- -
- 100%
- +
© Алексей Валентинович Агеев, 2026
ISBN 978-5-0070-8960-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Введение
Мне уже шестьдесят три года. Жизнь пролетела, но остались воспоминания. Одни из самых важных и ярких для меня — воспоминания о времени, проведённом в сибирской тайге. Почти на тридцать лет тайга стала моим другом. Я влюбился в неё и, через какое-то время навсегда попрощался с Москвой и уехал жить в таёжную деревню. Все эти годы я изучал различные промыслы, таёжные законы. Пришлось учиться общению с таёжным народом. Со временем, я стал для них своим — «таёжником».
Тайга — это огромный живой организм и он принял меня. Я не боялся уходить в одиночку в любое время года на десятки километров от цивилизации и чувствовал себя в тайге как дома. Сейчас здоровье уже не позволяет бродить с рюкзаком по таёжным тропам. Иногда я включаю компьютер и просматриваю снимки с потрясающими пейзажами, которые сделал в разные годы. Вспоминаю ночёвки у костра или в таёжных избушках, запах костр. Душа и отдыхает и тоскует.
Несколько лет назад я случайно нашёл потрёпанный блокнот, который уже давно считал утерянным. Это мой дневник, написанный во время первого путешествие «диванного мальчика» в этот удивительный, загадочный и, порой, опасный таёжный мир. Я читал свои записи, и было ощущение, что снова вернулся в то время. Словно это было вчера.
Глава 1. Собираемся в путешествие
Первый раз в жизни я собираюсь в путешествие на край Земли — в Сибирь, если точнее, то в сибирскую тайгу. Зовут меня Алексей. Мне тридцать один год. В связи с переменами в стране я оказался без работы. Люди с высшим образованием стране на данный момент оказались не нужны. Приходилось торговать на рынке вьетнамскими тапочками, сникерсами и прочим ширпотребом. Иногда таксовал по Москве на стареньком «Москвиче». Всё это мне порядком надоело, и я с радостью узнал о возможности изменить, хотя бы на время, свою однообразную скучную жизнь.
Еду я не один. Рядом со мной будет надёжное плечо товарища. Во всяком случае, хочется верить, что оно действительно окажется надёжным в трудных ситуациях. Евгению, моему спутнику, сорок четыре года. Он невысокого роста, плотного телосложения, неразговорчивый и очень энергичный. Женя романтик до глубины души. С детства обожает путешествия и особенно он любит Сибирь.
Именно он соблазнил меня на поездку в Саяны, обещая, что покажет настоящие, нетронутые цивилизацией места. По его плану, в тайгу мы зайдём в республике Тува, а выйдем из неё в Иркутской области в таёжной деревне Аршан. Нам придётся преодолеть большое расстояние по горам Саян. Женя меня сразу предупредил, что это будет не лёгкая прогулка в парке, а серьёзная экспедиция. Я трудностей не боялся и был уверен в своих силах. Здоровье прекрасное и физической силой Бог не обделил. Хотя, возможно, я преувеличиваю свои возможности. В городе я научился выживать, но с дикой природой дело ещё не имел.
Своего напарника я знаю всего три месяца, но почему-то доверяю ему полностью. Возможно, немалую роль в этом сыграли рекомендации, полученные от людей, которых я знаю очень хорошо. О нём говорили как о человеке честном и надёжном, но предупредили, что характер у моего будущего напарника очень сложный. Женя человек неординарный. Один раз я лично убедился в том, что он обладает необычными способностями. После визита к стоматологу я пришёл к нему с дикой болью. Женя сделал несколько движений рукой возле моего лица и боль исчезла.
Женя принципиально нигде не работает и считает, что его предназначение в этом мире иное: поиск новых энергий, овладение новыми знаниями о мироздании, которыми он должен поделиться с человечеством. Я не очень верил во всю эту чепуху, но каждый человек имеет право на свои взгляды и увлечения. Просторные и бесчисленные стеллажи, размещённые во дворе Жени заполнены вещами, когда-то выброшенными людьми. Для заготовки «ценного» материала он организовывает экспедиции на близлежащие свалки. Именно из найденных там железок, склянок и прочей дребедени Женя изготавливает всякие хитроумные штуки для получения новых энергий. Для этих целей у него во дворе построен небольшой сарайчик, именуемый лабораторией. Признаюсь честно: штуки видел, но проявления энергий не наблюдал.
Сегодня 30 июля 1994 года и этот день выдался нелёгким. Необходимое снаряжение и продукты закуплены заранее. Необходимо всё это только упаковать в огромные рюкзаки. На самом деле, задача эта не такая простая, как кажется. Мы ещё раз тщательно перебрали вещи, сверяя каждую с длинным списком. Как сказал Женя, даже верёвочка, забытая дома, в тайге создаст проблему. Важна каждая мелочь!
В процессе подготовки к поездке у меня возникло много вопросов к Жене по поводу некоторых вещей, которые он намеревался взять с собой. Например, зачем мы берём эти непонятные штуки, состоящие из кусков толстого стекла, железных трубок, проводов? Весили они немало, а ведь это придётся тащить на своих плечах сотни километров! Но Женя упорно не хотел выдавать тайну:
— Ты, Алексей, очень «приземлённый» человек. Тебе мои замыслы не понять!
Меня беспокоил вопрос комфорта:
— Женя, а спать в тайге на чём будем?
— Найдём на чём! Там мох везде растёт. Мягко будет. Нет места для матрасов и одеял. Носильщиков у нас нет и, всё придётся тащить на своих плечах.
Мох — это хорошо, но я положил в свой рюкзак тонкий плед из чистой шерсти.
Нашли свои места в наших рюкзаках пять зубил, два молотка и кирка. Дело в том, что наша поездка планировалась не только как познавательная для меня, но и как способ заработать деньги на драгоценных и полудрагоценных камнях. Женя сказал, что в Саянах их много. Поэтому перечисленный инструмент нам был крайне необходим. Много места заняли надувные подушки из прорезиненной ткани. Женя клеил их долгими зимними вечерами. Сказал, что это главные элементы нашего транспорта для передвижения по горным рекам. Этот транспорт почти безопасен на опасных горных реках. Я немного заволновался:
— Мы ещё и по горным рекам будем сплавляться? Я такое видел только по телевизору! И что значит — почти безопасно?
— Вот тебе представилась возможность самому испытать незабываемые ощущения. Я говорил, что не в парк едем, а в настоящую тайгу. А опасность подстерегает человека везде. Даже в городе, — улыбнулся Женя.
Мне было совершенно не понятно, как можно выжить в тайге с таким мизерным количеством продуктов в течение месяца! Для всяких железок место нашлось, а для лишней банки тушёнки места нет. Женя меня успокаивал, говоря, что тайга нас накормит. Каким образом? У нас не было даже рогатки, что бы добыть ту же птицу. По всем признакам, получается, что большую часть времени мы будем питаться корешками и травами? Весело!
Когда укладывали последние вещи, я уронил свой фотоаппарат марки «Эликон» на пол. В результате необходимая в путешествии вещь перестала выполнять свои функции. Фотоаппарат вместе с пятью фотоплёнками придется оставить дома. Взял только блокнот с карандашами. Я понимал, что предстоит увлекательное путешествие и хотелось запечатлеть хотя бы на бумаге всё, что будет происходить. Ближе к вечеру сборы были закончены. Завтра в путь!
Глава 2. Наконец-то едем!
Сегодня 31 июля — день нашего отъезда, который мы с нетерпением ожидали почти два месяца. В этот тёплый летний вечер пространство перед многочисленными платформами вокзала было заполнено огромной массой людей. Кто-то ожидал посадки на поезд, кто-то встречал родственников, друзей. Словно ножом, разрезая своими тележками толпу людей, бегали носильщики.
— Дорогу! Дорогу! — то и дело раздавались их грозные окрики.
Периодически прибывали новые составы или объявляли посадку на отправляющийся поезд. В такие моменты толпа оживлялась и напоминала собой бушующее море. Главная задача — это уцелеть в этом хаосе и вовремя увернуться от тележки носильщика, сумки невероятных размеров и просто толпы, увлекающей за собой любого зазевавшегося растяпу. Умные люди, которые пока никуда не торопились, старались спрятаться от стихии в каком-нибудь укромном уголке, наблюдая со стороны всеобщую суету. Так же поступили и мы.
Любому туристу, путешественнику знакомо состояние эйфории, когда после долгих месяцев ожидания и подготовки к путешествию наступает торжественный час отъезда. Остались позади унылые и однообразные будни. Впереди предстоит отдых, встреча с природой, новые ощущения. В такой момент не знаешь — верить случившемуся чуду или это всего лишь сон? Подобные ощущения в этот момент испытывал и я.
Мы нетерпеливо поглядывали на электронное табло, где отображалась информация об отправляющихся поездах, и иногда перебрасывались фразами. Я пододвинул поближе к товарищу свой рюкзак и сказал, что схожу за сигаретами. Женя воспротивился:
— Нет! Скоро объявят посадку. Да и курить пора бросать. Как дитё тянешь в рот всякую дрянь.
— Я всё-таки схожу, — ответил я, и пошёл искать ларёк.
На некоторое время у меня испортилось настроение и, появилась мысль, что если Женя дома, пытается меня «построить» то, что будет там, в тайге? Ведь совсем «съест»! По своему характеру я очень не люблю кому-то подчиняться. Понятно, что на работе никуда от этого не деться, но в данном случае поведение напарника вызывало в душе протест.
Вскоре диктор объявила посадку на поезд Москва — Абакан. Пройдя билетный контроль у проводника, мы заняли свои законные нижние полки. Путь предстоял долгий — более трёх суток. Поэтому мы побеспокоились о том, чтобы ехать с комфортом и билеты приобрели заранее.
Поезд отправился в назначенное время. Впереди предстоит несколько суток жизни в вагоне. Я еду навстречу неизвестности. Немного страшновато и в то же время душу волнует ожидание новых ощущений. Сейчас у меня появилась возможность увидеть настоящую сибирскую тайгу, с которой до этого я был знаком только по книгам, фильмам и рассказам людей, которым удалось побывать в этих удивительных и таинственных местах. В детстве я любил лимонад под названием «Саяны». Напиток был очень вкусный и этикетка красивая. Уже тогда горный пейзаж, который был на ней изображён, вызывал в моей душе какое-то волнение. Теперь Саяны я увижу своими глазами.
Я с детства люблю поезда. Моя мама без меня не проводила ни одного отпуска. Мы объехали почти полстраны, но ехать трое суток подряд для меня было непривычно. В течение всей дороги постоянно менялись соседи. Завести дружбу, и поговорить по-душам было не с кем. Женя свою жизненную энергию на разговоры даже со мной старался не тратить. Оставалось только смотреть в окно или спать. Выручали остановки на станциях, когда можно было выйти из вагона, размяться и подышать свежим воздухом. Каждый день мы изнывали от невыносимой жары и духоты. Облегчение наступало лишь к вечеру, когда солнце пряталось за горизонт. Кроме жары меня тяготило чувство недоедания. Женя оказался очень прижимистым напарником. Его экономность граничила со скупостью.
Дело в том, что деньги на поездку он взял у одного из своих знакомых под обещание, что на выданную сумму мы привезём драгоценные камни. Поэтому кассой заведовал Женя, а у меня собственной наличности не было совсем. Всё, что удалось заработать до отъезда, я потратил на необходимое снаряжение. Очень неприятное ощущение быть бедным сиротой и находиться у кого-то на иждивении!
Питались мы очень скудно, выходя из-за стола с чувством голода. Всё, как советуют врачи! Наше меню состояло в основном из сухого корма, в который нужно было «только добавить воды». В это время соседи с аппетитом употребляли всевозможные вкусности. В вагоне витали запахи копченой колбасы, курицы и прочих деликатесов, которые раздражали моё обоняние. Как я завидовал мальчику с бокового места по имени Миша, которого мама пыталась всю дорогу чем-либо накормить! Усыновила бы она меня хоть на время дороги! Я был бы очень послушным сыном!
К концу первых суток поездки я стал замечать изменения, которые стали происходить с моим товарищем. Матрас и постельные принадлежности лежали свёрнутыми. Он ни разу ими не воспользовался, ночуя на голой полке. Полотенце так же оказалось не у дел. За сутки Женя ни разу не умылся. Я мучился в догадках, наблюдая за ним, но спросить о причине непонятного поведения стеснялся. Наверное, тренируется переносить тяготы походной жизни. Пусть делает, что хочет. Лишь бы голодом не морил!
На третий день пути Женя расщедрился и, наконец-то, на одной из станций купил мелкую вареную курицу. На мой вопрос, по какой цене здесь продают голубей, он обиделся и ответил, что я могу отказаться от своей порции. Этого я сделать не рискнул! Кто знает, когда у моего товарища вновь проснётся щедрость?
Глава 3. Привет Хакасия и Тува!
4 августа в 6—00 утра по местному времени поезд прибыл на вокзал города Абакан, столицы республики Хакасия. Этот город для нас был промежуточным пунктом. Из Абакана нам необходимо добраться до города Кызыл, столицы республики Тува, преодолев четыреста пятьдесят километров на автобусе. Иной транспорт, по словам Жени, туда не ходит. Оставив меня охранять рюкзаки, Женя помчался в здание вокзала покупать билеты. Если не повезёт, то следующий автобус отправится только после обеда. Сидеть полдня на вокзале, охраняя рюкзаки занятие малоприятное. Минут через двадцать я увидел Женю, выходящим из здания с весёлым лицом и с зажатыми в руке билетами. Повезло!
Старенький потрёпанный «Икарус» не спеша, преодолевал километр за километром. Изредка я посматривал в окно, за которым проплывали скучные, невыразительные пейзажи: небольшие населённые пункты, поля, сопки. Пока ничего не радовало взгляд. В большой деревне, под названием Григорьевка водитель остановил автобус рядом с кафе. Часть пассажиров, словно после длительной голодовки, бросилась занимать очередь. Евгений решил потратиться и устроить для коллектива экспедиции «праздник живота». Праздник не удался! Пельмени местного производства оказались противными на вкус и внешним видом напоминали очень плохо разведённый клей для обоев. Их явно переварили.
— Лучше бы банку тушёнки из рюкзака достали, — с тоской поделился я впечатлениями с Женей от посещения пельменной.
Я пытался поскорее забыть вкус блюда, которым только, что оскорбил свой желудок. Та провизия, которая была в рюкзаках, являлась неприкосновенным запасом. Евгений, пользуясь правом наставника, наложил строжайший запрет на её использование до часа «икс», то есть до момента захода в тайгу.
Насытившись, пассажиры вновь заняли свои места, и автобус покатил дальше. Через двадцать минут после посещения Григорьевской «тошниловки» у меня началась изжога. Я снова помянул недобрым словом пельмени и пожелал крепкого сибирского здоровья тем, кто их приготовил.
Примерно через час вдали, наконец-то, появились первые горы, покрытые лесом. Вот он долгожданный момент встречи с тайгой! Проехав посёлок Танзыбей, автобус начал медленно, со скоростью пешехода, взбираться на перевал. Я не отрывался от окна и с любопытством смотрел по сторонам. На вопрос где же знаменитые сибирские кедры, Женя указал мне на деревья неказистого вида. Я был удивлён! В моём понимании кедры должны быть раскидистыми и пушистыми. Я видел их в Крыму в ботаническом саду. Те деревья, которые показал мне Женя, представляли собой высокие столбы с короткими ветвями. Лишь некоторые из них были более-менее похожи на кедры. Иногда на самых верхушках, можно было рассмотреть шишки.
Даже не смотря на некоторое разочарование в отношении кедров, я был восхищен тем, что видел вокруг. Особенно мне понравились скалы, напоминающие лежащего человека. Потрясающе! Я понимал, что это только начало. Самое интересное будет впереди. Спускаясь с одного из следующих перевалов, автобус остановился на обочине, и водитель разрешил пассажирам минут пятнадцать погулять. Немного отойдя от трассы, я наслаждался новым для меня запахом тайги. Действительно, он неповторим. В подмосковных лесах такой аромат я не встречал.
Отойдя всего несколько шагов от дороги, я увидел перед собой кусты, увешанные ягодами голубики. Мне ни разу не доводилось пробовать её вот так, свежую, с куста. В душе появилось волнение и чувство радости. Ведь скоро мы с головой погрузимся в волшебное царство тайги! Там нет грязи, суеты и надоевшей массы людей. Только ты и дикая природа.
В город Кызыл автобус прибыл ближе к вечеру. Подхватив рюкзаки, мы направились к одной из пятиэтажек, стоящей недалеко от автовокзала. По словам Жени, в этом доме живут его знакомые и, возможно, мы у них переночуем, а завтра продолжим путь. Нам предстояло преодолеть ещё километров триста на «кукурузнике» до таёжной деревни Хамсара. На стук в дверь нам не открыли. Никого нет дома! Появилась первая проблема — где ночевать? По словам Жени, ситуация в городе была неспокойной. Почему-то после десятилетий любви и братства у тувинцев изменилось отношение к русским. Оказаться ночью на улицах этого города было опасно. Так мне описал ситуацию напарник. Я пока опасности не ощущал. Решили подождать ещё час — два. Нам повезло! Вскоре появилась хозяйка — миловидная женщина лет сорока от роду. Она искренне обрадовалась гостям и сказала, что скоро вернётся с работы Сергей, её муж.
Вечер мы провели в уютной домашней обстановке за празднично накрытым столом. Хозяева оказались очень гостеприимными и приятными в общении людьми. Сергей и Ирина по образованию геологи. Весь трудовой стаж они проработали в Саянах. Я с интересом слушал рассказы о работе геологов, листал книги о минералах и других полезных ископаемых.
Не скрывая истинной цели нашего приезда, мы попросили Сергея поделиться сведениями о месторождениях драгоценных и полудрагоценных камней, и он дал нам очень ценную информацию. Сергей показал на карте несколько мест, где можно было поискать интересные минералы. Больше всего нас заинтересовал камень под названием фенакит. Этот камень после огранки, похож на бриллиант и пользуется спросом на ювелирном рынке.
Сергей рассказал, что несколько лет назад несколько знакомых ювелиров нанимали вертолёт и забрасывали его в горы. Примерно, месяц он в одиночку добывал камень, а затем пешком выходил из тайги. За фенакит ювелиры неплохо расплачивались. Сергей подробно объяснил Жене, как найти это место, описал все ориентиры. Теперь будет намного легче! Не придётся тратить время на «слепые» поиски. Была ещё одна причина идти на это место. Оно находилось недалеко от реки Ия в Иркутской области, по которой мы должны возвращаться домой. Всё складывалось удачно!
После ужина Женя повёл меня к местной достопримечательности — стеле на берегу Енисея, обозначающую Центр Азии. Он зачем-то взял с собой один из своих непонятных «приборов» и сапёрную лопатку, спрятанную в матерчатую сумку. Женя долго топтался вокруг стелы в ожидании, когда вокруг не будет людей. Со стороны он выглядел довольно комично. Скрестив за спиной руки с зажатой в них сумкой, Женя с умным видом ходил вокруг стелы и делал вид, что внимательно её рассматривает. Затем, выбрав минуту, когда вокруг не оказалось ни одного прохожего, он забрался на клумбу с цветами и принялся копать землю.
Мне стало страшновато! Не хватало ещё попасть в милицию за вандализм или хулиганство! Сам пакостит и ещё меня за собой потянул. Но, слава Богу, всё обошлось без последствий. Вскоре мой товарищ выполз из цветника с умиротворённым видом и без «прибора», который он, по всей видимости, закопал в клумбе. На мой вопрос, что всё это значит, Женя торжественно произнёс:
— Я поставил свой знак в этом священном месте!
Честно говоря, я так и не понял, для кого предназначался этот непонятный знак.
Глава 4. Туман над перевалом
Сегодня 5 августа. Ранним утром мы попрощались с хозяевами и направились в аэропорт. В небольшом деревянном здании и вокруг него находилось большое количество людей. В зале ожидания стояла невыносимая духота. К сожалению, нас ожидало разочарование. Из-за тумана, стоящего над одним из перевалов, все рейсы в нашем направлении отменили. В других направлениях самолёты вылетели без задержек. Выйдя на улицу и устроившись на рюкзаках, мы решили ждать до победного конца. В два часа дня всех людей выгнали с территории. Оказалось, что аэропорт работает только до этого времени. Пришлось возвращаться к Сергею и Ирине. Чтобы хоть как-то расплатиться за гостеприимство, остаток дня мы работали у них на даче под палящим солнцем, собирая смородину.
6 — 7 августа. В аэропорт ездим уже как на работу. Ещё два дня просидели в ожидании вылета. После обеда отправлялись на дачу, на смородиновую плантацию. Зачем они столько её насажали? Добираться приходилось в переполненном городском автобусе. Всё это уже начинает злить! Мы теряем драгоценное время! Вместо того, чтобы бороздить таёжные просторы и общаться с природой, мы сидим в душном аэропорту. Каждый день наблюдаем, как в военный вертолёт грузятся солдаты, и он улетает в нашем направлении. Почему вертолёту можно, а нам нельзя? Женя, пообщавшись с людьми, узнал, что в Хамсаре произошло смертоубийство и сейчас в тайге, в окрестностях деревни солдаты отлавливают банду местных жителей из одиннадцати человек. Весело начинается наше путешествие!
Сегодня уже 8 августа и мы снова сидим в аэропорту! Очень кушать хочется! Женя держит меня на блокадном пайке. Хозяева пытались нас подкармливать, но сесть им на шею совесть не позволила. Военный вертолёт сегодня не вылетел. Среди пассажиров ходят слухи, что бандитов отловили. Слава Богу!
Ближе к обеду Женя снова куда—то пропал. Я тоже хочу погулять, а вместо этого сторожу рюкзаки. Вскоре появился напарник. Он пробирался сквозь толпу с подозрительно радостной физиономией. Неужели летим? Ура!!! Оказалось, что у одного из пилотов в Хамсаре гостит сын и его необходимо срочно забрать. Каким-то образом ему удалось уговорить диспетчера дать разрешение на вылет, и он пригласил самых смелых пассажиров в самолёт. Пронырливый Женя, даже не спросил моего согласия на рискованный полёт. Он выхватил в кассе два билета и потащил меня на посадку. Но я на него не в обиде. Надоело сидеть без дела!
Нашими попутчиками оказалась группа молодых парней из шести человек. Судя по снаряжению, они летели в Хамсару на серьёзную рыбалку. С первого взгляда, ребята вроде бы мирные и весёлые. Единственное, что вызывало у меня беспокойство — это пять двадцатилитровых канистр с бензином, которые рыбаки занесли в салон самолёта. Наверное, топливо предназначалось для моторных лодок.
Наконец, наступил торжественный и долгожданный момент и «кукурузник» пошёл на взлёт. Под крылом промелькнули последние строения изрядно надоевшего Кызыла, а впереди открылись необъятные таёжные просторы. Как в песне о зелёном море тайги. Пока позволяла погодная обстановка, я смотрел в иллюминатор и любовался открывшимся видом. Компания рыбаков веселилась в предвкушении прекрасного отдыха. То и дело раздавался хохот, заглушающий шум мотора.
Через двадцать минут веселье закончилось. Самолёт вошёл в густую пелену тумана, и его затрясло мелкой дрожью. У меня создалось ощущение, что кто-то закрасил иллюминаторы белой краской. Но порой лучше не видеть, что творится вокруг! Периодически туман становился менее плотным и пассажиры с ужасом наблюдали картину: самолёт летит рядом со скалой и, казалось, что до неё всего несколько метров. Можно было разглядеть даже листья на кустарнике. Сожалея, что согласился на такое рискованное предприятие, я старался не смотреть в иллюминатор.
В отличие от остальных пассажиров, Женя сидел невозмутимо, закрыв глаза. Интересно, каким духам он сейчас молится? Или у него здесь, в самолёте, осталось только тело, а душа улетела в более безопасное место? В какой-то момент мне захотелось его пнуть. Пусть поучаствует во всеобщем ужасе! Ведь это он затащил меня в самолёт. Чтобы понять всю серьёзность ситуации, не было нужды смотреть в иллюминаторы. Всё отражалось на лицах попутчиков. Особенно ярко и комично реагировал на происходящее парень лет двадцати.
Внешностью и манерами он напоминал известного актёра Станислава Садальского. Его лицо, в зависимости от момента, выражало то панический страх, то облегчение. Трудно было понять, что это: игра или человек действительно так бурно реагировал на ситуацию. В открытую дверь кабины можно было наблюдать за пилотами. Они весело рассказывали друг другу анекдоты. Возможно, на самом деле не так всё страшно!