История медицины и врачевания с древности до наших дней

Время в медицине

В Библии (Книга Екклесиаста) написано: «Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное; время убивать, и время врачевать». В полной мере эта цитата отражает соотношение медицины и времени. Врачевание и время… Каковы взаимоотношения этих неотделимых от людского бытия, но таких, казалось бы, разных факторов существования рода человеческого на Земле? Ясно, что чисто формальный счет времени часто плохо выражает смысл человеческих взаимоотношений, меняющихся с течением жизни. Это видно хотя бы на примере отдельной биографии, в которой легко определяются периоды различной продолжительности, объединенные мировоззрением, отношением к жизни, личностными устремлениями и предпочтениями – детство, школьные годы, пора юности, зрелость, старость.

Вспомним знаменитую трилогию «Детство», «Отрочество», «Юность» Л. Н. Толстого (1828–1910). Писателю удалось показать, что в каждый период человеку свойственны определенные качества, меняющиеся со временем. Но мало кто из нас после чтения Толстого задумывался, что качества эти зависят не только от жизненных обстоятельств, но и от индивидуальной физиологии и здоровья.

Не только писателей, но и многих врачей профессионально интересовала значимость времени. Ведь основной объект изучения медиков – болезнь – не подвержен точному измерению с помощью часов – есть кратковременные, острые заболевания, но существуют и длительные, хронические недомогания, существуют также патологии, зависимые от времени года. Арабский врач Авиценна (980–1037) всегда учитывал в оценке больных сезонную динамику изменения пульса. А сын врача, естествоиспытатель и философ Аристотель (384–322 годы до н. э.) отмечал, что продолжительность таких явлений, как беременность, развитие и жизнь совершенно естественно измерять не часами и минутами, а периодами.

В общем случае все медицинские подходы к изучению воздействия времени на человеческий организм можно условно разделить на интегративные, т. е. исследование факторов влияния на здоровье (хронопатология, десинхронозы и т. д.), и дискретные – изучение состояния человека в отдельные моменты времени (биологическая смерть, рождение и т. д.).

Любопытно, что значительный вклад в исследование взаимоотношения человек – время внес один из Отцов Церкви, философ, влиятельнейший проповедник, основатель т. н. августинизма Аврелий Августин (лат. Aurelius Augustinus; 354–430), причисленный к лику Святых и католической, и православной (Блаженный Августин) церквями. Следуя теологическими тропинками в познании, он обратил внимание на парадокс времени, связанный с человеком.

Блаженный Августин заметил, что время обычно рассматривается людьми как совокупность прошлого, настоящего и будущего. Однако прошлого уже нет, будущего еще нет, а настоящее – лишь бесконечно краткое мгновение между прошлым и будущим, и оно не имеет какой-либо измеряемой длительности – время постоянно «течет». Таким образом, восприятие времени есть чисто психологический феномен, связанный с человеческим сознанием.

Действительно, прошлое – это воспоминания, настоящее – созерцание, будущее – ожидание. И, заметьте, все категории времени находят свое отражение прежде всего в области восприятия окружающего мира, т. д. психической деятельности человека. И фактически мы знаем о времени только потому, что помним прошлое, от которого остаются материальные свидетельства. В этом-то и заключается основное значение парадокса времени, позволяющее сделать два важнейших для медицины вывода.

Во-первых, если большинство людей помнят прошлое, а будущее и прошлое равнозначны с точки зрения психической деятельности мозга человека, то нельзя отрицать и способность некоторых людей «помнить» будущее. То есть зачастую необъяснимые, но достоверные факты ясновидения получают теоретическое обоснование. Ясновидение – феномен психической деятельности человека и достойно изучения отраслевыми медицинскими средствами, а именно применяющимися в психиатрии и психологии.

Во-вторых, раз время является функцией человеческой памяти, подтверждаемой существованием материальных предметов, то, значит, для его изучения применимы естественно-научные закономерности, с успехом использованные для изучения тех самых предметов. То есть ко времени применимы, например, законы физики.

Блаженный Августин. Литография Бернара-Ромена Жюльена по оригиналам К. Галле и Э. Готье. 1830 г.

Белорусский ученый А. И. Вейник (1919–1996), оставивший значительный след в развитии прикладной механики и термодинамики, реализуя второе следствие парадокса Августина, применил термодинамические законы ко времени, в попытке научиться управлять реальным физическим временем. Он предполагал, что временем можно управлять так же, как люди уже много лет управляют температурой, создавая себе комфортное место существования.

Вейник постулировал, что время состоит из «хрононов» – своеобразных элементарных частиц с реальными физическими параметрами (зарядом, массой, спином и др.), меньше электрона, но обладающих высокой проникающей способностью. Входя в состав большинства частиц, хрононы по Вейнику отвечают за длительность существования. Якобы существует даже разность «хрональных» потенциалов по типу электрической, а свет несет в себе хрононы разных знаков. «Самым замечательным свойством хрононов является их способность нести в себе калейдоскопически разнообразную и исчерпывающую информацию о любом теле (живом и неживом), которые их излучают», – так писал А. И. Вейник.

Гипотеза Вейника не нашла своего экспериментального подтверждения, в ней много нестыковок с современной физикой, но ясно, что если теоретические выкладки ученого когда-нибудь подтвердятся, то откроются абсолютно новые возможности не только для управления здоровьем человека, но и для продления жизни.

Дань историографии

Безусловно, база современной историографии была заложена древними греками. Никто до сих пор не сумел так высокохудожественно соединить простоту с законченностью и драматизмом, как сделал это в V веке до Р. Х. «отец истории» Геродот (около 484–425 годов до н. э.). Именно ему мы обязаны многими фактами из медицины Древнего мира, описанными в девятитомной «Истории».

Названия томов монументального труда Геродота повторяют имена девяти древнегреческих муз (Клио, Евтерпа, Талия, Мельпомена, Терпсихора, Эрато, Полигимния, Урания, Каллиопа) – богинь-покровительниц искусств и наук. Отец истории оставил нам, в частности, подробное описание древнеегипетской процедуры бальзамирования умерших.

Стройное в частях и законченное в целом повествование выдвинул другой древнегреческий историк – Фукидид (около 460–400 годов до н. э.). Любопытно, что Фукидид писал всегда только о том, что видел сам. Если произведениям Геродота больше свойственен художественный, образный взгляд на мир, то за текстами Фукидида стоит мудрец и опытный наставник, которому свойственны верность суждениям, высота мысли и точность определений.

Произведения Ксенофонта (около 427–355 годов до н. э.), афинянина, много воевавшего на стороне Спарты, отличаются безупречностью слога. По стилистике к «Анабазису Кира» Ксенофонта близки тексты Плутарха (около 45–127 годов). Всем произведениям древнегреческих историков свойственны свободолюбие, определенность в политических симпатиях и преданность выбранному философскому пути.

Тит Ливий (59–17 годы до н. э.) не только оставил нам в образном изложении речи основных деятелей Древнего Рима, но и сочинил несколько афоризмов на медицинские темы, например, «в больном теле одна застарелая немощь порождает другую».

В наследии римского оратора и философа Марка Туллия Цицерона (106–43 годы до н. э.) можно найти свидетельства о зарождении правовых основ медицины. Замечательный историк, один из великих представителей мировой литературы Публий Корнелий Тацит (около 55–117 годов) оставил свидетельства о быте и условиях жизни того времени, а из восьми книг «Записок о Галльской войне» Гая Юлия Цезаря (100–15 годы до н. э.) мы узнаем факты об организации военных кампаний, устройстве и обеспечении медицинской помощью римского войска.

Геродот. Копия греческой статуи IV века до н. э.

Значение же поэмы последователя эпикурейцев Тита Лукреция Карра (около 99–55 годов до н. э.) «О природе вещей» (впервые изданной в Европе лишь в 1563 году) для развития современного естествознания просто огромно. Философские концепции, заложенные в этой поэме, дали мощнейший толчок развитию материализма в XVII–XVIII веках.

Именно труды европейских историков IV–VI веков, хотя и являются во многом следствием утверждения христианской догматики, заложили основы современного представления о врачебной этике и морали. Таковы, например, труды Григория, епископа Турского (около 540–594 годов), которые охватывают гигантский исторический пласт – от сотворения мира до уже современных автору событий VI века. Епископ Турский – автор замечательного труда «История франков», пропитанного теплой верой и задушевной сердечностью. Проповедование равенства во имя Иисуса Христа оказало значительное влияние на становление принципов взаимоотношений врача и пациента.