Девочкам порой бывает непросто
- -
- 100%
- +
«Я, конечно, больной, но не настолько»
«После всего, что между нами происходило, я тебе не верю»
– Эффи, пошли прогуляемся, – вслух позвал девушку Нейв. Я глянула на ее счастливую мордашку и поняла, что он ей не безразличен. В любом случае это ее дело трахаться с ним, если она того хочет.
Когда Нейв ушел, я заняла его место, оказавшись рядом с Колинзом.
– Держи. – Передала парню виски.
– Настолько не доверяешь мне? – Он усмехнулся мне. Но в этой усмешке помимо издевки было что-то еще. Сожаление?
Фэст выхватил бутылку из моих рук и демонстративно сделал пару глотков.
– Можешь и дальше мерзнуть.
Я не ответила на его предложение, а лишь сильнее натянула на себя одеяло. После мы оба включились в разговор.
Сегодня на небе снова было много звезд, теперь они ассоциируются у меня с Нейвом после нашего первого разговора. Двое парней из компании начали спорить так, что чуть не дошло до драки. Всем было из-за этого смешно, кроме их. Для присутствующих этот спор был глупостью, но только не для них. Чтобы не слушать вопли ребят, меня позвали Лили и Кэрри.
– Ух, ну и вечерок!
– Идеальный, – согласилась Лили с Кэрри.
– Короче, я позвала вас не просто так. У меня не было времени сказать вам. Короче, я вчера ночью поехала к Итану…
– Да ладно, – запищала Кэрри. Я не понимала, почему одноклассница так орет.
– Да, – лицо Лили покраснело.
– Что произошло?
– А ты не поняла? – Кэрри поправила накинутый на меня плед и обняла, прошептав, – кое-кто сделал кое-что с девочкой Лили.
– Они занялись сексом? – на эмоциях прокричала я.
– Да, тихо ты! – легонько толкнула меня плечом Лили. – Да, мы переспали, но это необязательно всем знать.
– Боже, вот это да. Ну как? Тебе понравилось?
Я была до жути любопытная, когда-то и мне придется пройти через это. И через опыт подруг я осведомлялась всем необходимым. Лили рассказала все, но не слишком подробно.
– Больно? А сильно?
– Совсем немного. Мы же готовились, поэтому все прошло хорошо.
Лили дала пять Кэрри, ведь она была ее первым секс-учителем. У одноклассницы уже был опыт и довольно обширный, Остин был ее не первым парнем. Кэрри учила Лили некоторым штучкам, за что Лили всегда благодарила ее. Советы одноклассницы реально работали. Когда придет мое время, Кэрри сказала, что поможет и мне.
– Боюсь, мое время наступит не скоро. – Отшутилась я.
– Да брось ты! Замути с кем-нибудь, если ТАК хочется.
То, что предложила Кэрри не устраивало меня. Встречаться и спать с кем-то ради одного секса, не про меня. Я не нуждалась во всех подряд. И, если любовь – то до конца. А, если вдруг она проходящая мимо и пустая, то я и влюбляться не хочу.
Вскоре мы вернулись и засиделись до трех ночи. Кто-то еще сидел, а кто-то уже пошел спать в машину. Я устала и пошла в машину Лили. Но не тут-то было.
– Блять, – выругнулась я, глядя на запотевшие окна тачки, из которой доносились сдавленные стоны.
Меня снова взбесила Лили. Она вообще подумала о том, что я захочу спать? Нет, подруга решила трахнуть Итана в своей машине и забить на меня ржавый болт.
– Колинз, одолжи сигарету. – Мне нужно было заесть проблему никотином.
– Нет. – Склонил голову набок парень, забираясь в машину.
– Ты спишь один? Ну, то есть у тебя никого нет? – спросила я, позабыв о куреве.
– Да, Миллер. Я сплю один.
– Фэст, тут такое дело: разреши мне поспать с тобой.
От сказанного мной Колинз повернулся ко мне и заглянул в глаза, чтобы понять не шучу ли я. Но я ни черта не шутила, я сильно замерзла и устала, мне негде было спать, все было занято.
– Миллер, ты прикалываешься что ли? – от его слов по телу прокатилась волна мрачной раздражительности и чувства неприязни.
– Колинз, не беси меня и пусти переночевать.
Я заглянула в его машину и ахнула. Да у него тут не условия, а рай! Парень разложил задние сидения и постелил надувной матрас с подушками, а сверху накрыл все это пледами. Ничего не ответив, Фэст залез внутрь и уже собрался было закрывать багажник, чтобы ложиться спать, но я решила быть понастойчивее и полезла вслед за ним.
– Миллер, нет. – Рявкнул он на меня.
– Фэст, я замерзла. Пожалуйста, прошу.
Парень томно вздохнул и подал мне руку, проворчав:
– Какая же ты заноза…
– А ты неплохо тут устроился. Хорошо, что у тебя нет девушки.
– Жалею об этом, потому что мне не пришлось бы спать с тобой.
Мы сели друг напротив друга, Фэст протянул мне почти пустую бутылку виски и приказал пить. Я послушалась его и сделала несколько глотков, обжигающих горло.
– Понимаю, что ты ненавидишь меня, но…
– Просто ложись Миллер, пока я тебя не выгнал. И да, я хочу воспользоваться своим желанием.
– Да.
– Поделись пледом.
– А это что? Не пледы?
– Пледы, но мы будем на них спать, не ложиться же нам на голый матрас.
Ей богу это звучало, как отговорка. Но все же, я поделилась с ним своим пледом, накрыв нас обоих.
– Почему не легла в машине у своей подруги?
Я закрыла глаза, вспоминая увиденное.
– Лили трахается там с Итаном.
– Ммм, – простонал он, – греются. Ты хоть согрелась? Может, – Колинз провел рукой по моей талии, сделав намек.
– Фэст? – застыла я.
Когда ладони Колинза были на мне, когда его губы были в пару сантиметров от моих, я слышала звук его сердца. Немного помучив меня своей неопределенностью, Фэст убрал руки и засмеялся.
– Да я шучу! Мы же ненавидим друг друга.
– Да, – ухмыльнулась я, – ты прав. Надеюсь, что ты хотя бы не убьешь меня.
– Не убью. Просто изнасилую, пока будешь спать и всего-то.
Я толкнула парня в бок и прижалась к его телу.
– Ничего не подумай, но я очень замерзла. Так будет теплее. Не хочешь повернуться ко мне?
– Миллер, ты мешаешь мне спать. Не донимай меня, иначе я тебя выгоню.
Думать долго не пришлось, я заткнулась и вскоре уснула. Колинз умеет убеждать, и играть с ним точно не стоит, это я уже поняла по ситуации с отцом, которому он чуть не рассказал о порезах.
– Просыпайся, – чей-то голос ласково будил меня утром.
– Можно еще чуточку поспать, – попросила я, дотронувшись до руки того, кто со мной разговаривал.
Молчание. Его рука была в моем плену.
– Полежи со мной немного, хотя бы минут пять.
– Миллер, не многого ли ты хочешь? – Грубый голос заставил открыть меня глаза. Фэст. Я мгновенно отпустила его руку и поднялась с самодельной кровати. – Лили ждет тебя в своей машине. Иди.
Не сказав ни слова, я вышла и отправилась к Лили. По дороге домой я немного привела себя в порядок, пожевала мятную жвачку и протерла лицо тоником. Теперь я уже походила на человека.
– Как потрахалась с Итаном? – без стыда спросила я, желая задеть подругу.
– Ханна, прости.
– Сколько раз я уже слышу твое «прости». Самой не надоело? Ты могла бы меня предупредить, чтобы я заранее нашла себе место, где переночевать. Или вообще мне надо было остаться дома.
– Не раздувай из мухи слона. Все же прошло хорошо. Разве нет?
– Нормально все прошло, но меня бесит, что ты так со мной поступаешь. Жертвуешь мной ради этого Итана.
– Прекрати называть Итана «этим». – Подруга так резко затормозила, что я чуть ли не ударилась головой об лобовое стекло. – Прости, прости, прости. Ты не ушиблась?
– Нет.
На глаза накатывались слезы. Почему она всегда готова променивать меня на парня? Раньше у нас не было таких проблем. До тех пор, пока в жизни не появился хуй в штанах.
– Просто ты еще не понимаешь какого это любить.
– Да, ладно, – махнула рукой на подругу я, принимая ее слова за очередную отмазку.
– Ханна, я говорю тебе это на полном серьезе. Не веришь? Спроси у Кэрри. Мы же тоже раньше дружили втроем очень тесно, но когда у нее появились парни, тогда мы прекратили быть лучшими подружками и остались просто подругами. Между нами уже нет такой связи. Понимаешь, когда влюбляешься, привычный мир перестает существовать. Раньше я вообще не понимала, почему люди говорят, что теряют голову от любви, как это может быть возможно… Так вот, с Итаном я ее потеряла, да у меня внутри бабочки порхают лишь от одного его взгляда, и это я уже молчу о том, что происходит, когда мы остаемся наедине. Я взрываюсь от эмоций и не могу думать ни о ком, кроме никого. Однажды ты тоже влюбишься, только я тебя осуждать не буду, как сделала это ты.
Я задумалась, потому что действительно до этого разговора не думала о том, что чувствует Лили. В ее глазах сверкала радость, улыбка целыми днями не сходила с ее лица, а еще она стала добрее к окружающим. Прямо ходячий сгусток счастья!
– Любовь – это искра. Ты видишь человека и понимаешь, что это твое. Что ты хочешь просыпаться и засыпать с ним. Ты хочешь быть рядом с ним, чувствовать его прикосновения и ни на миг не отлучаться… – Продолжала воодушевленно рассказывать подруга.
– Может ты и права, и я вовсе ничего не знаю о любви.
По дороге я вспомнила, как проснувшись утром, пыталась уловить запах Колинза.
Что, если отношения начинаются не с искры обоих? Такое возможно?
Возможен ли такой исход, что ненависть перерастет в любовь? Когда-то очень давно я мельком заглянула в книжку, которую вечерами читала мама. На случайно открытой странице бросилась мне в глаза такая фраза: «От ненависти до любви путь очень краткий и, как ни странно, чем сильнее ненависть, тем ярче может воспылать любовь в сердце человека».
Достаточно ли сильна ненависть Колинза, раз он ложится со мной в одну постель?
Глава 6
Вот и наступил долгожданный Зимний бал в школе. Сколько себя помню, я ждала его чуть ли не с первого класса. Именно тогда я увидела красивых старшеклассниц в платьях и рядом идущих с ними парней в костюмах. Они были такими счастливыми, с тех пор я ждала этот день. И он наступил!
Я хочу, чтобы Зимний бал заполнился в моей памяти навсегда.
– Красное шелковое платье в пол. – Сообщила я, болтая с Кэрри.
– Туфли?
– Серебристые на каблуках.
– С прической что?
– Мама сделает мне кудри. А ты? – Делилась я своей подготовкой к вечеру.
– Про платье и обувь ты знаешь. Волосы просто выпрямлю. Кстати, может залетим сегодня куда-нибудь после вечера в школе?
Я призадумалась и решила спросить, что по этому поводу думают парни. Подруга посмеялась и ответила:
– Пацаны всегда за. Они же мне и предложили эту идею. Ханна, ты как?
– Можно. Но не в платьях же нам идти.
– Заедем, переоденемся и поедем тусить дальше.
– Я согласна.
Чуть позже пришла мама, она помогла мне привести себя в порядок и собраться. Помогая, она вспоминала, как у них проходил Зимний бал в школе.
– Твой отец был невыносим.
Услышав это, я повернулась к ней.
– Что значит невыносим?
– Не давал мне весь вечер прохода. Я к столу с коктейлями, и он туда же. – Мама засмеялась. – А потом, узнав, что мои подруги не станут провожать меня до дома, увязался за мной.
– А ты?
– А как я могла ему отказать? Не убегать же, все равно догонит. Спортсмен. По дороге мы разговорились, потом стали дружить.
– Додружились называется. – Показала я на себя и рассмеялась.
– Выходит, что так. – Согласилась мама и помогла мне застегнуть бордовое платье. – Ох, переживаю я за тебя, Ханна. Такая красивая у меня, вдруг украдут.
Я лишь отмахнулась и произнесла:
– Да кому я нужна! Дело ведь вовсе не в красоте.
– А в чем же тогда?
– В том, насколько человек интересный. Комфортно ли тебе с ним. Твои ощущения рядом с этим человеком. И еще куча параметров.
– Ты права, но не во всем. Дело до красоты тоже есть. Встречают по одежке, не забывай. Может мне подъехать сегодня и забрать тебя с бала, чтобы ты не шла одна и не ехала не пойми с кем?
– Нет. Забирать меня точно не надо. И раз уж мы пытаемся дружить, то ты должна знать. Мне хочется пойти погулять сегодня после бала. – Я поджала губы, боясь услышать ответ.
– В платье на улицу? – Настороженно спросила мама, смутившись. – Там же холодно.
– Я переоденусь и не совсем буду гулять. Мы с Кэрри и Лили пойдем в гости к друзьям.
– Что за друзья?
– Мам, только не начинай. Обычные друзья. Те, с которыми я проводила время все эти месяцы.
Было до сих пор видно, как маме с трудом дается роль родителя подростка. Она с горем пополам отпускала меня куда-то, часто звонила, если я находилась за пределами дома. Папа вел себя спокойнее, он адекватно воспринимал мое взросление. Даже не знаю, что хуже быть подростком или его родителем. Они не знали многого, не знали, что я чувствую и как борюсь с тем, что у меня на душе.
Сегодня меня забирала Кэрри и Остин. Кэрри не сидела за рулем уже около года, потому что в прошлом году она взяла без спроса тачку родителей и разбила бампер. Но вот снова над ней сжалились и разрешили спустя столько времени.
– Сегодня будет отдыхать у друга Бенза. В том же доме, где курили до четырех. Вспомнила?
– Помню.
Свет софитов ударил в глаза, когда я вошла в зал, где будет проходить бал. Если честно, то от названия здесь практически ничего и не осталось. Зимний бал. Зимний, потому что проходил зимой, в декабре. А бал, потому что мероприятие связано с танцами.
То, что представляло собой это событие лет двадцать назад и то, что представляет оно сейчас, это совершенно разные вещи. Народу было много, а все потому что директор школы объединил праздник с двумя другими школами. Так им, видите ли, удобнее покрывать расходы.
– Парни протащили в школу алкоголь. Ханна, бежим. – Схватила меня за руку Лили, и мы быстрым шагом пошли в сторону мужского туалета.
– А, если нас застукают? – тряслась от страха я.
– Кому мы нужны? Ты думаешь, кто-то будет проверять туалеты?
– Все может быть.
– Боже, Ханна, расслабься и насладись этим вечером. Неужели ты и правда думаешь, что на этот бал ходят лишь для того, чтобы просто потанцевать?
Оглянувшись и удостоверившись, что поблизости нет никого из преподавательского состава, мы с Лили забежали в уборную.
– Вы сумасшедшие? – начала ругаться Лили и направилась к окну. – Тут же все прокурено.
– Котенок, ну не злись, – обнимал Итан подругу.
– Ладно они, ну ты-то головой думай, – обратилась Ли уже к Кэрри, закрывая дверь.
– Ты достала ключ? – удивилась я.
– Естественно! Нам не нужны лишние глаза, полшколы новеньких. Вдруг настучат.
Сегодня я решила воздержаться от вредностей и сделала только пару глотков шампанского. Парни и подружки сегодня ни в чем себе не отказывали.
– Остин, только не нажрись! Нам еще танцевать медленный танец! – Грозила Кэрри своим пальцем.
– Что у вас там происходит? Немедленно откройте дверь. – Забарабанили в дверь.
– Блять, Форд! – произнес Итан, махая руками, стараясь изгнать дым от сигарет.
– Он нас убьет, – произнесла я, дрожа от страха.
– Заткнись, – нагрубил мне Колинз, собирая алкоголь в коробку.
– Сейчас, сейчас, – прокричал Итан учителю. – Фэст, давай быстрей.
Колинз затащил меня в кабинку туалета и, прижав к стене, закрыл мне рот.
– Ты дурак? Я, итак, буду молчать.
Девчонки тоже спрятались, только в другую кабинку, находившуюся возле окна.
– Ни слова, Миллер! – провел Колинз по своим волосам.
Я продолжала оставаться в его власти, прижатой к стене. Итан с Остином остались одни, остальные ребята тоже попрятались в кабинки.
– Мистер Форд, понимаете, у Остина тут проблема нарисовалась, поэтому мы закрылись.
Я слышала только голоса, но не видела, как преподаватель реагирует на происходящее. Да и не сильно меня это волновало, меня больше волновал Фэст, вцепившийся в мою талию мертвой хваткой.
– Убери руки! – возмущенно прошептала я Колинзу, сверля его глазами.
Он поднес свой палец к моим надутым губам, приказав замолчать. Колинз не собирался слушать меня. Брюнет продолжал держать меня незаконно близко к себе. Он наклонился к моей шее, отодвинул в сторону мешающие волосы и прошептал на ухо:
– В последний раз прошу тебя замолчать.
– Иначе что? – Рядом с ним моя смелость рвалась наружу.
– Я не знаю, чем вы здесь занимаетесь. Но это неподобающе красть ключ и закрываться. На первый раз я вас прощу, – прислушались мы с Фэстом к словам мистера Форда.
Я пялилась на самоуверенного парня, изучающего мое лицо. Слава Богу, что кабинки были в пол, и Форд не поймет, есть ли кто внутри.
– Ну? Что ты со мной сделаешь? – бросала вызов Колинзу, сексуально закусывая губы и дразня его.
Ему не понравилось, что я убрала его руку с моего тела.
Он насмешливо улыбнулся и коснулся манящими губами моей шее.
– Не только ты умеешь дразнить, – прошептал он, посасывая мою кожу.
Я не удержалась и издала сладостный стон. Тут же Фэст отстранился от меня и потер лоб.
– Вижу вы не одни. Я не буду выяснять, что вы тут творили. Но это последний раз, когда я прощаю подобное. – Прокричал преподаватель и вышел прочь из туалета, громко хлопнув дверью.
– Играешь с огнем, Миллер. – Прижал меня к себе Колинз и как-то странно посмотрел напоследок.
– Ханна, ты стонала или нам всем показалось? – рассмеялась Кэрри.
– Колинз, что ты там с ней делал? – Похлопал Остин по плечу самодовольного Фэста.
– Вы угараете, что ли?
– Тогда почему она стонала? – Заваливала вопросами Лили.
– Отцепитесь от нас. Ничего не было. Пошлите лучше танцевать.
Мы спрятали алкоголь и сигареты в укромное место, а сами направились веселиться. Вся наша компания резвилась на балу, ни о чем не беспокоясь. Но когда заиграла песня для медленного танца, я встала в ступор.
«У меня нет пары. Меня никто не пригласит», – первые мысли были такими. Затем мозг отчетливо дал команду уносить прочь от сюда ноги. Я решила пробиться сквозь толпу, чтобы уйти подальше от этого места, как вдруг почувствовала знакомые руки на своей талии.
– Я узнал тебя по запаху, Миллер.
– Колинз, – обернулась я, не веря тому, что происходит.
– Потанцуешь со мной?
Без лишних слов я махнула головой и позволила парню дотронуться до меня. В свою очередь я дотронулась до его широких плеч. Медленный танец все больше раскрывал нас. Во время танца Фэст ни разу не свел с меня своих карих глаз.
Разве так смотрят на ту, которую ненавидят? Разве можно так нежно касаться человека, которого ты с удовольствием готов сровнять с землей? Я должна ненавидеть его, но получается только любить. Наслаждение длилось недолго.
– Не обольщайся так. – Ухмыльнулся Колинз и махнул в сторону своих друзей, во всю глазеющих на нас. – Это всего лишь спор.
– Теперь я ненавижу тебя еще больше! – Я со всей силы оттолкнула парня и побежала прочь.
Все то время, пока он играет со мной, мне кажется, что у нас есть шанс.
Колинз дарит мне надежду своими обжигающими прикосновениями, постоянно держит рядом, но не позволяет дотронуться до себя. Он опьяняет меня лучше любого алкоголя. Фэст дает мне такие эмоции, какие не даст ни одна трава на свете. Однако у Колинза все же есть схожесть с наркотой, он вызывает привыкание.
Я заскочила в туалет, там было несколько парней. Не обращая на них никакого внимания, я достала пачку вишневых сигарет и зажигалку. Здесь слишком шумно.
Направляясь на улицу, я зажгла сигарету прямо в коридоре. Плевать хотела, что будет, если меня застукают и вызовут родителей в школу. Вызывайте, хоть прямо сейчас!
На улице было очень холодно. Холод на пользу, он приведет в чувства и избавит от навязчивых мыслей. Надо ехать домой, надо позвонить маме. Хочу, чтобы она забрала меня прямо сейчас же! Как бы я не хотела, но мне придется вернуться в этот проклятый зал и забрать телефон. Он остался у Лили в сумочке.
– Замерзнешь. – Послышался голос за спиной.
– Уже. – Натянуто улыбнулась я.
Колинз подошел ко мне и накинул свой пиджак на меня.
– Ты обиделась, что ли?
– Нет, ни капли. – Дрожа от холода, подносила сигарету к губам.
– Пошли. Покуришь в школе.
– Застукают. – Меня так сильно потряхивало от холода, но я не могла вернуться туда с парнем. Я злилась на него, но не давала своим эмоциям выйти наружу.
– Миллер, не глупи. – Брюнет схватил меня за левую руку.
– Иди. Я останусь здесь.
Не став меня слушать, Фэст подхватил меня на руки и понес внутрь здания.
– Ты же меня ненавидишь, – наиграно вскинула я бровь. – С чего такая забота? В твоем приоритете, чтобы я быстрее сдохла.
– Я не хочу, чтобы ты умирала. – Продолжал нести меня по коридору Колинз, преодолевая развилки. – Дай лучше закурить.
– Ты всегда так много куришь?
– А ты?
– Я не курила сегодня. А ты куришь так, будто тебе завтра умирать.
Он усадил меня на подоконник, а сам сел напротив.
– Это был банальный спор. Не придавай ему так много значения.
– Ну да, – махнула головой я.
Внутри что-то до боли сильно сжалось. Я пообещала, что сдержусь и не наговорю человеку, сидящему напротив, ничего лишнего.
– Скажи честно, за что ты меня так ненавидишь?
– Минимум за то, что ты делаешь со своим телом. Этого достаточно?
– Нет.
– Я много что про тебя знаю.
– Так скажи.
– Тебе не понравится, что я знаю об этом.
Меня напрягли его слова. О чем он мог знать?
– Скажи.
– Нет, Миллер. Спи спокойно. Пока.
– Фэст, ты не поедешь на вечеринку?
Парень ответил, что на сегодняшнюю ночь у него другие планы, чем сильно заинтриговал меня.
Всю ночь я не могла заснуть, думала о всех своих секретах, но не могла понять, о каком из них он знает. Он знает, что я курю не только сигареты, но и травку. Знает, что периодически наношу себе увечья. А вдруг Фэст знает о моих 18+ фотографиях? Хотя, нет. Бред какой-то! Да и откуда он мог узнать?
Глава 7
С Зимнего бала прошло уже три месяца. Как ни странно, но с приходом весны все изменилось. Зима закончилась, и Ханна Миллер ожила.
Пробуждение далось мне нелегко, пришлось растормошить себя. Все месяцы я убивалась по Фэсту, он залез в мое чертово сердце без разрешения.
– Опять пропустишь уроки? – в голосе Лили слышалась скорбь.
– Да.
Я старалась избегать Колинза и по возможности прогуливать занятия в школе. Это действительно помогало. Но я пропускала не только уроки, но и времяпрепровождение с друзьями. Я стала реже зависать с нашей большой веселой компанией и больше посвящала время себе. Мне удалось познакомиться с новыми ребятами из других школ, но это вовсе не означало, что я забыла про остальных.
– Колинз заболел, он не ходит в школу. Можешь ходить, а не писать отпросиловку от имени мамы.
Я покраснела. Многие спрашивали в чем причина моих прогулов и избегании друзей, всякий раз я придумывала различные отговорки. Мне не хотелось признаваться им в том, что хочу забыть одного парня таким способом. А, если честно, то мне реально становилось лучше от того, что мы никак не контактировали с Фэстом.
Ему было плевать на меня, это лицезрели все, вся школа видела его неприязнь ко мне. А я таила в себе настоящее чувство и только делала вид, как парень меня бесит.
Школа. Две недели назад.
– Колинз, ты с ума сошел? – быстро среагировала я, когда поняла, что по моей спине что-то стекает.
Обернувшись, увидела довольствующегося своим низким поступком парня. Его лицо кричало о том, как он счастлив досадить мне.
Я растерялась, мы давно не виделись и впервые за месяц столкнулись с ним сейчас. До этого судьба нас не сводила.
Я прогуливала почти весь месяц, никуда не выбиралась с друзьями. Но, увидев его сегодня, я опешила. Растерялась от того, что за такое долгое время увидела его вновь. От его неожиданного поступка. Я так и не смогла ему ничего сказать и сделать.
Бегство было моим единственным выходом.
Я проплакала в туалете двадцать минут. Ко мне так никто и не подошел, Лили сегодня не было в школе, а другим, по всей видимости, дела до меня не было.
– Хватит рыдать, Миллер. – Трудно было не узнать голос грубияна.
С трудом поднявшись с ледяного пола, я нашла в себе силы с вызовом посмотреть в глаза обидчику.
– Думаешь это смешно? – Мои губы дрогнули.
– Мы и до этого пакостили друг другу. Разве что-то изменилось?
– Пошел ты нахрен, Колинз. Ты все испортил, абсолютно все! Неужели ты не видишь этого? – Я начала стучать своими маленькими кулачками по его груди.
Он перехватил мою руку, одернул рукав рубашки и взглянул на царапины на коже. Фэст с болью посмотрел на это зрелище не для слабонервных и прижал к себе.
– Я ненавижу тебя! – Из последних сил вырвалось из меня.