- -
- 100%
- +
Действующие лица:
Дед Ратьев Вилен Евсеевич, пенсионер
Пётр Ратьев Пётр Виленович, кандидат в члены ЦК КПСС
Игорь Ратьев Игорь Петрович, кочегар
Алник Изобретатель
Глеб Секретарь Петра
Елена Горничная
Света Подруга Игоря
Тамара Бывшая подруга Игоря
Суранов Журналист-международник
Кучер Кооператор
Гринлав Корреспондент газеты “Daily mail”
Борзов Нотариус
Кротов Частный детектив
Крайнова Помред ТВ программы “Пятое колесо”
Тристан Кутюрье
Изольда Модель
Саныч Майор госбезопасности
Манекенщицы
Охранники
Бойцы спецназа
Гостиная в подмосковном доме Ратьевых. На левой стороне – лестница на второй этаж, переходящая в узкий балкон с перилами. На втором этаже комната деда и кабинет Петра. Под балконом – двери на кухню и в подсобные помещения. Между дверями разместилась кушетка, над ней – картина. Справа – арка, ведущая в прихожую, за ней в глубине – дверь в спальню. В центре гостиной стоит массивный стол с четырьмя зачехлёнными стульями. Справа старинный буфет со встроенным баром. Над аркой висит простыня, вымазанная краской. Все двери и стены размалёваны яркими красками. Картины в стиле примитивизма объединяет один и тот же сюжет: фигуры монстров угрожающе выступают из ядовитой, похожей на орнамент, растительности. Слева стоит диван, перед ним журнальный столик, по бокам сцены – дачные кресла-качалки. Задняя стена застеклена от пола до потолка и образует эркер. Сквозь стеклянные рамы стены и открытые настежь двери видна зелёная лужайка, с двумя длинными столами, сервированными для фуршета.
В гостиной на диване сидит Елена. Перед ней на столике – срезанные цветы. Елена заканчивает составление букета.Со стороны лужайки в гостиную входит Игорь.
Действие первое
Игорь (войдя, осматривается). Как всё запущено.
Елена (вскакивает). Кто здесь! (Оборачивается.) Вы меня напугали.
Игорь. Выросли настоящие джунгли.
Елена. Откуда ты, Маугли?
Игорь (указывает на стену). Сошёл с пальмы.
Елена. Не морочь голову!
Игорь. Вы новая горничная?
Елена. Два года, как новая! Как ты сошёл?
Игорь. Как обычно – через дыру в заборе.
Елена. Зову охрану, а тебе советую вернуться в свою дыру.
Игорь. Может, познакомимся?.. Ратьев Игорь Петрович.
Елена. Ратьев?.. Игорь?.. Спасатель?
Игорь. Я?! С чего вы взяли?
Елена. Шутка у нас такая…
Игорь. А вас как величать?
Елена. Елена Михайловна. Можно – Лена. (Подаёт руку.)
Игорь. Сцена первая: возвращение блудного сына. (Целует руку.)
Елена. Вы и вправду, на неё похожи. Надеюсь, не во всём.
Игорь. Моя мать вас чем-то обидела?
Елена. Нет, но, когда она рисовала очередного монстра, я спросила: зачем она тащит эту мерзость в наш мир? Она молча, той же кистью, ткнула мне в лицо.
Игорь. Не ткнула, а сделала вас арт-объектом.
Елена. Ну, да… В любом случае, примите мои соболезнования.
Игорь. Прошло больше полугода.
Елена. Пётр… Виленович долго вас искал.
Игорь. Звенигород – почти Москва. С его-то возможностями…
Елена. На панихиде из родных никого не было!
Игорь (пытается открыть бар). Лена, почему бар закрыт?
Елена. Сухой закон!.. Пётр Виленович даже деду запретил.
Игорь. Откройте… Могу я мать помянуть.
Елена. Ключ забрал ваш отец.
Игорь (достаёт деньги). Вот червонец, сбегай, купи что-нибудь.
Елена. С какой стати?.. Я не прислуга…
Игорь. А где Глеб? Он ещё здесь?
Елена. Глеб мой брат. У него важное поручение.
Игорь. Пострел в паре работает?
Елена. Вы пришли мириться или напиться?
Игорь. По душам поговорить… без куража не получится.
Елена. Про вашу мамашу Кураж легенды ходят.
Игорь. Слушай, подруга, не откроешь – останешься без работы!
Света (входит с букетом, восторженно). Обожаю август! Здесь такие цветы…
Игорь. Забыл сказать: я пришёл не один…
Елена. Девочка, вас учили, что воровать нехорошо?
Света. Игорь, это кто?
Игорь. Не обращай внимания! Бывшая горничная.
Елена. Не вы нанимали, не вам увольнять.
Игорь. Мы платим не за хамство, а за преданность хозяину.
Елена. Ты, что ли, хозяин? Знал бы, зачем позвали, не явился бы.
Игорь. Отец сказал: есть нужда…
Елена. В козле отпущения!.. Это продолжение фразы.
Света. Подавись!.. (Бросает цветы.) Игорь, мне это не нравится.
Елена. Твой дед увлёкся малыми формами, ты в курсе?
Игорь. Тобой что ли?
Елена. Пошляк!.. Он сочиняет двустишия, как Брюсов.
Игорь. Подозреваю, есть про меня.
Елена. Само собой: Ярлык на право первородства, он прокутил без благородства.
Игорь. Седьмого февраля мать по телефону поздравила меня с днём рождения. В конце разговора она сказала, что оформила завещание. И добавила: им достались только перья, вспомнят бабушку Лукерью. Отец сказал: девятого её не стало.
Елена. Кто такая – Лукерья?
Игорь. Моя бабушка по материнской линии.
Света. Игорь, ты не говорил про завещание.
Елена. Ерунда, завещания никто не видел.
Игорь. Мотив понятен, осталось узнать – кто её убил?
Елена. Это очевидно: вы и убили-с…
Игорь (взрывается). Что ты несёшь, дура! (Хватает колокольчик.)
Елена. Подонок! Ты напечатал лживый пасквиль в журнале.
Игорь (звонит в колокольчик). В доме есть кто-нибудь!?
Света. Игорёк, давай уйдём.
Елена. Оклеветал собственного деда!
Игорь. Что за бред!.. (Хватает за горло.) Ты мерзкая тварь!
Из ближней двери на втором этаже выходит дед.
Елена. Какая страсть!.. Обними крепче, почувствуй плоть… Возьми меня…
Дед. Игорь, оставь её. Эта баба и тебя совратит!..
Елена. Вилен Евсеевич?.. Чего не сделаешь, ради вас.
Игорь. Привет, дед! Рад тебя видеть. (Обнимаются.)
Дед (Елене). Мату Хари изображаешь? Забыла, зачем тебя наняли?
Елена. За день не было ни одной свободной минуты.
Дед. Прикажете мне пылесосить? (Подходит к бару.)
Елена. Тройка ЧеКа в сборе: давайте… расстреляйте меня. (Поднимает руки.)
Дед. Дерзишь!.. (Елена идёт к двери.) Стой!.. Я тебя не отпускал!
Елена. Пора Пете узнать, как его старик меня Парижем соблазнял. (Уходит.)
Дед (достаёт бутылку коньяка и бокал). Стерва!.. Думает, если забралась в постель к Петру, теперь всё дозволено…
Игорь. Отец – с ней?.. А как же траур?
Дед (садится на кресло у столика). Давай, лучше выпьем! Бокал сам возьмёшь…
Игорь. Я-то возьму, а тебе, помнится, запретили после инфаркта.
Дед. Не гомони!.. Привлеку за разглашение гостайны.
Света (деду). Здравствуйте!.. Я Света, я умею хранить тайны.
Дед. Кто такая?
Игорь Звезда моей театральной студии.
Дед. Боевая подруга? Тогда на троих.
Света. В “Бесприданнице” я играла Ларису. Успех потрясный.
Дед. Бесприданница, говоришь? Что ж, символично!
Игорь. А ещё она – дизайнер. Изобретает костюмы для моих спектаклей.
Света. Сейчас шью для “Тристана и Изольды”.
Игорь. Ставлю средневековый роман в духе чёрной комедии. Тристан – модный дизайнер. Изольда – манекенщица, а на самом деле – богиня смерти. Зовут – МаккарА.
Света. Как крокодила из книжки “Макаров и простота”.
Дед. У вас чернуха на уме, а я – на пороге простого человеческого счастья.
Игорь. Согласен: Ратьевы снова вместе.
Дед (делает глоток). Как тебе Хеннесси?
Игорь. Я не любитель коньяка.
Дед. Тогда уберу… (Берёт бутылку, относит в бар.)
Света (заметив “плащаницу”). Вы прямо в гостиной бельё сушите?
Дед. Бельё?.. А-а, вы про это?.. Пётр говорит: картина достойна аукциона “Сотбис”. Сюжет библейский. Настя назвала её: Нерукотворная плащаница… Но, по сути, вы правы – обыкновенная простыня, испачканная красками.
Света. Сотбис это – настоящее искусство.
Дед. Так и есть. Рядом с шедевром всегда наготове смерть. Как говорят, условие необходимое, но не достаточное.
Игорь. Так, мать погибла из-за неё?
Дед. Пыталась водрузить полотно на флагшток, оступилась и упала с крыши.
Игорь. Не верю! Там Елена разлила масло.
Дед. Исключено!.. (Делает глоток.) Работали большие чины из комитета… Плюс мы своего детектива наняли. Сошлись в одном – несчастный случай.
Игорь. Налью ещё рюмаху… (Идёт к буфету.)
Дед. Она резко сдала после того, как ты ушёл! Можно сказать, не просыхала…
Игорь. (наливает из бутылки). Похоже, в её смерти винят меня?
Дед. Она после загула не к Петру, а к тебе возвращалась.
Света. Игорь умеет прощать. А вы на это способны?
Дед. Я старик, читаю Брюсова… “О, закрой свои бледные ноги.”
Света. Они не бледные… Я загорала.
Игорь. Говорят, малые формы – твоё хобби. (Наливает Свете.)
Дед. Живу по воле мужских влечений, любви последней, зари вечерней…
Света. А Тютчев – ваш соавтор? Намёк на последнюю любовь?
Дед. Намёк на моё решение стать отцом.
Света (отпивает коньяк). Отцом?.. Вот это – да!
Игорь. В семьдесят пять – разве что, духовным.
Дед. Сегодня завершим все формальности…
Света. Кто же избранница?
Дед. Богиня… Не нахожу слов… Царица Тамара! (Делает глоток.)
Света. В ваши годы – родить ребёнка!..
Дед. Рожаю не я, но, поверьте, я успею показать ему мир.
Игорь. Моя первая, тоже, называла себя “Царицей Тамарой”. Соблазнила мальца, а потом долго домогалась. Даже шантажировала.
Входит Алник с футляром и треногой, следом идёт Глеб с двумя баулами.
Глеб. Вилен Евсеевич, на КПП скандал. Я пытался уладить… Без вас, никак…
Дед. С охраной воюешь, хочешь под себя подмять?
Глеб. Бузит сосед, Лёня Кучер. А пресса ждёт аккредитации…
Дед. На охране список. Где Пётр?
Глеб. Нет ни списка, ни его самого.
Дед. Ты выглядишь как челнок из Турции.
Глеб. Доставка из ресторана: вино, закуски, салаты… Всё, что заказывали.
Дед. Вот и неси на столы, с охраной я разберусь. (Алнику.) Полагаю, вы – тот самый уникальный изобретатель, которого мне рекомендовали.
Алник. Прежде всего – экстрасенс. Александр Николаевич, позывной Алник.
Дед. Мой сын, Пётр, сказал: вы – прорицатель. И знаете, как я войду в историю.
Алник. Можно вашу руку? (Касается руки.) Как Автор Убогих Миражей.
Дед. Смело… Я даже, не знаю, что ответить…
Алник. Предложенный вами алгоритм не достоин АУМ-проекта.
Дед. Сценарий я писал вместе с сыном. Что не так?
Алник. Оруэлл сказал: консервы – оружие более страшное, чем пулемёт.
Дед. Экстрасенс, твою мать, сам ты что предлагаешь?
Алник. Реконструкцию военного парада 41-го года.
Дед. А вы – пациент Кащенко будете стоять на мавзолее?
Алник. Устроюсь на лобном месте. 7-го ноября, как и пятьдесят лет назад, массовка в форме солдат красной армии пройдёт по Красной площади, чтобы отбыть на фронт. Мавзолей задрапируем лозунгами тех лет. Уверен, это разбудит страну.
Дед. До ноября не успеем… Генсек и ЦК отклонили ваше предложение.
Алник. Можно воспроизвести подвиг Панфиловцев под Москвой. До января успеем подготовить технику и массовку.
Дед. Пётр сказал: в казне нет денег.
Алник. Есть исторические клубы. Они готовы бесплатно сделать реконструкцию сражений на Куликовом поле или на Бородино. Дёшево и сердито.
Дед. Какое отношение это имеет к августу 91-го года?
Алник. Это духоподъёмно… Мы, по-любому, сплотим народ.
Дед. Пора закончить прения. Сценарий “Спасатель” обсуждается в ЦК КПССС. Сегодня узнаем решение. Знакомьтесь, мой внук Игорь – кочегар под прикрытием.
Глеб. Привет, Игорь, давно не виделись.
Дед. Глеб, ты ещё здесь? (Глеб идёт на лужайку.) Не забудь охранникам оставить пару бутылок! (Алнику.) Кстати, Игорь по сценарию – главный герой. (Уходит.)
Алник (Игорю). Почему кочегар?
Игорь. По призванию.
Алник. Дай угадаю: из института отчислили. Сейчас косишь от армии…
Игорь. МГИМО бросил. Служил в стройбате. Дослужился до кочегара.
Алник. Ты – хлюпик, никак не тянешь на Спасателя.
Игорь. Отец сказал: спасатель – это, фига в кармане, как и фильм Соловьёва.
Алник. Сценарий не о Спасе, он – про консервы. Изучив его, вспомнил рассказ про двух зеков. Они пускаются в бега, забрав с собой дурня, вроде тебя. Ты – консерва, мясо в собственном соку. Напоминает сюжет из фильма Гринуэя про повара и вора.
Алник извлекает гриф гитары, торчащий из коробки из-под обуви.
Игорь. В коробке тапочки? А струны зачем?.. Вы пародист?
Алник. Начинал, как учёный. Изучал резонансы Шумана.
Света. Композитор Шуман? Учёным больше нечего изучать?
Игорь. Светик, спасай гитару, нарисуй ей талию.
Света. Не придирайся, электрогитаре не нужна акустика.
Алник. Это не гитара. Друзья называют это – Фантомат.
Игорь. Фантомас уже у нас? а вы, стало быть, комиссар Жув?
Алник. Фантомат – всему голова. Воплощает мечту, этого достаточно…
Света. Достаточно для чего?
Алник. Чтобы клиент отказался от иллюзий, навязчивых идей…
Игорь. Что у вас за клиенты?
Алник. Пациенты клиники имени Кащенко. Отличный полигон для испытаний.
Света. Вас держат в психушке?
Алник. Скрыли от лишних глаз, под защиту санитаров.
Игорь. Засекретили? (Алнику.) Можно взглянуть? (Берёт Фантомат.)
Алник. Бойтесь своих желаний. Иначе, этот артефакт…
Игорь. Я полагал: артефакт – что-то древнее?
Алник. Это – голова профессора Доуэля… Вы читали Беляева?
Света. Я читала про всадника без головы…
Алник. И всадника я тоже создал, назвал его – Фатум. Плазменный резонатор: Агрегатор Умной Материи. Фатум, как и тело человека работает на принципах, аналогичных холодному ядерному синтезу.
Света. Что за холодные принципы? (Забирает Фантомат у Игоря.)
Алник. Фатум питается образами Фантомата. Массив входных данных, разлагается в нём до бита, а далее, преобразуется в то, что задано заложенной программой. Так же точно, строит себя человеческое тело, разлагая пищу на атомы.
Света. Я запуталась: в начале был АУМ, затем Фантомат, а где Фатум?
Алник. Фатум на КПП. Его выдают под подписку. Так что, сегодня – праздник.
Игорь. Выходит, в начале был АУМ. Это новый логос?
Алник. АУМ – Агент Универсального Мира. Эту дурь я вкладывал в проект при его создании. Сейчас это проект спецслужб. Он – программируется под задачу.
Света. А мне интересно: как части работают сами по себе?
Алник. Отличный вопрос. Допустим, вы с Фантоматом в Крыму. Идёте по улице, справа забор, а над ним – яблоки. Вы прыгаете, но можете только коснуться их.
Света. Я прыгала за абрикосами прошлым летом, но меня прогнали…
Игорь. Готов вложиться в АУМ-проект по крымским яблокам.
Света. В самом деле, как бы решил проблему ваш АУМ?
Алник. Фантомат создаёт мыслеформу. Фатум растворяет её в резервуаре умной материи. В старину жрецы писали вилами по воде… Так же действуют алгоритмы заложенной программы. Они извлекают из купели Фатума конечный продукт. Впрочем, это может быть не только конкретный результат, но и воздействие.
Игорь. Воздействие на меня? Но как?
Алник. За счёт модуляции частот Шумана.
Света. Меня интересует конкретный результат с яблоками.
Алник. Фатум резонирует с небесной триадой: силы, власти, могущества. Вместе они творят чудеса. Определитесь: куда падать яблокам: в небо или к вашим ногам?
Игорь. А у меня скоро отпуск… Приеду в дурку собирать яблоки.
Света. Где же Фатум, ваш контактёр с небесной триадой?
Алник. Он на КПП. (Бросает рюкзак.) Я – мигом. (Уходит.)
Игорь (берёт Фантомат). Испытаем голову на прочность?
Света. А если правда, и мы – консервы для зеков?
Игорь. Струны ослаблены. (Крутит колки, берёт аккорд.) Тоже мне, мастер! (Читает речитатив.) Мне мой отец внушил: (Удар.) живёшь ты – на помойке. (Удар.) Ещё он рассказал (Удар.) как выжить в перестройке!.. (Соло на одной струне.)
Света. Слишком громко, остановись!
Игорь. Всё идёт по плану!
Света. Я не слышу! (Закрывает уши.)
Игорь (поёт на известный мотив). Вам не к лицу замашки командира. Остановись, о дивный старый мир. К тебе взывает варварская лира, в последний раз зовёт на братский пир! Всё выше, и выше, и выше стремим мы полёт наших птиц…
Держит Фантомат над головой. Входит Глеб . Он несёт коробку с бутылками.
Глеб. Игорь, кончай самодеятельность!
Света. У меня мурашки по коже.
Игорь. Просили объездить жеребца! (Бьёт по срунам.) О-О-М! Я всё сказал!..
Глеб. Здесь французское вино. (Достаёт штопор, открывает бутылку, ставит на журнальный столик.) Угости свою спутницу, не всё же гостям.
Игорь. Ты настоящий друг!.. Кстати, твоя сестра Светку невзлюбила.
Глеб. Вас Светой зовут? Очень приятно. Я – Глеб. Младший научный сотрудник.
Света (Игорю). У вас даже слуги – с высшим образованием?
Глеб. Вы верно подметили… Не смею беспокоить. (Идёт с коробкой на лужайку.)
Игорь. Ты обнулила взлёт из посыльного – в секретари. Глеб начинал аспирантом, защитил диссертацию. Сейчас – поверенный в делах, а для тебя – враг до гроба.
Света. Не понимаю, на что он обиделся?
Игорь. Диссертация называлась: “Варны и касты при социализме”. Глеб – гений, он считает себя брахманом. Ты назвала его слугой! Опустила по самые шудры.
Света. По виду не скажешь. Он диссер на базаре купил?
Игорь. Тема секретная: на базаре не купишь. Запрос с самого верха: переходе СССР к кастовой системе. Классы враждуют, а касты стабильны при любых катаклизмах.
Света (пробует вино). Слушай, кончай выпендриваться!
Игорь. Предки помешаны на родословной. В кабинете отца панно: родовое древо Ратьевых. Листочки там – красные. Это цвет кшатриев: мы – воины!
Света. Не пугай ежа голой попой!.. Я родилась в городе Шуя – имении князей Шуйских! Сам понимаешь, какой золотой цвет у моих листочков.
Игорь (с насмешкой). Князья – всего лишь торгаши.
Света. Мой прапрапрадедушка Василий Шуйский был царём на Руси. А детей у него было столько, что из местных, каждый второй – Рюрикович! Так что, извини, у моего древа золотая крона поветвистее будет! (Делает глоток.)
Игорь. Я тебе верю, но деду лучше об этом не говорить.
Света. Не пойму, кто заправляет в доме? Дед или твой отец, а может, Елена?
Игорь (наливает себе вина). Тебе какая разница?
Света. Хочу выяснить: у кого просить твоей руки?
Игорь. Ты смеёшься? (Пьёт.)
Света. Дед пенсионер. Мать умерла. Отец шаманит в комитете каких-то прогнозов. Можно подумать, погоду у нас определяет ЦК КПСС.
Игорь. А кто же ещё?! Прошла зима, настало лето, спасибо партии за это…
Света. Нет, серьёзно… Говорят, твой отец – серый кардинал.
Игорь. Про серого обязательно ему намекни…
Света. Жаль его: жену потерял. Спит с какой-то лахудрой…
Игорь. Довольно, давай без эмоций. Привожу факты: Академик. Член корр. Кандидат в члены ЦК КПСС. Отдел пропаганды и агитации. Сейчас курирует идеологию.
Света. Идеологию?.. (Делает глоток.) Он что, лозунги сочиняет?
Игорь. Да, лозунги, а ещё проекты, сценарии будущих побед.
Света. Сценарист он паршивый: партию вот-вот разгонят.
Игорь. Ошибаешься: партия – вечна! Она, как шоу, продолжится при любом генсеке.
Глеб (входя). Ты прав, Игорь. Шоу будет грандиозным.