- -
- 100%
- +
Дэн
Выезжаю на своем байке со стоянки. На перекрестке загорается красный. Слегка притормаживаю, пролезая между машинами. Мажу взглядом по остановке и вижу, что двое ребят прессуют щупленького пацана, прижав к рекламному щиту.
Твою ж!
Это не мое дело. Мне что, больше всех надо?
Ааа… Черт!
Не могу так.
Ещё пару тройку лет назад я бы даже не обратил на эту ситуацию внимания. А сейчас останавливаюсь в закутке, переключаясь на нейтралку, и выключаю зажигание.
- А ну-ка отпустили пацана! – кидаю им в спину, снимая шлем и вешая его на рукоятку. Ставлю на подножку для удержания мотоцикла.
Все трое разом поворачивают ко мне голову. Пацан одет в свободный черный худи. На голове капюшон. Его лица не вижу, зато агрессивные морды его обидчиков очень хорошо. Расстёгиваю мотокуртку, стягивая ее с себя, на случай, если одних слов будет недостаточно. У меня аргументов много, но накаченное тело самое убедительное.
Гопота, оценив мои габариты и свои возможности, отпускает парня. Тот делает пару шагов в мою сторону, затем поворачивается и смотрит на своих обидчиков. Те даже не собираются уходить. Отходят метров на десять и следят за нами.
- Иди сюда! – зову пацаненка, но он явно не из самых решительных.
Делаю пару широких шагов, хватая его за локоть, и тяну к байку.
- Да не бойся, не обижу. Далеко живёшь? – спрашиваю у него. Он только качает головой, не глядя на меня. Прослеживаю за его взглядом и понимаю: он надеется, что его обидчики уйдут. Но походу они никуда не спешат.
- Одевай, подброшу, - кидаю ему свой шлем. Пацан ловко ловит его на лету, удивляя меня своей реакцией. Но одевать не спешит.
- Можешь остаться с ними, если понравилось! - начинаю закипать. У меня дел по горло, а он тут мнется, как телка.
Кидает последний взгляд на них и только тогда в первый раз удостаивает меня своим вниманием. Капюшон скрывает его лицо, и даже свет от фонарей не достает до него.
Вглядывается и медленно стягивает свой головной убор.
Мои брови ползут вверх по мере того, как на свободу вырывается копна кудрявых темных волос.
- Ого!
Это, оказывается, вовсе не парень, а девушка! Причем после того, как она снимает капюшон, на ее лицо наконец-то падает слабый свет, и я могу разглядеть утонченное изящное личико. Да там совсем девочка ещё…
Встряхивает своими волосами, а у меня просто дар речи теряется.
- Конечно, не хочу! Ты что, совсем придурок? Чтобы они тут мной попользовались, пока им не надоест?
Пелена перед глазами рассеивается, оставляя неприятное послевкусие.
- Лучше б молчала, ей богу, - бурчу, накидывая куртку на себя. Застегиваю и недовольно проговариваю: - одевай, давай шлем, раз едешь!
Она растерянно смотрит на мотошлем, не зная, что с ним делать.
Мляяя…
Закатываю глаза. Нашлась проблема на мою голову!
Вытягиваю руку и, схватив ее за толстовку, резко притягиваю к себе, впечатывая в грудь. Меня обдает лёгким цветочным ароматом, от чего все рецепторы моего тела неожиданно оживают.
- Собери в кучу свою кудрявую копну! – злюсь на нее.
- Это не копна, а волосы! – вставляет свои пять копеек девчонка, стягивая свои пышные кудри в жгут.
Шлем легко одевается на нее, хотя у меня интеграл, полностью закрывающий голову вместе с подбородком. Неудивительно, с такой-то маленькой головкой.
Застегиваю защелку под подбородком, открывая визор.
- Нормально? – интересуюсь у строптивицы.
Она кивает, приподнимая руку и показывая большой палец, сжав остальные в кулак.
- Адрес какой?
Называет, и я понимаю, что здесь ехать от силы минут пятнадцать.
С шумом опускаю обратно визор.
Злит меня вся эта ситуация. Не ожидал, что под этим оверсайз худи окажется девчонка. Да ещё и с таким колким языком. На эту гопоту тоже начинаю смотреть под другим углом.
Нахрен она им сдалась? Что они хотели от нее? Если выясню, что реально попользоваться, не поленюсь вернуться и начистить им рожи!
Сажусь на свой байк, убирая упор и упираясь ногами об асфальт. Держу одной рукой руль, а вторую подаю ей. Она всего на мгновение зависает, глядя на своих обидчиков, затем вкладывает свою маленькую теплую ладошку в мою и садится сзади.
Завожу двигатель.
Отодвигается на самый конец седла, чтобы меня ненароком не коснуться.
Хмыкаю, начиная лыбиться. И как она себе представляет нашу поездку, если не будет держаться ни за ручку, ни за меня?
Слегка поворачиваюсь к ней и, как маленькой, объясняю:
- Так! Короткий инструктаж! Если не будешь за меня держаться, свалишься при первом же старте. Сидеть ты должна максимально близко, чтобы между нами не свистел ветер. Старайся повторять все мои движения корпусом. Ноги на подножку, – наклоняюсь и сам ставлю ее правую ногу, показывая куда. Вторую ставит уже сама. Давлю лыбу и, повернувшись к ней, объясняю последнее, - будет легче самой, если своими коленками будешь сжимать мои бедра.
Не вижу лица, но чувствую всю силу ее возмущения. Снова поднимает руку и показывает мне средний палец.
Отворачиваюсь. Другого и не ожидал от этой колючки. Поневоле на лице снова растягивается улыбка. Ща посмотрим, как запоешь, когда тронемся.
Жду, когда, наконец, решится хотя бы обнять за талию. Чувствую неуверенное прикосновение. Сползает с седла, касаясь меня бедрами, а меня неожиданно окатывает кипятком возбуждения.
Да что это с тобой, Багиров?! Совсем с катушек слетел?! За тобой примостилась совсем девочка! Ей от силы лет шестнадцать-семнадцать, и это ещё при хорошем раскладе! Даже мысли не допускай о ней в этом ключе! А то окажешься не лучше этих отморозков, что приставали к ней на остановке!
Набираю в грудь побольше воздуха и с шумом выпускаю, пытаясь прийти в себя.
Прижимается, наконец, всем корпусом, и я начинаю чувствовать верхние девяносто, которые под этой кофтой вообще были неразличимы.
Сидеть становится дискомфортно из-за стояка, что п*здец как мешает за рулём байка. Может, ей все же есть восемнадцать?
Ой, все! Заткни уже свои пошлые мысли и вези ее домой! В целости и сохранности! Тебя ее возраст вообще волновать не должен!
Стартую резче, чем рассчитывал, злясь из-за своей дебильный реакции на ее тело рядом. Чувствую, как ее слегка откидывает назад. Затем она сама подползает ещё ближе, прижимаясь всем телом и буквально ложась на меня. На повороте со всей силы сжимает коленками, видимо, боясь свалиться.
Так- то лучше.
Злость мгновенно улетучивается. Дальше еду на минималке, стараясь не пугать свою двойку, что сидит позади меня.
Она же не виновата, что я так реагирую на нее. Сам не понимаю, что со мной…
Когда останавливаюсь по указанному адресу, не спешит высаживаться.
Меня начинает пробирать смех.
- Я, конечно, готов ещё пообжиматься, но мы уже приехали, - констатирую.
Она с такой молниеносной скоростью спрыгивает с байка, что мне приходится удержать его, опираясь об асфальт, чтобы он не завалился в бок.
- Эй, аккуратнее! – возмущаюсь.
Начинает копошиться с защёлкой, а я спокойно жду, когда попросит о помощи. Ей самой с ней не справиться. Она явно в первый раз сегодня каталась на мотоцикле.
- Сними это с меня! – слышу бурчание под шлемом. Сама умудряется приподнять визор и смотрит на меня недовольно.
Поднимаю руку и подзываю ее к себе указательным пальцем.
Давай, детка. Угомони свою гордыню. Тебе по-любому надо этому научиться.
Ещё пару секунд мучается. Затем, смирившись, шумно выдыхает, подходя ближе.
Не собираюсь слезать с байка.
- Ближе, - ставлю условие.
Делает ещё один шаг, вставая рядом.
Эта игра начинает нравиться мне все больше. Просто ради того, чтобы ее позлить, говорю:
- Ещё…
- Ближе уже некуда, райдер! Следующим шагом мне придется уже взобраться на мотоцикл и сесть на тебя верхом! – выпускает она свои колючки.
- Я, пожалуй, даже не против такого нарушения личного пространства, - с улыбкой оповещаю ее.
- Зато я против!
Тяну свою руку и отстегиваю защёлку. Она слегка отодвигается от меня и снимает шлем сама. На волю вырываются ее пышные волосы. Присматриваюсь к ее лицу при более сильном освещении возле подъезда.
- Сколько тебе? – меня этот вопрос трындец как волнует.
Вообще давно не припомню, чтобы на меня так действовала девушка.
Я реально до сих пор возбужден.
- Думаешь воспользоваться ситуацией? – Кидает мне мой шлем, делая пару шагов назад и тыча взглядом на мой стояк.
Закрываю его шлемом, не пытаясь из-за этого оправдываться. Я чё виноват, что она на меня так действует?!
- Я же сказал, не обижу! Ну так сколько? – повторяю вопрос.
- Шестнадцать, - прилетает лаконично от нее.
Пытаюсь подавить разочарование.
Бл*ть! Все-таки малолетка, а у меня стоит….
Вот после ее ответа мне реально становится не по себе.
- Вали домой! – рычу, пытаясь не показать, насколько меня расстроил ее ответ.
Ну а на что ты рассчитывал, спрашивается? С самого начала видел, что она совсем лялька!
- Хамло! – тоже злится. Только непонятно на что. Разворачивается, чтобы уйти, и я вспоминаю, что ещё хотел у нее спросить.
- Погоди! Ты знаешь своих обидчиков? Чё они от тебя хотели?
- Знаю. Что и все остальные, - проговаривает, развернувшись ко мне.
Сжимаю кулаки на руле, вглядываясь в ее лицо.
- Денег, - все-таки уточняет она с тяжким вздохом. – А так как денег у меня нет, компенсацию.
Значит, я все правильно понял.
- В какой школе учишься?
Удивлённо приподнимает брови, слегка склонив голову на бок.
- Зачем тебе?
- Может, хочу ещё разок с тобой перекинуться колкостями! – снова начинаю закипать.
- Да ну нафиг!
- Чего такая колючая постоянно??? – бесит меня эта мелкая!
Ее лицо, освещённое светом фонаря, вдруг меняется на грустное.
- Это не я такая, это жизнь такая! - лаконично.
- Сколько денег должна? – уточняю. Не в расход же ее из-за этого. Может, смогу помочь. Ещё непонятно, из-за чего влипла. Куда ей в таком возрасте большие деньги?
- Не заморачивайся. Я привыкла сама решать свои проблемы. Всегда. – Стоит так пару секунд, затем все же выдает, - спасибо, что заступился.
- Не за что.
Недалеко от нас, на первом этаже начинают слышаться крики с открытого окна. Кидаю туда взгляд, потом на нее. Она тяжело вздыхает, поднимая глаза к небу и качая головой.
У меня возникает смутное ощущение, что те неадекватные ей не чужие.
- Нужна ещё помощь? – не успеваю осознать, как из меня вырываются эти слова помимо моей воли.
- Нет, уезжай, - твердо.
- Может… - не успеваю даже договорить, как она зло перебивает:
- Нет! Не может! Я же сказала, уезжай!
- Трындец ты душная! – злюсь на нее.
Проворачиваю ключ в замке зажигания, одевая на себя шлем. Больше не глядя на нее, стартую с места, выезжая со двора.
И нахрен мне ее проблемы? Я к ней охранником не нанимался! Будто мне больше всех надо!
Но внутри что-то усиленно свербит, не давая расслабиться. Кажется, такая вообще никогда не попроси помощи. Слишком гордая…
Останавливаюсь возле дороги, выключая двигатель.
Чертыхаюсь, вытаскивая из замка зажигания ключ. Ставлю байк на боковой упор.
Снимаю шлем, вешая на руль, и подхожу за угол.
Вглядываюсь в темноту и понимаю, что моя ночная пассажирка не ищет лёгких путей, чтобы попасть домой.
Возле подъезда она, схватившись за трубу, взбирается на выступ балкона первого этажа. От такой картины у меня просто отпадает челюсть. А если сорвётся? Падать на асфальт даже с такой высоты будет не айс.
Ей что, не говорили, что попасть домой можно своим ключом через дверь?!
Походу, нет.
Подхожу ближе, незаметно шагая в своих мотокедах. Затаив дыхание, слежу за ее умелыми движениями, надеясь подстраховать, если будет падать. Она явно делает это не в первый раз.
Облегчённо выдыхаю, когда она закидывает ноги на окно и спрыгивает внутрь балкона. Не могу удержаться и комментирую:
- Через дверь не пробовала? Говорят, оттуда безопаснее…
Она вздрагивает от моего голоса, поворачиваясь лицом.
- Господи! Нормальный вообще? Так пугать! Чего трешься здесь?
Пропускаю ее колкость мимо ушей, вслушиваясь в голоса за соседним окном.
- Опять твоя дочь шляется не пойми где! Ш*лава! Если принесет на подоле, выгоню из дома!
- Походу, у тебя здесь весело, - подвожу итог.
- Не было и дня без веселья… - с грустью в голосе.
Неосознанно в груди что-то сдавливается от жалости к этой девчонке.
Ставлю себе пометку, что обязательно сюда вернусь, чтобы проведать ее. Не смогу просто так взять и забить. Явно ей не сладко в жизни приходится. От того, наверное, и колючая такая.
- Спросить забыл. Как зовут?
Она снова демонстративно закатывает глаза, фыркая.
- Ну Катя. Все? Успокоил свою душу?
Но злит все также. Прям так и хочется схватить за шею и сжать в своих ладонях.
Походу, рядом с ней я становлюсь неадекватным. Пора валить.
Но сначала преподать урок хороших манер.
Поднимаю руку и, подпрыгнув, хватаюсь за раму окна. Мне таких сложных телодвижений не нужно, чтобы добраться до нее. Подтягиваюсь, ставя свои ноги на выступ балкона.
Она просто в шоке пялится на меня.
Ага, я ещё не такое умею, Кудряшка! Показать тебе все выкрутасы, на которые я способен?
Резко вскидываю руку и, схватив за шею, притягиваю ее лицо вплотную к себе. Ее глаза как ночь, темные и завораживающие. Выдыхает в мои губы, испуганно глядя на меня. А меня от ее дыхания прям штырит.
Аааа, черт!
- Ещё раз услышу, как огрызаешься, прикушу твой дерзкий язычок! И не посмотрю, что тебе шестнадцать! Поняла меня?!
Она кивает, не отрывая от моих глаз свои. Приглядываюсь, пока она так близко, отмечая ее натуральную красоту, не тронутую косметикой и уколами. По-любому, и губы эти пухлые, свои.
Член дёргается, напоминая, что он тоже хочет внимания от нее к себе. Но я на корню отметаю все пошлые мысли. Ее даже трогать было нельзя. Я итак позволил себе лишнего.
Достаю из кармана мотокуртки визитку фитнес клуба, в котором подрабатываю тренером, и вкладываю в ее руку со словами:
- Нужна будет помощь, звони. И усмири уже нахрен свою гордыню!
Последний раз кидаю на нее взгляд и отпускаю, спрыгивая на землю. Для меня такая высота – детские шалости. Но она, ахнув, прижимается к раме, глядя на меня сверху вниз.
Подмигиваю ей, цокая языком, и быстро скрываюсь за поворотом.
Все, что было в моих силах, я сделал. Моя совесть чиста.
Глава 2
Лера
А я даже не спросила, как его зовут…
С этой мыслью стою все ещё на балконе, сжимая в руке визитку. Вглядываюсь в темноте в черные строчки, но разобрать ничего не получается.
С сожалением смотрю на нее и, скомковав, выбрасываю в окно. Я не могу перевешивать на кого-то свои проблемы. К сожалению, в этой жизни я одна.
Тихонько закрываю окно, надеясь, что никто не услышит. Но как только включаю свет в комнате, в дверь начинают барабанить.
- Ты где опять шлялась? Неблагодарная! – звучит пьяный мамин голос. – Я из-за тебя всю свою жизнь угробила, а ты? Не думала, что у меня вырастит такая гулящая дочь! Иначе оставила бы тебя в роддоме!
Сердце лишь на секунду сжимается от боли при ее словах, но сразу отпускает. Привыкла. Даже не пытаюсь с ней спорить и что-то доказывать. Устала. Я для нее обуза, которую она не выкинула при рождении. Как понимаю, я плод непорочного зачатия. Иначе как объяснить, что у меня никогда не было отца и даже поднимать этот вопрос я не имею право. Так и живу всю жизнь, не нужная родной матери. И если в детстве я ещё на что-то надеялась, пытаясь во всем угодить ей, то со временем просто свыклась с этой мыслью. Какой бы замечательной я не была, как бы идеально себя не вела, хорошо училась, чисто убиралась, вкусно готовила - все равно все не то. Потому что изначально своим появлением я уже испортила ее жизнь. И ничего исправить или перемотать уже нельзя. Любви просто нет и никогда не будет.
Я пролила немало слез, выискивая недостатки в себе, но оказалось все гораздо банальнее. Я лишняя в ее жизни. Кому я действительно была нужна, так это бабушке. Она одна меня любила и воспитывала, пытаясь донести до моего детского сознания тот факт, что дело вовсе не во мне. Я хорошая. Правда. Просто так получилось, что мама родила меня не от того человека и всю жизнь видела во мне его. Мама лишь однажды, когда была вдрызг пьяная, назвала его фамилию с именем, сказав, что если бы он себя тогда повел по-мужски, а не отправил ее на аборт, всучив на это деньги, мы жили бы сейчас в достатке и ни в чем не нуждались. С того момента желание узнать, кто мой отец у меня отпала напрочь. Понять, что и ему я вообще не сдалась... Ну нет, увольте. От мамы такой "ласки" мне хватило на всю жизнь.
Не знаю, как характером, но внешностью я просто копия мамы. У нее тоже кудрявые черные волосы, которые она любила когда-то заплетать в косу. Но, к сожалению, из той красивой миловидной женщины уже ничего не осталось. На данный момент алкоголь разрушает последние отголоски красоты и остатки человечности в ней, оставляя место только агрессии и злости.
- Я была на работе! - констатирую факт, возвращаясь в реальность. Затем уже психуя: - кому-то же надо в этой семье зарабатывать деньги!
- Ну, давай тогда, что заработала! А то ты горазда трепать языком! - возмущается мама.
- А кто коммуналку оплачивать будет?! Сосед?! – закрываю глаза, качая головой. Пожили уже так без света, когда большие долги пошли. И никому и дела не было, что мне учиться надо при свете. Про интернет я вообще молчу.
- Ааай! Толку от тебя, как от козла молока, - сетует она, так и не дождавшись от меня денег на свое бухло. Отходит от двери.
Кого она действительно любит, так это своего хахаля, который у нас уже больше года ошивается. И то, что в последнее время он смотрит на меня совсем не отцовским взглядом – ей тоже плевать. Надо вкрутить ещё один шпингалет, иначе скоро точно в пьяном угаре прорвется ко мне.
Хотела съехать в общежитие, но у меня есть столичная прописка, а таких в общагу не берут. К сожалению.
От тягостных мыслей спасает звонок телефона.
Темка.
- Привет скучающему народу, - улыбаюсь, радуясь его звонку.
- Дома? Как доехала? – его взволнованный голос звучит в трубке, и я пропитываюсь им, как бальзамом на израненное сердце. На данный момент он единственный человек в жизни, кому не все равно на меня.
- С ветерком, - вспоминаю вечернее приключение.
- Как это? Лер, ну реально уже не смешно! Сколько ещё будешь так рисковать?
Вздыхаю, ложась на кровать.
- Тём, а что делать? Мне деньги нужны, ты же знаешь. Я долго тут не продержусь. Валить мне надо отсюда, иначе конец. Никакие замки уже не выдерживают напора этого старого хрыща.
- Я тебе тысячу раз предлагал съехать от них! Но ты же у нас, бл*ть, гордая! Денег не берешь, от помощи отказываешься! Бесишь!
Улыбаюсь.
- Мне тоже сегодня сказали, чтобы я засунула свою гордыню куда подальше и попросила помощи…
- Кто? – недовольно.
- Подвозил сегодня один, - уклоняюсь от ответа.
- Значит, мне встречать тебя нельзя, а к первому попавшемуся в машину ты садишься запросто?
- На мотоцикл, - на автомате поправляю его.
- Емааа! Все ясно! Не хватает в твоей жизни адреналина, хрустиком хочешь стать?
Не могу удержаться и прыскаю со смеху. Артем так называет мотоциклистов. Хрустики. Когда однажды спросила почему, удивлённо на меня посмотрел и сказал:
- А ты думаешь, как они себе все кости ломают при аварии? Хруст - и нет человека!
Возвращаюсь в настоящее, вспоминая его вопрос.
- Не хочу. Ты просто так звонил или по делу?
Почему-то об этом парне не хочу делиться даже с Темкой.
- Заеду завтра утром за тобой, будь готова к восьми.
- Тём!
- Не тёмкай мне тут! Достала! До завтра.
Отключается.
Возится со мной, как с маленькой, надеясь на что-то. А мне хочется, чтобы он свою личную жизнь устраивал и был счастлив.
Я безумно его люблю, но как брата. А он… кажется, нет.
Так и живём.
Мысли плавно перетекают к моему ночному спасителю.
Не сказать, что мне в жизни никогда не делали добра, но в первый раз я огрызалась, не хотя этого.
Почему-то о том, что он может сделать мне что-то плохое, даже речи не шло. Этакий рыцарь современного мира. Ему и благодарностей было не надо. Плюсанул в свою карму, сделав добро, и поехал дальше, оставив о себе неизгладимое впечатление. Первый раз за всю мою жизнь меня рядом с парнем бросало то в жар, то в холод.
Когда прижалась к нему на мотоцикле, почувствовала его каменные мышцы. Такое тело вселяет трепет, заставляя с благоговением глядеть на его обладателя.
Не побоялся один пойти против двух. Да, думаю, даже если бы дело дошло до драки, он с лёгкостью их разметал бы по остановке. На то и был расчет, когда он снял свою куртку, чтобы показать всю мощь своего тела.
А этот запах кожи и лёгкого мужского парфюма…
Боже...
Я становлюсь фетишисткой, но мне до безумия понравилось втягивать его запах во время поездки. Я даже не заметила, как мы доехали, пока он не начал меня подкалывать.
В дверь снова начинают колотить, на этот раз уже мамин хахаль. Но я, не боясь, что он вломится ко мне при маме, надеваю наушники и уношусь в свой мир, где нет ни боли, ни страха, ни проблем.
«Все что тебе светит - только лампочка.
Сколько ж ты натерпелась, моя лапочка.
Однажды развеются тучи над головой.
Но, а пока что на своем стой.».
***
- Разродилась наконец-то! – бурчит Соболев, когда сажусь к нему в машину с утра.
Улыбаюсь, глядя на хмурого друга.
- Какая муха укусила моего мишку? - подкалываю его, пытаясь ущипнуть в бок. Но там только каменные мышцы, которые подвергаются колоссальной тренировке ежедневно.
Его это прозвище бесит. В классе пятом он был весьма упитанным мальчиком, из-за чего очень сильно комплексовал. Мне тоже в школе было нелегко: нет отца, мать ни полтора, ни два. Ни на какие экскурсии и праздники я, конечно же, не попадала, потому что мама просто не давала на них денег. Из-за этого и подруг было немного. Но жалела не себя, а его. Поддерживала, как могла. В более старших классах его родители забеспокоились о его здоровье, начали водить по врачам, назначили ему специальную диету. В какой-то период времени мы перестали общаться, делая вид, что чужие друг другу. Я стала дворовой девчонкой, гоняющей мяч с мальчишками. Он тоже подался в спорт, начал ходить на секцию футбола. В классе девятом, когда я сильно поссорилась с девочками, заступился за меня. Все подружки отвернулись, а он, как до сих пор помню, сел со мной за парту, так и остался сидеть до конца школы. Похудел за это время, возмужал. Футболист, красавчик. Все девочки в классе безумно завидовали, не понимая, что он нашел во мне. А мы не встречались, просто дружили.
После окончания школы решила поступать на юридический. Не сказать, что безумно люблю юриспруденцию, но хотелось получить какое-то фундаментальное образование, за которое смогу получать неплохие деньги. Артем меня удивил, поступив туда же. С разницей лишь, что я прошла на бюджет, а он поступил на платный.
Чтобы иметь хоть какие-то деньги, пошла подрабатывать официанткой в кафе. Приходится возвращаться очень поздно, за что Соболев меня сильно ругает.
Вообще-то мне восемнадцать. И зовут меня Валерия. Не знаю, почему соврала своему ночному спасителю вчера.
Наверное, все же сказывается боязнь, что мной могут воспользоваться. Видела вчера, как он возбудился. Такое я чувствую сразу. Спасибо хахалям мамы. Благодаря этому виртуозно научилась избегать неприятностей.
Ловлю на себе недовольный взгляд друга, когда Артем бросает:
- Не беси, Кнопка!
- Не буду, - покорно соглашаюсь ним.
Прищуривается, с подозрением глядя на меня, и снова возвращает его на дорогу.
- У меня для тебя крутая новость.
Смотрю на него.
- Какая?
- Меня зачислили в футбольную команду универа.
Расстроенно проговариваю:
- Я тебя, конечно, поздравляю. Вот только при чем тут я?
Улыбается, глядя на дорогу.
- У нас в команде есть девчонка. Одна. Но есть же. Значит, они могут рассмотреть вариант взять ещё одну. А я могу за кото-то замолвить словечко.
Мои губы начинают расползаться в улыбке. Не отвожу взгляд. Он знает меня как облупленную. Останавливается на светофоре и смотрит на меня, улыбаясь в ответ.
- Ну, как тебе новость? А главное, что мне за это будет?
Давлю улыбку и говорю спокойно: