Моя эпоха

ЧЕЛОВЕК ДОЛЖЕН БЫТЬ ПОДВЕРЖЕН

ВЕЯНИЯМ И СТРАСТЯМ СВОЕЙ ЭПОХИ, ИНАЧЕ ЛЮДИ СМОГУТ СЧЕСТЬ, ЧТО

ОН НИКОГДА НЕ ЖИЛ

В своё время небезызвестный Эльдар Рязанов разразился забавной книгой под названием Мой XX Век, где он рассказал, как он был подвержен страсти своей эпохи. Увы, это была в высшей степени порочная страсть: страсть к уничтожению своей Родины, которой для него, как и для всех нас был СССР. Эту свою страсть этот любимчик страстных дамочек очень наглядно показал нам на своём пути от «Карнавальной Ночи» … через «Вокзал на Двоих», «Осенний Марафон», «Небеса Обетованные» до … «Старой Клячи». Что ж, я тоже был подвержен страстям Моей Эпохи, но это были страсти к творчеству, к созиданию, а не к разрушению.

А каким страстям и страданиям были подвержены все мы в пресловутые лихие девяностые будет изложено во второй части этой книги с названием: Перестроечные Страдания. Они, эти страдания, как небо и земля, увы, отличаются от Саратовских страданий (частушек), весело распеваемых в славные, безмятежные советские годы.

Аннотация

Проблематичность дальнейшего существования человечества в той или иной степени затрагивается уже на протяжении, по крайней мере, 20-ти лет; и она будет сохраняться и обостряться в периоды прекращения развития и начала вращения «колеса истории вспять», что, увы, несмотря на наши заклинания, оказалось (также как и «натопить белый свет») возможным в конце XX века.

В настоящей работе в почти тезисном изложении сделана попытка конкретизировать и поклассифицировать причины застойно-кризисных явлений, а также определить, наметить пути их устранения применительно к неотложным Hauptaufgaben современности.

ПЕРВООЧЕРЕДНЫЕ ЗАДАЧИ

МИРОВОГО СООБЩЕСТВА

И ПУТИ ИХ РЕШЕНИЯ

В СВЕТЕ НОВОЙ

КАНОНИЧЕСКОЙ

ФИЛОСОФИИ

ВВЕДЕНИЕ

Каким будет XXI век для жителей мира, насколько их жизнь станет лучше и богаче? А сознаём ли мы тот непростой путь развития и обновлений, который избрали для себя? Прокладывая дорогу в новое тысячелетие, протягиваем ли мы друг другу руки дружбы и взаимопонимания? Взаимопомощи? Символизируя это словами – сотрудничество, сотворчество, созидание и устойчивость развития.

Наш долг сделать все возможное, чтобы наши дети и будущее поколение приняли от нас эту священную землю еще более богатой и благоустроенной, чтобы они испытывали такие же чувства признательности и благодарности к нам, какие мы испытываем по отношению к нашим великим предкам.

Сегодня мир и глобален и тесен. Экономика объединила весь мир. Потрясение на биржах Гонг Конга тут же ощущается в Вольстрите и Нью-Йорке. Безопасность мира на ладонях тех людей, которые, несмотря на политические споры, разные недопонимания, продолжают развивать экономику, торговлю, взаимосотрудничество. Звучит призыв как колокольный набат: «Партнёрство во имя мира».

Преднамеренная мистификация общественного сознания в годы Холодной Войны подготовила благоприятную почву для восприятия прогностических сентенций, содержащихся в доисторических литературных источниках, выведя тем самым из фокуса нашего внимания и отгородив от нашего сознания прямые предупреждения и подлинные заслуживающие доверия прогнозы признанных ученых современности.

Но, благодаря усилиям учёных-гуманистов, в первую очередь, таких, как Бертран Рассел, Джон Бернал, и наших учёных-физиков, мы уже можем, с отрадным чувством, наблюдать и замечать просветление общественного сознания и, соответственно, расширение сфер его внимания. Разумеется, этому способствовал и отрезвляющий системный (экономический) кризис, напомнивший всему человечеству Великую Депрессию.

Еще в 70-х годах ушедшего столетия советский ученый ученик прославленного Резерфорда акад. Петр Леонидович Капица в докладе Лондонскому королевскому научному обществу обозначил четыре глобальных проблемы, стоящие перед человечеством. Об этом писал тогда популярный в то время журнал «Наука и техника». Определение «глобальный» означало, что отказ от решения или невозможность (неспособность) решения даже одной из них способны сделать невозможной дальнейшую жизнь на нашей прекрасной планете. Этими проблемами были, насколько мне помнится, энергетическая, транспортная, экологическая и проблема наследственности или, как выразился маститый учёный, проблема качественного потомства. При этом под наследственностью имелось в виду интегральное понятие, включавшее в себя общественное сознание, «ноосферу» Леруа-Вернадского и генную память.

Эти глобальные проблемы нашли своё отражение в деятельности Римского Клуба, о чём мы расскажем несколько позже (см. файл №18). Они также вошли в замечательный Философский Словарь Советского издания 1986года.

Столь же тревожные мысли относительно современного состояния человеческой цивилизации высказал совсем недавно академик Никита Моисеев в статье под пугающим заголовком «Мы теряем разум» с целеполагающим эпиграфом: «Настало время для очередной смены цивилизации, человеку предстоит найти своё новое место в природе». Большую озабоченность у академика, предсказавшего «ядерную зиму», вызывают процессы деградации во всех областях жизни в послеперестроечной России: «Будущее нации в её интеллекте, а Россия сейчас утрачивает именно интеллект, теряет свою опору, своё будущее». И далее: «Подрывая науку, мы ведём себя преступно не только по отношению к своей собственной стране, но и ко всему человечеству». Такими, кричащими ностальгическими нотами из глубины души, словами академик оттеняет ведущую роль советской науки среди передовых стран в годы расцвета социалистической культуры, уничтожение которой он справедливо связывает с потерей человеческим сообществом нравственной направленности: «Приоритетное развитие экологической науки и образования должно дополняться ценностной переориентацией общества». Исчезновение нравственного лидера приводит к застойным явлениям и в остальном мире: «Рынок близорук, он ценит только сегодняшнюю и завтрашнюю прибыль, а научные школы накапливают интеллект поколениями». Здесь академик допускает терминологическую неточность, непростительную для учёного, отождествляя, как это сейчас в моде, рынок с капитализмом. В целом же с ним нельзя не согласиться, когда он делает очередной неутешительный вывод: «Мы стоим на пороге вселенской катастрофы, и я не вполне уверен, что мы сможем её избежать».

Отталкиваясь от принципа тотальной, всеобщей взаимосвязи в нашем мире и взаимопроникновения рассматриваемых проблем друг в друга, используя также философский метод перекодировки, представляется правомерным несколько переформулировать их с учетом происшедших с тех пор изменений и взять для дальнейшего аналитико-синтезного рассмотрения проблемы экономики, энергетики, экологии и этико-эстетические подходы.

Здесь возникает естественный и вполне корректный вопрос, как получилось, что такие, в общем-то обыденные, вещи выросли в проблемы, каждая из которых даже в отдельности грозит гибелью всему человечеству. Попробуем вкратце ответить на этот вопрос. Очевидно, в этом повинно отставание гуманитарных наук, в первую очередь социологических, искусствоведческих и психологических, от технических наук. Ослеплённые блеском поистине фантастичных успехов, таких как освоение космоса, компьютерные технологии, клонирование, мы забыли о самом человеке, отстав в науках о поведенческой ориентации человека от НТР и скатившись к примитивному фрейдизму XIX века. Результатом этого отставания и явилось то обстоятельство, что мы в своей деятельности пользуемся устаревшим способом, логикой мышления, оказываясь по этим причинам неподготовленными к формулированию новых достойных целей, коррелирующих известным образом с извечной темой о смысле жизни и могущих послужить объединительным началом к партнерству и сотрудничеству членов всего мирового сообщества. Другими словами, наш характер мышления не соответствует техническим достижениям, находящимся в нашем распоряжении. Т. е., наш менталитет подлежит исправлению.

Продолжая тему прогнозов, нельзя не отметить замечательный роман ещё одного выдающегося советского ученого и писателя И. А. Ефремова «Час Быка», в котором со всей убедительностью вырисован хрупкий механизм природной эволюции, склонной к инфернальности в той же мере, в какой склонны к ней и олигархические структуры.

Тут вполне просматривается замечательная мысль Ивана Антоновича о необходимости держать под контролем Сознания Человека развитие человеческой цивилизации (её эволюцию).

Отсылая читателя, с целью облегчения понимания дальнейшего изложения, к этому прекрасному художественно-философскому произведению, все же отметим наглядно представленные в романе стадии человеческой эволюции, названные автором Эрой Разобщенных Миров (ЭРМ) и Эрой Встретившихся Рук (ЭВР), ибо нынешние социо-политические процессы во всем мире приобрели, в силу восторжествовавшего плюрализма мнений, направленность к многоплановому обособлению и разобщению в такой степени, что А. Пугачева с присущим ей душераздирающим трагизмом, возвратившись к концертной деятельности, поет об одиночестве. При чтении этого глубокого по содержанию и замыслам романа мы настоятельно рекомендуем не пренебрегать, но напротив, уделить особое внимание и авторскому предисловию, и его послесловию в письмах к В. И. Дмитревскому.

Над всем, что ускользает от взора очей,

Господствует умственный взор.

Явления объединения и распада государств, сопровождающие историю земной цивилизации, обнаруживают закономерную схожесть с изменениями языков, которые известны, как ассимиляция и диссимиляция. Хотя сакраментальный вопрос «есть ли жизнь на Марсе» все еще ждет своего разрешения, мы можем, основываясь на данных языкознания, уже сейчас ответить на вопрос об обитаемости других систем во Вселенной.

Современная филология все многообразие языков объясняет возникновением двух базовых дерев с дальнейшим слиянием и разветвлением их ветвей. Причем прослеживается слияние их самых нижних ветвей. По этим древам языки делят на индо-европейские и сино-кавказские или, – по терминологии языковедов XIX в., – на семито-хамитские и яфетические. Такие первоначальные названия двум основным языковым группам были даны, исходя из легенды о Ное, по имени его сыновей Сима, Хама и Яфета. Тот факт, что сыновей трое, а языковых групп только две, свидетельствует о добросовестности ученых прошлого века, которые в ходе исследований выделили только два явно выраженных класса первобытных языков.

Из живущих на Кавказе к сино-кавказцам, наверно, относятся некоторые народности Грузии и Северного Кавказа. Интересны также новые названия республик и географические названия. Например, Осетия – Алания, Якутия – Саха, остров Сахалин, видимо, назван по имени двух соседствующих племен Саха и Алан. По некоторым сведениям, японцы – это племя аланов, жившее на территории Китая; есть упоминания о сходстве языка и иероглифов исчезнувших древних египтян с китайскими. Помимо языковых признаков родства сейчас достаточно изолированных и удаленных народностей имеются и культурные свидетельства их общности.

В одном из доперестроечных номеров журнала «Знание – Сила» эти два языковых древа были изображены произрастающими: одно, индо-европейское – из Месопотамии, другое, сино-кавказское, – из восточной Африки. Данные палеонтологии не противоречат представлениям о возникновении жизни в этих двух отдельных и, по тем временам, достаточно далёких друг от друга оазисах. При этом независимое развитие органического мира происходило столь единообразно, что венцы эволюции биоорганизмов оказались способны и к общению, и к faire la amour, и давать жизнеспособное потомство. И вот совсем недавно (примерно октябрь 1997 г.) прозвучало в одной из радиопередач сообщение, что ученые, исследовав останки неандертальца, обнаружили несоответствие его генного набора и современного человека с выводом об опровержении нашего происхождения от неандертальца и, – в подтексте, – сомнение в непогрешимости теории происхождения биологических видов Дарвина. Однако при беспристрастном подходе из этого любопытного факта вытекает единственно правдоподобное предположение о возможном существовании еще третьего очага зарождения первобытной цивилизации, скажем, в долине р. Конго, племя которого, достигнув Франции, по каким-либо причинам, погибло, так и не встретившись со своими братьями по разуму, развившимися из указанных ранее центров. Не отрицаемые и материалистической наукой расовые признаки в большей степени обусловлены местными (географическими, климатическими, почвенными и др.) условиями, нежели первоначальной принадлежностью к тому или иному оазису первоначального зарождения. Ни у кого не вызовет возражений причинная связь возникновения желтой расы с цветом лессовых отложений р. Янцзы и р. Хуанхе и цвета кожи северо-американских индейцев с цветом Красных Скалистых гор и мутных потоков р. Колорадо, хотя и те и другие принадлежат к сино-кавказской языковой группе.

Происхождение совершенно идентичных носителей человеческой цивилизации из разных центров наводит на мысль о наличии некоторого замысла и, казалось бы, подталкивает к идеалистической (божественной) трактовке предопределенности развития биологической жизни. К счастью, такая первая догадка легко устранима, и удержаться на позициях античного диалектического материализма не представляет труда. Изменения органического мира запрограммированы – выражаясь современным языком – структурой неорганического мира, который, в свою очередь, запрограммирован таблицей Менделеева. И, коль скоро отличия в минеральном составе межпланетного вещества и грунта Луны, по сравнению с составом земного вещества, не обнаружены, то следующий вывод не будет неожиданным.

А именно: выяснив возможность независимого и единообразного развития биологических видов, мы приходим, с точностью до научной закономерности, к признанию реальностью наличия внеземных цивилизаций в нашей необъятной Вселенной. Igitur, существование братьев по разуму перестает быть неопределенностью. (При этом всякого рода сообщения об НЛО по-прежнему надлежит относить к той же категории явлений, что и массовая культура, выполняющая определенный политический заказ совершенно определенных политических кругов). Эту же мысль высказывал Джордано Бруно, о чём свидетельствует А. Штекли в книге «Кампанелла»: «Бруно наперекор всем обскурантам развивал идеи Коперника, учил о множественности миров и бесконечности вселенной». Такое же утверждение содержится в «Философском словаре» издания Москва «Политиздат» 1986 г.: «В результате Бруно пришёл к выводу о бесконечности миров, а также о населённости их».

Вопрос же о встрече и общении с ними, тем не менее, остается проблематичным, но не из-за языкового барьера, с которым, как мы видели, прекрасно справились питекантроп и синантроп, образовав множество прекрасных разнообразных человеческих рас.

Проблема состоит в другом. Проблему составит как уровень цивилизации, так и ее сохранность, уж слишком тернист путь развития, опасности на котором нарастают по мере приближения к более высоким уровням, слишком уязвимыми оказываются вырвавшиеся вперед человеческие сообщества, слишком хрупкой становится и сама планета, населяемая ими.

Вопрос этот далеко не праздный. Подвергнув сомнению теорию Дарвина, о ней будто бы забыли. Но сейчас вновь задаются вопросом происхождения человека и даже в расширенном виде. Теперь уже задаются вопросом заметно шире. А именно: откуда мы взялись и зачем? Что ж наука может ответить и на такой в два раза усложнённый вопрос! И мы постараемся ответить и на него.

У всех поколений землян всегда вызывали чувство глубокой ностальгии встречи с памятниками древних погибших цивилизаций Атлантиды, Античной культуры, культуры Майя, Ацтеков и др., превышающих на тот момент уровень окружающих их сообществ того же биологического вида.

Величие Античной культуры постоянно вызывает восхищение и зависть всех народов земли. Увы, некоторых из них эти понятные чувства толкают на варварские грабежи и хищения, совершая противозаконный и антигуманный вывоз величайших культурных ценностей из страны, являющейся единственной, естественной и неоспоримой их наследницей. Значение могучей Античной культуры невозможно переоценить. Надо не вывозить у них эти свидетельства науки и культуры, а учиться у них научной логике, которая позволит нам дать ответ и на новый вопрос поставленный выше.

Эти впечатления прекрасно описал Энгельс:

«В спасённых при падении Византии рукописях, в вырытых из развалин Рима античных статуях перед изумлённым Западом предстал новый мир – греческая древность; перед её светлыми образами исчезли призраки средневековья; в Италии наступил невиданный расцвет искусства, который явился как бы отблеском классической древности и которого никогда уже больше не удавалось достигнуть. В Италии, Франции, Германии возникла новая, первая современная литература. Англия и Испания пережили вскоре вслед за этим классическую эпоху своей литературы. Рамки старого orbis terrarum были разбиты; только теперь, собственно, была открыта земля и были заложены основы для позднейшей мировой торговли и для перехода ремесла в мануфактуру, которая в свою очередь, послужила исходным пунктом для современной крупной промышленности. Духовная диктатура церкви была сломлена, германские народы в своём большинстве прямо сбросили её и приняли протестантизм, между тем как у романских народов стало всё более укореняться перешедшее от арабов и питавшееся новооткрытой греческой философией жизнерадостное свободомыслие, подготовившее материализм XVIII века.»

В этом отрывке Энгельс отмечает то огромное впечатление и воздействие на умы, которое бесспорно заслуженно произвели открытия археологов в XIII в., подтолкнув развитие европейских стран. Более поздний, наш русско-советский философ Алексей Фёдорович Лосев (1894 – 1984 гг.) в своей замечательной работе «Эстетика эпохи Возрождения» напрямую связывает возникновение Ренессанса с влиянием произведений искусства Древней Греции. На этом замечательном явлении в истории Европы следует остановиться подробнее. Застрельщиком, пионером выступила Италия. В результате знакомства с Востоком, и особенно с Византией, в эпоху крестовых походов и последовавших за ними регулярных связей с странами Малой Азии итальянцы ознакомились с древними греческими рукописями, различными памятниками античного изобразительного искусства и архитектуры. Все эти древности начали перевозиться в Италию, где они коллекционировались и изучались. К сожалению, живописные полотна древнегреческих художников не сохранились. По крайней мере, мне не известно ни одно произведение этого рода, хотя в литературных и исторических источниках упоминания о них встречаются повсеместно и называются тогдашние живописцы. Это были произведения, выполненные в современной реалистической манере. В самой Италии также было немало античных, завезенных в своё время в Римскую империю, памятников, которые стали изучаться представителями итальянской городской интеллигенции. В итальянском обществе пробудился глубокий интерес к классическим древним языкам, древней философии, истории и литературе. Особенно большую роль в этом движении сыграл город Флоренция. Из Флоренции вышел ряд выдающихся деятелей новой культуры, в том числе и величайший учёный, писатель и живописец Леонардо да Винчи.

Используя античную идеологию, созданную в наиболее оживлённых в экономическом отношении и наиболее демократических по своему политическому строю полисах древней Эллады, нарождавшаяся новая буржуазия не просто пассивно усваивала древнюю культуру, но перерабатывала её по-своему, формулируя своё новое мировоззрение, резко противоположное бытовавшему в то время мировоззрению средневекового, подавлявшего всё человеческое, феодального общества. Поэтому второе название этой новой культуры – гуманизм. Гуманистическая культура в центр своего внимания ставила самого человека, а не божественное, выдуманное, как это было в средневековой идеологии.

И вот теперь наше поколение явилось свидетелем, очевидцем, а, подчас, соучастником угасания очередного светлого всплеска в истории Земной цивилизации, что приведет к резкому замедлению ее развития (если не сказать худшего) и к отдалению мига заветной встречи братьев по разуму. Замечательным заключительным аккордом европейского возрождения стал русский Ренессанс XIX века: Пушкин, Лермонтов, Брюллов, Шевченко, «Могучая Кучка», «Передвижники», Тургенев…

Можем ли мы уже сейчас оценить это замедление? Вполне! Например, в 1947 году трое шестиклассников сельской школы (это были сын агронома Александр…, сын кузнеца Ким Трофимович Медведев и пишущий эти строки), сидя под стогом сена и любуясь звездным небом, начитавшись Жюля Верна и Перельмана, прогнозировали полет на Луну через 15…20 лет. Научная фантастика на базе безупречной инженерной логики Жюля Верна и азбука научного анализа Перельмана сделали свое дело: сходимость приближается к точности счета на логарифмической линейке! Через 10 лет – советский спутник, через 15 лет – советский человек в космосе и через 21 год – американцы трижды потоптались на Луне. В следующие же 30 (!) лет состояние дел оказалось таким же как и 35 лет назад, т. е. на уровне 1963-го года, года выхода Леонова в открытый космос. И в 2000 году оно на том же уровне.

Причина такого резкого замедления в отсутствии цели. Целями программы «Аполлон» были реставрация «романтики» эпохи «золотой лихорадки» и соревновательный азарт. Но золотишка на Луне не нашли, а от соперничества мы благополучно увильнули. Следствием чего явилось бесцельное топтание или бег на месте.

Сбой в поиске новой цели спровоцирован инерционностью человеческого мышления и отсутствием перспективной программы международных космических исследований. Неумение найти новую достойную цель привело к тому, что они вновь поплелись в хвосте ввергнутой ими – в общем-то, по другим причинам – в застой и разрушаемой ими же страны, но всё ещё сохраняющей, в силу той же инерционности мышления, имидж «передовой державы». Подражая нам, НАСО приступает к строительству космической станции на околоземной орбите, засоряя космос, хотя, совершенно очевидно, было бы разумнее разрабатывать проект станции на Луне, т. к. отпадают хлопоты с невесомостью и есть возможность надёжного складирования мусора, к тому ж Луна постоянно обращена к Земле одной стороной, что облегчает установление постоянной надёжной связи.

Прозвучавшее сообщение о планировании запуска беспилотного корабля на Луну с целью исследования наличия воды и дальнейшего проектирования лунной станции нисколько не опровергает факта возникновения стагнации как во всей мировой науке, так и в её космической отрасли, что усугубляет остроту подмеченных в своё время Петром Леонидовичем Капицей проблем.

Исследование историй развития и причин гибели точечных цивилизаций представляет чрезвычайно интересную и очень важную тему, к сожалению, нам недоступную и не входящую в нашу задачу. Однако мы можем отметить, что причины не остаются неизменными, повторяющимися, они тоже оказываются отмеченными печатью диалектики.

Так причиной гибели Атлантиды мы можем полагать природный катаклизм. Гибель Античной Греции уже обусловили социальные мотивы, подвигнувшие Александра Македонского на завоевательные походы, маскируемые с подачи его учителя Аристотеля познавательными целями. Вполне возможно, что молодой наследник правителя Македонии не имел злого умысла по отношению к грекам и не ставил своей целью разрушение великой Античной Культуры, плодами которой он пользовался. Тем не менее, только сам факт прохода воинства прославленного позже полководца через Грецию и оставление им на её территории своих наместников сыграли свою роковую роль. В стране возобладали низменные инстинкты самосохранения, выживания, проявившиеся в угодничестве некогда гордых свободных граждан и во взаимном предательстве. Великая цивилизация погибла и славная эпоха Ренессанса, замечательно описанная советским академиком А. Ф. Лосевым, не смогла возродить её, убедительно доказывая бесплодность современных «возродительных» поползновений любой ориентации.