Стальное поколение
- -
- 100%
- +
Позачера – он узнал то, что не должен был знать, информацию о жуткой перестрелке на советско-финской границе и гибели двух десятков американских солдат в ней. Это был вполне приемлемый casus belli – но сегодня утром ему позвонил, подняв его с постели председатель комитета по делам разведки, в который этот конгрессмен входил. И сказал, что комитет по делам разведки не будет ставить этот вопрос на повестку дня, не будет никого вызывать и заслушивать. Председатель комитета был республиканцем, и это значило, что на него сильно надавили из Белого дома. Сейчас – никто не хотел связываться с русскими.
Чертовы трусы!
В углу – работал включенный на минимальный звук телефон. На нем – CNN показывала заимствованный в ВВС репортаж с жуткими кадрами из Еревана. Горящий аэропорт, пожарные команды, следы чудовищных разрушений. Больница, вооруженные автоматами люди на каждом шагу, вице-президент на белой, старинного вида койке, заправленной белыми простынями – улыбается и машет рукой. К нему не пускают, съемка идет через стекло, снова вооруженные люди.
Ублюдки… Они похитили нашего вице-президента, а теперь добренькими прикидываются, твари…
Для конгрессмена от штата Техас Чарльза Уилсона, бывшего морского офицера и агрессивного русофоба – смотреть на подобное было невыносимо. Русофобия составляла самую суть его натуры, он ненавидел русских всеми фибрами своей души – и от увиденного ему захотелось запустить тарелкой с бутербродами в экран телевизора, чтобы эта надменная сука на экране наконец заткнулась.
Но он знал, что разбитый телевизор ничего не изменит.
Конгрессмен открыл ящик стола и задумчиво посмотрел на ждущую его решения бутылку.
В этот момент, в дверь постучали.
– Кто там? – рявкнул конгрессмен. Он славился своим беззлобным нравом – но последние неудачи в Афганистане, когда коммунисты сбросили на лагеря беженцев две атомные бомбы, а Америка просто подняла руки – сильно озлобили его.
В дверь просунулась Анита, его помощница, немного испуганная.
– Сэр… один человек прилетел из Лос-Анджелеса, чтобы с вами встретиться. Он настаивает на встрече сейчас…
Конгрессмен посмотрел на часы – и не смог вспомнить, на какой час назначено заседание комитета, которое он был обречен проиграть.
– Полчаса, сэр – напомнила Анита.
– Да… тогда пригласи его.
Человека, вошедшего к нему в кабинет – конгрессмен не знал. Хотя ему вдруг стало стыдно за свой внешний вид и за то, что в кабинете ощутимо попахивает спиртным. Этот человек был одет с иголочки, и буквально излучал уверенность.
– Мы знакомы? – спросил Уилсон.
– Полагаю, что нет, сэр – человек протянул визитку – Роберт Кардашьян.
– Вы из Лос-Анджелеса, как мне сказали?
– Совершенно верно.
– Проделали долгий путь – конгрессмен посмотрел на часы, что было несколько невежливо.
– Да… поэтому не будут отнимать у вас много времени. Вы славитесь тем, что помогаете угнетенным народам, тем, кто находится под пятой коммунистов…
Конгрессмен подозрительно посмотрел на визитера – но в его тоне не смог уловить ни капли злорадства. А злорадствовали сейчас многие.
Человек, национальность которого он так и не смог определить, вынул из своего портфеля папку средней толщины.
– Я армянин, господин конгрессмен. Мой народ уже много сот лет не знает свободы. До двадцатого века он находился под игом чуждых нам турков. Они хотели уничтожить весь наш народ, чтобы никто не смог рассказать об их злодеяниях. С тысяча девятьсот восемнадцатого года мой народ находится под пятой русских коммунистов. Когда мы говорим о том, что хотим свободы – они убивают нас. Вы знаете, что такое Нагорный Карабах?
Конгрессмен пожал плечами.
– Нет, где это?
– На Кавказе, мистер Уилсон. Не так далеко от Афганистана, того места, где вы пытались остановить русских.
Кардашьян похлопал рукой по папке.
– В Афганистане – русских можно было только остановить. С помощью того, что находится в этой папке – можно нанести очень серьезный, возможно даже смертельный удар коммунистической империи. Заставить ее отдать часть территории, что не было с семнадцатого года. Прочитайте эти материалы, мистер Уилсон. Внимательно прочитайте, а потом поговорим. Если вы хотите войти в историю как человек, уничтоживший Империю зла – нам с вами по пути.
– Э… а где вы остановились, мистер…
– Я сам вас найду. Не смею больше задерживать.
Когда за непонятным человеком закрылась дверь – Уилсон какое-то время просто смотрел на нее. Он благодарил Бога, что не успел причаститься, мозг его работал на полных оборотах.
Армяне!
Армянская лоббистская группировка входила в число трех наиболее сильных в Вашингтоне. Влияние этого народа на решения американских властей было просто поразительным.
Он никогда не слышал про советскую Армению. Никогда не слышал про то, что происходит в этой республике. Возможно – напрасно.
Его связи больше не работают. Все от него отвернулись. Просто потому, что он проиграл – в Америке не любят проигравших. Проигрыш – заразен. Теперь, с предложение армянской диаспоры – у него появится шанс снова войти в Большую Иру. И отомстить коммунистам…
И конгрессмен от второго избирательного округа штата Техас Чарльз Уилсон решительно подвинул лежащие на столе бумаги к себе.
* * *Вторая встреча по этому поводу, окончательно укрепившая группу – состоялась вечером следующего дня в ресторане и танцевальном клубе Дно, в Вашингтоне. Клуб был скорее молодежным, чем политическим и принадлежал конгрессмену Уилсону. В задних комнатах помещения – были установлены большие джакузи, где конгрессмен нередко принимал ванны с симпатичными девушками, служащими Конгресса или теми, кого он подцепил здесь. Для члена комитета Конгресса по этике – принимать ванны с голыми девушками, пить не менее бутылки крепкого спиртного в день и употреблять наркотики – было не слишком то этично, но в ответ на вопросы репортеров конгрессмен улыбался обезоруживающей улыбкой и отвечал: знаете, что ребята. Если это комиссия Конгресса – то в ней должны быть представлены интересы всех групп населения, так ведь? Имелось в виду, что конгрессмен Уилсон представляет интересы пьяниц, наркоманов и развратников.
Специальный помощник директора ЦРУ Гас Авратакис подошел к конгрессмену, когда тот был уже навеселе – но держал себя в руках. Вместе с ним на сей раз была его постоянная девушка (насколько постоянной может быть девушка конгрессмена Уилсона), канадская королева красоты по имени Лиза. Лиза – это не Лайза, а Елизавета, она была русской. Точнее – украинкой, родом из семьи бендеровцев, вынужденных бежать в Канаду после отступления с Украины вермахта. В отличие от многих других сотрудников ЦРУ – Авратакис понимал разницу между русскими и украинцами, равно как он понимал и многое другое, о чем даже большая часть сотрудников ЦРУ, ведущих войну с коммунизмом из кабинетов в Лэнгли, не имела представления.
– Привет.
– Привет…
Авратакис решительно столкнул со стола недопитый стакан, и он с хрустом разбился.
– Извини.
– Эй!
Сотрудник ЦРУ проделал то же самое с бутылкой. Она не упала – но покатилась по полу, расплескивая благословенную коричневую жидкость.
– Дорогая, потанцуешь?
Лиза провела рукой по щеке конгрессмена и отправилась на танцплощадку.
– Черт бы тебя побрал, Гас… – устало сказал конгрессмен – как ты любишь обламывать людям кайф…
– Нет. Я просто люблю тебя, сукин ты сын и не позволю тебе загнуться от инфаркта.
Конгрессмен Уилсон был в сущности не таким уж плохим человеком. Просто не нашлось женщины, которая бы заботилась о нем – а он нуждался в заботе.
– Ладно, к делу. Что ты знаешь об армянах?
Сотрудник ЦРУ напряг память. Большая часть его жизненного опыта происходила из отрочества, когда он сопровождал отца по самым грязным забегаловкам и распивочным центральной части США – отец был оптовым торговцем алкоголем. Но ничего про армян он так вспомнить и не сумел – из чего следовало, что армяне не пьют.
– Одна из наций СССР. С сильным лобби здесь. Вроде как воздерживаются от пьянства. В отличие от тебя.
Конгрессмен с ликующим взглядом положил на стол папку.
– Теперь прочти это.
* * *Через полчаса – Гас Авратакис сам заказал выпивку. Залпом опрокинул в себя целый стакан джинна. Ему надо было прийти в себя.
Если верить отчетам – в СССР существовала целая подпольная сепаратистская и подрывная организация, основная на этнической общности. Эта организация ставит перед собой цели дестабилизировать обстановку на юге СССР, и как минимум – вернуть себе какие-то территории. А как максимум – отложиться от СССР и создать независимое государство Армения.
И причем активность этой организации – проявляется на стратегическом, южном направлении, на самой границе с Турцией и восточными странами. Как этнический грек, Авратакис люто ненавидел турков – но ради такого дела можно и потерпеть.
Проблема в том, что это все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Авратакис знал, что КГБ любит всякие игры… на этом можно и шею сломать.
– Где ты это взял? – спросил Авратакис, тяжело отдыхиваясь от спиртного. Он не рассчитал немного – и джинн обжег пищевод.
– Один лоббист приходил. Он заинтересован… скажем так, в пополнении своей конюшни.
– Какой лоббист? Где он?
Конгрессмен показал вперед.
– А вон и он! Думаю, вам стоит познакомиться…
Пожилой, в отличном костюме господин немного поморщился, когда под носком его ботинка хрустнуло стекло.
– Извините, стакан разбился, мистер…
– Кардашьян. Роберт Кардашьян[38].
Авратакис встал, протянул руку. Изобразил самую любезную улыбку, на которую только был способен.
– Гас Авратакис. ЦРУ…
Лэнгли, штат Виргиния. 19 сентября 1988 года
Следующие дни – у специального агента ЦРУ Гаса Авратакиса были заполнены работой так плотно, что как говорится «не продохнуть». Он был вынужден делать и ту работу, которая свалилась на него по делу о перестрелке в Финляндии, закончившейся гибелью американского военного персонала и по делу о взрыве в Армении, в котором едва не погиб вице-президент США. ЦРУ буквально стояло нас ушах, и основной удар приходился как раз на них, опытных спецов по борьбе с Советским союзом, которых осталось не так и много.
Работа в ЦРУ построена так, что ты можешь десять лет сидеть бок о бок с человеком и не знать, чем он занимается и в каком отделе работает. Более того, не было никаких препятствий к тому, чтобы вообще ничего не делать, и можно было сидеть без дела несколько недель, прежде чем административный отдел перестанет платить жалование. Авратакис как то раз попадал в такую ситуацию, когда послал по матери заместителя директора ЦРУ, а когда пришел извиняться – вместо извинения послал его еще раз в том же направлении.
После предательства Олдриджа Эймса – работа усложнилась еще больше. Блокировали многие каналы информации, каким пользовались раньше в обход официальной процедуры, теперь чтобы получить сраную бумажку, нужно было получать подпись контрразведки. А если ты интересуешься чем-то, что выходит за рамки деятельности твоего отдела – жди утомительного многочасового допроса в контрразведке с детектором лжи. Авратакису было немного полегче – у него были налажены связи с младшим персоналом, и он был специальным помощником директора. То есть теоретически он мог выполнять любую работу, а какую именно – надо было спрашивать у директора. Учитывая то, что судья Уэбстер находился в предынфарктном состоянии, вряд ли кто-то бы решился спрашивать.
Через три дня поисков – Авратакис сидел за своим столом, смотрел на довольно скудные материалы, которые добавились к материалам собранным американской армянской общиной и думал – как они, черт возьми, все это пропустили? Как они, черт возьми, не заметили ТАКОЕ у себя под носом…
* * *АСАЛА
Армянская секретная армия освобождения Армении (арм. Հայաստանի ազատագրության հայ գաղտնի բանակ) – армянская транснациональная этническая организация. Признана террористической Госдепартаментом США. Декларируя марксистско-ленинские взгляды, организация поддерживала леворадикальные и национально-освободительные движения во многих странах мира. Создана в 1975 году, после 1991 г. малоактивна (или же распущена). Руководитель группы – Акоп Акопян (Арутюн Тагушян), был убит на пороге собственного дома в Афинах в 1988 году.
Вооружённые акции мотивировались необходимостью принудить Турцию признать геноцид армянского народа в период Первой мировой войны.
Цели организации:
• использование революционного насилия для прекращения «эксплуатации, репрессий и террора турецкого колониализма», а также «империализма» НАТО и сионизма.
• атаки на турецкие представительства и институты по всему миру, а также те страны, которые ее поддерживают.
• утверждение «научного социализма» как политической доктрины воссозданного армянского государства
• превращение Армении в базу для революционной борьбы против Турции
Область операций: Европа, Ближний Восток, Ливан, Турция, США, Канада, Франция, Греция, Швейцария, Испания, Австрия, Великобритания, Италия, Иран, Венгрия и т. д.
Используемые названия: «Группа Гургена Яникяна», «Организация 3 октября», «Организация 9 июня», «Септембер Франс», «Организации Орли» и др.
Организация была сформирована в 1975 году в Бейруте ливанским армянином Акопом Акопяном, который принимал участие в деятельности палестинских вооруженных организаций в начале семидесятых. Акопян был членом Народного фронта освобождения Палестины (НФОП), и НФОП помогала финансировать армянскую группу.
Первой атакой АСАЛА был взрыв в офисе Всемирного совета церквей 20 января 1975 в Бейруте, под названием «Группа заключённого Гургена Яникяна», которая через несколько месяцев сменила название на Армянскую секретную армию освобождения Армении. Пострадавших не было.
3 октября 1980 г., после преждевременного взрыва бомбы в женевской гостинице, впервые были арестованы члены АСАЛА – Алек Енигомшян и Сюзи Махсереджян. Через год от рака умер Акоп Тарагчян, в 1975-80 гг. выполнивший десятки взрывов в Турции. Среди наиболее известных нападений АСАЛА – 15-часовой захват турецкого консульства в Париже (24.09.1981), захват аэропорта «Эсенбога» в Анкаре (7.08.1982), взрыв на крытом рынке Стамбула (16.06.1983), взрыв турецкого отделения аэропорта «Орли» в Париже (1983), серия из 4 взрывов в Тегеране (март, 1984) и другие.
Официальный орган АСАЛА – многоязычный иллюстрированный журнал «Айастан» («Армения»). Различными филиалами Армянского народного движения (АНД), поддерживающего деятельность АСАЛА, выпускаются периодические издания «Кайдзер», «Ай Пайкар», «Азат Ай», «Нор Серунд» и др.
Герб АСАЛА – карта Армении по Севрскому договору с рукой, держащей автомат Калашникова. Девизы организации – «Вооруженная борьба и правильная политическая линия – путь к Армении» и «Да здравствует революционная солидарность угнетенных народов».
Вторжение Израиля в Ливан в 1982 г. положило конец успешной деятельности ASALA. Организация была вынуждена частично перебраться в Сирию, значительно утратив свой боевой потенциал.
В 1983 году организация раскололась по вопросу допустимости проведения диверсий, ведущих к массовым жертвам. Непосредственным поводом к дискуссии стала операция в Парижском аэропорту «Орли», в результате которой погибло семь человек. В апреле 1983 Армянское Национальное Движение (Франция) и армянские организации Великобритании и США предприняли план сформировать в противовес ASALA Демократический Фронт. Вновь возникшая ASALA-Mouvement Révolutionnaire, ASALA-RM (руководитель Монте Мелконян) рассматривает «слепой» террор как вредный для дела армянского освобождения.
* * *То есть армяне, несмотря на то, что были христианами, имели вполне полноценную террористическую организацию. Да какую! – созданную в Беруте, буквально плавающем на крови. Имеющую опыт резонансных террористических акций – таких как расстрел пассажиров в аэропорту.
Намного меньше информации было о том, что произошло в Москве во второй половине семидесятых.
Если верить той информации, которая была – получается, что в московском метро произошел сильный взрыв с многочисленными жертвами. КГБ начало поиски и нашло террористов. Все они были из Армении.
Здесь Авратакис сделал себе пометку. Вторая половина семидесятых. Самый кошмар в Бейруте, даже мирные общины, в том числе армянская – обзаводятся собственными отрядами безопасности, по сути, бандами. Не может быть, чтобы в КГБ этого не знали, русские чувствовали себя в Бейруте намного свободнее американцев. Не может быть, чтобы не заподозрили связь.
Не нашли? Не искали? Или нашли и решили начать контригру?
Твою мать. Никому и ничему верить нельзя.
Организация Крунк – это уже интереснее. Массовая общественная организация, выдвигающая политические лозунги, в том числе несовместимые с советским образом жизни. Имеющая отделения во всех крупных городах СССР, опирающаяся на диаспоры. Включающая в себя известных людей, представителей интеллигенции.
Это то, что они искали?
Только дурак опирает свою стратегию на террористов. Террористы подходят в тактических целях, но стратегию на них опирать нельзя. Взорвать убить – все что они могут. Нужна мощная разветвленная организация, которая может влиять на жизни сотни тысяч людей. Нужно влиять на общественное мнение. Проводить акции гражданского неповиновения. Высмеивать власть. Проводить митинги. Выставлять требования. Хорошо выглядеть в камерах западных репортеров. Иметь отделения на западе и поддержку. Маленький, но гордый народ, борющийся за свою свободу, не сдающийся даже под пятой коммунистической тирании – выглядит куда лучше, чем кучка подонков, которые взрывают бомбы в метро или расстреливают людей у стойки в аэропорту.
Великобритания уже пятнадцать лет живет в обстановке непрекращающегося террора. В ИРА не более двух – трех сотен активных боевиков, но они изменили британское общество больше, чем мистер Гитлер. Страхи, подозрительность огромные траты на безопасность, вооружение полицейских, создание полувоенных организаций лоялистов и расправы, лагерь Лонг Кэш, куда кидают людей без суда и следствия.
Что если армяне – то же самое, что и ирландцы?
Конечно, люди общины постарались вложить в доклад как можно меньше информации. Тщательно почистили от имен. Но в докладе конкретно сказано – что в СССР существует группа высокопоставленных правительственных служащих и советников, которые находятся в системе, дают советы наверх и могут подсказать ЦРУ, как подорвать СССР изнутри, прежде всего экономическими методами.
Догадаться, кто это может быть – труда не составило. Авратакис запросил данные, которые отдел по борьбе с советской угрозой собирал на ближайших сподвижников погибшего генсека Михаила Горбачева. Среди них – было как минимум двое армян, академики Аганбегян и Ситарян. Еще несколько армян – входили в более отдаленное окружение, но количество армян в окружении вообще то русского лидера государства – говорило о многом.
В ЦРУ были свои советологи, они занимались проблемами власти, общества в Советском союзе. Их работу – иногда можно было сравнить с предсказанием погоды по звездам, в Советском союзе не было нормальных демократических выборов, на которых население могло отдать предпочтение той или иной политической партии, не было публичных дебатов, где политики могли бы открыто заявлять свою точку зрения по тем или иным вопросам. Но противоборствующие силы в советском руководстве были, и чтобы догадаться о соотношении сил на текущий момент, следовало изучать совсем уж таинственные материи, вроде расстановки вождей на трибуне Мавзолея. Для того, чтобы понять истинную силу армянской группы, надо было обращаться к советологам, но Авратакис не хотел это делать. Частично потому, что не хотел светить свой интерес, частично – потому что подозревал о возможности наличия еще одного агента, помимо Эймса. Авратакис полагался на свое чутье, чутье выработанное в грязных прокуренных барах, где ошибка могла означать бутылку, разбитую об твою голову. И это чутье подсказывало ему, что небольшая, но сплоченная, имеющая историческую родину и историческую миссию нация, даже если она составляет всего один процент в коренном населении страны – при желании способна нарушить нормально функционирование всего общественного организма. Если армяне хотя бы наполовину такие, как ирландцы…
Господи… о чем это он? Они УЖЕ ведут террор!
Нагорный Карабах.
Он попросил подробную советскую карту – но так и не мог очертить границы этой области, он лишь приблизительно понял, где это находится. Информация о предыстории конфликта тоже была крайне скудной, но внушала оптимизм. Получалось, что Нагорный Карабах был населен представителями этноса армян, христианами, ко тому же – но был передан в состав мусульманского Азербайджана волюнтаристским решением московских лидеров. Получалось, что это что-то вроде анклава во враждебном окружении. В Северной Ирландии – в шести северных графствах пятнадцать лет продолжалась резня по существенно меньшему поводу. Он знал это, потому что при организации помощи моджахедам много общался с британскими разведчиками и даже какое-то время служил представителем ЦРУ при спецслужбах Великобритании.
– Мистер Авратакис…
Он дернулся. Стареет… нервы.
– Да, Гейла…
Одна из его агентов – он сам их так называл. Всегда и везде Авратакис заводил хорошие отношения с младшим обслуживающим персоналом, в то время как заместителя директора он мог послать на три всем известные повторно. Это давало ему огромные возможности, в том числе систему раннего предупреждения. Дело в том, что все говнюки с седьмого этажа – никогда и пальцем не пошевелят, чтобы что-то сделать. Они кого-то вызовут и прикажут. И спецагент Гас Авратакис знал об этих приказах прежде, чем они начнут выполняться. В свое время – это уберегло его от увольнения из ЦРУ.
– Кое-кто был на седьмом этаже.
– Кто?
Гейл сделала большие глаза, положила ему в корзину пачку входящих.
Авратакис проводил ее, какое-то время занимался чтением, затем – осторожно поворошил пачку входящих. Из нее – выпал листок, которого там не должно было быть.
Вертефей,[39] мать твою…
Внутренняя контрразведка идет по его следу. Возможно из за его интереса по Армении. Черт бы их побрал, вечно запирают конюшню после того, как лошади разбежались.
Авратакис взглянул на часы. Надо что-то перекусить, а потом идти на седьмой этаж самому. В разведке – главное работать на опережение…
* * *Наскоро перекусив, Гас Авратакис поднялся наверх, на седьмой этаж. Кабинет заместителя директора ЦРУ по анализу занимал сейчас Роберт Гейтс – едва ли не единственный высший офицер ЦРУ, к которому Авратакис имел доступ. Несмотря на то, что он числился помощником директора – приказы ему передавались через ЗДО, заместителя директора по операциям.
Гейтс выслушал молча. Не перебивая.
– Признаюсь… вы меня озадачили…
У агента Авратакиса были не слишком хорошие отношения с заместителем директора ЦРУ Робертом Гейтсом. Нет, послал он не его, послал он другого человека. Просто у него были плохие отношения со всем начальством.
– Сэр, я полагаю, что это возможное направление прорыва.
– Полагаете? – задумчиво сказал Гейтс.
– Сэр, что мы теряем? – прямо спросил Авратакис.
Гейтс потеребил бумаги на столе.
– Да в принципе ничего. Пока – ничего. Как вы говорите зовут этого… армянского лоббиста?
– Кардашьян. Роберт Кардашьян.
– Кардашьян…
Гейтс лихорадочно думал. Уэбстер – политический назначенец, в то время как он – кадровый разведчик. Шансов у кадрового разведчика стать директором ЦРУ практически нет никаких, за исключением случая, если он покажет себя опытным и осторожным политиком и вдобавок окажет какую-либо услугу администрации или сильным лоббистским группам поддерживающим ее.
Армяне, насколько он помнил, как и все национальные меньшинства, за исключением поляков поддерживали Демократическую партию – но кто знает, что будет на этих выборах. Ведь если Буш не оправится, Белый дом падает в руки демократов как спелое яблоко. И если даже американцы просто сочтут нынешнего вице-президента больным или недостаточно сильным – они за него не проголосуют. А грызня идет уже вовсю и репортаж ВВС с вице-президентом и кандидатом от республиканцев, машущим рукой с больничной койки крутят по всем демократическим телеканалам.
И в любом случае – что он теряет? Оказать услугу армянам – это зачтется. К тому же – а если это правда?
– Сэр, а если это правда? – словно читая мысли, спросил Авратакис.