Дочери белого дерева. По следам на снегу

Глава 2. Община

Белое дерево источало призрачный свет.

– Не страшно тебе? – спросил женский голос.

Передо мной стояла молодая женщина с белыми волосами, будто наспех стянутыми лентой.

Я покачала головой. Я знала, кто она.

– Эх, сестрицы, не о том волнуетесь! – прозвенел веселый голос, и из-за ствола дерева появилась другая, совсем молоденькая девушка с такими же волосами, но до плеч. – Вам бы какого сына царского себе присмотреть, а там глядишь – и замуж позовет. А оттуда рукой подать до трона да короны…

Она протянула худую бледную руку, будто желая схватить что-то, витающее в воздухе.

– И что с того? – услышала я свой собственный голос. – В платье рядиться да жемчугами хвалиться! Не о том мечтаю.

Девушка улыбнулась, сочувственно и жалостливо. Другая покачала головой, совсем как я.

– Что у тебя на уме, не пойму, – сказала она. – Только кажется мне, затея эта гиблая…

Я проснулась посреди ночи. Таких странных и в то же время связных снов мне не снилось уже давно. К чему бы это? В комнате было душно и жарко, и я, наспех одевшись, вышла в сад. Ночь стояла тихая, ни ветерка. Где-то поодаль шлепнулось на землю яблоко. Я посмотрела на небо, усеянное крупными звездами. Никогда еще оно не было таким прекрасным и чистым. Глубокий сапфировый цвет его не скрадывали облака, а серебристые точки, складывающиеся в причудливые созвездия, горели так ярко, что я невольно залюбовалась. Мокрая от росы трава намочила мою юбку, и я вернулась в дом, бесшумно поднялась по лестнице и проскользнула в нашу с Менхуром комнату. Маг спал, положив руку под смятую подушку. Я разделась, на цыпочках подошла к окну, осмотрела его и, наконец, нашла щеколду. Попробовала открыть, но оно поддалось не сразу. В конце концов оно со скрипом открылось наружу, образовав щелку шириной в несколько сантиметров у подоконника, на который просыпалось немного трухи. Я зафиксировала окно в таком положении и, удостоверившись, что теперь в комнату начал поступать свежий воздух, легла спать.

Утром Менхур вызвался пойти со мной на рынок, находившийся недалеко от главной площади. Улица, ведущая к ней, была недавно подметена, весь мусор убран. Сонные торговцы выкладывали товар на прилавки: тяжелые рулоны тканей, посуду, цветы и многое другое. Я прошла мимо кованых подсвечников и деревянных кадок, обогнула прилавок с вязаными шалями и остановилась у цветочных горшков, расписанных разными узорами.

Менхур пошел к прилавкам с едой и, пока выбирал там что-то, я осмотрелась потщательнее. Женщина в коричневом фартуке сбрызнула и поворошила пучки зелени, а рядом с ней другая пододвинула головку сыра поближе к покупателям. Менхур коротко переговорил с ней о чем-то, кивнул и перешел к ее соседу слева, торговавшему мясом.

У соседнего прилавка стоял полный мужчина, придирчиво вертя в руках окорок внушительных размеров. Решившись, наконец, он вынул несколько монет, слабо блеснувших на ладони, и с тихим звоном пересыпал их в руку продавца. Очевидно, ему полагалась сдача, потому что продавец незамедлительно полез в привязанную на пояс крошечную сумку и выудил оттуда пару медяков. Толстяк отвернулся от прилавка, чтобы пересчитать деньги, и столкнулся нос к носу с Менхуром.

– Менхур! – ошеломленно раскрыл он рот, и сдача тут же перестала его волновать. Он торопливо сунул ее в карман и живо огляделся. – Вот так встреча!

Маг недовольно поморщился, но так, чтобы этого никто не заметил, будто толстый мужчина говорил слишком громко, и это его беспокоило. Он решил не отвечать на приветствие и просто ждал, что скажет собеседник.

– Ты здесь проездом? – мужчину, казалось, это ничуть не смутило. – Пойдем, пойдем.

Он попытался взять мага за рукав. У меня появилось стойкое ощущение, что толстяк откуда-то его знает и рад встрече. Он продолжал тянуть, и Менхур вынужденно пошел за ним. Мне пришлось последовать тоже.

По дороге толстяк поздоровался и пожал руки половине Берсареда, а другой половине, находившейся вне досягаемости, просто кивнул. Мы подходили все ближе и ближе к зданию магической общины, наш странный провожатый уже положил руку на позолоченную ручку двери, во второй руке все еще сжимая окорок, и секунды спустя мы оказались внутри богато украшенного помещения. Пожалуй, оно могло легко соперничать с дворцом Ютана по убранству и даже оставить его далеко позади. Здесь был небольшой фонтан, окруженный птицами, натертый до блеска пол, картины от пола до потолка, изображавшие каких-то богачей на отдыхе, вазы из цельного куска камня, ковры с узорами, мебель с инкрустацией, а в приемной стоял круглый игровой столик с полностью каменной столешницей, на которой были разложены цветные фигурки и карточки. За массивным письменным столом сидел хозяин кабинета – пожилой упитанный маг в расшитой золотом фиолетовой накидке.

– Менхур! – удивленно воскликнул он, и его седеющие брови поползли вверх. – Вот уж не думал, что мы еще раз встретимся. Конечно, надеялся, но не ожидал, не ожидал.

– Эверрен, – сухо поздоровался Менхур.

– Он самый, – голос мужчины стал лебезящим, он поднялся, чтобы пожать руку магу, и я про себя отметила, что он вряд ли перетруждался на работе, судя по округлостям фигуры. – Иоссар, позови остальных! Может, партеечку? Пока ждем.

Он указал на столик. Менхур нехотя присел на краешек стула. Про меня все будто забыли. Было даже непривычно, что столько внимания уделяется кому-то другому, а не грозной ворожее-властительнице жизни и смерти, или как там думают местные.

Игра мне понравилась, но я так и не поняла правила, глядя на процесс со стороны. В ней участвовали несколько типов фигурок: персонажи, у каждого из которых был свой набор умений, колодцы, которые нужно было строить или захватывать у соперника и которые производили энергию, необходимую для сотворения «заклинаний», и карточки с самими заклинаниями, тщательно перемешанные перед началом партии. Сперва игроки по каким-то особым правилам разыгрывали, кому какие фигурки достанутся, а потом фигурки ходили по очереди и сражались. Целью игры было уничтожение всех фигурок оппонента. Эверрен бойко начал, но к середине партии заметно сдулся, его толстые пальцы, унизанные кольцами, рассеянно блуждали над столиком, ища способ поправить плачевное положение на поле боя.

– Ладно-ладно, я согласен на ничью, – со смешком предложил он, и, хотя Менхур явно выигрывал, он кивнул и отодвинулся от столика.

В комнату вошли два других мага, все богато одетые и вальяжные.

– Что случилось, Эверрен? – спросил один из них, настолько высокий, что становилось страшно за его позвоночник.

– А то ты не видишь, кто к нам пожаловал, – буркнул Эверрен, сметая фигурки в коробку, пока никто не заметил его позор. – Это Менхур!

– О! – долговязый замер на мгновение, потом рысью подбежал к нам и протянул руку. – Линнхам, очень приятно. А это Сегт.

– Мы уже знакомы, – отозвался Сегт, подходя.

– Мы – нет, но, тем не менее, я наслышан, – продолжал Линнхам.

– Где же остальные? – нахмурился Эверрен.

– Полагаю, еще не проснулись, – пожал плечами Сегт.

Тут дверь приоткрылась и пихнула его в спину. В проеме показалось заспанное круглое лицо.

– Проходи-проходи, Барнсваг, – замахал руками Эверрен.

Барнсваг зашел, а за ним – крепкий мускулистый мужчина с копной светлых волос.

– Халсар, – с порога представился он.

– Менхур, – мой знакомый выглядел хрупким по сравнению с богатырем Халсаром в шелковой накидке, похожей на халат.

Богатырь переглянулся с Эверреном, и тот еле заметно, но многозначительно кивнул, и Халсар почтительно попятился, будто такой многоуважаемой личности, как Менхур, нужно было больше места.

– А где же Саайтерт? – засуетился Эверрен. – Дело-то ведь важное!

– Я здесь.

Никто не видел, когда в приемную вошел худой как щепка мужчина с седыми усами и бородой. Его усталое вытянутое лицо мало что выражало, но все равно его черты были приятными.

– Вот и отлично! – Эверрен хлопнул в ладоши и подошел к Менхуру. Саайтерт покосился на игровой столик.

Эверрен завел пространную речь о том, как он рад встретиться с таким талантливым магом, как Менхур, и что многие из магов общины уже лично с ним знакомы и могут подтвердить, что иметь такого друга – особое удовольствие, которое мало кому доступно. Потом он спросил, где Менхур жил в последнее время, и услышав ответ, рассмеялся, сказав, что рад за Ютана, но не от чистого сердца. Пока он говорил, я разглядывала приемную. Со всех стен на меня смотрели портреты мужчин в дорогих мантиях. Кто-то был молод, кто-то совсем стар. Кто-то добродушно улыбался, держа в руках кубок, кто-то хмурил брови, сжимая рукоять меча, а кто-то сидел, откинувшись на спинку кресла.

– Это портреты всех магов, защищавших Берсаред когда-то, – услышала я голос Саайтерта, заметившего, что я глазею по сторонам. – Они были первыми, кто откликнулся на зов жителей города.

– А это – Вы? – я кивнула на одно из изображений, на котором молодой, но уже уставший Саайтерт стоял, опираясь на колонну.

Маг кивнул в ответ.

– Не сочти за дерзость, Менхур, – продолжал Эверрен со смешком, – но раз ты говоришь, что больше не служишь Ютану, то мы готовы предложить тебе остаться в Берсареде и присоединиться к нам. Думаю, никто не против.

Все охотно закивали.

– Всяко лучше, чем жить у травницы Кассии, – снисходительно улыбнулся Барнсваг.

– Посмотри на нас, – подхватил Халсар, – мы ни в чем себе не отказываем. Жители нас любят и щедро благодарят за покровительство. Реальной же угрозы городу не было уже очень давно. Прошли времена борцов с нечистью. Но грядут времена не менее интересные…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.