- -
- 100%
- +
Игорь постарался успокоиться и взять себя в руки. Но, тем не менее, проходя на кухню, поймал себя на том, что внимательно осматривает все предметы, пытаясь вспомнить, в каком положении он их оставил утром.
Ну уж нет! – несколько неискренне рассмеялся Игорь. – Нервы совсем расшатались. Будем принимать решительные меры – завтра перед уходом на работу к каждому предмету незаметно прикреплю по волоску, нарисую план расположения кухонной утвари на столах и посмотрю вечером, что из этого выйдет. Хоть узнаю, кто же он – домовой? Каковы его пристрастия? Какого он, в конце концов, пола? Или вообще бесполый? И что ему от меня нужно? Договорились? – спросил он сам себя, чувствуя наступающее внутреннее облегчение. – Ну вот и прекрасно! – И Игорь легким движением переворошил все предметы на кухонном столе, чтобы уж точно не забивать себе этим голову. То же самое он проделал и в комнате и в ванной.
Уже более спокойно подошел к шкафчику, открыл дверцу, достал заветный коньяк и дежурную рюмку. Неторопливо наполнил до середины, медленно выпил маленькими глоточками, стараясь получать удовольствие.
Снова сел за стол. Надо было торопиться. Игорь уже заранее решил, что сегодня не ляжет, пока не закончит – никаких опозданий и уж тем более – унизительных объяснений.
"Но что же такое на самом деле, Грааль?" – продолжил он свой труд. – "Итак, версия номер один: Чаша, из которой пил Иисус и в которую собрали его кровь. Версия два: Чаша, из которой богоравные герои языческих времен угощались вином на пирах у богов. Версия три: Чаша бессмертия…"
Еще час работы и глава про Грааль была завершена, а стопка исписанных листков приобрела внушительную толщину.
Он уже фактически забыл все свои мистические страхи и волнения, связанные с происшествием в ванной и с карточным пасьянсом, как вдруг на кухне громко зазвенело. Явно кто-то уронил стеклянную банку. Разозленный Игорь, схватив лежащую на столе отвертку, решительно бросился на кухню, в надежде наконец-то увидеть этого непрошеного гостя, и надеясь в душе, что может быть это какой-нибудь бродячий котенок, каким-то образом запрыгнувший в форточку.
По всей кухне была рассыпана мелочь из банки, в которую он скидывал копейки – чтобы не отягощать карманы и кошелек. Некоторые монетки все еще крутились на полу. Банка лениво катилась в угол, пока не уперлась в стенку.
На кухне по-прежнему было пусто.
Это уже не шутки, насторожился Игорь. Тут ни порывом ветра, ни мышками уже не отделаешься.
Он вооружился более основательно – взял большой кухонный нож, которым он резал мясо, тщательно обшарил всю квартиру, заглядывая в каждую щелку, осматривая все полки в шкафах, отодвинул диван. Но окна и двери (и тем более – форточки) были по-прежнему закрыты, а таких углов, где можно было бы спрятаться даже котенку, у него не было.
Мистика какая-то, – еще раз, в полном недоумении, осмотрел он комнату. – Не в милицию же звонить? Тут требуется какой-нибудь экстрасенс, – подумал Игорь почему-то с грустью – наверное, от того, что сам не верил ни в экстрасенсов ни во что-то подобное.
Он сел за стол, и тут же вскочил.
Какая тут к черту работа! – в сердцах про себя воскликнул Игорь, отодвигая от себя листки. – Когда вокруг творится такая чертовщина! Тут в пору ехать в ближайший храм за святой водой, – с сарказмом подытожил он.
В этот момент снова зазвонил телефон. Игорь снова вздрогнул. Какое-то время он смотрел на аппарат, почему-то не решаясь взять трубку. Возможно, боялся услышать там странные голоса, пророчащие что-то недоброе? Или, может быть – еще более ужасную тишину?
Переборов себя, он все-таки поднял трубку и осторожно поднес ее к уху.
– Да? – тихо произнес он.
– Ты пишешь? – спросил редактор.
– Да пишу я, пишу… – устало и в то же время с облегчением ответил Игорь.
– Утром монография должна быть готова, помнишь об этом?
Игорь только обреченно кивнул.
– Аванс ведь получил, – напомнил Василий. – Так что жду, – строго добавил он и отключился.
И Игорь, вздохнув, снова сел за стол и пододвинул к себе чистый лист.
"Кельтский Золотой Идол", написал он заголовок.
"Золотой идол, явился якобы даром самого бога Яхве, являя собой источник чуда. А чтобы чудо не стало повседневностью, Яхве сделал так, что чудо могло быть только одно, после чего Идол терял свою силу на тысячу пятьдесят лет (по лунному календарю, кратному семи), наверное, накапливая энергию для следующего чуда. По легенде, силу Идола опробовал кельтский князь Бренн, который, в этот период, в районе 387-390 годов до нашей эры осаждал Рим. Свершилось чудо, князь захватил неприступный Вечный город. Впрочем, кроме Капитолия, где встревоженные гуси разбудили стражу, тем самым предупредив ее о ночном штурме. Так и появилась знаменитая фраза: Гуси Рим спасли."
Что-то снова со звоном упало. На этот раз – уже в ванной. И Игорь в сердцах швырнул ручку на стол. Решительно встал, даже не заглядывая в ванную, быстро оделся и вышел из квартиры, закрыв дверной замок на все обороты, и только оставив включенным свет в коридоре и в комнате – возвращаться в темную квартиру ему не хотелось.
Накинув на голову капюшон дождевика – накрапывал мелкий осенний дождик – и отойдя на несколько шагов от подъезда, он зачем-то обернулся на свои окна, и вздрогнул – ему показалось, что за темным кухонным стеклом (там свет – по привычке в целях экономии – он все-таки выключил) виднеется чей-то силуэт. И этот кто-то явно смотрит на него. Игорь машинально прошел еще несколько метров и снова обернулся – силуэт все еще был виден. Игорь остановился в нерешительности и недоумении, размышляя – вернуться? – и понимая, что возвращаться стало вдруг страшно. И пока он так стоял, холодея сердцем, силуэт в окне растаял, словно ничего и не было.
Наверное, игра света и тени, с облегчением подумал он, мало ли что почудится… особенно когда сам уже настроен на всякую мистику, и готов в любом пятне или сквозняке усмотреть таинственное явление.
Игорь зачем-то посмотрел на часы – 3 октября, среда, 23:15. По меркам написания монографии – совсем еще мало.
В ближайшем киоске он купил пару бутылок пива. Но домой не пошел. Почему-то не хотелось. Он вдруг понял, что ему просто боязно сидеть в пустой квартире.
И он пошел на автостоянку, решив просто покататься на машине по ночному дождливому городу.
Кивнув сторожу, он завел свою старенькую "Короллу", стоя с ней рядом и ожидая, когда прогреется мотор. Поправив капюшон, он поймал себя на мысли, что искренне жалеет, что не захватил рукопись с собой – сейчас бы сидел в тесном салоне и спокойно строчил свою монографию, безо всякой чертовщины и мистики.
Улыбнувшись этому, он через боковое стекло посмотрел в салон на индикатор температуры двигателя, удовлетворенно кивнул и решительно открыл дверцу.
Глава 2. Таинственная незнакомка.
Припарковавшись на пустынной каменной площади в старой части города, Игорь неторопливо прогуливался по темным каменным улочкам, не обращая внимания на легкий моросящий дождь.
Что за ерунда? – думал он, плотнее запахивая плащ и в душе радуясь тому, что спать этой ночью ему не придется. И ведь наверняка завтра при свете солнца вся эта чертовщина исчезнет, как и не бывало. Он отхлебнул пива. А может, в самом деле, съездить в храм, попросить святой воды?
Попетляв по старому городу, он вернулся на площадь. Здесь находилась конечная остановка троллейбуса седьмого маршрута. Сделав круг по булыжникам троллейбусы выезжали на широкую асфальтовую магистраль.
Здесь же располагалась единственная достопримечательность их городка – одинокий небольшой замок, чудом сохранившийся с незапамятных времен, не смотря на все исторические события, потрясшие страну. Правда, теперь он нелепо смотрелся на фоне панельных многоэтажек своими невзрачными серыми башенками. И его редкие темные оконца терялись среди яркого света тысячи квартирных окон и моря рекламных огней, затопивших старую площадь.
Собственно, из-за тебя я и начал свою работу, подумал Игорь, отвлекаясь от своих дум и глядя на темное сооружение, когда-то величественное, а сейчас, среди ультрасовременных построек казавшееся маленьким, хмурым и неказистым. Вернее, из-за твоего хозяина, который так долго занимался поисками Артефактов, оставив после себя так много загадок. Из редких исторических обрывочных фраз можно было заключить, что князь что-то все-таки нашел (и своей монографией Игорь хотел приоткрыть завесу над этой тайной), но не сумел этим воспользоваться. По крайней мере, все его замки в последствии были активно перерыты как его наследниками, так и просто искателями сокровищ. И даже этот замок, что стоит на площади – подарок князя одной из своих многочисленных любовниц – тоже не обошла эта участь. Но и в нем ничего не нашли. А потом – полчища авантюристов всех сортов и мастей потихоньку истощились и, как водится, все это потихоньку затихло.
Так кто же ты был, князь Властимир Решительный? – подумал про себя Игорь. – Что за личность? Вставлю, пожалуй, отдельную главу и про тебя самого, как простого человека, про твои участия в крестовых походах и последующие путешествия по Европе, про твои неудержимые поиски и страстные занятия алхимией. На твоем примере покажу эту самую жажду… и бессмысленную веру в чудо.
Он неторопливо подошел к машине по мокрому булыжнику, кутаясь в плащ под моросящим дождем, и в такт шагам его мысли вяло текли, складываясь в строки новой главы.
Игорь уже выезжал с площади, когда вдруг, впереди, свет фар выхватил одинокую женскую фигуру, выделившуюся ярким светлым пятном на фоне окружающего сумрака и серости.
Девушка была совершенно не по погоде одета – без плаща, в одном только легком тонком платьице. Было видно, что она вся уже основательно промокла, как-то съежилась под грозными силами природы и, медленно идя по тротуару, напоминала ему жалкого мокрого воробышка на ветке за окном сухой и уютной квартиры. И столько в ее позе было беспомощности и беззащитности, что ему тут же захотелось ей помочь. Причем – захотелось очень сильно. Да так, что уже проехавший несколько десятков метров, Игорь, неожиданно для самого себя резко затормозил и поспешно вернулся обратно.
Подъехав поближе, Игорь остановился и открыл дверцу машину.
– Садитесь, – предложил он.
Она испуганно вздрогнула и прибавила шаг. Он медленно поехал рядом, не закрывая дверцы.
– Да садитесь же, в конце концов! – почему-то стал настаивать он. – Холодно ведь!
Она остановилась и неуверенно посмотрела в его сторону. И он вдруг вздрогнул. Эту девушку он точно не знал, но почему-то был уверен, что именно эти глаза он уже где-то видел.
Девушка усиленно потирала плечи, продолжая упрямо мокнуть под холодным дождем. Ее и без того тонкое платье, основательно прилипло к ее худенькому телу, выделив каждый изгиб, каждое ребрышко, складочку, ну и так далее. Казалось, девушка вообще не одета. Мокрые длинные волосы сосульками прилипли к ее лицу.
– Заболеете. – Игорь постарался как можно более дружески улыбнуться ей.
И девушка вдруг подошла к машине и молча села. Все еще беспомощная и жалкая. И взгляд – словно во сне.
Интересно, что это с ней? – подумал он. – На наркотик или алкоголь совсем не похоже. Взгляд не тот. Скорее всего – жар. Простыла под осенним дождем. Как же это?! В такую-то погоду, и так легко одета! Ей нужна сухая одежда и тепло. И как можно скорее.
Нисколько не жалея о намоченном кресле, он попытался выяснить – куда ее отвезти, но девушка молчала и только непонимающе смотрела на него. И вообще была словно не от мира сего, и Игорь сомневался, понимала ли она его вообще. Сознание она не теряла, но была в каком-то полусонном состоянии, словно вот-вот провалится в бездну. Да и руки – ледяные.
Так и не добившись ответа, Игорь, несколько ошалевший от ее красоты и беспомощности, и понимая, что необходимо срочно принимать какие-то меры, волнуясь, решительно повез незнакомку к себе домой.
Придерживая за локоть, он довел абсолютно безвольную девушку до своей квартиры. Молодая, красивая, тонкая, до синевы сжатые губы, темные брови, бледное лицо… Может, это я о ней мечтал всю свою жизнь? – мельком подумал он.
В прихожей он замер в нерешительности, не знаю, что делать дальше. Голубенькое платьице девушки, как и легкие босоножки, были порядком намочены. Вода с ее волос и одежды капала на пол коридора.
Игорь задумчиво посмотрел на неуклонно увеличивающуюся лужу.
Девушку надо срочно переодеть, решил он. В сухое. А еще лучше – предварительно отогреть ее.
Отпустив незнакомку и проверив, не падает ли она, Игорь оставил ее в коридоре и быстро сбегал на кухню – включил чайник. Потом бегом в ванную – включил горячую воду. Незнакомка все так же неподвижно стояла в коридоре.
Игорь отвел ее в ванную. Она не сопротивлялась, движения ее были вялыми. Он неловко раздел ее, с трудом расстегнув пуговички и стянув не желающее сниматься мокрое платье. Девушка и тут не сопротивлялась. Тело ее было по-девичьи свежим, упруго-обольстительным и холодным. Он снял с нее и трусики, решив, что, конечно, она может сидеть в ванне и в них, но потом-то, когда он уложит ее под теплое одеяло, их все равно придется снять. На всякий случай потрогав воду в наполовину наполненной ванне – температура была вполне подходящей, он, волнуясь, поднял несчастную незнакомку на руки, и медленно опустил ее в воду. Девушка замерла, судорожно поджав губы и стиснув кулачки. По-прежнему не мигая, она упорно смотрела строго в одну точку – прямо перед собой.
Видя, что девушка держится и погружаться в воду с головой не собирается, Игорь сбегал на кухню. Чайник уже подогрелся. Игорь быстро налил в кружку кипяток и заварку, прислушиваясь к звукам из ванной. Кинул две чайных ложки сахара – как себе. Быстро вернулся, остановившись в нерешительности на пороге. Расслабившись и откинув голову, девушка уже спала.
Замявшись, Игорь присел рядом. Чисто автоматически контролируя рукой теплоту воды, он смотрел на незнакомку, втайне любуясь ею, и незаметно выпив весь ее чай.
Вскоре вода закрыла ее грудь, добравшись до шеи и подбородка, и Игорь выключил воду. Стало совсем тихо. Какое-то время он просто смотрел на нее, строя всевозможные догадки и предположения. Но ничего умного в голову не приходило.
Внезапно ему показалось, что она уже не дышит. Испугавшись, он, тем не менее, осторожно пощупал ее пульс. Непонятно – то ли есть, то ли нет. Трогать непосредственно сердце он постеснялся. Наклонился близко-близко к ее лицу. Ощутил приятный аромат и волнующую теплоту ее тела. Прислушался – вроде как есть какое-то дыхание.
Так он и сидел на краю ванны, не зная, что предпринять в данной ситуации.
Вода между тем медленно остывала.
Наконец очнувшись от этого наваждения, Игорь расстелил на диване просторное пляжное полотенце. Вернулся к девушке. Снова опустил руки в ванну, намочив рукава рубашки. Осторожно обхватил ее тело. Аккуратно поднял, плотно прижимая к себе и чувствуя, как быстро намокает его одежда. Перенес ее в комнату. Уложил на полотенце. Девушка сразу же свернулась напряженным калачиком, словно пыталась спрятаться от кого-то, защититься. Он, как мог, обтер ее тело. Попытался ее распрямить. Она застонала. Тогда он суетливо уложил ее поудобнее, предварительно вытащив мокрое полотенце, заботливо укрыл пуховым одеялом.
Вдруг девушка открыла глаза – красивые, устало печальные и снова до боли знакомые.
– Вам уже лучше? – растерявшись, почему-то шепотом спросил он.
Девушка молчала.
– Отогрелись?
Без ответа.
– Вам плохо?
Но незнакомка ничего не отвечала, напряженно, не моргая, с какой-то внутренней болью, мольбой и затаенным ужасом глядя на Игоря.
Может, потом сводить ее в кафе? – подумал он. – Посидеть за рюмкой глинтвейна, поболтать… Он представил ее заблестевшие от алкоголя глаза и решительно помотал головой. Нет, она ведь так слаба, а ты думаешь только о себе.
Игорь поплотнее подоткнул теплое одеяло.
– Я сейчас, – зачем-то сказал он ей, вставая. – Я скоро.
Зашел на кухню. Торопливо приготовил чай с малиной. Вернулся. Но девушка уже снова спала.
Постояв в нерешительности у дивана, он выключил свет в комнате, стараясь как можно тише щелкнуть выключателем.
На цыпочках подошел к своему столу, осторожно взял немного чистых листов и ручку, на цыпочках отнес все это на кухню, освободив кухонный стол от кастрюлек, чашек и прочей утвари – завтра ведь надо сдать работу.
Снова осторожно заглянул в комнату – девушка, наконец-то свободно распрямившись, мирно спала.
Спохватившись, он прошел в ванную, как мог, сполоснул ее платье, аккуратно развесил его над батареей. Потом поставил ее босоножки на подоконник – сушиться.
Вернулся на кухню, слегка прикрыв дверь. Сел за стол. Взял ручку. Посмотрел, на чем он остановился. Князь Бренн и римляне. А потом он собирался перейти к вариантам различных описаний Идола. Эта тема вдруг показалась Игорю довольно скучной. Оставлю ее на потом, решил он, и написал подзаголовок: "Золотой Идол и его чудодейственные свойства".
"Так же влиянию Идола приписывают и неожиданное провозглашение Карла Великого императором. Как известно 25 декабря 800 года папа римский вдруг без всяких на то причин возложил императорскую корону на голову Карла…"
Игорь быстро подсчитал в уме. Князь Бренн – 387 или 390 год до нашей эры. Возьмем для удобства 390-й. Плюс 1050. Итого получаем 660 год от Рождества Христова. Получается, что Идол добросовестно ждал своего часа около ста сорока лет? Этакая бомба замедленного действия. Может, поэтому кельты так долго и продержались на мировой арене, имея у себя такого мощного союзника?
Интересно, а как сейчас обстоят дела с Идолом? – из чистого любопытства вдруг подумал он. – 800 плюс 1050, равно 1850-ти. Игорь усмехнулся. Получается, что Идол в настоящий момент давно уже созрел, готов действовать и ждет своего часа как минимум 157 лет! А-бал-деть! – как говорит знаменитый комик Гальцев. Хотя с другой стороны, в истории за эти годы произошло много чего такого, что можно смело отнести к действию Идола.
И Игорь, чему-то улыбаясь в душе, продолжил свою монографию.
"Таким образом, все прошлое тысячелетие Идол уже бездействовал и был якобы затерян в многочисленных войнах. В нашем же тысячелетие о нем вообще не вспоминали, пока случайно не была найдена старинная рукопись, повествующая о вышеизложенных событиях. Тогда-то, как это часто и бывает, сначала отнесли ее в разряд мифов, а потом робкие попытки отдельных искателей приключений со временем приобрели массовый характер. Но так как его описания, а тем более – изображения, предки нам не оставили, то и все эти попытки окончились неудачей, и со временем бум этот затих.
О том, что это легенда в чистом виде, не опирающаяся, как это было с Иисусом Христом, ни на какие реальные факты, свидетельствует и разнообразие в описаниях его внешнего вида, не имеющих между собой ничего общего. Описание номер один…"
Покончив с историей про Золотого Идола описанием нескольких вариантов его предположительного изображения, Игорь отложил ручку в сторону. Потянулся – спина от долгого сиденья затекла. Посмотрел на часы – третий час ночи. Пока все идет по плану и к сроку он успевает.
Взяв исписанные листы, он на цыпочках прошел в темную комнату. Укрывшись почти с головой, девушка спала.
Игорь тихо открыл верхний ящик стола, убрал монографию, взял чистые листы, снова также тихо вернулся на кухню.
Заварил кофе – рассуждая о незнакомке и о том, что же с ней такое могло приключиться? Решил, что девушка проснется и все сама расскажет, если, конечно, захочет. Главное, чтобы она не подняла утром крик, очутившись в незнакомом месте и решив про себя бог знает что. Будет обидно.
Покончив с кофе, Игорь снова взялся за ручку.
"Щит Вещего Олега", написал он очередной заголовок.
От ощущения, что он не один в квартире, что кто-то еще есть, и этот кто-то – очень хорошая девушка, на душе было легко и свободно, прошлые страхи о всякой чертовщине окончательно улетучились, работа шла, мысли текли – одна лучше и интереснее другой, и рука Игоря не успевала за ними.
Внезапно женские руки обняли его сзади за плечи. Игорь вздрогнул от неожиданности, роняя ручку на исписанные листки.
Неловко обернулся, но незнакомка, совершенно обнаженная, крепко обнимала его, целуя в шею.
– Что? – растерялся Игорь, пытаясь ухватить девушку за руки. – Что-то случилось?
Но незнакомка ничего не отвечала, продолжая все сильнее и сильнее прижиматься к нему. Дыхание ее участилось, тело дрожало.
Игорь попытался встать, но девушка не позволила, решительно придавив его к стулу за плечи и судорожными движениями стараясь расстегнуть пуговицы его рубашки.
Игорю вдруг стало жутко.
Он уже ничего не говорил, холодея сердцем, и только пытался оторвать ее руки от себя. Но это у него плохо получалось.
Какое-то время они боролись друг с другом на середине кухни, в полной тишине, сопя и вырываясь. И вдруг табурет покачнулся и Игорь вместе с девушкой упали на пол.
Она вдруг застонала, и он замер на мгновенье, боясь, что при падении причинил ей боль.
А незнакомка прильнула к нему, обхватив за талию руками, затихла, тяжело дыша. Слышно было, как бешено колотится ее сердце.
Игорь наконец-то смог заглянуть в ее глаза – пустой, ничего не видящий взгляд, словно под действием наркотиков.
Она снова застонала, попытавшись резким движением перевернуть его на себя. И Игорь вдруг сдался.
Так они и остались на полу на кухне, в полной тишине. Она судорожно стягивала с него одежду, он ей не помогал, держа в объятиях ее худенькое тело и молча наблюдая за ее торопливыми бестолковыми усилиями.
И секс был какой-то жесткий и безумный, словно последний раз в жизни.
Глава 3. Странная записка
Его разбудил хлопок закрываемой двери. Он недоуменно поднял голову, глядя по сторонам – диван был пуст. Поднялся, прошлепал босыми ногами в ванную – нет платья. И босоножки на подоконнике тоже отсутствовали. Удивленный Игорь выскочил на балкон – на улице уже рассвело и солнце медленно поднималось над крышами соседних домов.
Во дворе было пусто. И тихо. Одни только птицы весело щебетали, перелетая с ветки на ветку и радуясь утреннему солнцу.
Он постоял немного. Но никто не выходил из подъезда. И не слышно было цоканья каблучков.
Игорь вернулся в квартиру.
Наверное, она все-таки все помнила, решил он про себя. Проснулась. Ей, возможно, стало стыдно от всего произошедшего, да так, что не захотелось повстречаться со мной. Вот она тихо собралась и также тихо ушла, объяснил он самому себе ее действия. Но это его не успокаивало. Вдруг стало очень грустно. Что-то тревожащее душу витало в воздухе. Но что?
Внезапно он вспомнил Романа, как тот отмечал рождение ребенка, и на радостях пригласил молодежь с улицы. И потом, на утро, не досчитался многих вещей в квартире.
Да ну! – решительно помотал головой Игорь. – Не может такого быть!
Но все же он неторопливо прошелся по квартире. Осмотрел все углы, внутренне волнуясь – вдруг все-таки может? Но вещи лежали на своих местах.
Да вроде и брать-то у меня нечего, горько усмехнулся он. Самое ценное, компьютер, стоял на письменном столе. Впрочем, нет, есть еще одна вещь… Он открыл шкаф, проверил дубленку – тоже на месте.
И все же, что-то не давало ему покоя. Какая-то тревога сверлила ему душу.
Он задумался, прислушиваясь к своим ощущениям. Еще раз осторожно прошелся по комнате.
Подошел к своему рабочему столу. Стопка чистых белых листов аккуратно лежала посередине – там, где он их оставил, закончив писать очередную главу своей монографии.
Машинально выдвинул верхний ящик и замер – монографии не было. Какое-то время он тупо смотрел на пустое фанерное днище. Зачем? – наконец возникла недоуменная мысль. – Какая в ней ценность?
Он задвинул ящик, пооткрывал остальные – вдруг девушка случайно переложила ее? Но нет, монографии нигде не было.
В задумчивости он повертел массивную пепельницу идеальной чистоты – сам не курил, специально держал для друзей. Меланхолично поправил стаканчик с ручками – стоял не на своем месте,
Она что-то писала? – подумал Игорь.
Он поднял верхний листок. Поднес к глазам. Так и есть, явно были видны следы какого-то текста. Кто-то писал прямо на стопке, но потом выкинул верхний листок. Игорь посмотрел в корзину – скомканных бумажных шариков там было немало. Можно, конечно, развернуть все верхние. Но он пошел по другому пути – пальцами собирая пыль с подоконника, Игорь осторожно проводил ими по листку. И вскоре явственно проступили буквы.
"Игорь, извините, – прочитал он. – Память ко мне вернулась и я вдруг поняла, для чего я здесь на самом деле… Умоляю вас, прошу, ни в коем случае не ищите меня. Это бесполезно. Боюсь, я не смогу… Прощайте… Мне было хорошо с вами… Эйджер."