Пылающие хроники. Летосвет

Я вертела в руках пеструю ткань нежного персикового цвета. Она была теплой на ощупь и струилась между моих бледных пальцев. Изучив материал, я подняла недоуменный взгляд на принцессу Фрейю.

– Платье? – скептически произнесла я, приподняв брови. – Я не привыкла такое носить.

– Да, понимаю, – улыбнулась принцесса, стоя передо мной в моей временной спальне во дворце Кларенсов. Мне не довелось увидеть королевские покои, но уже гостевые спальни поражали воображение своей роскошью. Все пространство было пропитано атмосферой свежести и умиротворения. Заходя в комнату, я сразу ощущала прохладу и чистоту воздуха, который наполнял энергией и спокойствием. Стены комнаты были украшены нежными и светлыми оттенками, напоминающими весенние цветы и молодую листву. На полу лежал мягкий ковер с растительным орнаментом, который добавлял уюта и тепла. В центре комнаты стояла большая кровать с балдахином, украшенным цветочными мотивами. Вокруг кровати располагались мягкие кресла и пуфы, а также изящный столик для чаепития. Огромные окна от пола до потолка наполняли комнату светом и открывали прекрасный вид на цветущий сад и лес, окружающий Цветокрай. В саду можно было увидеть множество экзотических растений и цветов, а также фонтаны и беседки для отдыха гостей.

Принцесса продолжила:

– Но вы посетите Летосвет в качестве путешествующих гостей других краев. Вы должны произвести хорошее впечатление на солнцелюбов. Так что никаких опасных медведей, криолитовой брони и отталкивающих нарядов. И да – Вейне я уже отнесла ее платье.

– И она согласилась его надеть? – хмыкнула я, представив дерзкую девчонку с коротко и криво остриженными волосами в подобном наряде.

– Не переживай, – улыбнулась Фрейя. – Там двойная юбка с запахом, под ней можно прятать спрингклинг. Я же прекрасно понимаю, что ты не согласишься отправиться в другой край без оружия. Так что я не вправе запрещать тебе этого.

Я вновь хмыкнула. А принцесса успела меня неплохо изучить. Естественно, я не собиралась безоружной отправляться в Летосвет. Мы все были при оружии, когда попали в Цветокрай и чем это для нас закончилось? Правильно – заточением в темницу. Но здесь такого не должно было повториться. Фрейя описала солнцелюбов как доброжелательный народ, к тому же, на этот раз мы посетим край как полагалось – через врата древа Сефирот. Не схватят же они нас сразу по приходу, не разобравшись кто мы и зачем к ним явились.

– Ладно, – решила я и бросила платье на кровать. – Я его надену. Но почему оно такое открытое? Короткое и такие легкие рукава?

– Вам же будет жарко там, – ответила Фрейя. – Но я позаботилась, чтобы твой наряд был с длинными рукавами на случай, если тебе захочется скрыть свой браслет. К тому же, вы в своем крае тоже легко одеваетесь. Как вспомню ваши босые ступни и лед…

Я рассмеялась, представив какое это произвело впечатление на человека, живущего под теплым солнцем и окруженного цветущими растениями.

– Вот и славно, – произнесла Фрейя и видимо уже собиралась покинуть комнату, но остановилась и посмотрела на меня так, будто что-то хотела сказать еще, но не знала – стоит ли.

– Что-то не так? – спросила я, заметив ее метания.

– Скади, – начала Фрейя и снова запнулась. Я молчала, давая девушке время собраться с мыслями. – Ты же Озаренная и всегда знала, что ею станешь. Я про предназначение узнала лишь недавно…

Девушка посмотрела на свою левую руку, закрытую рукавом платья. Но я знала, что скрывалось под тонкой материей – цветочный браслет, наполовину въевшийся в кожу девушки. Теперь Фрейя всегда старалась скрыть браслет плотной материей, чтобы лишний раз не видеть напоминание того, что олицетворение весны почему-то решило лишить ее своего благословения, но при этом отдав артефакт этого края.

– И… и я хотела спросить, – пробормотала девушка и решившись, выдала следующий вопрос: – Тебе тоже снятся странные сны?

– Сны? – удивилась я, не понимая, о чем девушка говорит.

– Огонь, вулкан и голос… очисться огнем, – произнесла девушка неуверенно. Она посмотрела в окно за моей спиной, потом перевела взгляд на платье, лежащее на кровати. Лишь бы не столкнуться своим напуганным взглядом со мной.

Я покачала головой и ответила:

– Не знаю, о чем ты. Мне не снится никаких необычных снов, во всяком случае не могу вспомнить ничего такого. Очисться огнем – это я слышала в Цитадели Снежного бога. Фрейя, что за сны? Что тебе снится?

Девушка закусила губу и покачала головой:

– Неважно. Это просто мои кошмары. Все нормально. Я слишком болезненно восприняла последние события… и мой отец, ему нужен регулярный уход и

забота. Столько дел навалилось… Ложись, Скади, завтра открытие врат древа Сефирот, ты должна хорошо отдохнуть перед этим.

Фрейя поспешила к двери, пока я не задала еще каких-нибудь вопросов. Я проводила ее маленькую фигуру взглядом. Принцессу явно что-то беспокоило помимо ее браслета, врастающего в руку. Я посмотрела на свой браслет – ледяной. Он свободно висел на моем запястье, и я не могла представить, что испытывала бедная девушка, которая лично видела Угасшего – Озаренного, чей браслет полностью слился с рукой, лишив его былой человечности.

Часть первая

Я ощутила сильный порыв теплого ветра, окруживший меня свирепым шепотом, словно предупреждая о непредсказуемых опасностях. Но это странное ощущение длилось недолго. В следующее мгновение, перед моими глазами открылся невероятный пейзаж.

Царство вечного лета неутомимо лучилось солнечными лучами, окрашивая все живое в яркие, насыщенные цвета. Поляны расцветали цветами всех оттенков радуги, сладкий аромат наполнял воздух, а пение птиц звучало пронзительно и безмятежно.

Очарованная красотой этого места, я не могла отвести глаз. Я видела вдали монолитные стволы деревьев, чувствуя их тепло и энергию. Воздух был ласковым и мягким, словно нежное прикосновение кожи. Но в следующую же минуту я ощутила жар, исходящий от солнечных лучей, и непроизвольно прикрыла ладонью глаза.

Температура здесь была совершенно иная. Мой родной край был покрыт снегом и льдом, его пронизывал ледяной холод, вечный мороз делал свое дело. Поэтому контраст, который я испытала, буквально ошеломил меня. Здесь не существовало места для сумерек и мороза. Здесь я была чужой, как и Вейна, Стиан и Браун. Мы были чужаками.

Мы подготовились там в Цветокрае и использовали мазь, предоставленную нам принцессой Фрейей. Но ее воздействия явно было недостаточно, чтобы уберечь нас от этого нестерпимого жара.

– Ну и погода здесь, – услышала я позади себя высокий баритон Брауна.

В платье я себя ощущала вдвойне некомфортно, но хотя бы близость скрытого под подолом криолитового клинка меня немного успокаивало. От него исходил привычный холод, напоминая о том, кем я являюсь и где мой родной край.

Зато весь вид Вейны говорил о том, насколько противно ей было надеть предоставленной Фрейей платье. Уж не знаю, как принцессе удалось уговорить девчонку на такой пестрый наряд. У нее платье было с открытыми плечами и длиной до колена. Ткань была испещрена цветочным узором, который не сочетался с бледным лицом девчонки и ее короткими белоснежными волосами.

Брауну и Стиану тоже пришлось переодеться в свободные штаны синего цвета и рубахи бледно-желтой расцветки. Если Стиану было плевать на такой наряд, то Браун постоянно ругался себе под нос, вспоминая свою криолитовую броню, которая стала для него второй кожей. И я понимала, как сложно было ему оставить в Цветокрае Боливара, ведь еще недавно все мы там были пленниками. Сложно было довериться принцессе несмотря на то, что она освободила нас и оказалась Озаренной.

Я постаралась отвлечься от жарких солнечных лучей и оглядела площадь, на которой мы оказались. Позади нас раскинулось Древо Сефирот. Такое же прекрасное и величественное, как и в нашем родном крае. Его ветви с золотистой листвой накрывали поляну подобно живому шатру.

Солнцелюбов на площади собралось много. У всех была золотистая кожа и рыжие волосы. Их глаза были яркими – зелеными и пронзительными, широко распахнутыми. А главное – на всех лицах застыли дружелюбные улыбки, от которых я почему-то поежилась.

На многих я заметила наряды из звездного покрывала, которое являлось отражением самого солнца – настолько красивым оно было. Откуда-то раздавалась мелодичная музыка, в такт которой некоторые солнцелюбы покачивались.

– Вы явно прибыли к нам не для свершения обмена, – раздался приятный голос – тягучий и сладкий, будто патока. От толпы солнцелюбов отделилась фигура и я смогла рассмотреть красивую женщину лет тридцати. Ее рыжие волосы были уложены в высокую прическу, на носу и щеках красовалась россыпь веснушек. Ее платье было покрыто обилием рюшек и цветов. При виде такого наряда я поняла, что мое платье выглядит еще вполне прилично.

При этом лицо женщины показалось мне знакомым. Я погрузилась в омут своей памяти и быстро сообразила, где могла видеть солнцелюба. Конечно

же, только на открытии врат древа Сефирот! Ленора являлась к нам в качестве представителя своего края с товарами для обмена.

– Как вы догадались? – спросила Вейна, в какой уже раз поправляя подол своего платья. Я знала, что у нее тоже двойной подол в наряде, где сейчас надежно скрыты два спрингклинга – обычный и криолитовый. И я не сомневалась, что девчонка, как и я с Брауном, готова пустить их в дело – дайте только повод.

– Вы с пустыми руками, – улыбнулась женщина. Окинув нас проницательным взглядом, она заметила: – Вы ледоступы. Это понятно по вашим белым волосам и болезненному цвету кожи.

Болезненному? Мне хотелось фыркнуть, ведь это из разрумяненные лица казались мне болезненными, но я тактично промолчала.

– Что же сподвигло ледоступов посетить наш край? – улыбнулась женщина, переведя взгляд на меня. Может во мне она увидела лидера?

– Мы с гостевым визитом, – улыбнулся ей в ответ Стиан. Его улыбка была способна растопить самое холодное сердце, неудивительно, что Вейна его любила. Я же поняла, что мне лучше помалкивать, так как я бы не смогла столь тепло улыбаться этим чужакам, о которых мне было известно столь мало.

– Гостевой визит? – глаза женщины слегка округлились от удивления. – Ну надо же. Цветущие бывают гостят у нас. Некоторые из них даже остались жить у нас, ведь наши климаты схожи. И листопадников тут нечасто встретишь… Но вот ледоступы с гостевым визитом к нам вообще не являлись, для вас наш климат слишком… жаркий.

– Мягко сказано, – не удержалась я от реплики, но сразу же замолчала, ощутив толчок локтя Брауна мне в бок. Наверное, даже в таком нелепом платье я выглядела воинственно, женственность была мне ни к лицу.

– Понимаю, что это вас удивило, – улыбнулся Стиан. Его голос был подобен голосу солнцелюба. Как же парень умел подстраиваться под обстановку! Хотя чему я удивлялась – сколько он выживал сначала за Переломом, а потом в Цветокрае совсем один и даже без целебной мази цветущих. – Но нам интересны другие края. Я со своей невестой, – на этих словах он приобнял Вейну за талию, – уже побывали в Цветокрае. Мы как раз к вам оттуда.

Женщина кивала и улыбалась. Когда Стиан замолчал, она посмотрела на меня и Брауна. Оборонитель поспешно взял меня за локоть и пробасил:

– Мы решили последовать примеру молодых и попутешествовать по другим краям. Моя женушка давно хотела увидеть именно Летосвет. Все уши мне им прожужжала! Ну как я мог отказать моей крохе?

Я скривилась, но не оттолкнула от себя Брауна. По примеру молодых? Да что он себе позволяет! Я лишь на пару лет старше Вейны и Стиана! И мы не договаривались представиться солнцелюбам супружеской парой. Я представила во всех красках, как наваляю ему в бою на спрингклингах и это немного успокоило меня.

– Очень рада слышать. Может вы подадите пример и другим ледоступам. Мать Гортензия давно мечтает о том, чтобы мы активнее обменивались знаниями и опытом с другими краями, – произнесла женщина и всплеснув руками добавила: – Совсем забыла представиться – я Ленора Вивиен, правая рука матери Гортензии. Она не смогла сегодня присутствовать лично на открытие врат Сефирот, но не сомневаюсь, что ей захочется лично увидеться со всеми вами.

Мы поочередно представились, решив не утаивать своих истинных имен. Насколько нам было известно, туннели под лавовой рекой не вели из Ледомора в Летосвет, значит Мыслящие не могли свободно связываться с этим народом.

– Какое же знаменательное событие! – не переставала радоваться Ленора, ведя нас по ярким улицам Летосвета к гостевому дому. Я уже особо не слушала женщину, сосредоточив свое внимание на крае, который открылся моему взору.

Улицы Летосвета были наполнены яркими красками и ароматами, а каждый уголок здесь словно оживал под теплыми лучами солнца. Дома в этом царстве отличались своей неповторимой архитектурой и изяществом. Большинство зданий здесь были построены из светлого камня или дерева, что придавало им легкость и воздушность. Крыши домов были покрыты глиняной черепицей или тростником, которые защищали их от редких дождей и сохраняли прохладу внутри. Окна домов, как правило, были большими и распахнутыми настежь, они пропускали много света и воздуха. Улицы были обильно украшены цветущими деревьями и кустами, а также разнообразными цветами, которые наполняли воздух своими ароматами. Здесь можно было встретить множество разнообразных растений и деревьев, таких как пальмы, кипарисы, дубы и даже экзотические виды, которые создавали уникальную атмосферу этого места. Большинство растений мне довелось видеть впервые, лишь некоторые из них мне попадались в Цветокрае.

Ленора же привела нас во внутренний двор двухэтажного дома. Вдали я заметила небольшой фонтан под сенью деревьев. Дом был попроще остальных, но все равно выглядел впечатляюще.

Вход в гостевой дом вел через огромные деревянные ворота, украшенные резьбой и золотыми орнаментами. За воротами находится просторный двор, выложенный мраморными плитками и увитый живописными виноградными лозами, которые создавали приятную тень в жаркие дни, которые тут царили круглый год.

Двухэтажное здание, построенное из белого камня и украшенное инкрустацией из драгоценных камней и перламутра, привлекало к себе внимание. Фасад был оформлен цветочными витражами, которые пропускали яркий солнечный свет внутрь. Загадочно сияющий фонтан, разноцветные розы и пышные горшки с экзотическими цветами создавали неповторимую атмосферу волшебства и элегантности. Если бы я сюда явилась действительно с гостевым визитом, думаю, мне это место понравилось.

– С балкона этого дома открывается отличный вид на реку-оберег, -улыбнулась Ленора, разворачиваясь к нам.

– Река-оберег? – удивилась Вейна.

– Все верно, – кивнула Ленора, продолжая улыбаться. – Она огораживает нас от лавы. В Ледоморе нет такой реки?

– Нет, – покачал головой Стиан. – У нас ледяные скалы отделяют нас от лавы. Думаю, у вас река действует по тому же принципу.

– Как интересно! – воскликнула женщина и я ощутила легкую наигранность в ее радушии. Или же мне это лишь показалось. Отвыкла я кому-либо доверять. Вот ледоступы верили Мыслящим, не сомневались, что они желают народу только лучшее.

– Этот дом как раз рассчитан на две семьи, – продолжила Ленора хвалить строение, стоящее перед нами. – Как знать, может именно здесь вам посчастливится зачать свое потомство.

Браун закашлялся от таких слов, и я с большим удовольствием пару раз ударила его по спине, не жалея силы.

– Простите мою прямолинейность, – всплеснула руками Ленора. – Может у ледоступов не принято это обсуждать так открыто. Но мы, солнцелюбы, живем ради будущего потомства. Мы стараемся повышать численность нашего населения.

– Не боитесь, что тогда у вас кончится земля и людям негде будет жить? – спросила я и увидела взгляд Вейны так и кричащий мне: «Помалкивай! Говорить лучше будет Стиан!»

– Перенаселение нам не грозит, что вы, у нас на этот счет все продумано, -улыбнулась Ленора и я вновь поежилась от ее улыбки. – Не смею больше вас задерживать. Предоставляю вас самим себе, вам нужно отдохнуть после перехода.

– А ключи? – спросил Стиан, когда Ленора уже направилась по песчаной тропинке к забору, отделяющему дом от основной улицы.

– Ключи? – удивилась девушка. – Солнцелюбам не нужны ключи. Нам нечего прятать под замками. Заходите в этот дом смело и не переживайте – никто вас не потревожит.

Когда Ленора отошла от нас на достаточное расстояние, я наконец высказалась:

– Не нравится мне ее радушие. Какое-то оно показное. И двери не закрывают – заходи кто хочет. И что значит – им не грозит перенаселение? Как они об этом позаботились?

– Успокойся, Скади, – отмахнулся Стиан. – Мы в чуждом для нас крае, все будет казаться странным на первый взгляд. Уж за четыре месяца мы ко всему привыкнем здесь.

– Возможно солнцелюбы действительно такой дружелюбный народ, – заметил Браун. – Тогда они охотно помогут нам отыскать Озаренного и помогут с поисками летнего артефакта.

– Надо сначала здесь осмотреться и убедиться в их искренности, – не унималась я, пока мы шли к дому.

Если солнцелюбы и правда окажутся такими, то я готова признать свою ошибку. Но пока что меня не покидало чувство, что все в этом крае неправильно. Все казалось странным, и я лишь успокаивала себя тем, что, посетив наш Ледомор, солнцелюбы подумали бы точно так же.

Я перевернулась на правый бок и заскрежетала зубами от злости. Свесившись с кровати, я толкнула спящего Брауна в плечо. Да, гостевой дом в Летосвете действительно был наполнен красотой и роскошью. Располагался он в прекрасном саду, окруженном цветущими цветами,

пышной зеленью и плодовыми деревьями. Но спален здесь было всего две и Браун ни в какую не согласился лечь в гостиной, аргументируя это тем, что для солнцелюбов мы пара, хоть я и не соглашалась на такой расклад.

Ну хоть на полу согласился спать – и на том спасибо! Но вот его громогласный храп под стать его массивной фигуре, мешал мне заснуть. Я уже сбилась со счета, сколько часов пролежала в тщетных попытках провалиться в блаженную дрему.

Внутри гостевого дома находились две отдельные кухни, просторная гостиная и две спальни, оформленные с привкусом изысканности и комфорта. Мебель была выполнена из темного дерева с резными изображениями фей и неведомых мне цветов, а на стенах висели картины с изображением цветущих полей, прекрасных лесов и волшебных существ.

Сад, прилегающий к гостевому дому, увлекал своей красотой и гармонией. Здесь росли редкие цветы, растения и деревья, создающие мягкую, почти феерическую атмосферу. Цветы окутывали меня нежным ароматом даже сквозь распахнутые окна. И Ленора не обманула – из окна мне представился вид на сады, а дальше вдали была видна река. Только она мало общего имела с нашей морозной рекой.

Могучая река, отделяющая Летосвет от грозного вулкана, была не просто водной преградой, а символом единства и борьбы противоположностей. Эта река не была спокойной и безмятежной, она пенилась и пузырилась, словно живое существо, яростно сопротивляясь силам природы и человеку одновременно.

Бурные воды этой реки, казалось, не знали покоя. Они кипели и бурлили, поднимая в воздух тысячи брызг, которые в свете заходящего солнца превращались в радугу. Пенистые гребни волн яростно бились о крутые берега, будто желая поглотить их целиком.

Река, словно непреодолимая стена, защищала царство вечного лета от разрушительной силы вулкана. Она была свидетельницей многих событий, видела, как люди рождаются, живут и умирают, как сменяются поколения и эпохи.

Я не могла не признать, что она была прекрасна. И я понимала, что возможно именно олицетворение лета движет этими водами, расширяет их, помогая солнцелюбам жить вдали и безопасности от вулкана.

Браун всхрапнул и вновь раздался храп на весь дом. Я взвыла и уткнулась лицом в подушку, пахнущую каким-то цветочным ароматом. Но несмотря на это неудобство, здесь все равно было намного лучше, чем в заточении в

Цветокрае. Так что одно это уже было неоспоримым плюсом – при переходе на нас не напали и не отвели в темницу!

Я вернулась мыслями к матери. Она осталась там в Цветокрае. Сама принцесса Фрейя обещала позаботиться о ней и заодно помочь вывести ее из этого состояния. Ведь отец девушки тоже находился под воздействием мэджиков и я верила, что она не остановится и найдет способ спасти его. Вот только сколько моя матушка пребывала под их воздействием – мне было неведомо. Судя по ее глазам – очень долго, иначе крапчатость на белках глаз уже давно пропала.

Обратимы мы ли их последствия? Или разум матушки возвратно угас для меня? Тогда я никогда не узнаю, как она оказалась в заточении у королевы Лилии, сколько там пробыла. И вспоминала ли она обо мне и отце? Жалела ли, что бросила нас тогда, много лет назад, когда я была еще совсем маленькой.

Может это и к лучшему… посетила меня неожиданная мысль. Тогда матушка никогда не узнает, как убивался по ней Гифф. Как он каждое открытие врат древа Сефирот стоял там одинокой фигурой в толпе и высматривал ее – свою любимую жену. А главное – она не узнает, что с ним сотворили Мыслящие. Попросту убили его. Пускай и не своими руками. Они убили его огнем, заставляя каждое Явление Кристальной луны относить огненное подношение в Цитадель Снежного бога. Вот только отец так и не узнал, что именно относил туда. Он мог лишь подозревать, о чем и свидетельствовало его письмо, которое он оставил мне перед своей смертью.

Одинокая слезинка вытекла из моего глаза, и я яростно смахнула ее ладонью. Этого еще не хватало! Некогда было лить слезы и оплакивать своих родителей. Я была Озаренной, меня выбрала сама зима! Я не могла подвести ее, я должна была вывести Мыслящих на чистую воду, вернуть природе единство – это и будет моя месть им.

В голове всплыло лицо Мист – Третьей. Я помнила рассказы Фрейи про Седьмого – мужчину, который не прогнулся под ними и который являлся Хранителем природы. Безусловно, меня радовал тот факт, что среди Мыслящих был чужак, тот, кто мыслил иначе. И кто в тайне от них действовал во благо природы. Жаль, что Седьмой остался там в Ледоморе и не последовал вместе с Фрейей в Цветокрай. Мне казалось, он мог бы подсказать мне, что делать дальше, ведь он явно знал больше меня.

И пускай я понимала, что не одна, ведь помимо меня были и другие Озаренные, я все равно чувствовала себя одинокой, как никогда ранее. Моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я лишилась дома, отца, обрела и сразу же потеряла мать.

Я поднялась с кровати и на цыпочках прошла к окну, хоть и понимала, что моя тихая поступь все равно не разбудит Брауна. Удивительный навык – он мог так крепко спать, но стоило вокруг него произойти чему-то непредвиденному, как он был бы готов к бою в ту же секунду! Вот и сейчас оба его спрингклинга лежали рядом с ним на полу. Они поблескивали в слабом свете, исходящем от распахнутого настежь окна. Так и хотелось провести рукой по холодному криолиту. Оружие Брауна всегда восхищало меня, как его – мой браслет Озаренного.

Мне не стоило переживать, что Оборонитель замерзнет без одеяла, нам всем было жарко, несмотря на воздействие мази «Вуаль прохлады». Днем стоило найти Ленору и спросить у нее что-нибудь более действенное, иначе такой климат попросту нас погубит за считанные дни.

Я смотрела на ночное небо, усеянное звездами, и размышляла о том, что ждет меня впереди.

Небо здесь было настолько глубоким и бесконечным, что казалось, будто я могу упасть в него и потеряться среди мерцающих звезд. В голове роились мысли о моем предназначении, о том, как я должна быть сильной и смелой, чтобы преодолеть все испытания, которые ждут меня на пути к моей цели.

Я знала, что найти Озаренного будет нелегко. Почему-то мне не казалось, что солнцелюбы пойдут нам на встречу. Ленора упомянула реку-оберег, но ни слова не сказала про летнее божество и предназначение Озаренных. Значит, здесь не чтили олицетворение природы, как у нас в Ледоморе. Конечно, хотелось бы ошибаться на этот счет, но я уже приготовилась к предстоящим трудностям.

Артефакт лета, который мне предстояло найти, мог стать частичкой того, что вернет в наш мир единение с природой.

Звезды, казалось, подмигивали мне, словно подбадривая и говоря, что я не одна в этом путешествии. Я чувствовала, что они наблюдают за мной и поддерживают меня в моем стремлении к свету и истине. И хотя на моем пути были опасности и трудности, я знала, что смогу преодолеть их благодаря своей вере и силе духа.