Дети и взрослые детям и взрослым

Деда Костя

Бывают дни, когда первые ароматы весны, скользнув с распускающихся веток деревьев, нежно туманят и кружат голову и начинает сладко сосать под ложечкой в предвкушении неминуемого лета. Первые тюльпаны, появившиеся после зимней спячки, своим пёстрым нарядом радуют глаз и наполняют сердце умиротворением. Усталая душа человеческая после долгих месяцев лютой сибирской зимы – ждет праздника.

Для него это был настоящий праздник. Не просто праздник, а ПРАЗДНИК! На всю жизнь врезалось в память, как в чистой, идеально наглаженной рубашке и брюках деда Костя появлялся на крылечке. Лейблов модных я на нём не видел, но уже тогда уяснил, что достоинство настоящего человека не зависит от стоимости его гардероба. Даже не догадывался тогда, сколько ещё потом в жизни повстречается дешёвок в дорогих костюмах и светлых душ в дешёвом тряпье.

Весь вид его показывал, как заждалась душа этого дня – 9 мая. Я вот всё думаю: он и войну прошёл, и всякого в этой жизни повидал, но не очерствел к чужому горю, не сгнило его сердце к добрым делам. Сейчас стало модно кивать на обстоятельства, пенять на судьбу, мол, не мы такие – жизнь такая. Обстоятельства всегда разные, и антураж отличается во времени, но как поступить – решаешь ты сам.

Он присаживался на чистеньком, пахнувшем свежей краской крылечке, немного для порядка приняв на грудь. (К слову сказать, пьяным я его за всю жизнь ни разу не видел.) Рассказывал про войну. Интересно, но как-то необычно, не как в книжках написано.

От наград на кителе не было свободного места. Красиво поблёскивала даже французская, но больше всего он ценил не ордена, а простую медаль «За отвагу», полученную в 41-м году.

Как-то спросил про орден Красной Звезды.

– Деда Костя, да ты – герой, – говорю, разглядывая ряды медалей и орденов на кителе.

– Да какой герой, – отвечает, – просто повезло. Везение – вещь важная, а на войне особенно.

Деда Костя привычным движением достал из кармана пачку «Беломора» и спички с явным намерением закурить.

– Расскажи, интересно ведь! – не унимался я. – Вот, например, про орден Красной Звезды.

– Ладно, – отвечает деда Костя, затягиваясь папиросой «Беломор», – слушай. Дело было так…

Летом 42-го года засели фрицы на высоте и никак не могли мы их выбить. Шибко хорошо они подготовились, окопались, очень грамотно используя природный ландшафт. Запаслись провизией, боеприпасами.

Огонь такой открывали, что и головы поднять нельзя. А высоту брать надо. Командиры пытались солдат в атаку поднять, но вражеские снайперы работали отменно, и атаки, не успев начаться, захлёбывались. Вот упал сражённый пулей политрук. И оказалось, что по званию я самый старший получаюсь.

И сам от себя не ожидал: поднимаюсь во весь рост и с криком «За Родину!» пробегаю буквально несколько шагов. А дальше ничего не помню. Очнулся в погребе разрушенного дома. Видимо, разрывом снаряда дом уничтожило, а я, свалившись в погреб, крепко ударился головой о балку и потерял сознание.

Пока приходил в себя, наши высоту уже взяли. С потерями большими, но взяли. Вот так, а ты говоришь: герой, герой! Никакой я не герой. Повезло просто. Вот и представили к ордену.

Сколько времени прошло с этого памятного разговора, но до сих пор поражаюсь скромности этого человека. Попробуй встать во весь рост под ураганным свинцовым огнём, пойти в объятия самой смерти.

Летят дни, месяцы и годы, а я всегда вспоминаю деда самыми тёплыми и добрыми словами, что ношу у сердца. Светлый наш человек! Вот такие вот смелые, скромные и светлые люди и привели нашу Родину к Великой Победе! Им мы обязаны праздником 9 Мая!

Он прошёл всю войну

Со своим прадедушкой Петром Андреевичем Горчаковым я «разминулся». Он умер в тот день, когда я родился, – 18 мая. Я его не помню, но знаю, что он был очень высокого роста… Это я понял, когда впервые увидел его фотографию: он был в форме, генерал-полковник, Герой Советского Союза, китель – весь в орденах.

Когда началась Великая Отечественная война, Петр Андреевич ушел добровольцем на фронт. Он прошёл войну от начала до конца. Я всегда хотел узнать, как он стал героем.

«Крещение» мой прадедушка получил в боевых действиях восточнее Бреста.

В составе 1033-го стрелкового полка участвовал в битве на Курской дуге. За проявленную доблесть награждён орденом Красного Знамени.

В сентябре 1943-го Горчаков возглавил группу из сотни бойцов, прорвавшую немецкие позиции у берегов Днепра и тем обеспечившую плацдарм для основных сил. Отсюда развернулось наступление на Коростень и затем на Киев. 10 октября на реке Тетерев мой прадед был тяжело ранен – четвёртый раз с начала войны, 32 осколка. За доблесть и героизм, проявленные в многочисленных боях, за форсирование рек Сейм, Десна, Днепр ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

После переподготовки в феврале 1944 года подполковник Горчаков получил назначение на должность начальника политотдела 276-й стрелковой дивизии на 4-й Украинский фронт. С ней он штурмовал казавшиеся неприступными Карпаты, участвовал в Моравско-Остравской и Пражской операциях. Закончил свой боевой путь 12 мая 1945 года в населённом пункте Круп, в 30 километрах от Праги.

Мой прадед командовал ротой знаменосцев 4-го Украинского фронта на Параде Победы в Москве в 1945 году. Узнав об этом, я понял, что мой прадедушка – настоящий герой!

Хорошо и плохо

Жил-был поэт. Он писал шедевры и часто получал премии. Но однажды он попал на другую планету. Инопланетяне говорили по-русски, но в их понимании всё, что для нас хорошо, было плохо, и наоборот. Начал поэт читать инопланетянам свои стихи. Они кричали: «Плохо! Плохо!»

– Ах, так! – сказал поэт и прочитал инопланетянам ругательные стихи.

Тогда инопланетяне сказали: «Хорошо!» – и вручили поэту премию.

Если кто-то говорит вам «Плохо!», не огорчайтесь. Это не всегда бывает правдой, и вы ещё можете получить премию за свои труды.

Про поэтов

Есть банкоматы, которые выдают деньги, списывая их с карт. Есть автоматы с газировкой, которые выдают напитки за небольшую плату. Наконец, есть бензоколонки, автомойки, электро паркоматы, автоматы, продающие билеты на разные виды транспорта, и т. д. За все их услуги нужно платить… Интересно, что эти вещи похожи на писателей. Например, поэту заказывают что-то, он пишет, и ему дают за это деньги… Хотя, например, в моем случае мне только приходят письма типа «Не опаздывать и принести тексты!» и ничего за это не платят. Но сейчас я о другом… Конечно, между техникой и писателями есть различия. И те, и другие могут ломаться. Но технику при этом можно починить, а вот поэта восстановить трудно. Так что совет: раз сами не можете, не мучайте других, чтобы было что почитать.

Два Баклана

Однажды я ловил рыбу на Копанском озере. Улов был удачный: двадцать рыбок —

шестнадцать я отпустил обратно, а четырёх рыбок привёз домой и показал бабушке. Вечером, выйдя во двор, положил рыбок на пенёк рядом с домом и стал наблюдать. Через пять минут во двор прилетел белый баклан с жёлтыми лапами, чёрным хвостом и красным клювом. Он стал кружить над пеньком, вдруг, как стрела, полетел вниз и схватил одну рыбку и улетел.

Увидев это, два других баклана, которые сидели на крыше соседнего дома, начали кричать и спорить. Тот, что пожирнее, сказал тощему: «А ну-ка, принеси мне рыбку быстренько!!!» Тощий возмутился: «А почему я? Что ты за чудо в перьях такое? Тебе надо – сам и слетай…»

А пока они спорили, прискакала ворона и не торопясь съела оставшуюся рыбу. Отобедав в столовой на пеньке, она каркнула на прощание: «Моя пра-пра-пра-прабабушка всегда говорила, что сначала надо есть, а потом каркать!» – и, довольная, улетела.

Когда бакланы перестали спорить, рыбы на пеньке уже не было. Так и остались «Жирный» и «Тощий» бакланы без обеда!

Хозяин озера

Этим летом я, как всегда, отдыхал в деревне. Мы с папой решили сходить на рыбалку. Мы взяли хлеб, удочки и пошли на речку Шумарь. Ловили рыбу до самого вечера. Папин улов был двадцать рыбок, а у меня поменьше – восемнадцать. Когда стало смеркаться, мы пошли домой. На обратном пути я нашёл осиное гнездо, правда, сухое и старое. Гнездо решили взять с собой, чтобы показать сёстрам. Восторга наша находка, прямо сказать, у них не вызвала, тогда я решил показать осиное гнездо бабушке, но её не оказалось дома.

Мы снова решили попытать удачу и пошли на лесное озеро. На озере мы провели два часа и ничего не поймали. Хорошо, конечно, что озёр у нас рядом с деревней много, на обратной дороге мы зашли ещё на Кузьминское озеро. Пока ловили рыбу, к нам приплыл бобёр, он был коричневый. Мы с папой решили палкой подразнить бобра. Но дразнили мы его недолго: фыркая, бобер шлёпнул плоским коричневым хвостом и скрылся под водой. Вдруг я увидел, как к берегу, где мы рыбачили, плывёт что-то большое, мы попятились – это был тот самый бобёр. Как хозяин озера, он вышел на берег рядом с нами и стал смотреть. Папа спросил: «Не пора ли нам домой?» Глаза бобра сверкнули, как два светлячка, мне стало жутко, и я решил, что пора.

Так мы вернулись домой без рыбы, но

с хорошим настроением после встречи с хозяином озера.

Восстание плодожорки

В детстве меня мама называла плодожоркой, потому что я очень хорошо ел и всё подряд. И в пять лет я решил сделать восстание, которое позже назвала мама восстанием плодожорки. Я съел все продукты на кухне и объелся. Потом я закутался в одеяло, как делают это гусеницы, и заснул.

Вечером пришёл папа и ничего не нашёл на кухне, в комнате он увидел на диване кокон из одеяла. Удивился свёрнутому одеялу, но разворачивать его не стал. Когда я выспался и проснулся, то был все ещё мальчиком. Почему я не окуклился в бабочку?

До Камчатки и обратно

У нас дома живут два хомяка. Днём они спят в банках из-под детского питания, а вот ночью…. Ночью начинается самое интересное. Они выходят из своих банок, потягиваются, едят и запрыгивают в колесо. И начинается марафон между двумя хомяками «Кто быстрее добежит до Камчатки?». Колесо гремит на всю квартиру. Мы запираем бегунов на кухне, но слышим их всё равно.

Как ни удивительно, к утру они засыпают и мы тоже.

Удачный четверг

Летом мы с мамой пошли на рыбалку на озеро. Накопали несколько червей, ведь ненадолго пошли. Нацепив одного червяка, я забросил удочку. Ждать долго не пришлось, через три минуты начало клевать. Вытащил рыбу, отцепил крючок, а на нём целенький червяк. Я поправил его и начал удить дальше. Полное ведро рыбы наловил на одного червяка, такой рыбалки у меня ещё не было. По четвергам рыба такая голодная!

Крапива

Однажды, когда я гулял с другом, ко мне подбежал мальчик-драчун. Он дразнился и пытался драться. Мы стали убегать от него, но драчун не сдавался. Добежав до кустов крапивы, мы отошли, а драчун с разбега прыгнул в самую середину. Мальчик заплакал и ушёл домой. Больше он уже не дрался. Вот какая целебная сила крапивы.

Забор

Каждое утро мы обходим длинный забор, чтобы попасть в школу. Дорога кажется бесконечной, и это самое неинтересное в школе. Однажды мы узнали, что есть секретный ход – дырка в заборе, пройдя через которую можно сократить путь в два раза. Дырка была узковата для меня с портфелем, поэтому первый преодолел препятствие портфель, но приземлился он неудачно, прямо в крапиву. Дальше была моя очередь. И я застрял. Я застрял посередине забора. Меня не отпускала школа, но домой я хотел больше. Опыт Винни-Пуха был для меня примером.

Я не стал дожидаться, пока похудею, резко рванул вперёд и оказался рядом с портфелем. Крапива меня не пожалела. А дома мне попало за рваные брюки и грязный портфель. Дальше я ходил, как всегда, пусть долго, но не колко!

Василий Гусев (Бабушкин-Сибиряк)

Каша

Поссорился Вовка с дедом. Вовке два года всего, а вот деду уже семьдесят пять. Мог бы и уступить правнуку, но не уступил.

Ссора произошла из-за гречневой каши, будь каша манная или даже пшённая, ничего бы не случилось. А гречневую кашу ни дед, ни Вовка терпеть не могли.

Когда кашу бабушка поставила на стол, настроение испортилось и у Вовки, и у деда.

– Опять эту хрень запарила, не лезет она в меня, сколько тебе толковать, – заворчал дед.

А Вовка говорить ещё не умел, хотя понимал всё – не зря дед про него хвастался:

– Вовка башковитый, весь в меня.

Вовка только взял и спихнул тарелку со стола. Но бабушка тогда сама стала кормить Вовку.

– Кушай, милок, эту ложку за маму, эту за папу, эту за дядю, эту за тётю.

А дед сидел и свою кашу потихоньку под стол Жучке скидывал.

Бабушка плохо видит, а Вовка сразу это заметил, и такая у него обида вдруг появилась, а тут ещё бабушка с ложкой:

– Эту ложку за деда.

Умей Вовка говорить, он бы отстоял свои права, а так только рот сжал и деду фигу показал, мол, не буду за тебя есть.

И тогда дед обиделся.

– Глянькось, за всех ел, а как до меня черёд дошёл, так он мне фигу показывает.

Вылез дед из-за стола и ушёл на улицу, а за ним довольная Жучка выбежала.

Два дня Вовка с дедом не смотрели друг на друга.

– И не стыдно вам так-то делать, – ворчала бабушка, а потом придумала, как помирить их. Сварила манную кашу с изюмом. И налила эту кашу в одну тарелку на двоих.

Вот эту кашу дед с Вовкой ели хорошо, только ложками стучали по дну тарелки.

Анчутка

Опять бабушка потеряла свои очки. Вместе с ней их искал Вовка. Дед не искал, он всегда сидел и ворчал, мол, если класть вещи на свои места, то их и искать не нужно будет.

Сам он свои очки клал на книжную полку, всегда на одно и то же место.

Вовке нравилось искать бабушкины очки, это походило на игру в прятки. Пока бабушка посмотрит в одном месте, Вовка уже успеет три места осмотреть. Конечно, он быстрее бабушки находил пропажу, и бабушка всякий раз хвалила его, называя спасителем и помощником.

Хитрый Вовка решил и деда привлечь в эту ежедневную игру – взял и спрятал его очки.

Дед очень расстроился, обнаружив пропажу:

– Вот и всё, мать, склероз и ко мне подкрался, без Вовки нам теперь не прожить.

И Вовка, довольный, принёс деду очки, а тот ласково погладил его по голове.

Но когда очки у деда пропали во второй раз, то дед сдвинул свои брови и сказал бабушке:

– Однако, мать, у нас анчутка завёлся, надо выгонять, а то житья от него не будет.

– А кто такой анчутка? – спросил Вовка.

– А это маленький невидимый бесёнок с рожками и хвостом, – сказала бабушка, —

его, чтобы увидеть, нужно обрызгать святой водой. Он в тот же миг станет видимым и послушным, признается во всех своих проделках.

– Вот тут-то мы его и отправим к себе домой, чтобы, значит, больше не проказничал и старых людей не обманывал, – сказал дед.

Бабушка взяла комнатный опрыскиватель для цветов, налила в него святой воды из бутылки и стала ходить, брызгать по углам. Вовка следовал за ней по пятам.

– Слышь, мать, брызни на Вовку, вдруг анчутка за ним спрятался, – сказал вдруг дед.

– Не надо, баба, это не анчутка очки прятал, а я, – завопил Вовка, махая руками, словно защищаясь от капель воды. —

И домой меня не надо отправлять, мне у вас хорошо.

– На том и порешим, вот ведь как всё ладно сходится. А ведь точно, мать, твоя святая вода силу имеет, – сказал дед.

Чубчик

Исполнилось Вовке семь лет. Бабушка на его дне рождения сказала:

– Вот, Вовка, и наступила новая пора в твоей жизни. Время, когда ты будешь становиться самостоятельным. Никто тебя в садик и из садика за ручку водить не будет. Сам будешь ходить в школу. Сначала в первый класс, а после, даст Бог, и до десятого доживём. Домашнее задание будем с тобой вместе делать, пока самостоятельность твоя окрепнет.

То, что наступило новое время в его жизни, Вовка и сам заметил. Во-первых, ему оставили чубчик на голове.

В парикмахерской, где всегда подстригали Вовку, пожилой и ужасно вежливый парикмахер сказал:

– Ну-с, молодой человек, поздравляю вас со вступлением во взрослую жизнь, сейчас мы вам изобразим новую причёску, сделаем этакий элегантный чубчик.

Чубчик Вовке понравился. Когда он посмотрел на себя после стрижки в зеркало, то ему показалось, что он стал немного выше.

– Вот ведь какое дело выходит, совсем немного волос на голове оставили, а уже выше стал, – подумал он.

Идя с бабушкой из парикмахерской, Вовка сердито выдёргивал свою руку, когда та, забыв, что он уже взрослый, пыталась схватить её.

Дома дед придирчиво оглядел Вовкину голову и, наверное, с досады сказал.

– Вот придётся теперь мне одному из всей семьи причёску под нуль носить.