- -
- 100%
- +
Эта книга посвящается замечательному педагогу, чудесной женщине и мастеру своего дела – Марине Римовне Юсуповой, чьи волшебные подзатыльники, по-настоящему заставляют задуматься не только над своим поведением, но и над вечными простыми истинами или… написанием книг.
Человеку, который из уважения к искусству, сдерживал смех и слезы умиления, взирая на наши первые творческие порывы. Надеюсь, ей не придётся сдерживаться в этот раз, и она от души посмеется, читая эту книгу.
С любовью и благодарностью, за все полученные знания и бесценные минуты общения.
Ив Абьян
Я вам расскажу историю о Джохе.
Однажды встал Джоха, чтобы проповедовать людям, и сказал:
Вы знаете, что я вам скажу?
Люди сказали:
Нет, мы не знаем.
Тогда вы невежды, и я с невеждами говорить не хочу.
И ушел от них.
Эмираты…Как много в этом слове, для сердца русского…
Почти у каждого человека есть свои, незримые связи с этой волшебной страной. У одних – приобретённая недвижимость, у других – прибыльный бизнес. Кто-то оставил здесь миллионы долларов и миллионы нервных клеток, которые, как известно, не восстанавливаются. Другой – приобрел бесценный опыт, незабываемые воспоминания. Третий – сексуальные приключения или же, знакомства с местными органами власти. А особо «везучие», навсегда покинувшие эту страну с неприятной пометкой в паспорте, увезли с собой память о пребывании в местах, не столь удаленных от города, всего в двадцати пяти километрах, с высоким забором и колючей проволокой. Есть даже те, кто никогда не был в этой чудесной стране, но с восторгом раскупает на рынках китайские товары, с пометкой на упаковке: «Made in UAE». Поверив сотруднику магазина, предложившего купить электрический чайник из Эмиратов, человек спешит домой, чтобы вскипятить воду в этом самом чайнике и, заварить себе лапшу, с громким названием «Dubai». И вот он уже почти счастлив от такого странного, но для него, вполне реального, прикосновение с этой страной.
Сейчас уже никого не удивишь поездкой в Эмираты. Изображения архитектурных красот можно найти на любом буклете туристической фирмы. Благовония и арабские масла пользуются популярностью, а работать в Эмиратах, особенно в крупных корпорациях стало престижным и, даже, завидным занятием. Учиться в Эмиратах, жить в Дубаи, работать в Абу Даби – все это предел мечтаний одних и обыденная реальность других. Эта маленькая страна, по сути, миниатюрная модель мира, вместившая в себя все грани жизни разных, очень разных людей. Роскошь и нищета, множество школ и невозможность получать образование, умопомрачительные празднества и тюрьмы с узаконенными телесными наказаниями. Миллионеры и мизантропы… Глубоко религиозные люди и сексуальные извращенцы. Все, что вы только могли бы себе представить! Здесь можно найти любые приключения на любую часть вашего тела! Снег посреди лета? Пренеприменно с пингвинами, и чтобы весь год, в то время, как круглый год лето? Да, пожалуйста! Есть и такое. Любой каприз за ваши деньги! Тут годами живут люди, которые не знают ни одного слова на арабском языке. Просто они с этим никогда не сталкивались – учились в русской школе, общались с европейцами. Это их собственный мир внутри ОАЭ. А есть и такие, кто ни разу не окунул ноги в Персидский залив. Работа – общежитие, общежитие – работа… И так круглый год они живут в этой реальности и для них Эмираты – это изнуряющая жара и то, что они видят из окон автобуса, везущего их на работу. Какая же она, на самом деле, жизнь в этой стране? Попробуем заглянуть под абаю этой красавицы? Ведь если что-то сокрыто от наших глаз, всегда возникает искушение или, хотя бы, простое любопытство узнать, что там внутри. Разумеется, каждый видит ее по-своему и у каждого, о ней, своя история. Мы попробуем разглядеть ее изнутри, глазами тех, кто прожил здесь ни один год и испытал на собственной шкуре все «прелести», которые недоступны ни одному туристу!
Из множества людей, проживающих в ОАЭ, лично для меня, стали родными и близкими «первые ласточки», слетевшиеся сюда со всех сторон постсоветского пространства, которые начинали здесь строить свою жизнь задолго до того, как построили знаменитую башню Бурж Халифа. Эти люди, приехав сюда молодыми, талантливыми, поверили в восточную сказку и стали ее частью. Они упорно трудились, полагая, что делают это для себя, учились и совершенствовали свое мастерство. Дружили, любили, создавали семьи, новые рабочие места для тех, кто приехал сюда уже после них. И с годами, они даже закрепили за собой некоторый статистический процент от общего населения ОАЭ. Это большая русскоговорящая община артистов всех жанров и направлений – музыканты и акробаты, танцоры и фотографы, актеры и ди-джеи… Прошло много лет, а они, так и остались молодыми и талантливыми, какими и приехали сюда однажды. Потому, что, когда ты становишься частью этой арабской сказки, время для тебя останавливается и год за годом ничего не меняется. Не меняется погода, твой возраст, образ жизни, чувство, что жизнь твоя только началась, и что все еще впереди. Также, неизменной остается волшебная, необъяснимая связь между всеми этими людьми, поддерживающими друг друга до сих пор, сделавшая их родными и близкими, несмотря на то, что все они граждане разных стран. Эти люди видели арабскую роскошь и спали прямо на пляже, не имея ночлега. Ездили на шикарных автомобилях и пользовались общественным транспортом. Они попадали в немилость к местным властям, работали до потери сознания на солнцепеке и напивались на торжествах до зеленых соплей. Но, несмотря на все испытания и искушения, они, все-таки, остались людьми, хотя, и с чуть извращенным чувством юмора. Вот именно глазами этих людей мы и увидим то, что скрывает под своей прекрасной абаей сказочное арабское королевство.
Через несколько дней Джоха вернулся и сказал людям:
Вы знаете, что я вам скажу?
И они сказали:
Да, мы-то знаем!
Джоха сказал им:
Коль скоро вы знаете,
нет нужды мне рассказывать вам о чем-нибудь.
Оставил их и ушел.
До недавнего времени у многих людей с постсоветского пространства словосочетание «Арабские Эмираты» вызывало короткий набор простых ассоциаций таких, как шейхи, верблюды, нефть, пустыня, проститутки. Вот, пожалуй, и всё. Простой вопрос: «А где работает ваша дочь?», не предвещал интересной беседы. Но простой, откровенный ответ: «В Эмиратах!» – вызывал у бдительных всезнающих соседей, видавших Андропова, живим, приятное чувство, что сегодняшний день был прожит не зря, да и в последующие дни будет что обсудить и кого осудить. А возможно и жизнь будет прожита не зря, если получиться помочь этой наивной женщине открыть всю правду о ее дочери и об этой страшной стране.
– В Эмиратах?! И кем это она, ТАМ, работает?
– Артисткой, – почти с нескрываемой гордостью отвечали наши мамы.
– АРКИСТКОЙ!!!!
Вот оно! Вот оно, когда проявилось то! Можно теперь и консилиум собирать об этом, вечером на скамейке, совместно с другими коллегами по цеху. Интеллигентная семья, подумать только! Как же можно быть такой наивной! Воистину, любовь к дочери все глаза застила!
Вы знаете, что делает собака, сидящая на цепи и не имеющая возможности дотянуться и хорошенько цапнуть прохожего? Она в него плюёт, причем желательно как можно громче, чтоб другим собакам было слышно, кто все-таки, поставил точку в этом поединке.
– Это ж, какая такая знаменитая АРКИСТКА, что ее заграницу позвали? – «плюёт» вслед, откровенно обеспокоенная судьбой всех молодых девушек на этой улице, добрая женщина. Уж ей то, прожившей в хрущёвке, на окраине города, всю жизнь, наверняка, известно, чем эта «артистка» в этих Эмиратах занимается!
«А что? В своё время и мы по миру поездили, и в Крыму были, и у родственников в Ленинграде, и вообще телевизор еще никто не отменял!» – не успокаивается неуемный мозг соседки.
Да и зачем телевизор, когда тут целая агентурно-информационная телефонная сеть между 7-ой, 15-ой и 33-ей квартирами!
Хочешь похудеть – спроси меня как! Хочешь знать всю правду об Арабских Эмиратах? Вот она – из первоисточника! Проверенные факты, запись телефонных разговоров, фото и «вот те крест» прилагаются.
Когда мой муж окончательно оформил все документы для законного пребывания нашего сына в Эмиратах, соседи были в панике! Информационно подкованные, ссылаясь на реальные факты, описанные известным телеведущим, они, таки, рассказали тогда, моей маме, всю правду не только про моего мужа, но и про всех арабов!
– Милочка! Да Вы что? С ребенком? Да Вы с ума сошли! Да Вы знаете что он сделает? Он же заберет ребенка и унесет его в пустыню! Да, да! Вы не смотрите на то что они женаты, Вы ничего не успеете сделать, это ж у них природа такая, они ж все в этой пустыне родились!
(Вот гад! А мне врал что родился в Дубаи, в родильном отделении частного госпиталя. Вот и верь после этого арабам!)
После таких убедительных доводов, и к тому же, в телепередаче показывали «убегающих в пустыню мужей с младенцами под мышкой», высшее образование и здравый смысл моей мамы, взявшись за руки, уходят в отпуск, оставляя интуицию на посту «принимающей решения». И первое что решает интуиция, это срочно позвонить дочери и предупредить ее об опасности!
Представляете себе картину: счастливый муж и отец, в ожидании прибытия родного сына, мыкается два месяца по всем возможным организациям, собирает справки, переводы, оформляет визы, покупает билеты, планирует, когда и куда будет возить тещу и как познакомить, наконец, ее с его семьей, и тут… Вот он – долгожданный момент! Моя мама с младенцем на руках выходит из здания аэропорта и как в замедленной киносъёмке направляется к нам! Прыжком трепетной лани, мой муж, весом в сто двадцать килограмм, бросается к собственному сыну, выхватывает его из рук ничего не подозревающей тёщи, и со скоростью кривоногой черепахи, убегает в пустыню…
Сорок километров вприпрыжку, по чудной солнечной погоде (градусов, этак пятьдесят, тепла). И вот, добрался он до бархана № 6723, сел с ребенком под солнцем без воды и еды и, с чувством выполненного долга перед предками и моими соседями, теряет сознание, а еще через сутки, умирает от обезвоживания или остановки сердца. Но это всё мелочи по сравнению с тем какую подлость он совершил в отношении меня и моей мамы! Да…душой араба не понять…
Они ведь и на самом деле очень часто совершают поступки, не поддающиеся никакой постсоветской логике, и даже простой человеческой логике. Вы можете прожить среди арабов большую часть своей жизни, изучать их культуру, но так и не знать их до конца. Но чтоб вот так, с младенцем на руках, пешком, вприпрыжку через скоростные магистрали, под палящим солнцем да в пустыню?! Если уж редко какая птица долетит до середины Днепра, то уж практически ни один современный араб не покинет свой автомобиль с кондиционером, чтобы пойти пешком в пустыню, повинуясь зову предков!
Через несколько дней опять пришел к ним Джоха и сказал:
Знаете ли вы, что я вам скажу?
Половина сказала:
Да, мы-то знаем!
А другая половина сказала:
Нет, а мы не знаем!
Тогда сказал Джоха:
Половина вас знает, а половина вас не знает.
Пусть тогда те, кто знает, расскажут тем, кто не знает.
И оставил их, и ушел.
Начало
– А есть у вас ситчик, веселенькой расцветки?
– Приезжай – обхохочешься!
Интересно, что чувствует молодая девушка, впервые попав в международный аэропорт Бахрейна? Новизну, волнение, предвкушая встречу с прекрасным и опасным для жизни приключением? А может быть страх перед неизвестным, или невыносимую жару? Может быть… Для нас, группы молодых артистов из, теперь уже, независимых друг от друга стран, первым впечатлением оказался пронизывающий холод жаркого арабского государства. Да, да! Одетые в летние сарафанчики и шорты, мы как один, обнимали себя за плечи и сожалели об оставленных дома, свитерах и куртках. Мраморно-кафельное убранство аэропорта «согревало» нас еще больше.
В группе восемь человек. Идем за той, которая знает, чем отличается arrival от departure, повторяя за ней все манипуляции с паспортами и бумажками на непонятном арабо-английском, штампы, посты, черные дядьки в белых платьях с платочками на голове… Как-то странно они на нас смотрят, не совсем, приветливо… Я бы даже сказала, презрительно. «Что, никогда блондинок не видел?» – подумала я, глядя на мужчину долго рассматривающему мои документы, сверяя мою внешность и возраст.
«Жутко холодно…Градусов пятнадцать, не больше. Все-таки не стоило одевать шорты и летнюю майку! Если бы я прилетела в пальто, было бы теплее. Да и этот мужчина в свадебной косынке моей прабабушки, возможно, смотрел бы на меня по-другому. Видимо белая кожа для него не меньший шок, чем белые волосы.»
– Ну все, дальше сама, – сказала Надя и торжественно вручила мне паспорт. – Вот здесь получишь свой багаж, а потом, по этому коридору к выходу. Видишь, нас встречают, за тобой тоже должны прислать кого-нибудь из отеля. Пока!
– А может вы со мной постоите и подождете этого…представителя? Я ж его не знаю, да и по-русски, мне кажется, он не говорит.
– Да не переживай ты! У него, наверное, будет табличка с твоим именем и названием твоего отеля.
– Может вы сначала меня довезете, а потом сами, – глупо поинтересовалась я, уже ни на что не надеясь.
–Ты что? За нами автобус от нашей компании приехал! Водитель нас в наш отель и повезет! При чем тут ты? Работаем то мы в разных местах! Ладно мне пора.
– Счастливо…еще увидимся?
– Это навряд ли! – крикнула она мне и пропала среди людей и чемоданов.
«Навряд ли… Оптимистично звучит!» – подумала я и пошла искать свой чемодан в том месте, куда предварительно Надя указала мне пальцем.
«Так, хорошо. Главное – спокойствие! Я же, все-таки, через министерство труда приехала! Только вот, знает ли об этом сам министр? А моя трудовая книжка теперь у агента, которая и организовала нам этот контракт. Интересно, как она ее теперь использует и что ею подтирает?»
Когда я нервничаю, все мои мысли сбегаются на срочное совещание и начинают сплошным потоком давать мне рекомендации.
«Меня должны встретить, все ведь официально! Ну да, а потом также, вполне официально отнимут паспорт и заставят работать, мягко говоря, не по специальности… Ну все, вот и конец коридора. Люди стоят… И чего этот придурок в метр пятьдесят на тридцать, улыбается и машет мне? Надо бы лицо посерьезнее сделать. Тоже мне! Увидел европейскую девушку и теперь улыбается, как будто выиграл миллион! И машет тут своей табличкой, как на первомайской демонстрации. А может, он вовсе не придурок, вед на табличке вместо «МИР. ТРУД. МАЙ.», красуется мое имя?!»
– Хелло, айм мистер Ананд. Карочшо, карочшо? Ю Анжелика?
– Нет. Я вот это! – ответила я по-русски и ткнула пальцем в табличку.
– Ай но! Корочшо, кам, кам.
«Боже мой! Со страху-то и не поняла сразу, что Анжелика – это ж наш агент! А карочшо – это хорошо! Только вот, кому сейчас хорошо, еще не понятно».
За секунду, вспомнив все, что я знала из английского языка, я выдавила из себя «Окей», улыбнулась и последовала за иностранцем.
Огни, иллюминация, реклама…Красиво…И куда меня везут? Черная кудрявая голова иностранца все время что-то спрашивает. Наверное, что-то типа: «Как Вы находите местные достопримечательности?». Или: «Насколько широк Ваш репертуар», а может «По чем процесс, крошка?». Черт, неудобно как-то, человек надрывается…
– Окей! – в десятый раз ответила я.
Надо же! Попала! Видимо, мой «окей» пришелся по смыслу, потому что он, тут же, закивал и продолжил оживленный монолог. И куда же пропало все мое высшее, вместе со средним образованием? Вроде бы Гос. Экзамен по иностранному языку на отлично сдала, а теперь, кроме «окей», человеку и сказать нечего! Хотя, надо признать, что сдавала я немецкий, но даже, если бы передо мной, вместо мистера Ананда сидел хер Зигфрид, кроме как «дас ист фантастиш» или «штанген циркуль» и, разумеется, «окей», я бы ничего сказать так и не смогла. Позор!
– Кам, кам, – вытаскивая мой чемодан из машины сказал индиец.
– Окей, – в тридцать первый раз ответила я и пошла за ним, усердно создавая на лице уверенность в том, что я абсолютно знаю, куда меня привезли и как должен выглядеть этот отель.
Мы поднялись на лифте на второй этаж в сопровождении маленькой филиппинки в униформе. «Возможно сейчас меня закроют в комнате, отнимут паспорт… Или сначала отнимут паспорт, а потом закроют… Бред! А почему тогда дверь на этаж закрыта на ключ?»
– Дис ис ер рашан клаб, – филиппинка открыла дверь в коридор, где справа над большой темной дверью английскими буквами было написано «Тройка».
– Окей, – (в семьдесят пятый раз), посчитала я.
Так, еще одна дверь справа и… Конец коридора?
– Дис ис ер рум, – указал он на дверь напротив клуба, и постучал.
– Йес, – послышался из-за двери, почему то, мужской голос.
«Вот он – момент истины! Комната напротив клуба – это чтоб, как говориться, не отходя от кассы? А почему в моей комнате мужской голос? Я что буду жить с сутенером? Или это «первая ласточка»? То есть самец ласточки? Где мой паспорт?» … Дверь открылась.
– О! Хелло, мистер Ананд! – сказала голова, просунувшаяся в дверь.
«Мужик, не самец ласточки, да и на сутенера не похож, скорее, похож на музыканта! Волнистые волосы до плеч, усы, сигарета, часто повторяет «окей», явно не понимая, что ему говорит «черная кудрявая голова в пиджаке».
Я прошла в комнату. На большой кровати сидели две девушки в спортивной одежде.
– Привет! Ты певица? Прилетела, наконец? Только тебя и ждали! Я – Диана, это – Алла. Мы твоя подтанцовка, бэк-вокал и шоу балет в одном!
– Привет. Что, концерт по арабским заявкам уже закончился? Клуб закрыт, вы в карты играете.
– А он еще и не открывался. Все тебя ждали. Сказали, послезавтра открытие.
– А как вы поняли? Кто-то говорит по-английски или по-арабски?
– А зачем? Мы всегда отвечаем «окей» или «гуд», а продолжаем делать по-своему, – поставив мой чемодан в угол, сказал мужчина, похожий на музыканта. – Я – Руслан!
– Теперь понятно, что нашу группу подбирали по принципу «Одинаковый словарный запас». Погоди ка… Руслан…ты же клавишник? Два месяца назад у Маринки на дне рождении, не с тобой ли мы в четыре руки исполняли популярные песни на ее фано?
– Ой…ты еще на гитаре играла?
– А ты неприличные анекдоты рассказывал! Японский бог! В родном городе не виделись, а на арабском острове встретились! И здесь свои! Фу…прям гора с плеч! А вы что, все в этой комнате живете?
– Мальчики отдельно! Комнату слева от клуба видела? Это мой рум. В этой половине только два наших номера и рашен клаб. В противоположной – филиппинский клуб. Есть хочешь? Можем заказать. Мы звоним в ресторан, заказываем, нам приносят в рум.
– А там понимают по-русски?
– Темнота! – бросила в мой адрес Диана. – Мы заказываем «омлет»!
– Это все, что они готовят? – расстроилась я.
– Это все, что мы пока можем сказать по-английски! Но меню у нас есть, мы продолжаем его изучать. Бог даст, через неделю начнем есть мясные блюда!
Это было начало. Начало изучения английского, понимания как надо работать и кому это вообще надо. Что значит «делать бизнес» и чем отличаются индусы от индийцев или пакистанцев, саудовцы от сирийцев, иорданцы от египтян. Что такое «закрытая система» и как не сойти с ума в одной комнате втроем за шесть месяцев, не выходя на улицу.
У кого-то все начиналось в Италии, некоторые артисты после контрактов оставались в Греции, другие выходили замуж в Японии. Кто-то покупал себе квартиру после возвращения из Кореи, а другие выучили турецкий язык после двух, а порой и трех лет работы в Турции. И вот все они – певицы, танцовщицы, ди-джеи и белидансеры, стриптизерши и модели, наученные «горьким опытом», прилетают работать в Арабские эмираты. И вот здесь они понимают, что все только началось. Именно в Эмиратах. Потом они улетают, возвращаются на новые контракты, остаются здесь жить. Некоторые выходят замуж, другие теряют все деньги вместе с надеждой выучить арабский язык, потом все бросают, улетают и, возвращаются снова…
Слововодитель
Слова, приведенные ниже, широко используются резидентами, проживающими долгое время в Арабских Эмиратах. Это некий гибрид из часто употребляемых арабских, английских, англо-русских слов и некоторых фразеологизмов, рожденных на территории ОАЭ в результате смешения культур, менталитета и языковых особенностей людей из бывших республик Советского Союза.
Халас (от араб.) – финиш, всё, конец, «наши отношения не могут более продолжаться», «спасибо, больше ничего не нужно», авто после крупного ДТП, не подлежащее восстановлению, «мама (тёща, свекровь) приехала», официальный брак.
Хаяти (от араб.) – жизнь моя, любимая или не очень любимая женщина, название жены в присутствии посторонних или родственников, очень часто повторяющееся слово во всех арабских песнях о любви.
Владимир Владимирович (Володя) – Абсолют, водка высокого качества.
Евгений Данилович – виски Jack Daniels
Алкошоп, Гифт Вилач (от анг. Gift Village – деревня подарков) – официально разрешённый магазин алкогольной продукции.
Гандура (от араб.) – традиционная арабская мужская одежда, в основном белого цвета, отдаленно напоминающей распашонку до пят.
Холодильники – посетители баров и клубов, одетые в гандуры.
Шармута (от араб.) – девушка легкого поведения, профессиональная проститутка, профессиональная танцовщица, актриса, певица, акробатка в гимнастическом купальнике, сестра, (жена, мать, тетя) водителя, внезапно подрезавшего Вас на дороге; громко смеющаяся девушка в короткой юбке и с распущенными волосами; громко смеющаяся девушка в абае(см. Абая) с волосами, скрытыми под черной шейлой(см. Шейла), девушка, вступившая с мужчиной в связь в первый день знакомства; она же, если отказывается вступить в связь после 3-х , 5-ти ( и более) дней знакомства; она же, если предпочла вашего друга, брата, коллегу, соседа, босса компании, шейха, Бреда Пита, собственного мужа.
Ялла – «давай», «вперед», «энергичней детка», «поехали», «вот-вот», «ну же!», «быстрей» и т.д.
Ирокез – гражданин Ирака
Лебанонцы (от анг. Lebanon) – граждане Ливана.
Джордановец (от анг. Jordan) – гражданин Иордании.
Конченый джордановец – гражданин Иордании, не обладающий тонкостью ума и изысканными манерами.
Индюк – гражданин Индии; человек, чьи родители являются индусами, независимо от места рождения, образования, принадлежности к определенной касте.
Конченый индюк – гражданин Великобритании, Канады, Австралии, Франции, Швеции, чьи родители являются индусами, независимо от места рождения, образования, принадлежности к определенной касте.
Ебиптосы (они же Мысрийцы) – граждане Египта (от араб. «Мысри»-египтянин).
Филипусики – граждане Филиппин.
Трафик, трафокан (от анг. traffic jump) – автомобильная пробка
Студия (от анг.Studio) – однокомнатная квартира, ван бедрум-двухкомнатная, ту бедрум- трехкомнатная.
Жо-Пиар (от анг.JBR Jumeira Beach Residence) – один из престижных районов «новых» Дубай на побережье Персидского Залива, куда съезжаются люди, проживающие в «жо», но, желающие проПИАРить себя среди местного населения, посетить местный пляж, сделать фото, посетить рестораны и т.д.
Фрилансер (от анг. Freelancer) – человек, имеющий резидент визу отца, мужа, компании, но, обычно, не работающий на компанию, открывшей ему эту визу. Работает везде и нигде, предпочитает наличку, свободу выбора и не иметь неприятностей с законом.
Работать на шампанском – терминология сотрудников ночных клубов, обозначающая узкую специализацию в области моделинга, а точнее, выносить бутылку шампанского, обычно, с бенгальскими огнями или любым другим антуражем. Посетитель клуба желает выразить свое почтение музыкантам, артистам балета или самому себе, продемонстрировав свою состоятельность, поскольку, цена за одну бутылку в клубе, раза в три выше, чем вне клуба.