Демоны. По законам наследования

© Виктория Афанасьева, 2022

ISBN 978-5-0056-4400-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Тишина. Всего одно слово, а какая буря эмоций наступает в душе человека, угнетённого тишиной. Бывает страшно думать, когда вокруг никого. Человек остаётся один на один со своими мыслями, путаясь в них, сбиваясь, раздражаясь и отпуская.

Женщина стояла на берегу моря, укутанная в тёплый плед. Всё-таки майская прохлада давала о себе знать: от ветра не спасались даже демоны. Она тяжело вздохнула, наблюдая за природой вокруг себя. Рядом с ней ни единой души, лишь где-то вдалеке слышится смех людей и звук проезжающих по горным дорогам автомобилей. Морские волны бились о высокие скалы, вспенивая воду словно молочную пенку для кофе, которое так нравилось женщине. Здесь, в её родном городе, знатно умели готовить кофе, но больше всего ей нравился напиток, приготовленный в готическом квартале – там это делали настоящие профессионалы своего дела.

Тишину нарушил крик чайки. Женщина вздрогнула, сильнее укутавшись в плед. Она взглянула на птиц, летающих над морем. Одна из них беспокойно кружила над водной гладью и резко ушла вниз. Поймав ловко рыбу, она полетела прочь, к горам; остальные ринулись вслед за ней, даже не удосужившись самостоятельно поохотиться. Женщина усмехнулась: насколько нагло некоторые чайки себя ведутся, ну прям как люди, которые привыкли отбирать у других их достижения и заслуги, присваивая себе.

– Как же люди похожи на чаек. – Раздалось над ухом.

Женщина даже не обернулась. Этот голос она узнает из миллионов. И как же она права – словно их мысли соединены невидимой нитью. Правда очень редко обладательница этого голоса понимала её. Очень и очень редко.

– Или они на нас, – произнесла женщина.

– Когда улетаешь? – прозвучало следом.

– Ночью, – прошептала женщина. – С утра уже буду дома, в Мор-де-Виле.

Это прозвучало с плохо скрываемой грустью. Правда, она считала дни до возвращения во Францию. Её там встретят. Её там ждут.

– Твой дом здесь. – Уверяли её.

– Нет, мам, – покачала головой женщина. – Этот дом уже давно перестал быть моим.

Глава 1. Ключ к сновидению

Тёмный коридор, в конце которого ярко горел красный огонёк. Девушка шла на свет, смутно представляя, что её там ждёт. Но огонёк словно манил, увлекая за собой. И она знала, что подобные ситуации никогда не приводят к хорошему концу. Значит, и этот свет лишь иллюзия спасения? Вдруг в конце коридора её ждёт монстр с красным светящимся глазом? Например, циклоп. Девушка усмехнулась: таких животных не существует. Максимум, что может ей присниться – Дьявол. Хуже этого она пока ничего не видела.

Джессика хмыкнула. Конечно, она встревала и в более неприятные ситуации, даже наяву – для этого не нужно было ложиться спать. Но сейчас она явно чувствовала какой-то подвох. Живот неприятно свело, руки слегка задрожали, но девушка выдержала пугающую пустоту, продолжая направляться на красный свет огонька. С каждым её шагом огонёк становился больше, пока не разделился на две части, превращаясь в две больших красных точки, которые тут же полыхнули настоящим огнём. И потухли.

Джессика поморщилась: ей слишком часто стали сниться вещие сны, да ещё и с таким неприятным контекстом. Сколько можно издеваться над ней? Она всё-таки хочет просыпаться в бодром радостном настроении, а не с криками от ужасов, которые ей снятся.

Оказавшись в полной темноте, девушка интуитивно шла в ту сторону, где до этого горели огни. Шла она медленно, пытаясь не споткнуться и не упасть, случайно запнувшись за какое-нибудь неожиданно возникшее препятствие. Во снах и не такое бывает. Джессика переставляла ноги, пока резко не столкнулась с чем-то большим. И тёплым. И, похоже, живым.

Она вскрикнула от неожиданности, поймав себя на мысли, что это ни вещь и ни стена. Это человек. И по вторящему ей крику, она мгновенно узнала того, с кем столкнулась.

– Вебер, чёрт бы тебя побрал, – разозлилась Джессика.

Она понимала, что может говорить что угодно, поскольку это её сон, и Вебер здесь лишь как дополнение, которое не только не понимает и не слышит её, да ещё и не ответит ей. Но снова она появилась в её сне, и Джессика даже не знала, что с этим делать. Пугаться? Переживать? Или раздражаться? Ей неприятно было постоянно видеть Вебер во сне: эта особа вызывала смешанные чувства. Джессика скривилась: как она вообще посмела идти против Вильгельма и скрывать то, что она клеймённый демон? Вот о каких проблемах с Дьяволом шла речь в предыдущем вещем сне.

– Это меня-то? – фыркнула в ответ Луна.

Джессика остолбенела. В её снах никто не разговаривает. А если попавший в сон что-то и говорит, то именно те вещи, о которых думает сама девушка. Сновидение подчинено её воли: здесь действует только магия Кастильо. По крайней мере, никто не может управлять этим сном, вторгаясь в мир девушки.

– Только не говори, что ты всё осознаёшь, – простонала Джессика.

– Смотря что, – произнесла Луна. – То, что я во сне? То, что ты не рада меня видеть? Или то, что это вполне взаимно?

«Всё сразу, – подумалось Джессике». Но она промолчала. Девушка до сих пор не могла понять, что Вебер делает в её сне. И как это толковать? Тёмный коридор, красные огни. С каждым разом сны Джессики приобретали всё более мистический характер. И только она хотела спросить Луну, что она здесь делает, как вдруг девушек охватило яркое пламя, сомкнувшись кольцом вокруг них.

Джессика наконец-то увидела перед собой лицо Вебер, снова невольно скривившись. Луна растерянно озиралась по сторонам, пытаясь понять, как выбраться из огня.

«Как будто ты не знаешь, – мысленно хмыкнула Джессика. – Явно не я призвала это». Но сама Кастильо так не переживала: это всего лишь сон – тем более её. Огонь не причинит ей вреда. Джессика откровенно потешалась над Луной, в глазах которой изредка мелькало беспокойство из-за сужающегося огненного кольца. Но неожиданно один из язычков пламени задел локоть Джессики, обдав адской болью.

– А-а-а! – девушка вскрикнула.

Тяжело дыша, она отшатнулась от огненного хвостика. Раньше ей казалось, что сон не сделает ей больно. Это лишь фантом, предсказание. Словно она изредка смотрит фильмы о будущем, которые всегда сбываются. Но сейчас было что-то другое, и она не могла понять, что именно. Но знала – это всё из-за Вебер. Метнув в её сторону полный ненависти взгляд, Джессика опасливо огляделась.

– Ты разве не управляешь всем этим? – воскликнула Луна.

И в тот же момент огонь стремительно сомкнулся кольцом вокруг Вебер, захватывая девушку с ног до головы. Джессика зажмурилась, прикрыв уши ладошками. Крик стоял невыносимый, словно все черти преисподней вылезли наружу, перекрикивая друг друга. Этого девушка стерпеть не смогла. Отшатнувшись от высокой стены из огня, даже не открыв глаза, Джессика почувствовала, что пламя начало стихать, а крики – сходили на «нет». Но когда она всё же приоткрыла глаза, то поняла, что Вебер рядом с ней уже не было. Её поглотил огонь. От осознания происходящего у Джессики похолодело внутри; живот снова свело. Она сцепила дрожащие руки в «замок», медленно, но шумно вздохнув.

Теперь она точно ничего не понимает. Тёмный коридор, красный свет, полыхнувший огнём, появление Вебер и самый настоящий, она бы сказала, пожар. Огонь поглотил Луну. Джессика слышала её крики. И Вебер исчезла.

«Что с ней произошло? – промелькнуло в мыслях девушки». Она проснулась? Или переместилась в другой сон, например, в свой собственный? Помнит ли Луна всё, что произошло? Или она забудет об этом, как и все обычные люди, которым не снятся вещие сны? Джессика не только не знала ответы на эти вопросы, но и понимала, что особо не хочет забивать ими голову. Пусть Вебер сама выпутывается из всего, во что вогнала её ложь. А Джессика с удовольствием бы сейчас побывала на райском острове, и если не наяву, то хотя бы здесь – во сне.

***

Проснувшись, Луна резко села в кровати. В голове до сих пор продолжал звучать собственный крик. Она видела сон, но непростой. Во сне она видела Джессику Кастильо, и даже общалась с ней, что может значить только одно – сон вещий. Но Луна не разбиралась в таких вещах. Это демонический дар Джессики, и она наверняка знает, почему они встретились во сне, охваченные адским пламенем.

Боль от огня Луна могла сравнить с Аглиокинезом, которым Алекс её пытал однажды. Она до сих пор иногда вспоминает момент у озера, молясь, чтобы это больше никогда не повторилось. Второй раз она бы точно не выдержала пытки; девушке хватало и того, что она страдала от фантомных головных болей и татуировки, которая хотя бы раз в день противно чесалась, покалывая. Эти проблемы никуда не ушли, только ещё больше заставляя Луну переживать. Никуда не делось осознание того, что всё идёт наперекосяк после прибытия в Мор-де-Виль. И комната, в которой девушка проснулась, ясно давала это понять.

Луна взглянула на тёмно-коричневые стены, давящие на сознание, словно сжимающие его в тисках. По всему периметру комнаты висели чёрные светильники в виде канделябров со свечами-фонариками. В углу стоял диванчик из коричневого дерева с мягкой бежевой обивкой и острыми, словно кинжалы, подлокотниками. Спала девушка на большой тёмно-коричневой кровати, тщательно скрываемой чёрным балдахином. Иногда у неё складывалось ощущение, что это не кровать, а личная усыпальница девушки. С потолка свисала небольшая люстра с лампочками. По вечерам маленькие кристаллики, вальсом окружающие лампочки, отражали тёплый свет, наполняя комнату уютом. Это единственное, что хоть как-то согревало девушку, правда скорее в моральном, а не в физическом плане. Для второго в комнате был помещён самый настоящий камин, зев которого был выполнен в форме решётки с острыми наконечниками. В первый же вечер Луна имела неосторожность порезаться о решётку. Благо рана быстро затянулась, не оставив и следа на ладони девушки. Но осадок остался, с каждым днём нарастая всё больше. Луна прямо-таки чувствовала, как на неё давит практически каждая вещь в этом доме. Она постоянно обо что-то царапалась и ударялась. То случайно разбила чашку за завтраком, то запнулась о ковёр в портретной галерее.

Вильгельм мельком отмечал её рассеянность, говоря, что мисс Вебер слишком волнуется из-за роли, отведённой ей. Конечно, Луна волновалась, но старалась это не показывать. А как она боялась – порой было тяжело передать словами. Или признаться самой себе, что каждый взгляд Вильгельма за завтраком медленно убивал её. Девушка успела миллион раз пожалеть переезде: за месяц проживания в доме Грендалей она впитала столько негатива, что могла бы спокойно наполнить им всю Францию. Но теперь уже некуда было деваться – необходимо приготовить до конца ту кашу, которую она заварила.

Луна схватила лежащий на тумбочке мобильный телефон и зашла в интернет, открывая социальную сеть, куда заходила практически каждый день. Она помнила о словах Алекса про его страничку в интернете, посещая профиль из раза в раз. Девушка и сама не понимала, зачем в который раз смотрит на одни и те же фотографии парня. То он в Париже с Джессикой и Галем, то на каком-то мероприятии с отцом, то на балу рядом с Джейн. Всё выглядит таким идеальным, что Луна невольно верит в сказку – но лишь на мгновение. А потом она вспоминает виноватый и слегка холодный взгляд Алекса, которым он так любит одаривать её, когда что-то натворит. Ему вроде бы и жаль, но он до последнего не хочет признавать это. Так было на берегу Крик Озера. И так было совсем недавно, когда он рассказал Вильгельму о её даре.

А теперь Алексей находится в Испании у бабушки в гостях, чему Луна не может не радоваться. Пересекаться с ним в одном доме было бы для неё невыносимо. А так она лишь изредка смотрит его фотографии с побережья Балеарского моря, не переживая, что придётся видеть его вживую. Хотя кого она обманывает? «Изредка» – в её понимании практически каждый день. Луна усмехнулась, откладывая мобильник обратно на тумбочку и поднимаясь с постели.

Опустившись на колени, Луна полезла под кровать, где хранила самое тайное. Девушка вытащила дамскую сумку, раскрывая её и вытаскивая оттуда блокнот из тёмно-зелёной кожи, перевязанный тугой верёвкой. Дневник Мишеля де Фриза, который Луна однажды нашла в его полуразрушенном доме. Она забрала его из дома Веберов, чтобы отец не нашёл ненароком. Следующим неотъемлемым атрибутом переезда стали два шприца с жидкостью малинового цвета. Их ей при первой встречи дала Стефания – мама Марко, чтобы Луна при необходимости смогла кого-то отправить в сон Люцифера. И признаться, девушка не раз стояла у двери спальни Вильгельма с занесённым шприцом, приготовившись усыпить главу Ордена Смерти. Но каждый раз уходила, не решаясь на это. Руки дрожали, в горле пересыхало, она бегло оглядывалась, чтобы её кто-нибудь не заметил за подобным занятием и всегда с разочарованием возвращалась в отведённую ей комнату.

Тяжело вздохнув, Луна отложила шприцы и продолжила рыться в сумке, вытащив оттуда ещё кое-что – железный ключ с головкой в виде короны и языками пламени, спускающимися по ножке. Девушка и его забрала из дома, чтобы отец случайно не обнаружил в комнате дочери находку из Сан-Гланта. Луна ещё не придумала, что с ним делать, хотя бывало подолгу разглядывала его бессонными ночами. Он ей что-то напоминал, но что – она не могла понять. Что-то смутно знакомое. Ключ. Ключи…

Луна ахнула, вскакивая с пола и приближаясь к чемодану, в котором привезла вещи в дом Грендалей. Открыв его, девушка залезла во внутренний кармашек, вытащив оттуда связку с ключами от дома Веберов, к которой был прикреплён брелок в виде маленького серебряного ключа с головкой-короной. Брелок, который ей подарил Крис перед тем как сопроводить на свадьбу Ульяны и Марко. Друг рассказал, что выпросил его у своего отца-ключника, который держит в Мор-де-Виле мастерскую. С сомнением взглянув на серебряный брелок, девушка сравнила два ключа меж собой. Они действительно были чем-то похожи, но она не стала бы связывать их. Мало ли какие ключи могут быть схожи между собой. Вряд ли брелок, который подарил ей Крис, как-то связан с ключом из Сан-Гланта.

Вдруг раздались чьи-то шаги. Каблуки стучали по паркету, с каждой секундой звук усиливался, становясь громче. Луна в панике собрала всё, что скрывала от остальных, сложив это в чемодан и спрятав под кроватью. И вовремя – в ту же минуту дверь в комнату отворилась, пропуская Кэтрин Девил. Девушка была одета в тёмно-синее платье с бирюзовым принтом из листьев и цветов. Её светлые волосы аккуратными локонами лежали на плечах, доставая кончиками до лопаток. Луна смущённо оглядела свою пижаму и растрёпанные волосы.

– Ты на завтрак спускаться собираешься? – без церемоний поинтересовалась Кэтрин. – Тебя все ждут, Вебер.

– Через пять минут буду, – оповестила Луна.

И только за Кэтрин закрылась дверь, как девушка кинулась к шкафу, открывая его. На неё тут же вывалилась часть вещей, которые она покидала на полки, не удосужившись аккуратно сложить. Из кучи Луна вытащила белые шорты и светло-жёлтую рубашку с длинным рукавом – привычка последних месяцев, когда Луна скрывала татуировку ото всех. Скомкав и закинув остальные вещи в шкаф, девушка решила, что обязательно разберёт их позже.

Луна не обманула Кэтрин, и уже через пять минут спускалась в гостиную, на ходу завязывая резинкой волосы в тугой хвост. Оказавшись около стола, она чуть не сбила официантку, держащую в руках поднос с её завтраком.

– Простите. – Луна виновато поморщилась.

Она подняла голову, встретившись взглядом с Вильгельмом. Его лицо не выражало никаких эмоций – каменная маска, словно застывшая во времени. По правую руку от него сидел его личный помощник Ренард, а слева – Галь и Джессика Кастильо, прибывшие на завтрак к Грендалям. Луна мельком переглянулась с Джессикой, словив на себе её негодующий взгляд.

– Мисс Вебер, если вы являетесь особенной гостьей нашего дома, это ещё не значит, что вы можете опаздывать на завтраки, – холодно отозвался Вильгельм. – И на другие приёмы пищи в том числе.

Луна молча кивнула, занимая свободное место за столом. Прислуга поставила перед ней тарелку с омлетом, рядом с которым лежали нарезанные дольками овощи и тосты, намазанные чем-то бледно-жёлтым. Девушка взяла тост в руки, осторожно принюхавшись, чтобы остальные не заметили. Ничего, кроме лёгкого запах приправ, она не почувствовала.

– Это хумус, мисс Вебер, – пояснил Вильгельм.

Луна заметила, как на лице Джессики мелькнула усмешка. Кэтрин, сидевшая напротив подруги, прыснула, но тут же переключила внимание на свою порцию завтрака. Закатив глаза, Луна отложила тост в сторону и принялась ковыряться вилкой в омлете.

Завтрак проходил в тишине, как и всегда, впрочем. Обычно все быстро ели, ничего не обсуждая и лишь обмениваясь недовольными холодными взглядами. Часто Луне приходилось завтракать в компании в Кастильо, реже – лишь с Ренардом и Кэтрин, поскольку иногда Вильгельм куда-то отлучался, оставляя дом без хозяина на несколько дней.

– Мне сегодня нужно будет отправиться в Бельгию по делам, связанным с Короной, – нарушил тишину Вильгельм. – Я надеюсь, в моё отсутствие ничего не произойдёт.

Луна разочарованно вздохнула: Вильгельм до сих пор ни разу не допустил её к поискам. Она вроде бы заключала с ним сделку, чтобы искать Корону Дьявола, а не проживать в доме Грендалей как в санатории с трёхразовым питанием.

– А когда я буду искать Корону? – вдруг произнесла Луна, обратившись к главе Ордена Смерти.

Оторвав взгляд от тарелки, девушка подняла голову и уставилась на хозяина дома. Она уже месяц живёт в его доме и выполняет его поручения по типу посещения ежемесячных собраний во Дворце Совета. Когда Луна была там во главе с Вильгельмом, то чуть не сгорела со стыда. Почти весь зал следил за каждым её действием, девушка даёт сто процентов, что половина из них уже знают о татуировке, которую она, кстати, до сих пор старается меньше показывать остальным. Шелли, Теодор и Натаниэль, присутствовавшие на собрании, проигнорировали подругу, даже не кивнув ей в знак приветствия. Луна постоянно думала о своём поступке, и эти мысли потихоньку съедали её изнутри, наверное, ещё и поэтому она хотела как можно быстрее присоединиться к поискам Короны.

– Когда я скажу, тогда и будешь, – резко ответил Вильгельм.

– Ясно. – Последовал короткий ответ.

Он ей и месяц назад говорил то же самое. Луна отложила вилку в сторону и поднялась со стула. Аппетита у неё не было, а сидеть и смотреть на недовольные лица Ордена Смерти она не хочет. И так уже порцию негатива на весь оставшийся день получила.

– Мисс Вебер, вернитесь за стол, – посоветовал ей Ренард.

– Я сыта, – отмахнулась Луна, разворачиваясь и намереваясь покинуть гостиную.

– Вебер! – прикрикнул Вильгельм.

– Мы с вами обязательно позавтракаем, когда вы подключите меня к поиску Короны, – бросила девушка и скрылась на втором этаже.

Поднявшись по лестнице, Луна прикрыла рот ладошкой, выдыхая и сползая по стене. Иногда она говорила такие глупости и грубости, что сама поражалась, как Вильгельм ещё не убил её или не запер в своём подземелье. А ведь мог! Девушка прикрыла глаза, выравнивая дыхание. Только она переехала в дом Грендалей, как её состояние ухудшилось – вспыльчивость, головные боли, редкие, но имеющиеся провалы в памяти. Она понимала, что с каждым разом ей всё трудней контролировать себя. А как её будет контролировать Вильгельм, если Луна сама не в силах справиться с собой? И если глава Ордена Смерти вскоре поймёт, что от неё больше вреда, чем пользы, точно запрёт в подземелье, ограничив доступ к поискам.

«Соберись, – мысленно подбадривала себя девушка». Она поднялась с пола, направившись в свою комнату. Раз Вильгельм не хочет подключать её к поиску, значит, она продолжит разбираться в записях Мишеля. Луна уже давно начала потихоньку переводить и расшифровывать его каракули. А ещё изредка «прогуливалась» по дому, разыскивая сокровище, найденное ею в Крик Озере.

На самом деле, у неё и здесь хватает дел, так что даже к лучшему, что Вильгельм не берёт её с собой на поиски. Зато пока его не будет дома, она сможет порыться в его кабинете. Надо только подключить Джейн, которая обещала ей помочь. Подруга умоляла не раскрывать воскрешение Милы взамен на любую поддержку с её стороны. Луна была ей очень признательна, но сразу обозначила свою позицию: её обида на Алексея никак не навредит остальным членам семьи Грендалей. По крайней мере, Джейн или Миле точно.

Луна уже практически дошла до своей комнаты, как вдруг её остановили, прижав к стенке. Перед глазами девушки показалось лицо Джессики. Её губы были поджаты, брови – сдвинуты, а между ними пролегла небольшая морщинка, похожая на шрам. Кастильо прижала шею Луны локтем к стене, не давая девушке нормально дышать. Хватая ртом остатки воздуха, Луна на несколько секунд прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Но у неё это плохо выходило, учитывая ещё и то, что Джессика навалилась на неё, не оставив возможности выбраться из западни.

– Слушай меня внимательно, Вебер, – словно змея, шипела Кастильо на ухо Луне. – То, что ты у нас посланница Дьявола, не даёт тебе право вмешиваться в мои вещие сны.

– Я… – прохрипела Луна, с трудом издавая звуки. – Это… не я…

– Мне плевать, ты это или твой драгоценный Дьявол, но даже не смей думать, что как-то можешь изменить наше будущее, врываясь в мой сон и подчиняя его себе. Это – МОИ сны! – выплёвывая каждое слово, процедила Джессика.

Луна больше не могла терпеть это, чувствуя, как внутри разгорается огонь. Грудную клетку сдавило, обжигая лёгкие. По венам вместо крови, расплывалась лава. Каждой клеточкой тела девушка чувствовала, как что-то в ней меняется. Так было, когда она обращалась в демона. Просыпалась её сущность, но если ту силу она могла контролировать, то эту – с огромным трудом сдерживала, понимая, что она может вырваться наружу. И тогда сон точно станет явью, перенеся их обеих в Ад.

Луна хотела глубоко вздохнуть, чтобы попытаться удержать эту силу в себе, но рука Джессики, удерживающая её шею около стены, мешала это сделать. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Луна сосредоточилась, почувствовав, как в груди что-то лопнуло. Словно воздушный шарик взорвался внутри девушки. Она невольно выпустила когти, вонзаясь ими в солнечное сплетение Джессики.

Кастильо закричала от ужаса, разорвавшего её сознание на кусочки. Она нутром чувствовала, как длинные когти вонзаются в тело, доставляя адскую боль и неудобство. Отпрянув от Луны, Джессика пыталась восстановить дыхание, придерживая рукой место, которое только что пронзила Вебер.

Луна пулей прошмыгнула в свою комнату, закрыв дверь на замок и сползая по стенке. До неё до сих пор не дошло то, что она сделала. Это была не она. Она этого не хотела. Она бы этого не сделала. Не смогла бы сделать. Лихорадочно ловя воздух мелкими глотками, Луна прикрыла глаза, понимая, что после такого точно нарвётся на гнев Вильгельма. Девушка слышала, как Джессика барабанила по двери и кричала о том, что Луна обязательно пожалеет о том, что сделала.

Она уже жалеет. Но что даст эта жалость?..

Глава 2. И грянет буря

На сковороде шкварчала яичница с беконом. Отключив огонь, Джейн открыла крышку сковороды и вдохнула, приятно улыбнувшись. Завтрак готов. Девушка схватила один кусочек бекона и уже собиралась проглотить его, как вдруг заметила жалостливый взгляд Бьякоса. Друг выпрашивал еду, хотя и помнил, что Джейн запрещала ему жареное. Грендаль нахмурилась: нечего выпрашивать вредную пищу. У тигров более хрупкое пищеварение, и она не хочет навредить своему другу. Но Бьякос ещё сильнее прижал уши к голове, его глаза стали шире. И девушка невольно вспомнила мультик про кота в сапогах, который умел своим взглядом добиваться желаемого. Видимо, Бьякос решил попрактиковать такую методику на хозяйке. А за этот взгляд действительно многое можно отдать – в сапфировых глазах тигра утопаешь словно в омуте. Чистое небо, усыпанное звёздами, или бездонный океан, захватывающий на дно.

Улыбнувшись, Джейн отдала кусочек бекона другу. Бьякос ловко поймал его, проглотив и зажмурившись от удовольствия. А через секунду неожиданно чихнул, поморщившись, чем довёл хозяйку до радостного смеха. Но смех тут же прекратился, как только на кухню зашёл Натаниэль, одетый в джинсы с футболкой. Джейн неловко улыбнулась.

– Я приготовила завтрак, – сообщила она парню.

Но в ответ ей – тишина.

Натаниэль молча налил в стакан кофе из кофеварки и сел за стол. Джейн разочарованно вздохнула, схватив со стола полотенце, которым вытерла руки, ставшие жирными от бекона. А после вытащила из шкафчика тарелку и, положив немного яичницы с беконом на неё, поставила перед Натаниэлем.