Опасная близость

Глава

Эта книга посвящается всем плохим

девочкам, любящим сталкеров и читающим порно-книжки

Пролог

Я всегда знала, что была рождена сиять яркой звёздочкой. Блистать на льду, будучи лучшей из лучших.

Так оно и было, пока одна ночь не перечеркнула всё и не запустила цепочку роковых событий…

Сначала я была невестой мафии.

Потом меня похитили с собственной свадьбы.

А теперь я стала чужой женой.

Подол платья путается в ногах, и я спешно его поднимаю, убегая по длинной дороге вперёд. Это глупо, и у меня нет ни малейшего шанса на успех, но попытка не пытка.

Массивные ели по обеим сторонам дороги мелькают перед глазами, но я не заостряю на них внимание, боясь отвлечься. Ветер хлещет в лицо, заставляя кожу гореть, и маленькая толика надежды, что мне удастся сбежать, зарождается внутри.

Но быстро гаснет…

— Нет! — вылетает изо рта, когда я чувствую хват на своей многострадальной косе.

Рывок, и меня дёргают назад под истошные крики, впечатывая в твёрдый пресс.

— Не могу понять: ты слишком самоуверенная или ненормальная? — грубый голос Киллиана над ухом пускает заряд тока по венам.

— Больно! — подняв руки, я пробую отцепить его от себя, но не выходит.

Мужская ладонь ложится на мой дрожащий живот, сильнее вжимая в своё тело.

— Поверь, Лилит, больно я тебе ещё не делал.

В следующий миг Киллиан разворачивает меня. Наши взгляды сталкиваются, и я не могу поверить, что тот самый парень, которому я отдалась без раздумий, оказался ненормальным.

— Проклинаю тебя и весь твой род, придурок! — выплёвываю с презрением, и тогда он обхватывает мою шею, крепко сжимая.

— Ещё раз попытаешься сбежать – прострелю колени, — нарочито спокойно угрожает брат жениха.

— Лучше пусти мне пулю в висок, и закончим на этом.

Я не собираюсь пресмыкаться перед ним. Или молить о пощаде и просить отпустить. Это будет бесполезно и унизительно.

— Зачем так радикально? — мужские глаза разного цвета загораются недобрым огнём. — На тебя у меня большие планы, не ведьма.

Плейлист к роману:

Katy Perry – The One That Got Away

МОТ – Намёк на нас

Taylor Swift – Style

Alex Warren – Fever Dream

RAYE – Where Is My Husband?

Jessie Murph – Bad as the Rest

Lady Gaga – Bad Romance

Ravyn Lenae – Love Me Not

Arctic Monkeys – Do I Wanna Know?

Дима Билан – Пообещай

Aya Nakamura – Copines

Ellie Goulding – Lights

Ellie Goulding – Love Me Like You Do

Lana Del Rey – West Coast

Gigi Perez – Sailor Song

Глава 1

— Уважаемые пассажиры, наш самолёт совершил посадку в аэропорту города Дублин. Температура воздуха за бортом…

Речь пилота звучит на фоне моих бесконечно летающих мыслей. Бросив короткий взгляд на подорвавшихся с мест пассажиров, вздыхаю, наблюдая, как они с остервенением выдёргивают сумки из багажных полок и толпятся у выхода.

Достав из кармана впередистоящего кресла телефон, отключаю авиарежим и открываю переписку со старшим братом. Перед вылетом я решила уточнить у него, заберёт ли меня кто-то или добираться самой?

Ответное сообщение пришло ещё во время полёта.

Деклан : водитель встретит тебя.

Будучи подростком, я терпеть не могла приезжать к отцу. Бунтарский дух и обида на то, что я вынуждена жить на две страны, заставляли ненавидеть родственников.

Я злилась, что у всех одноклассников и подруг родители живут вместе, а мои нет. Что по утрам они собираются за одним большим столом, завтракают, потом отец везёт дочь в школу, а мама занимается бытом. И вечером они снова проводят время вместе.

Я же не из стандартной семьи.

Мама сбежала от отца из Дублина, когда мне едва исполнилось два года. Общаться с ним она не запрещала, но никогда не забывала напомнить, что мой жестокий папаша испортил ей жизнь.

Казалось бы, при чём тут я?

Сколько себя помню, мама всегда находилась в бесконечных поисках той самой настоящей и чистой любви, а отец был занят кланом и любимым старшим сыном от другой женщины.

Меня швыряли между Штатами и Ирландией, как ненужный элемент.

Каникулы? Отлично, летишь к отцу в Дублин, а я еду в отпуск с новым бойфрендом.

Каникулы закончились? Ну давай, возвращайся к матери. У нас как раз накаляется обстановка с другим кланом, тебе тут делать нечего.

На сегодняшний день моя злость поутихла. Не исчезла полностью, а притупилась. Я даже нашла в этом плюсы. У всех одна семья, а у меня целых две! Да, нестандартные, но мои.

Вечерний Дублин встречает серой, промозглой погодой. Наблюдая за проплывающими пейзажами за окном, откидываю голову на кожаное кресло автомобиля.

Каждая мышца ощущается затёкшей из-за долгого перелёта. Мне бы хорошенько размяться и разогреться. Плюс ко всему промокшие ноги, после того как я намочила замшевые ботинки в луже при выходе из аэропорта, усугубляют положение, заставляя тело знобить.

Обожаю Ирландию за восхитительную природу, множество сочной зелени вокруг и, конечно же, историю. Но зимой такой климат переношу тяжело. Я птичка теплолюбивая и не люблю серую, холодную, унылую погоду.

Машина въезжает на закрытую территорию особняка О’Коннеллов спустя добрых полчаса, и я вываливаюсь наружу, мечтая поскорее набрать горячую ванную и хорошенько отмокнуть.

— А вот и она! — не успеваю я сделать и шаг, как попадаю в объятия местной подружки детства. — Весь дом на ушах от твоего приезда!

— Неужели соскучились? — улыбаясь во все тридцать два зуба, обнимаю Агату в ответ. Из-за разницы в росте чувствую себя великаном по сравнению с этой мелкой, но знойной крошкой.

— Топ свежих сплетен? — предлагает она, выгнув тонкую изящную бровь. Мы бредём по каменистой подъездной дорожке, огибая массивный фонтан.

Понты это у нас семейный девиз. Гигантская усадьба, построенная ещё моим прадедом, видна из космоса. И если кто-то из гостей не догадывается о статусе О’Коннеллов, то, оказавшись внутри многоуровневого особняка, отделанного в викторианском стиле, он моментально лишается всех вопросов.

Роскошь. Деньги. Величие.

Иногда мне кажется, что все потомки О’Коннеллов по мужской линии мнят себя властителями мира.

— Давай я сначала увижусь с отцом, а потом мы сядем и тщательно, — произношу, подняв указательный палец вверх, — по пунктикам, как две главные крысы этого места, обмусолим каждую сплетню?

— Мистер О’Коннелл в Шотландии, — Агата смотрит на меня удивлённо. — Прилетит завтра вечером. Я просто слышала, как между собой разговаривала охрана. Ты разве не в курсе?

— Нет, — тяну, остановившись около массивных дверей. — Я разговаривала только с Декланом, касательно отъезда он не сообщал.

Главная причина моего приезда – папа. Неделю назад брат позвонил мне со словами о том, что отец болеет и я обязана срочно прилететь. В крайнюю нашу встречу он выглядел абсолютно здоровым, поэтому новость, признаться честно, стала шоком.

Я решаю не делиться с Агатой подробностями о том, что отец болен. Вдруг это тщательно скрывается? Для начала мне стоит обсудить эту тему со старшим братом. Возможно, его отсутствию есть объяснение. Что, если папа улетел на лечение?

— Лилит, моя дорогая! — в особняке нас встречает незаменимая миссис Мерфи. Одетая в строгий костюм, с идеальной укладкой, она выглядит роскошно. Женщина распахивает тёплые, поистине материнские объятия, и я с радостью в них ныряю. — Что-то ты похудела с последнего приезда.

— У меня тренировки каждый день, — жалуюсь, желая получить толику ласки. В уголках глаз миссис Мерфи, а точнее Фионы, собираются морщинки, единственное, что выдаёт её возраст.

— Ничего, я тебя откормлю, — уверенно обещает эта до безумия милая дамочка. — Соскучилась по дому? — тепло интересуется, педантично отряхнув пылинки с рукава моей куртки.

Меня умиляет тот факт, что все в Дублине искренне считают, что именно это место мой дом, в то время как я сама предпочитаю свободу Нью-Йорка.

— Соскучилась, конечно! — улыбаюсь, подыгрывая. — Миссис Мерфи, а вы не знаете, Деклан дома?

— С утра уехал, и больше я его не видела, — задумчиво протягивает женщина. — Агата, а ты почему здесь? Кыш домой, давай-давай, не путайся под ногами.

— Ой, мам, брось ты! — отмахивается стоящая рядом подруга. — Мы не виделись с Лил с самого лета. Дай поболтать!

Миссис Мерфи является местной управляющей. Она живёт здесь ещё с момента моего рождения, знает каждый уголок и заправляет остальным персоналом.

Именно поэтому мы и дружим с Агатой. Каждый мой приезд в Дублин скрашен её обществом, так как они тоже живут на территории поместья.

— Да, Фионочка, дайте поболтать! — потрепав женщину, под её ворчание, смеясь, мы с Агатой скрываемся в тёмных коридорах особняка.

Поднявшись на третий этаж и без умолку тараторя, мы заваливаемся в мою спальню. Вот за что я её люблю, так это за открывающийся сногсшибательный вид из окна.

Бросив сумку на кровать, тут же пересекаю помещение и облокачиваюсь на подоконник, с удовольствием всматриваясь вдаль. Из-за тумана горы плохо видны, но эти слегка потемневшие от холодов и дождей луга заставляют мечтательно вздохнуть.

На самом деле романтичной натурой меня сложно назвать. Скорее наоборот. Но Ирландия… если бы я умела сочинять стихи, то обязательно бы писала о её красотах и признавалась в любви! После каменных джунглей Нью-Йорка попасть сюда всё равно что переместиться в другую эпоху.

Пока я наслаждаюсь и без конца вздыхаю, охрана успевает поднять мой небольшой багаж. Заботливая Агата вызывается набрать горячую ванную, а я приступаю разбирать шмотки, швыряя их на постель.

— Ты какую пенку хочешь? — кричит подруга сквозь приоткрытую дверь. — Клубничную или карамельную?

— Да пофиг! — отмахиваюсь, склонившись над раскрытым чемоданом.

Улетая из Нью-Йорка, я взяла вещей по минимуму, так как не могу и не планирую задерживаться тут дольше, чем на неделю.

С самого детства моя жизнь построена вокруг спорта. А если быть точнее, фигурного катания. Каждый мой день расписан до минуты: тренировки на льду, занятия на суше, растяжка, пластика, хореография, актёрское мастерство. Всё, чтобы на льду выглядеть безупречно и показать себя на Национальном чемпионате.

Я упорно готовлюсь, и этот чемпионат мой шанс пробиться на международный уровень. Доказать, что я могу быть среди лучших. Что я и есть одна из лучших!

Но сейчас я вынужденно сорвалась в Дублин. Если бы не состояние папы, в жизни бы не прервала интенсивную подготовку. Я еле вырвалась из ледового зала, оставив позади месяцы усилий и изнурительных тренировок.

А теперь я узнаю, что отца нет в стране, а брат находится бог знает где. И мне это не нравится.

Агата, как самая приличная из нас двоих, тактично отворачивается, когда я сбрасываю одежду прямо на пол и забираюсь в горячую воду с пышным облачком пены наверху.

— Блаженство… — мычу, подтягивая ближе к шее пену, дабы не вгонять подругу в краску. — Не чувствую ног. В этом городе зимой вообще выглядывает солнышко среди бесконечных дождей?

Мой вопрос скорее риторический, на что Агата в ответ закатывает глаза.

— Ты всегда чем-то недовольна. Летом тебе слишком душно, осенью раздражают пожелтевшие листья, а зимой не нравятся дожди. Ах да, а весной грязь!

— Закрой рот, — прыснув от смеха, брызгаю в неё водой.

Агата устраивается около меня, бросив под задницу подушку. Брюнетка облокачивается на борты ванной и делится новостями.

Итак, что мы имеем? Садовник Энгус завёл интрижку с новой домработницей и изменяет жене. Для меня сплетня становится ударом, потому что я бесконечно уважала этого взрослого мужчину и завидовала тому, с какой любовью он рассказывает о жене и детях.

Новая повариха уволилась со скандалом, не проработав и недели: ей, видите ли, не подходил график и хотелось больше выходных. А сама Агата устроилась работать в картинную галерею, признаваясь, что это было её давней мечтой.

И это лишь малая часть того, что я успеваю переварить в голове от бесконечного повествования подружки-болтушки.

— А у тебя что нового? — выдохнув, с горящими глазами переводит стрелки на меня.

Сделав задумчивый вид, притворяюсь, якобы обдумываю, с чего начать.

— Из самого запоминающегося это отсутствие секса за последние полгода.

— Да ну тебя! — Агата возмущается, явно ожидая другой информации. Сменив позу, подруга садится по-турецки. — А как же тот парень, с которым вы без обязательств развлекались иногда?

— Его постигла та же участь, что и Томаса, — грустно изрекаю, играясь с пеной. — Он захотел большего, чем встречи раз в неделю. А мне это неинтересно.

В моей жизни было два партнёра. С первым, Томасом, я лишилась невинности, но он очень быстро влюбился, предложив встречаться. Я испугалась и слилась. Через время появился Арчи. Я не планировала без разбора прыгать по чужим койкам: моим вариантом был стабильный партнёр для снятия напряжения, но без обязательств.

Арчи казался идеальным вариантом. Тем более он каждый раз твердил, что отношения не для него. Что он альфа, и ни одна особь женского пола не сможет затащить его в свои сети. А через два года этот самец, пьяный в стельку, приполз к моим дверям в соплях и слезах, умоляя выйти за него замуж.

— Странная ты, — Агата фыркает, осуждающе качая головой. — Все девушки мечтают о любви и отношениях, а ты от них бежишь.

— Я не создана для любви, — приподнявшись, подтягиваю колени к груди. — Я рождена сиять! Сводить мужчин с ума! Смотреть и восхищаться издалека, но грязные ручки не протягивать!

Еле слышный стук заставляет нас обеих обернуться и глянуть сквозь приоткрытую дверь в прилегающую спальню.

Агата вызывается проверить, кто там, а уже через минуту возвращается, подавая большое вафельное полотенце.

— Деклан приехал. Доложил через персонал, что хочет тебя видеть.

Подруга уходит, оставляя меня одну, но обещает вернуться чуть позже. Сполоснувшись от пены, я прохожу к настенному зеркалу в ванной и принимаюсь сушить свои рыжие (доставшиеся от мамы по наследству) непослушные волосы феном.

Порой мне хочется без раздумий рубануть длину, доходящую до поясницы, по самые плечи и не мучиться.

Переодевшись в свободные светлые джинсы и футболку, спускаюсь в правое крыло особняка. Именно здесь располагается кабинет Деклана вместе со спальней.

В детстве сильно обижало, что у брата была целая часть дома, а у меня только одна комната наверху. Папа не особо парился по этому поводу, отмахиваясь тем, что Деклан наследник, а сам Декс жутко наслаждался тем, как его выделяют.

Ворвавшись в кабинет брата без стука, застаю его стоящим у окна за телефонным разговором. Коротко обернувшись, он делает кивок головой, указывая на кресло.

Время тянется бесконечной вечностью, пока Деклан обсуждает какой-то груз, застрявший в порту. С каждой секундой я зеваю и одновременно закипаю всё сильнее. Мы не виделись полгода, а он даже не удосуживается обратить внимание на единственную сестру.

— Деклан, — цежу с нажимом спустя минут десять пребывания в унылом, отделанном полностью из тёмного дерева помещении. — Я хочу есть и спать.

Глянув на меня уничтожающим взглядом, брат наконец-то заканчивает беседу и, пройдя к столу, недовольно бросает на него телефон.

— Я в твоём возрасте уже взял часть клана под своё управление, — наследник опускается в кресло. — А тебе не хватает терпения подождать пять минут.

— Десять вообще-то, — не остаюсь в долгу, неприлично указав пальцем на настенные часы. — И я не ты, не забывай об этом.

— И то верно, — брат сдержанно кивает, уставившись с внимательным прищуром, будто оценивает и прикидывает что-то в голове.

— Где отец? И что с ним? — не выдержав долгой паузы, спрашиваю напрямую. Ну не умею я играть словами, увиливать и быть хитрой лисой.

— В ближайшее время не высовывайся за территорию особняка, — полностью проигнорировав вопрос, даёт указания Деклан.

— Почему папа в Шотландии? Я думала, он серьёзно болен и находится дома?

— Северные в край оборзели, и тебе лучше сидеть здесь. Безопаснее.

Деклан несёт какую-то чушь про соседний клан. Меня мало волнуют их дела и вражда с соседями, поэтому я бесцеремонно его перебиваю.

— Я задала вопрос про отца! Где он? Ты прикалываешься надо мной, Деклан?!

— Я попросил тебя прилететь, а не устраивать допрос, — сухо цедит он, снова отвлекаясь на вибрирующий смартфон.

Прытко поднявшись на ноги, выхватываю из рук брата долбаный телефон, не позволяя ему ответить.

— Ты вырвал меня сюда из Нью-Йорка и не считаешь нужным нормально объясниться?

— Положи на место, — цедит Декс сквозь зубы.

— Иначе что? Запрёшь меня в этом унылом замке графа Дракулы? — усмехнувшись, швыряю телефон, и тот лихо прокатывается по столу, едва не упав на пол. — Пошёл ты, придурок!

Не дожидаясь ответной реакции, я разворачиваюсь и ухожу прочь, не забывая громко хлопнуть дверью.

— Хочешь, чтобы я сидела здесь и тихо ждала, пока вы решите, посвящать меня в дела или нет? — злобно ворчу себе под нос.

Лавируя между коридорами, я двигаюсь к центральной части дома, а именно к его выходу.

— Не дождёшься, Деклан. Я не собираюсь играть по твоим правилам!

Глава 2

— С ума сошла? — Агата округляет глаза, смотря на меня как на умалишённую. — Ты уверена, что хочешь именно в этот паб? Это же территория Блэквудов!

Поссорившись с братом, первым делом я заявляюсь к семье Мерфи и, едва успев переступить порог, сразу тащу подругу в её комнату.

— Как вы меня достали со своими кланами, — вздохнув, запрокидываю голову, глядя в потолок. — Почему нельзя просто собраться и поехать выпить без лишних заморочек?

За что я люблю Нью-Йорк? За полную свободу передвижения и действий. Там не нужно думать о том, что в эту часть города мне можно, а в другую нельзя. Зато в Дублине это происходит постоянно, так как столица условно поделена между тремя кланами.

Первый – это портовые. Семья Блэквудов. Несложно догадаться из названия о том, что им принадлежит часть, где преобладают портовые зоны.

Второй – центровые. Это наша семейка О’Коннелл, которой достались все сливки Дублина: недвижимость, бары и рестораны.

Ещё есть третий клан. Те самые Северные. Они занимают пригородные части, промышляя торговлей оружием и ещё бог знает чем.

И именно наш клан не дружит ни с одними из них. Точнее, с Северными по большей части мы держим нейтралитет, а вот с семьёй Блэквудов отношения жутко натянуты последние лет так восемьдесят.

И, признаться честно, я удивлена, что брат в разговоре упомянул не Блэквудов, а Северных, запрещая мне покидать территорию дома из-за них.

— Деклан прибьёт нас, если узнает, что мы были на земле Блэквудов, — Агата опускается на свою небольшую кровать, а я только сейчас почему-то обращаю внимание на то, какая маленькая у неё спальня.

— Не узнает, — тяну с особым нажимом. — Давай, поднимай свой зад. Я видела рекламу этого паба в интернете, там по вечерам танцуют улётный стриптиз. Разве тебе не хочется посмотреть на красивые сиськи?

Распахнув шкаф, осматриваю шмотки Аги на наличие подходящего наряда для сегодняшнего вечера.

— Ты озабоченная, — тихо подошедшая Агата отодвигает меня в сторону и, приподнявшись на носочки, принимается там копошиться.

— Я люблю искусство. А женские тела – это искусство.

— Держи, он новый, — очаровательно улыбнувшись, наблюдаю, как она выуживает вешалку с бомбическим топиком и протягивает её мне. — Купила, а надеть так и не успела: на работе строгий дресс-код.

Сильно не наряжаясь, мы с Агатой переодеваемся в то, что есть в её преимущественно сдержанном гардеробе.

Мне достаётся тот самый новый чёрный топ без бретелек: он прикрывает лишь грудь и ничего более. В сочетании с моими джинсами это смотрится симпатично, но я решаю дополнить образ кожаными шпильками Агаты. Спрятав низ джинсов в сапоги, придирчиво оглядываю отражение.

Не совсем мой стиль, но с короткой косухой подруги смотрится зачётно.

— Чувствую, этим вечером ты подцепишь местного красавчика, — толкаю подругу плечом, когда она крутится перед зеркалом.

Сама Агата надевает тёмные трендовые брюки клёш и лонгслив.

— Не боишься, что тебя узнают? — подружка слегка волнуется, и я её понимаю. Тяжело быть хорошей девочкой.

Единственное, чего мне хочется, – это от души напиться местным пивом и сделать передышку от бешеного ритма жизни.

— Плевать. Никто не знает, как я выгляжу, — отмахиваюсь, не заморачиваясь об этом.

Соседние кланы действительно не знают меня в лицо. Отец предпочитал не выставлять единственную дочь на всеобщее обозрение, а ещё не брать на их «светские рауты» и сборы. Без понятия, потому ли это, что он заботился о моей безопасности, или же в силу того, что не считал наследницей.

Социальные сети я не веду из-за отсутствия свободного времени и, признаться честно, желания. Поэтому фотографии слить не могут. Единственное, возможно, кто-то следит за моей карьерой в Штатах, догадавшись, что я и есть та самая дочка Кормака О’Коннелла.

С территории особняка мы сбегаем окольными путями, как делаем это всегда. Дожидаемся пересменки у охраны и, пока есть пара минут до заступления следующей смены, линяем через заднюю часть забора, ведущего на те самые поля, виднеющиеся из моего окна.

Дальше мы выбираемся на соседнюю улицу, это занимает примерно минут двадцать активного шага, и там уже прыгаем в заранее вызванное такси. И да здравствует свобода!

Гул голосов, смех и тяжёлый запах алкоголя накрывают нас с головой, стоит переступить порог распиаренного паба под названием «The Black Harp».

Оглядевшись вокруг, на моих губах расплывается непроизвольная улыбка. Здесь до ужаса шумно, жутко тесно и, самое главное, живо. Как будто весь Дублин решил провести сегодняшний вечер именно в этом месте.

В помещении стоит приятный полумрак. Этот паб похож на сотни других, но есть в нём что-то особенное. Возможно, если пройтись взглядом по массивной барной стойке, около которой столпились люди, выкрикивая заказы, можно сделать вывод, что дело в этом.

Или же пробежаться дальше по столам с потёртыми углами и высокими табуретами, задержаться на тёмно-зелёных панелях на стенах, увешанных фотографиями порта, боксёров и ирландских легенд, и подумать, что из -за них.

А может, дело в небольшом подиуме в соседнем зале, где танцуют полуобнажённые девушки. Они крутятся около шестов, но почему-то в их действиях и движениях нет ни намёка на разврат и похабщину. Только медленные, выверенные движения и эстетика.

— Идём! — схватив зависшую Агату, протискиваюсь сквозь кучки беседующих посетителей к бару. — Пинту «Гиннесса»! — выкрикиваю бармену, подняв руку вверх.

Если уж напиваться, то качественной ирландской выпивкой.

— И двойной виски! — добавляет Агата, а у меня в ушах звенит от её звонкого голоса.

Облокотившись на стойку, скольжу довольным взглядом по залу.