– Ничего страшного, – решила Гуля. – Найдем что-нибудь, пока Милана орудует своими кисточками.

Зомби оплатила золотом наряды, особо не торгуясь. Дороже всего обошлось платье Бешки, но тут даже Ворон согласился, что оно того стоит. Конечно, девушка нравилась ему в любом виде, но в таком ему ее еще не доводилось лицезреть. Оставшиеся члены отряда сообщили Милане и Бешке, что поищут костюм Сэму и пошли по остальным палаткам.

Весь путь Сэм злился и пытался всячески спасти себя от участи быть разодетым. Слишком свежи были воспоминания о женском наряде для Амазонок. И у него уже это почти получилось, ребята решили, что бессмысленно продолжать поиски, но тут Ворон заприметил торговца с очень маленькими нарядами. Как оказалось, он продавал одежду для хомиков и домовых.

Вот тут-то и начался ад для Сэма. Друзья заставили перемерить кота несколько костюмов, пока не остановились на небольшом жилете, расшитом золотыми нитями, высоких сапогах из натуральной зеленой кожи и рафе – огромном воротнике. Дополнительно Гуля повязала на хвост Сэму атласный бантик со словами:

– Милана оценит.

– Что за нелепая штукенция? – заорал Сэм и попытался снять воротник с себя. – Это что за убожество для ущербных клоунов? Да я же выгляжу в нем как настоящий придурок!

– Даже не старайся, – сказала Гульнара. – Я предвидела твою реакцию и закрепила раф при помощи специального клея. Только я теперь смогу его снять с тебя.

– Тебе идет, – заржал Пив и даже Эрик не удержался и прыснул в кулак. Но сразу потупился и отвернулся. Не хотелось связываться с кошачьими когтями.

– Тебе реально идет, – успокоила кота Гульнара. – Ты в нем такой милый.

– О, а это завершит образ! – воскликнул Ворон, добавив к покупкам красную шапочку, как у обезьянки Абу из «Алладина». Сэм смерил парня убийственным взглядом, но не стал отказываться от шапочки, а то с Гульнары станется – и ее на клей посадит.

Наконец к ним присоединились Милана и леди Бешка. Ворон даже не думал, что девушка может стать еще красивее, но так оно и случилось! Дымчатый макияж глаз подчеркивал глубину ее взора, пухлые губы стали ярко-алыми, на щеках добавился румянец. А и без того длинные ресницы стали ещё объёмнее и красиво загнутыми.

Ворон стал поспешно придумывать в голове какой-нибудь комплимент. Но как назло красивые слова на ум не приходили. И в итоге подходящее время ушло.

Компания отошла от площади с торговцами, решив, что пора уже продолжить поиски сфер. Все сгрудились вокруг Бешки в ожидании сотворения портала в другой мир. Девушка заставила всех сложить свое оружие в нулевую торбу, сказав, что в ее мире оно никому не понадобится. Только Сэм заупрямился и отказался снимать свои с виду не столь опасные браслеты. Бешка не стала тратить на него время и отбирать скрытое оружие. Все-таки она полагалась на его благоразумность. Не станет же он ни с того, ни с сего пускать в ход свои небесные клинки.

Бешка явно нервничала и не торопилась с порталом. В отличие от Миланы, девушка почему-то не горела желанием посетить свой родной мир. В итоге недовольный Сэм перестал дергать себя за ненавистный воротник и спросил:

– Может подготовишь нас, Бе-бе. Чего нам ждать от твоего мира? В таких идиотских прикидах…

Бешка ответила коротко:

– Не умничайте. И да – не лезьте в мои семейные дела.

***

Грегор сидел в своем шатре и просматривал отчеты по выполненным заданиям оставшихся в его подчинении отрядов АДЛОМа. И хоть он находился в мире, созданным его отцом и Белым Волком, он оставался во всеоружии: в его ножнах на правом боку висел верный меч, созданный тоже из небесных слез еще в незапамятные времена. Над ним трудился сам Гефестус. И работу он выполнил искусно. Впрочем, как и всегда. По-другому у слепого кузнеца и быть не могло.

Тут дверь в шатер распахнулась без какого-либо предупреждающего стука и в комнату ввалился запыхавшийся сатир Рики. Его козлиные ножки подрагивали – видимо бежал сатир уже давно.

Грегор не успел ничего сказать побеспокоившему его сатиру, он начал сам:

– Простите, Мастер! Я не смог их остановить! Я старался, но их напор… их наглость… их…

– Остановить кого? – спросил Грегор, но в ответе он уже не нуждался. Вслед за Рики в шатер вошла неожиданная для предводителя АДЛОМа компания. В комнате сразу стало тесно, Рики, вжал голову в плечи и постарался слиться со стеной. Конечно, у него это не вышло.

Грегор окинул недовольным взглядом явившуюся компанию: пятеро ничем непримечательных мужчин в военной форме. С виду они были безоружны, но Грегор прекрасно понимал, что это не так. У каждого с левой стороны мундира в области сердца красовался золотистый круг с темными буквами в центре: СОСОМ. Впереди стоял эльф-полукровка: высокий и худощавый, с чернильной кожей и золотистыми волосами, собранными в конский хвост. Одет он был в ниспадающую до пола мантию кровавого цвета. Его взгляд пронизывал насквозь, неудивительно, что коленки Рики стучали друг об друга. А вдоль правого глаза эльфа тянулся длинный вертикальный шрам до самого подбородка.

Меч в ножнах едва ощутимо загудел, призывая быть вынутым. Но Грегор удержался от соблазна, хоть и понимал, что такое поведение меча всегда означает лишь одно: поблизости опасность. Вместо этого Грегор спокойно спросил:

– И чем я обязан вашему появлению на АДЛОМе, Аристофан?

Старейший член Совета Миров приблизился к столу Грегора насколько это позволяло пространство вокруг, наклонился и произнес почти полушепотом, но услышали его все:

– Я явился за Александросом, сыном Белого Волка и последним выжившим с Авалонии. Он отстраняется от обучения на АДЛОМе и обязан отправиться со мной в мир Консилио. И, конечно, Грегор Оникс, вы не могли об этом не знать. Ведь мы направили вам несколько посланий.

– О да, я, безусловно, в курсе, – сказал Грегор. – Я имел честь получить все ваши послания. Все шесть. Но и я, в свою очередь, направлял вам на днях послание. Неужто вы его не получили?

– Мы получили ваше весточку, в которой говорится, что Александрос дезертировал, покинув АДЛОМ вместе со всем седьмым отрядом. Совет ознакомился с вашим отчетом.

– И что же вы тогда от меня хотите? И зачем с вами специальный отряд Совета объединенных миров? – спросил Грегор, переводя взгляд на мужчин с нашивками аббревиатуры СОСОМ. Внешне предводитель оставался абсолютно спокойным. Меч не переставал гудеть. Рики же продолжал жаться к стене и желать лишь об одном – оказаться дальше от этой компании, но путь отступления перегородил спец отряд.

– Мы не до конца поняли, как целому отряду удалось улизнуть с АДЛОМа незамеченным.

– Я уже указал все в отчете, – сказал Грегор. – Александрос понимал, что будет отстранен от обучения и решил покинуть АДЛОМ. Он сдружился с отрядом и шестеро ребят последовали за ним. Ну а как им это удалось, тут у меня только один ответ на это: мы все вкладываем в обучение наших легионеров, чтобы они становились равными мастерам. И седьмой отряд не стал исключением. Они многому научились у Мастеров и меня.

Грегор пожал плечами и добавил:

– Так что вы зря потратили свое и мое время.

– Мы все-таки хотим убедиться лично. Несколько членов Совета предполагают, что вы можете укрывать Александроса на АДЛОМе, – по тону Аристофана и Грегор, и Рики поняли, что он относится к этому числу. – Вы позволите обыскать АДЛОМ?

– А у меня есть выбор? – спросил Грегор, но Аристофан лишь улыбнулся в ответ. – Конечно, можете обыскать АДЛОМ. Нам нечего скрывать.

Темный эльф кивнул своим ребятам и молча направился к выходу. Грегор окликнул его у самого выхода:

– Аристофан, что-то сильно изменилось в вас после нашей последней встречи. Только не могу понять, что именно.

– Все мы меняемся, Грегор. Настало время перемен, – и с этими словами эльф покинул шатер. Его молчаливая свита последовала за ним.

– И что это было? – проблеял сатир, который только после ухода эльфа с СОСОМом смог перевести дух.

– А это значит, друг мой, что у седьмого отряда гораздо меньше времени, чем я предполагал ранее, – устало произнес Грегор. Его меч перестал гудеть, но от этого не становилось легче.

– И что вы предпримите? – спросил Рики, его глаза испугано расширились.

– Седьмой отряд не справится без помощи. Следовательно, нужно ее им предоставить.

***

Седьмой отряд оказался на городской улице. Мимо сновали люди, но совсем не обращали внимание на прибывших в город. Бешка объяснила, что все порталы в Конкордии отслеживались и если бы он был открыт не баньши, то их бы тут же проверили.

Ворон с любопытством огляделся вокруг. Люди были разодеты в основном, как в викторианскую эпоху. Это сразу бросалось в глаза. Парень знал, что корсет являлся чуть ли не символом викторианской эпохи. И теперь он понял такое увлечение Бешки этим элементом одежды. Здесь практически каждая женщина носила платье корсетного типа. У некоторых были внушительных размеров кринолины, обтянутые разными материалами, у других – более удобные прямые юбки. Но все же Ворон заметил дам в более коротких юбках и даже брюках. Из этого он понял, что на Конкордии не все так жестко в моде, как было в викторианской эпохе. Также женщины носили шляпки или имели при себе раскрытые зонтики, хоть небо над их головами было без единого облачка.

Мужчины тоже выглядели элегантно: смокинги, костюмы, цилиндры, изящные трости. Ворон быстро понял, что они практически не выделяются из общей массы и ему стало спокойнее. На Амазонии он себя так не чувствовал. Да и какой нормальный парень будет нормально себя чувствовать в дамской юбке.

Народ баньши не отличался от человеческого вида. Хотя что-то и не давало покоя Ворону. Пройдя с друзьями по асфальтовой дорожке между домами несколько десятков метров, он понял, что же смутило его. Народ баньши действительно напоминал обычных людей. Но все эти люди были очень красивыми. В их внешности не было никаких изъянов. Идеально гладкая кожа, как у фарфоровых куколок, аккуратные носы, красивые большие глаза.

Погода царила комфортная. Вроде город ярко освещало светило (Ворон сильно сомневался, что это солнце, но свет от него исходил такой же), но было прохладно. Как будто пространство вокруг было оснащено невидимыми кондиционерами. Баньши были искусными магами, так что Ворон не удивился бы, узнав, что погода тут контролируется магией.

Ворон переключил свое внимание на архитектуру и быстро опознал ее стиль. Перед ним была чистая улица с жилыми домами, подчеркнутыми роскошными парадными подъездами, декорированными фронтонами, стрельчатыми оконными проемами, башнями и шпилями. Дома не были огорожены заборами, каждый участок вокруг был обильно засажен редкими растениями, которые существовали и на земле: клювом попугая, кокио, альпийским эдельвейсом. Остальные растения Ворон распознать не смог. По удивлённым и любопытным глазам Гули было понятно, что и она не в силах распознать все.

Все молча следовали за Бешкой, беспрестанно вертя головой и рассматривая город. Девушка была как натянутая стрела, шагала она быстрым шагом, несмотря на свои высокие шпильки, губы плотно сжаты. Покинув жилую улицу, легионеры прошли немного через небольшой лесок и оказались перед большим открытым пространством, в центре которого располагался огромный особняк.

Сэм присвистнул, пытаясь со своего кошачьего роста окинуть весь особняк взглядом. Но это вряд ли было возможно. Тут было чему удивляться: особняк больше походил на неоготический замок. В его основе был каркасный свод, стены зубчатые, окна с замысловатыми витражами. В фасаде здания присутствовало много ажурных деталей и резной лепнины. Конструкции были вытянуты вверх, Ворон заметил роскошные колонны, поддерживающие многообразные арки и своды. Этажей было всего пять. К тому же Ворон сразу заприметил у левого крыла огромную башню в таком же стиле. Как оказалось, это была библиотека, которую основали предки Бешки много веков назад. В ней были собраны знания ее народа.

Пространство вокруг замка тоже было роскошным: множество фонтанов, развилок, скамеек, цветочных клуб. Цветочные стены формировали замысловатые проходы, напоминающие лабиринт. Но чтобы пройти к самому замку, нужно было пройти мимо будки с привратником. При этом заборов и шлагбаумов не было. Но Ворон решил, что народу баньши они и ни к чему. Наверняка все здесь охранялось магией. И очень сильной магией.

Компания не смогла перебороть себя и остановилась, уставившись на замок. Пару шагов они не дошли до привратника.

– И ты здесь живешь? – выдохнул Ворон, переводя взгляд на Бешку. Девушка ответила вопросом:

– А у тебя разве на земле нет своего замка?

– Замка? – переспросил Сэм и захохотал. – Да ты бы видела его комнату! Я всегда обходил ее стороной, ну и воняло там! Да даже у гоблинов наверняка их пещеры лучше! Нашему Ворону Кво подошла бы в невесты!

Ворон засмущался, но Гульнара пришла ему на помощь:

– Может у Ворона и нет замка на земле, зато есть на Авалонии.

Но Бешка их уже не слушала, она направилась прямиком к будке уверенным шагом. Из нее уже вышел привратник: невысокого роста мужичок с седеющей головой в простой одежде, которая слегка висела на его тщедушном теле. Но он быстрым шагом посеменил навстречу Бешке.

– Бешка фон Спиритус! Вы так долго отсутствовали! Вот ваши родители обрадуются! Я немедленно доложу им о вашем прибытии!

– Хорошо, я тоже рада снова оказаться дома. Можешь сообщить им о моем прибытии, – кивнула Бешка и мужчина в следующую же секунду исчез. Не убежал, не телепортировался, а просто исчез. Так что седой привратник был не так прост, как казался. После этого девушка оглянулась на всю компанию: – Вы же помните, как себя надо вести?

Все охотно закивали, хоть никто и не представлял, что им предстоит. А уж тем более никто не знал, как себя вести в компании родных Бешки. Одно было очевидно точно – семья Спиритус занимала на Конкордии какое-то важное место. Ворон поймал себя на мысли, что ничего не знает о Бешке. А ведь он планировал добиваться ее внимания. И это был хороший шанс узнать о ней побольше в ее родном мире.

– А ты хоть представляешь где в этом мире находятся сферы? – спросил Сэм, не отставая он компании и задевая кусты своим объемным воротником. Он уже свыкся с ним, но все равно был недовольным и время от времени теребил края воротника.

– Не имею ни малейшего представления, – ответила Бешка, гордо вышагивая впереди.

– Отличное начало, – буркнул Сэм. – А кто хоть твои родители, мафиози какие-то? Вы явно не бедствуете? У вас дома вкусняшки есть? Свежая рыба или Вискас?

Бешка тяжело вздохнула, развернулась к седьмому отряду и сказала:

– Видимо вас надо все-таки ввести в курс дела хотя бы по минимуму, – тут девушка замялась и с трудом выдавила из себя: – Ну я как бы наследница Конкордии.

– Так твои родители тут главные? – ахнула Гульнара. Милана же заголосила:

– Да это ж замечательно, у тебя, наверное, столько шмоток! Ты же мне покажешь их? Вы, баньши, такие крутые, я аж тоже захотела корсет примерить. Мне же пойдет? Как думаете, мальчики?

Пив видимо сразу начал представлять возлюбленную в интересных образах – с корсетом и без.

– Ничего замечательного в этом нет, – вздохнула Бешка, развернулась и повела друзей дальше. Ее явно что-то тяготило, но Ворон не знал, как облегчить эмоциональную ношу девушки, которая ему так нравилась. Но он надеялся, что вскоре ему многое о жизни баньши станет известно.

Друзья быстро приближались к роскошному особняку.

***

Внутри интерьер замка тоже был выдержан в стиле неоготика. Ворону такой стиль был по вкусу. Его ещё на земле привлекало все готическое.

Благодаря высоким стрельчатым аркам, напоминающим деревья с отходящими ветвями, интерьер в гостиной, куда проводила седьмой отряд Бешка, смотрелся таинственным и невесомым. Хотя основной строительный материал был камень. Но атмосфера вокруг не была холодной.

Баньши умело использовали рассеянный и прямой свет, хоть Ворон и не смог понять откуда тот исходил. Наверняка дело было в магии, так как осветительных приборов Ворон не заметил. Волшебных камней и факелов тоже не наблюдалось.

Естественный свет исходил от огромных стрельчатых окон, украшенных орнаментами, башенками и витражами. Цветное стекло витража показывало друзьям иллюстрации непонятных сюжетов из прошлой жизни народа баньши. Гульнара так увлеклась разглядыванием этих иллюстраций, что сама не заметила, как выудила из торбы свитки и стала зарисовывать моменты прошлого. Только чтобы их все зарисовать, девушке пришлось бы поселиться в замке на пару месяцев минимум.

Каменные стены гостиной были облицованы деревянными панелями. Их щедро украсили росписью, коврами и гравюрами по дереву. Пол был мраморным. Потолок имел балочную конструкцию, от пола до потолка было не менее четырех метров.

Друзья расселись за большим столом на мягких диванчиках перед обильно декорированным камнями камином, в котором огонь весело пожирал поленья. Ворон заметил, что вся мебель выполнена из массива древесины и украшена резьбой, позолотой, росписью.

Ворон вырос на земле в небогатой семье и ему в таких хоромах было неуютно. Но он был не одинок, все остальные тоже с удивлением рассматривали пространство вокруг себя. Ворон даже побоялся представить, какой замок его ждет на Авалонии. Бешка сидела рядом с парнем выпрямив спину и сложив руки на коленях. Она нервничала – это выдавали ее пальцы, которыми она постукивала себя по коленкам. Лицо же оставалось невозмутимым. Ворону еще не доводилось видеть девушку настолько не в своей тарелке. И это притом, что она была у себя дома, где наверняка провела большую часть своей жизни.

По пути в гостиную отряд прошел через огромную прихожую, поднялся на второй этаж и прошел еще по нескольким длинным коридорам. Им по пути встретилось несколько слуг, которые кланялись Бешке и явно были рады видеть свою хозяйку.

В гостиной царило напряжение, даже Милана замолчала, рассматривая узоры на мебели. Только свитки скрипели в руках у Гульнары, которая увлеклась своим делом. Она мало знала о народе баньши и теперь хотела восполнить пробелы в памяти. Ворон порой удивляйся как все эти знания сохранялись в ее маленькой голове. Видимо о девушки была очень хорошая память.

Прошло минут двадцать, прежде чем в комнату вошли двое человек. Ими оказалась миловидная женщина в элегантном белом платье из тончайшего шелка. Ростом она была с Бешку и по чертам ее лица все сразу поняли, что это ее мать. Они были очень похожи, причем у матери на лице не было ни единой морщинки. Следом вошел пожилой мужчина с опрятными длинными седыми волосами и аккуратно подстриженной бородой. Даже на его лице глубоких морщин не было – лишь лёгкая паутинка у глаз, губ и на лбу. На нем был изумрудного цвета костюм с пиджаком. В правом глазу был монокль. Опирался он на элегантную трость, навершие которой было сделано из камня абсолютно белого цвета, который будто бы светился изнутри, создавая эффект перламутра. В этом камне Ворон сразу узнал небесные слезы.