"Солдат-путешественник света Афанасий Носов или записки русского солдата во Франции"

Ездила, основная масса населения, на автобусах, такого года выпуска, что было удивительно, как они еще двигались. Набивались в них, как «селедки в бочке», даже сверху, сбоку и на капоте. Но оружие было, в каждой семье: пистолет, автомат или ружье самодельное, все зависело от доходов или участия в боевых действиях.

Обучали мы и наших коллег из «Царандоя», как выявлять моджахедов, которые приезжали в город на разведку. Если стрелок, то правое или левое плечо, имели отметины от стрельбы и другие всякие приметы. Обучали и борьбе с бандами. Борьба с мелкими бандами, требовала изворотливости и изобретательства, так как они могли вмиг раствориться среди своих, и те молчали, как настоящие партизаны. Прибегали и мы к уловкам: обучили небольшую группу «царандоевцев», придали им бронированную автомашину, которую с помощью приспособлений загоняли в кузов другой большой автомашины, туда же сажали «царандоевцев», одетых в одежду крестьян и направляли в местность, где действовали моджахеды. Появление одинокой автомашины и предвкушение легкой добычи, действовало на бандитов безупречно. Они выскакивали на дорогу, и тут выезжали наши бойцы на бронеавтомашине и укладывали всех бандитов в один ряд.

Так день за днем и шесть месяцев пробежало. Пора было готовиться к отправке. Но за несколько дней поступило сообщение, что большой караван с оружием пересек границу и движется внутрь страны. Собрали и мы, большой отряд, и нас на БТРах подбросили к ущелью. Дальше, в горы, надо было идти. Разбились по группам, и друг за другом медленно стали подниматься. Нападения ожидали в любой момент, так как их разведка действовала тоже неплохо. На гору поднялись без всяких приключений, вдали виднелись кишлаки, и нам предстояло пройти мимо них. Первый прошли спокойно, но когда чуть отдалились, с двух сторон ударили пулеметы и автоматы, пришлось залечь. Вызвали авиаподдержку и через некоторое время прилетели наши вертолеты и стали утюжить склоны, где находились моджахеды. Тут и мы пошли вперед. Положили человек 10 бандитов, остальные разбежались. С нашей стороны потерь не было.

Пока с этими разбирались, пришло сообщение, что караван с оружием нашими бойцами уже захвачен и надо, возвращаться домой. День уже клонился к вечеру, и начинало смеркаться. В горах быстро темнеет. Очевидно, поэтому руководство нашего отряда приняло решение, чтобы мы возвращались по той же дороге, что и поднимались. Вообще то, в горах, на данной войне, действовал негласный закон: «Никогда не спускаться вниз с гор, по той же дороге, что и поднимались». Но тут, видно, решили рискнуть. Пошли вниз. Нашей группе было приказано замкнуть отряд, обеспечить тылы. Весь отряд, было нас человек 150, спустился на дорогу, мы с Николаем шли последними и уже предвкушали ужин и отдых. Вдруг, впереди, с двух сторон раздались взрывы, произошел обвал и дорогу завалило. Нашу группу отрезало от остальных. Как я, Николай и наш командир Костя, очутились в метрах шести в расщелине, я не понял. Взлетели как птицы. Сверху посыпались пули, и мы стали отстреливаться. Со мной было снайперская винтовка и, успокоившись, я стал убирать один за другим душманов. Рядом стреляли Николай и Константин. Убедившись, что с нами так не справиться, душманы стали закидывать нас гранатами, несколько разорвались внизу, не причинив никакого вреда, но одна попала к нам на площадку. Взрыв сбросил Константина вниз, а Николай был тяжело ранен в грудь. Я затащил его подальше в расщелину и как мог, перевязал, сделал укол, но он потерял сознание. Тем временем, душманы подобрались к нам и я, схватив автомат, стал их расстреливать. Они отступили. Стало совсем темно, резко похолодало, одет я был сравнительно легко и, прижавшись к теплому камню, продолжал стрелять, уже ориентируясь больше на шум. Подобраться к нам в полной темноте, даже горцам, было невозможно, слишком отвесные были скалы. Меня начало клонить ко сну, но уснуть я боялся, могло что-либо непредвиденное произойти. И я стал вспоминать свою Нинку, милую, любимую жену. Как я бы сейчас с радостью послушал ее ворчание в свой адрес, все ее претензии. Меня она предупреждала, что если со мной что-то случиться, домой не возвращаться. Так, периодически постреливая, я разговаривал с женой и не спал. Как только чуть рассвело, я услышал шум вертолетов и залпы снарядов по верху ущелья, а следом и выстрелы. Это наши бойцы, десант высадили и пошли в атаку. Тут и силы мои кончились, я отключился.

Глава четвертая.

Очнулся я уже в лазарете. Было темно. Пошевелил руками, ногами, вроде было все в порядке, все на месте и ничего не болело. Кроме меня, в палате никого не было. Я поднялся, рядом висел халат, накинул на плечи и вышел в коридор. Там, у стола, медсестричка книжку читает. Они увидели меня, вскочила: «Зачем вы встали, вам отдыхать надо». «Отдохну, обязательно отдохну. Сколько я спал», - спрашиваю у нее. «Больше суток» - отвечает сестричка. «А со мной еще бойцы были, где они?» «Один только живой остался, его в госпиталь в Ташкент отправили». И тут же, чтобы успокоить меня, затрещала: «А вы у нас герой. Один всю ночь с бандой воевали. Говорят, что вас к званию Героя Советского Союза представили». «А ты ничего не перепутала, меня то за что?» «Как за что? Вы там их человек двадцать положили и наших никого не отдали на растерзание». Вот так я узнал, что меня в Герои записали.

Послесловие.

Отряд «Кобальт» осенью 1984 года был упразднен, а находившиеся в это время в Афганистане офицеры МВД были переведены в статус советников. Многие бойцы были награждены орденами, медалями СССР, а одному из них, капитану милиции Исакову Михаилу Ивановичу присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

Герой моего рассказа капитан милиции Иванов Александр Иванович не является кем-то конкретно, а написан на основе воспоминаний многих бывших бойцов отряда «Кобальт», из Ленинграда и Москвы, Прибалтики и Украины, бывших в то время единой семьей Союза Советских Социалистических Республик.