Кладовая женских тайн

© Агафонова Л. Е., 2018

© Издательство «Союз писателей», 2018

© ИП Суховейко Д. А., 2018

Кристина

На озарённый потолок ложились тени,

Скрещенья рук, скрещенья ног, судьбы скрещенья.

Если бы мне предложили описать Кристину одной фразой, то первое, что пришло бы в голову, – абсолютно уверенная в себе, счастливая женщина.

Ей сейчас около сорока, у неё трое детей, любящий муж, успешный домашний бизнес. И она очень довольна своей жизнью.

Мы познакомились с Кристинкой в то беззаботное время, когда ещё можно увлечённо лепить куличики в песочнице. Нам было лет по пять, её отца перевели служить в наш город. Девочку приняли в детский сад, и она, едва появившись в группе, заявила, что у неё всё самое лучшее: юбочка, заколка, жвачки. Вот так сразу и однозначно.

Приехали Фирсовы из Чехословакии, где родилась их младшая дочь Оля. До этого семью помотало по просторам страны и за её пределами. Кристина появилась на свет в Магадане, а первые годы жизни провела в Улан-Уде. Глава семьи, Григорий Иванович, Гриня, как называли его окружающие, служил прапорщиком и обладал очень ценным для того времени качеством – умел «прибрать к рукам» всё, что плохо лежит. Фирсовы всегда хорошо питались, даже в девяностые годы, когда страна перешла на карточную систему.

Мама девочек, Валентина Александровна, родом из города невест Иванова. Познакомилась она с будущим мужем у родственников в гостях, когда Гриня пришёл в отпуск после окончания военного училища. Парень, недолго думая, начал ухаживать за приглянувшейся Валюшей. А та, с молоком матери впитавшая истину, что ивановские девушки кавалерами не разбрасываются, быстренько на всё согласилась, и из отпуска молодые уезжали уже вместе. Валентину не смутило распределение в далёкий Магадан и тот факт, что она не успела окончить техникум лёгкой промышленности в родном Иванове. Специальность «технолог-конструктор» Фирсова получила уже заочно, выйдя из первого декрета. Работала женщина периодически, меняя место работы одновременно с местом службы Гриши, но её это никогда не пугало, главное, что она была при муже.

В нашем городке работы для Валентины не оказалось, и, лишь когда старшую дочь отдали в первый класс, мать устроилась в соседнем посёлке на завод и в целом была довольна зарплатой и коллективом. Единственным минусом было то, что смены заканчивались поздно, и дочки после садика и школы были предоставлены сами себе.

Кристинка росла самостоятельной с раннего детства; как только родилась Оленька, так сразу и стала старшей и ответственной. В свои семь лет она забирала сестрёнку из садика, приводила домой, кормила ужином и развлекала до возвращения родителей. Оля росла капризной и избалованной, могла закатить истерику по любому поводу. Ей всё прощалось, так как девочка родилась слабенькой, до годика вообще было непонятно, выживет она или нет. Родители тряслись над Оленькой и Кристине внушали, что её нужно защищать, холить и лелеять.

Самое удивительное, что Кристина никогда не проявляла недовольства по этому поводу, не ругала сестру исподтишка и не спихивала с себя обязанности ухаживать за ней.

Когда девочку приняли в первый класс, к обязанностям Кристины добавилась проверка домашнего задания у сестрёнки. Оля ходила в школу неохотно, училась слабенько, но от неё родители и не требовали высоких отметок, тогда как от Кристинки ожидали только «пятёрок» и «четвёрок». Она и была твёрдой хорошисткой, но особо не перетруждалась. Мы просидели с ней за одной партой вплоть до девятого класса, и я уверена, что подружка могла бы учиться на все «пятёрки», если бы у неё было чуть больше времени на себя, ну или если бы возникло сильное желание.

Когда мы были классе в шестом, Валентина Александровна пришла работать в нашу школу, вела домоводство. Слушая её наставления, девчонки на уроках труда осваивали шитьё на допотопной ножной швейной машинке и вышивание крестиком. Женщина заочно окончила педагогический институт и наконец-то осела на одном рабочем месте. Кристинин отец к этому времени дослужился до пенсии и уволился из армии. Сколотил бригаду и занялся ремонтом квартир, благо руки у него были золотые, да и деньги считать Григорий Иванович умел.

Постепенно Кристинка полностью взяла на себя ведение домашнего хозяйства и присутствие матери на кухне воспринимала как досадную помеху. Меня, домашнюю девочку, очень удивляло и поражало умение подружки заниматься заготовками на зиму, варить клейстер для окон и печь какие-то многоярусные торты. Я, конечно, помогала маме, но это было, скорее, по настроению, а не в виде ежедневных обязанностей.

Девчонкой Кристина была крепенькой, среднего роста, с курчавыми, в отца, волосами. Могла за себя постоять да и сестру не давала в обиду. Если кто-то начинал хвастаться новой игрушкой, тут же перебивала его, всегда одинаково начиная фразу: «А вот у меня.» или «У меня лучше.». В детстве это очень раздражало, иногда доводило до слёз, изредка дело кончалось потасовкой. С Кристиной сложно было дружить, но нам с ней как-то удавалось ладить много лет. Нельзя сказать, что за годы знакомства мы стали лучшими подружками, но довольно близкими – это точно.

После девятого класса Кристина ушла в педагогический колледж. Я уже не помню, чем был обоснован её выбор, но явно не любовью к детям. К тому времени у неё уже была оскомина на младшую сестрёнку, ставшую с возрастом ещё капризней. Оля завидовала Кристине, причём абсолютно во всём. Тому, что та старше, что её отпускают на дискотеки, её волнистым волосам и широкой улыбке. Подруга быстро оформилась, к пятнадцати годам выглядела взрослой девушкой, с крупными миловидными чертами лица. Она не была красивой, но умела привлекать внимание парней.

В свои пятнадцать Кристинка чётко понимала, чего хочет от жизни. Прежде всего, она хотела оторваться от родителей, причём не когда-нибудь в далёком будущем, а сразу после школы. Причин для этого было хоть отбавляй. Самое главное – Кристине до ужаса надоело присматривать за вечно хнычущей Олей, которая хвостом ходила за старшей сестрой и, если Кристинка не хотела брать её с собой, тут же начинала ныть и бежала жаловаться родителям. По пятницам и субботам в городе были дискотеки, девчонки собирались группами и шли танцевать. Но какие уж тут танцы, если Олю нужно привести домой к девяти вечера, а потом ещё неизвестно, отпустят ли снова погулять.

А сколько гадостей противная Олька сделала сестре, когда тайком вытащила её дневник (тогда все девчонки обязательно вели дневники, куда записывали свои маленькие и большие секретики)! Она с радостью растрезвонила родителям, что Кристинка уже целовалась с Вовкой из параллельного класса и он её даже домой приглашал, но она пока не согласилась. Отец долго не раздумывал, запер старшую дочку на замок, и она весь август после восьмого класса ходила только на огород и в магазин. Кристина тогда долго сердилась на сестру и поставила себе цель поскорей сбежать из дома.

Кроме того, девочка понимала, что нужно получить образование. У них в семье не принято было сидеть на шее у старших и бить баклуши. Сёстры с детства знали, что деньги с неба не падают.

После колледжа поступить в вуз, например в педагогический, было гораздо легче, причём находились они в Таганроге, в паре часов езды от нашего городка. Можно было приезжать домой только на выходные, а значит, Кристина получала долгожданную свободу.

– Я как представлю, что не нужно будет каждый день Ольку контролировать, а она не станет лезть со своим нытьём, – мечтала она, – так готова хоть на край света уехать.

– А не страшно одной? – просыпалась во мне мамина дочка.

– Вот ни капельки. Ни грусти, ни тоски – сплошное раздолье! Как там в мультике: «Свободу попугаям!»

Поступила она с первой попытки, так же легко и училась два года. Но учёба была не главной целью, а только поводом и прикрытием для вольной жизни.

Кристина наконец-то была сама себе хозяйка. Можно было не готовить на всю семью, не заботиться о том, сделала ли Оля уроки. Мальчишек в колледже училось маловато, но в Таганроге был технический вуз, в котором как раз не хватало девушек. В общежитии, конечно, существовали свои правила и законы, и гулять по ночам студентам категорически запрещалось, но когда это молодёжь не находила лазеек для свиданий?

Некоторые девчонки из колледжа только и делали, что меняли кавалеров, но Кристина точно знала, что ей нужен не просто кавалер, а потенциальный жених, а потом и муж. Опять же сработали мамины наставления: девушка должна выйти замуж, только тогда она будет считаться полноценной. Серьёзных отношений Кристина не построила. Улыбчивая и манкая, она привлекала внимание парней, искусно флиртовала, милостиво позволяя приглашать себя в кино, провожать до общежития, но к телу не подпускала.

Приближалось время вступительных экзаменов в вузы. За годы учёбы в педагогическом колледже (а особенно после практики в младших классах) Кристинка ясно поняла, что учителем она быть не хочет. Совсем. Ни при каких обстоятельствах. Так что педагогический институт она отмела сразу. В Таганроге можно было попробовать поступить в «радик» – Таганрогский радиотехнический институт, но с техникой Кристина совсем не дружила. Подруга находилась в подвешенном состоянии. Всё решил случай. После выпускного вечера в колледже девушка приехала домой и на первой же дискотеке увидела Андрея.

Высоченный красавец, балагур, мечта всех девчонок, он окончил первый курс агрономического факультета, но почти не учился, а играл в футбол, сначала за команду агрофака, потом за команду вуза. В каждом учебном заведении всегда есть студенты, приносящие «очки» своей альма-матер: кто-то в олимпиадах, а кто-то в спорте. Андрей Бескозыркин как раз и проявил себя отличным футболистом. А вот выбранная под давлением родителей специальность его совершенно не интересовала. Отец Андрея работал главным агрономом в одном из крупных хозяйств в области, сам закончил сельскохозяйственный вуз, вот и пристроил сына, задействовав старые связи. Андрей ещё в школе бредил футболом, но отец сказал как отрезал:

– Получи сначала диплом, а потом гоняй свой мячик сколько угодно, но за свой счёт.

– Пап, ну зачем мне диплом агронома? Какой из меня семеновод или овощевод?

– Конечно, тебе футбольное поле милей засеянного пшеницей. Но кушать тебе, сынок, хочется каждый день, много и вкусно. Так что профессию получить надо. А через пять лет посмотрим, кто был прав.

Безусловно, отец надеялся, что «футбольная блажь» пройдёт, сын образумится и вернётся в деревню работать вместе с отцом. А пока Андрюха жил в своё удовольствие, менял девчонок как перчатки и не задумывался о будущем.

Кристина попалась в сети красавчика с первой же встречи. Это была самая настоящая любовь, со слезами и ревностью, с ночными слежками за любимым, который чуть ли каждую неделю приглашал новую девушку на свидание. Кристина привыкла добиваться своей цели, а чтобы привлечь к себе внимание парня, нужно было всё время находиться рядом.

В вузе, где учился Андрей, был недавно открыт экономический факультет, вот на него Кристина и решила подавать документы. «А что, – подумала она, – профессия чистая, женская, и никаких детей учить не надо». С цифрами Кристина ладила, экономить всегда умела, аккуратность и точность тоже были в её характере. Поступила она с трудом, проскочив по нижней планке проходных баллов. И учиться оказалось гораздо тяжелее, чем в школе и колледже. Но это было неважно, ведь девушка могла теперь каждый день видеть обожаемого Андрюшу.

Кристина, конечно, сначала потеряла голову от любви, пару месяцев видела всё в розовых красках, мечтала, что Андрей упадёт к её ногам и они всегда будут вместе. Однако первый порыв прошёл, природная рассудительность взяла верх, и девушка стала искать, чем бы зацепить любимого так, чтобы его интерес не испарился через пару недель, как это происходило по одному и тому же сценарию с другими девицами.

И Кристина придумала. Для начала она подружилась с девчонками из общежития агрономического факультета, чтобы её беспрепятственно пускали к ним в гости. А с этим было строго, в вузе блюли нравственность студентов, все посетители должны были отмечаться в журнале, но, конечно же, к девчонкам её пропускали без проблем. Следующим пунктом плана по завоеванию объекта обожания было близкое знакомство с той компанией, в которой чаще всего развлекался Андрей. Это потребовало некоторых усилий, но располагающая улыбка и природная харизма девушки сыграли на её стороне: Кристина стала своей в новой компании.

Ну а дальше девушка использовала основной козырь: она стала приносить в общежитие домашние кулинарные шедевры. Что-что, а готовить девушка умела так, что пальчики оближешь. Кто из голодных студентов сможет устоять перед тазиком «Оливье», заливной рыбой и нежнейшим «Наполеоном»? Поначалу Кристина угощала всю компанию, не выделяя никого. Влетела ей такая кормёжка в копеечку, съедалась вся небольшая стипендия девушки, но она сознательно пошла на расходы. И добилась своей цели – Бескозыркин обратил на неё внимание. Ну а дальше – дело техники: огромные кастрюли поменялись на небольшие салатники, тортики стали маленькие, но разные, и как-то так получалось, что приходила Кристина как раз тогда, когда Андрей был в комнате один. А поскольку девушка симпатичная, хозяйственная и не капризная, Андрей и не устоял, стал ухаживать и всё чаще скучал, когда Криска, как он её называл, долго не заглядывала. А девушка стала брать паузы в своих визитах, видя, что золотая рыбка заглотила наживку.

Через месяц ребята уже встречались, причём инициатива якобы полностью исходила от Андрея. Наивный, он и не предполагал, что стал частью хорошо продуманного плана. Правда, со всей этой «рыбалкой» Кристина совсем запустила учёбу и после первого курса чуть не вылетела из института за «хвосты». А тут ещё её планы стали рушиться. Девушка по неопытности забеременела, испугалась, сразу же сказала любимому и начала настаивать на том, что нужно срочно жениться. Андрюха струсил, кинулся к родителям. Одно дело – гулять в своё удовольствие, заводить необременительные связи, а другое – обзаводиться потомством. Вешать себе хомут на шею парень не хотел, а что делать в такой ситуации, не знал. Отец сразу же приехал в институт, посмотрел на Кристину, расспросил, кто её родители, мило побеседовал, а сыну сказал: «Никакой свадьбы! Пусть делает аборт! Вот тебе деньги, и чтобы больше я о женитьбе до пятого курса не слышал. Предохраняться не пробовал, Дон Жуан недоделанный? Так начинай!»

Андрей промаялся пару дней и вызвал Криску на свидание. Она летела на крыльях за предложением руки и сердца, а получила неожиданный настойчивый совет избавиться от ребёнка.

– Ты пойми, – говорил любимый, – куда нам малого? Мы ещё сами молодые, не видели жизни. Кто нас кормить будет? Мои предки сказали, что сразу перестанут спонсировать.

– Мы сможем подрабатывать, – робко вмешалась Кристина.

– Ой, Криска, ну кто – «мы»? Ты предлагаешь мне по вечерам вагоны разгружать? Так я не готов к этому. У меня тренировки каждый день. И, кстати, ты не только подрабатывать, ты даже учиться не сможешь, придётся с ребёнком сидеть.

– Ну как-то же другие девчонки справляются. И рожают, и доучиваются.

– Как же, справляются они! – фыркнул Андрей. – Скинут малыша на деда-бабку, вот тогда и учатся. Твоя мать согласится работу бросить ради внука?

– Наверное, нет, но я же не спрашивала.

– Можешь и не задавать глупых вопросов, и так понятно. Она у тебя не пенсионерка даже. Чего б ей дома рассиживаться?

– А твои родители?

– Даже не рассчитывай на них, – разозлился Андрей. – И, вообще, Криска, ты подумай, ну разве можно жить с ребёнком в общаге?

Парень произнёс подготовленные аргументы, сунул девушке деньги и на все её возражения привёл веские, как ему казалось, доводы.

– У нас всё будет как раньше, как только ты избавишься от живота, – бросил он напоследок и ушёл.

Обратиться за помощью к родителям Кристина не могла, пришлось ехать в Таганрог к подружкам по колледжу и там искать гинеколога. Поиски заняли почти месяц, у неё оказалось что-то со свёртываемостью, врачи пугали девушку тем, что первый аборт в её положении может быть опасен. Но Кристина приняла решение: ей нужен Андрюша, а ребёнок без него точно ни к чему. В назначенный день она уехала якобы на день рождения подружки, сделала аборт и через день вернулась. Андрея Кристинка всё это время не видела: не хотела показываться любимому на глаза бледной и замученной.

Оправившись после поездки, девушка пошла в общежитие без приглашения и предупреждения. Открыв дверь в комнату, Кристинка увидела, что её Андрюша целуется на кровати с другой девушкой, и застыла изваянием на пороге. Она ждала оправданий или хотя бы объяснений, но услышала только равнодушное: «Стучать надо». Девушка выскочила из общежития как ужаленная, долго бродила по улицам городка, пытаясь успокоиться и найти оправдание поступку любимого. На следующий день Кристина подкараулила Андрея после лекции, хотела выяснить отношения, срывалась и плакала, а он безучастно говорил, что разлюбил и вообще.

– Ты пропала на целый месяц, что ж мне теперь – в монастырь уйти?

– Но я же по твоему совету избавилась от ребёнка!

– Так ты сама прошляпила и залетела, нечего меня в это дело втравливать, – цинично добавил Андрей.

Так закончилась первая взрослая Кристинина любовь.

Сильный характер девушки не позволил ей раскиснуть, а природная гордость уберегла от слёз в жилетку подружкам. Как же – у неё, у Кристинки, не может быть ничего плохого, у неё же всегда всё самое лучшее! И знакомым она преподнесла совсем другую историю о том, что Андрей оказался ни на что не годным в постели, вот и бросила она его. К счастью, эти рассказы не дошли до Бескозыркина, к тому же парень был занят исключительно своей персоной и тренировками, а «любовные игры» с Кристиной оказались настолько незначительным для него эпизодом, что он не стал никого посвящать в реальную причину разрыва. Для Андрея важным было лишь то, что не нужно жениться, а уж девушки для развлечений всегда найдутся. Скучал он первое время только по Крискиной стряпне, но быстро утешился и, казалось, искренне не понимал, почему бывшая подружка с ним не здоровается и больше не появляется в их компании.

Девушка взялась за учёбу, ведь за время сердечных терзаний она многое пропустила, скатилась на «троечки», и ни о какой стипендии не могло быть и речи. Родители, полагаясь на то, что старшая дочка давно самостоятельная и разумная, не вникали в её учёбу. Отсутствие стипендии Кристины они не заметили, девушка нашла подработку: по выходным убирала в доме у одной обеспеченной дамы. Этот факт она тщательно скрывала, стыдилась и комплексовала, да и хозяйка дома тоже не афишировала, что платит за уборку. Ни к чему было знать соседям, что в семье водятся лишние деньги. Конечно, в нашем маленьком городке сложно было что-то скрыть, через какое-то время правда вышла наружу, но Кристина уже выровняла учёбу, снова стала получать стипендию, и необходимость в унизительной для неё работе отпала.

В конце второго курса Кристина случайно попала в группу студенческой самодеятельности. Её подруга участвовала ещё с первого курса, была в восторге и как-то затащила Кристинку на репетицию. Девушке понравилась непринуждённая атмосфера и весёлая компания, и она осталась, быстро влившись в коллектив. Студенты каждого факультета по давней вузовской традиции готовили программу и участвовали в конкурсе «Студенческий горизонт». Кристина неплохо танцевала, хорошо держалась на публике, и яркое закулисье художественной самодеятельности ей было по душе. Ребята подобрались заводные, творческие, амбициозные, всё свободное время отдавали подготовке к конкурсу. За пару месяцев сдружились не только со своей группой, но и с конкурентами с других факультетов. Гадостей друг другу не делали, костюмы не резали, аппаратуру не портили. Состязание проводилось честно, под неусыпным контролем жюри из ректората, и, как правило, все оставались довольны результатами.

Уже на репетициях Кристина обратила внимание на парня с технологического факультета, всегда улыбающегося и готового помочь. Он тоже поглядывал на бойкую девушку, они здоровались, сталкиваясь в коридорах, но не были близко знакомы. Кристина знала только, что Костя Пономарёв тоже учится на втором курсе и встречается с девушкой с ветеринарного факультета.

На вечеринке после выступления последней команды и объявления победителей конкурса все ребята перезнакомились, никто не держал зла на технологов, занявших в этот раз первое место. По традиции победивший факультет устраивал розыгрыши и конкурсы для остальных команд. Технологи оказались большими выдумщиками, и вечеринка затянулась до утра. Несмотря на алкогольные напитки, молодёжь вела себя прилично, никто не буянил и не дрался, как это часто бывает, когда собираются конкуренты.

Ранним утром, уставшие, но довольные, все стали расходиться. По случаю конкурса и последующих выходных студентам разрешили немножко нарушить правила и не возвращаться в общежитие к двенадцати ночи.

Как-то получилось, что Кристина и Костя оказались в одной группке, а потом и вовсе остались вдвоём, когда парочки стали отставать и уединяться.

Юноша галантно предложил проводить Кристинку до дома, она с милой улыбкой согласилась, но дорога оказалась длиннее, чем думали ребята. Они разговорились, нашли много общих тем; и поэтому, в очередной раз подходя к подъезду Кристининого дома, опять сворачивали на тропинку и продолжали гулять.

– А ты как в самодеятельности оказалась? Я тебя раньше не видел.

– Подружка заразила: как вечер, так она срывается и бежит к своим танцорам-юмористам. Любопытно стало, зашла на огонёк и осталась.

– А я на первом курсе сразу попал в команду, меня ребята со старших курсов затащили. Увидели на дискотеке, как я рок-н-ролл танцую, и привели под белы рученьки. А ты, кстати, классно танцуешь.

– Я самоучка, мама говорит, у меня врождённое чувство ритма.

– А чем ты увлекаешься?..

– А у тебя сестры или братья есть?..

Вопросы не заканчивались, ребятам всё было интересно узнать друг о друге.

Только когда на улицах городка стали появляться первые прохожие, они попрощались и разошлись.

С этого дня Костя с Кристиной регулярно сталкивались в учебных корпусах, пересекались в общей тусовке художественной самодеятельности. Молодой человек очень нравился Кристине, но, наученная горьким опытом отношений с Андреем, она никак не показывала этого. Тем более что у Кости была девушка Света, с которой он встречался уже давно. Парень вообще вызывал симпатию девчонок. Он не был красавчиком, но его обаятельность, вежливость и умение смущаться как магнитом притягивали противоположный пол. А уж когда он отрастил русый волнистый чуб и загорел после летней практики, девчонки головы сворачивали, завидев его на улице.

Кристина тоже явно понравилась Косте, она казалась ему лёгкой в общении, жизнерадостной и открытой, в отличие от его подруги, которая чаще всего молчала, хмурилась и обижалась на всё подряд. Но со Светкой Костя познакомился ещё в школе, они вместе поступали в вуз, их отношения одобрили родители и намекали на свадьбу. С одной стороны, Костя довольно быстро понял, что со Светой сложно быть вместе, нужно подстраиваться под её непростой характер. С другой – дружба с красивой девушкой льстила ему, с ней было приятно показаться в компании – все парни завидовали Косте. Светлана, несмотря на отсутствие улыбки, была обворожительна. Темноволосая, зеленоглазая, стройная, как тростинка, она очаровывала своим мелодичным голосом. Только близкие знали, какие гадкие слова может произносить эта милая девушка, если её что-то не устраивает. Света была замкнута, ей был по душе тот маленький мир, где находилась она и близкие люди, а Костя, очень общительный и компанейский, начинал скучать и рваться на волю. Так он попал в художественную самодеятельность, сбежав от красавицы Светланы.

Кристина всё это потихоньку разузнала, понаблюдала за отношениями Кости и Светы и… решила отбить парня. Тем более что он и сам был не против. Подвернулся очень удобный случай.

Было жаркое лето, студентов отправили на практику в колхоз собирать урожай и приобщаться к сельскому труду. Кристина заранее узнала, в какой поток попадает Костя (а студенты выезжали группами, независимо от факультета), и сделала всё, чтобы отправиться в одно время с ним. Кроме того, она «почти случайно» узнала, что Светлана никогда не ездит в колхоз. Девушка представляла медицинские справки и проходила практику в деканате.

Приехав в деревню, студенты, как обычно, были распределены по домам местных жителей, но через неделю практически все переселились в палатки на берегу небольшой речки, протекавшей рядом. Здесь хотя бы ночью было прохладно. Лежишь себе и глядишь на звёзды (а если ещё не в одиночестве) – романтика! Утром практикантов на машине увозили в вишнёвые сады собирать урожай. Дневная норма была большая, но в компании работа проходила весело, к концу дня все были перемазаны вишнёвым соком и с хохотом и визгом ныряли в речку.