Лето в Маун-Спрингс

Май

– Вот мы и дома, – Фрэнк втащил последний чемодан на крыльцо и вздохнул. – Осталось только разобрать вещи и можно жить!

– Как здесь уютно! – воскликнула Элис, открывая парадную дверь. Её взору предстала небольшая гостиная. Сиреневый диван в мелкий цветочек, пушистый ковёр, торшер с тканевым абажуром и большой шкаф с книгами – каждый элемент незатейливого интерьера вызывал у Элис неподдельный восторг. Она живо представила себе, как они с Фрэнком сидят здесь по вечерам, обнявшись и разговаривая о прошедшем дне.

В арку, ведущую из гостиной, виднелась крошечная кухня. Весеннее солнце игриво поблёскивало на сияющих чистотой белоснежных поверхностях. Элис показалось, будто она чувствует запах свежих блинчиков, и её мысли тут же унеслись куда-то в будущее: она в цветастом фартуке порхает по кухне, готовя завтрак, Фрэнк за столом читает утреннюю газету, со второго этажа наперегонки спускаются дети, заливисто смеясь. Детей у Фрэнка и Элис, правда, пока не было, но они уже давно мечтали стать родителями. Переезд в Маун-Спрингс должен был стать первым шагом к большой семье.

– Элис, ты слышишь меня? – Голос Фрэнка вырвал Элис из мечтаний, и она встрепенулась. – Я уже целую минуту тебя зову, где ты витаешь? – сказал он улыбаясь.

– Да просто представила, как мы будем здесь жить, – Элис тоже улыбнулась. – До чего же здесь прекрасно!

– Да, очень. Я обожал приезжать сюда в детстве. Правда, до похорон дедушки в прошлом месяце, я не был здесь почти десять лет!

– Это так трогательно, что он оставил дом именно тебе. Твой отец ничего не имеет против?

– Нет, ему чужда сельская жизнь, – махнул рукой Фрэнк. – А мы с тобой всегда хотели жить подальше от городской суеты, правда? – Он приобнял Элис и мягко улыбнулся, но она успела заметить грусть в его глазах – всё-таки смерть дедушки стала для Фрэнка большим потрясением.

– Хочешь, пойдём посмотрим второй этаж? – Фрэнк поспешил замять грустную тему.

Наверху располагалась ванная и три маленькие спальни. Фрэнк и Элис решили занять ту единственную, что находилась на солнечной стороне – прямо над кухней. Обои, шторы, покрывало на кровати, ковёр – всё здесь было нежно-голубых оттенков.

– Кажется, кто-то в этом горном городке скучал по морю, – хихикнула Элис.

– Это бабушка, – улыбнулся Фрэнк. – Она сама здесь всё обустроила. Они с дедушкой ночевали в другой спальне, а эту держали для гостей.

За первую неделю пребывания в Маун-Спрингс Фрэнк и Элис успели сполна ощутить разницу между маленьким городком и мегаполисом, в котором жили раньше.

Они привыкли, что жизнь в большом городе днём и ночью бьёт ключом, люди спешат по своим делам, погружённые в свои мысли и заботы, не обращая внимания ни на кого вокруг. В Маун-Спрингс люди вели спокойную размеренную жизнь, почти все знали друг друга лично, и укрыться от посторонних глаз было попросту невозможно.

Миссис Огден – одинокая старушка, живущая по соседству от Фрэнка и Элис, казалось, знала абсолютно всё о каждом жителе городка. Вечером в день их приезда, когда она пришла взглянуть на новых соседей, миссис Огден не только подробно расспросила их о жизни в мегаполисе, переезде и планах на будущее, но и успела кратко рассказать о ближайших соседях.

– Торндайки, – сказала миссис Огден своим скрипучим голосом и махнула рукой куда-то в сторону, – тоже не отсюда. Они приехали сюда пару лет назад, когда Остина перевели в местное пожарное отделение. Клэр, конечно, была не в восторге, и я её не осуждаю. Ни одна красивая молодая женщина в здравом уме не захочет жить в этой дыре! – Миссис Огден поймала озадаченный взгляд Элис, но ничуть не смутилась и продолжила: – У них и детей поэтому до сих пор нет, бедняжка наверняка надеется, что они вот-вот уедут отсюда. Но не тут-то было! Остина очень ценят на работе, он один из лучших пожарных, его просто так отсюда не отпустят!

Миссис Огден была глуховата, поэтому говорила довольно громко. У Элис быстро разболелась голова от её болтовни, и они с Фрэнком поспешили поскорее выпроводить старушку под благовидным предлогом.

Мистер и миссис Торндайк оказались соседями Фрэнка и Элис с противоположной стороны. Элис случайно столкнулась с Клэр в прачечной, они разговорились, и Элис пригласила их с мужем на чай в пятницу.

Остин и Клэр Торндайк оказались совсем немного старше Фрэнка и Элис, поэтому пары быстро нашли общий язык.

– А что ты делаешь, пока Остин на работе? – поинтересовалась Элис у миссис Торндайк. Они с Фрэнком как раз стали задумываться о том, чем им заняться в этом городе. У них были небольшие сбережения, но надолго их бы не хватило, поэтому нужно было искать работу. Элис склонялась к тому, чтобы пойти работать в библиотеку, а Фрэнк поглядывал на магазин автозапчастей.

– Видели ту пекарню напротив прачечной? – Клэр игриво улыбнулась.

– Ту, с чудесным видом на горы? – оживилась Элис. – Я её обожаю, каждый день беру там булочки!

– Она наша, – улыбка Клэр стала ещё шире. – Я там всем заправляю, а Остин помогает мне по выходным.

– Шутишь? – Элис смотрела на соседку во все глаза.

– Да, пекарня и правда наша, – сказал Остин. – Примерно через полгода жизни здесь Клэр устала целыми днями сидеть дома одна и взбунтовалась, сказала, что тоже хочет работать, но ни магазины, ни библиотека, ни прачечная её не привлекали.

– Мне хотелось дарить людям настоящую радость, делать их дни хотя бы чуточку лучше, – перебила Клэр мужа. – К тому же я просто обожаю готовить! И тогда я подумала о маленькой уютной пекарне! Мы пошли к главе города, нам подобрали помещение, мы заплатили арендную плату и уже через неделю радовали местных жителей свежей выпечкой.

Элис настолько была впечатлена историей Торндайков, что тут же загорелась идеей тоже открыть своё дело, о чём и сообщила мужу тем же вечером перед сном.

– Тоже хочешь открыть пекарню? – пробормотал Фрэнк, забираясь в кровать.

– Честно говоря, я подумала, почему бы нам не открыть отель?

– Отель? Кто же будет в нём жить? Сюда же почти никто не приезжает!

– В том-то и дело. Маун-Спрингс – очень живописный город, здесь есть горы и река. Думаю, туристам бы здесь понравилось. Наших сбережений должно хватить на аренду, небольшой ремонт и рекламу, можем разместить объявления в газете и на радио.

– Ну хорошо, – сонно пробормотал Фрэнк. – Завтра сходим и узнаем, сдаётся ли где-нибудь подходящее помещение.

Главой города оказался приятный пожилой мужчина с выдающимся вперёд животом и густыми пышными усами.

– Дональд Хиггс, – представился он, поднявшись из-за своего стола, когда Фрэнк и Элис вошли в его кабинет, предварительно сообщив о цели своего визита миловидной секретарше в приёмной. Дональд по очереди пожал руки Фрэнку и Элис. – Рад видеть вас, очень рад. Новые жители – редкость для нашего городка, и обычно я лично прихожу знакомиться с новоприбывшими, но сейчас у меня очень много дел и я не успел зайти к вам.

– Ничего страшного, – улыбнулся Фрэнк. – Приятно познакомиться. Мы пришли поговорить насчёт аренды помещения, – и Фрэнк рассказал ему об их идее.

– Очень хорошо. – Хиггс заметно оживился. – Прекрасная инициатива! Сделать Маун-Спрингс туристическим местом! И как я сам до этого не додумался, – он хохотнул. – Подходящее здание у нас есть. Можем отправиться туда прямо сейчас, я вам всё покажу.

Здание оказалось неприметным двухэтажным домиком из осыпающегося красного кирпича. Внутри было очень грязно, светло-зелёная краска на стенах облупилась и свисала хлопьями, деревянный пол вздулся в нескольких местах, а входная дверь рассохлась и полностью не закрывалась.

– Здесь никого не было последние лет тридцать, – виновато сказал Хиггс. – Но небольшой ремонт всё поправит, – жизнерадостно добавил он. – Наверху есть десять небольших комнат и две ванные, ещё две комнаты здесь, кухня, столовая и прачечная в подвале. По-моему, для отеля подходит как нельзя лучше!

Несмотря на весь ужас от увиденного, Фрэнк и Элис согласились на сделку. Скромный бюджет не позволял им рассчитывать на что-то лучшее, да и Хиггс, в общем-то, был прав: здание идеально подходит для размещения в нём отеля. Вряд ли в Маун-Спрингс найдётся ещё хотя бы одно свободное помещение с такой планировкой и количеством комнат.

Они ударили по рукам, и Хиггс, пообещав занести все документы завтра, унёсся по своим делам, а Фрэнк и Элис остались стоять в полуразрушенном холле их будущего отеля.

– Как мы его назовём? – спросил Фрэнк.

Лицо Элис просияло, было ясно, что она уже думала об этом.

– Как тебе название «Ласточка»? Меня так назвала бабушка, когда я была маленькая. Навевает тёплые воспоминания.

– А что, неплохо, – оживился Фрэнк. – Решено, пусть будет «Ласточка»!

Следующие несколько недель Фрэнк и Элис занимались тем, что красили, чистили и чинили, чтобы успеть открыть отель «Ласточка» для гостей к началу летнего сезона.

Во время очередного похода в строительный магазин, находящийся на главной площади города, Элис заметила у дверей полицейского участка дряхлого старика, на которого бы никогда не обратила внимания, если бы он беззастенчиво не таращился на неё и Фрэнка.

Элис толкнула мужа локтем в бок и кивком указала на старика. Он опирался на трость и казался таким древним, будто вот-вот рассыплется.

Фрэнк взял Элис за руку и решительно направился в сторону старика.

– Мы можем вам чем-то помочь? – спросил Фрэнк вежливо и одновременно с вызовом, когда оказался на достаточном расстоянии для того, чтобы его услышали.

– Мне знакомо ваше лицо, – прохрипел старик. Казалось, каждое слово даётся ему с трудом. – Вы, случайно, не родственник покойного Гарольда Картера?

– Я его внук.

– А, малыш Фрэнки, – старик закивал и улыбнулся. Большая часть зубов у него отсутствовала. – Я Ник Хамфри, мы с твоим дедом были большими друзьями. Так вы теперь живёте в его старом доме?

– Да, – Фрэнк заметно расслабился. – Это моя жена Элис, мы переехали сюда около месяца назад. Мы хотим открыть здесь отель, чтобы Маун-Спрингс стал туристическим местом.

Ник Хамфри издал странный звук – то ли кашлянул, то ли усмехнулся.

– Так это вы те безумцы, решившие открыть отель на месте старой больницы? Да, я слышал об этом. Смелое решение, очень смелое.

– Больницы? – воскликнул Фрэнк так громко, что стоявшие неподалёку люди обернулись на них. – Хиггс ничего не говорил нам про больницу.

– Конечно, он не скажет, – старик хохотнул. – Никто бы не арендовал это здание, зная его историю. Но разве ты не знал, Фрэнки? Разве дед не рассказывал тебе?

– Не рассказывал о чём? – Фрэнк теперь перешёл на шёпот.

– Конечно, не рассказывал. Это был такой скандал! Когда ты был совсем маленьким, твой дед был главврачом местной психиатрической больницы. Туда в основном помещали выживших из ума одиноких стариков из Маун-Спрингс и окрестных деревень. Жизнь в городе в то время была спокойной, всё шло своим чередом, пока не начали пропадать дети. Девушки от тринадцати до семнадцати лет не возвращались домой из школы или исчезали по дороге в магазин. За два месяца пропало шестнадцать девушек. Весь город стоял на ушах, родители били тревогу, детей перестали отпускать одних даже в гости к соседям. Преступником оказался девятнадцатилетний Генри Олсен, сын местного фермера. Не буду вдаваться в подробности, но он жестоко расправлялся с девушками. Они сами шли с ним, потому что знали его. Он производил впечатление простого доброго парня, к тому же он был очень симпатичным. Никто в городе и подумать не мог, что он на такое способен. Его бы, наверное, ещё долго не поймали, но одной из жертв чудом удалось сбежать. Когда его схватили и прижали к стенке, он даже не отпирался, признался во всех убийствах, но отказался сообщать, где тела. Половину убитых им так и не нашли. Суд счёл его невменяемым и постановил поместить в лечебницу. Убитые горем родители ежедневно штурмовали больницу, требуя выдать им Олсена, но Гарольд держал оборону. Он был профессионалом, твой дед, хотя я уверен, и сам бы не отказался четвертовать тварь. А меньше чем через год Олсен сбежал. Что тут началось! Журналисты мигом растрезвонили обо всём, люди требовали засудить Гарольда за халатность. Мне еле удалось замять это дело и убедить общественность, что он ни в чём не виноват. Хотя мне и самому тогда досталось, я ведь был шефом полиции. Когда шумиха улеглась, Гарольд ушёл в отставку, сказал, что чувствует свою вину и не сможет больше работать, как прежде. Администрация города приняла решение закрыть больницу, а пациентов распределить по другим лечебницам.

– А Олсен? – шёпотом спросила Элис.

– О нём больше никто не слышал. Нападений больше не было, и со временем жизнь вернулась в более или менее привычное русло. Но, как по мне, эта история навсегда останется тёмным пятном в истории Маун-Спрингс.

Дверь полицейского участка со скрипом открылась. Элис вздрогнула и обернулась. По ступеням к ним спускался крепкий мужчина лет сорока в форме.

– Всё в порядке, отец? – пробасил он, кладя руку на плечо старика.

– Да, я тут встретил внука Гарольда Картера, познакомься. Они с женой теперь здесь живут. Я рассказывал им историю нашей старой больницы. Они хотят открыть в ней отель.

Полицейский нахмурился и протянул руку Фрэнку.

– Винсент Хамфри, шеф полиции. Мой отец, должно быть, напугал вас. Да, тёмная история. Я тогда был ещё мальчишкой. Но вам не о чем переживать, это было почти тридцать лет назад. Я с удовольствием загляну в ваш отель, когда он откроется, – он тепло улыбнулся. – Пойдём, папа, я провожу тебя домой. Если что-нибудь понадобится, не стесняйтесь, – добавил Винсент всё ещё ошарашенным Фрэнку и Элис.

– Мы собираемся открыть отель на месте психушки, из которой сбежал опасный преступник! – Дар речи вернулся к Элис, только когда они снова оказались в своём будущем отеле. Теперь всё здесь казалось ей пропитанным чёрной злобой. Ей казалось, что стены кричат голосами убитых девушек. Её замутило, она села на ближайший стул. – Скажи, ты правда не знал об этом?

– Конечно, я не знал! Дедушка никогда мне об этом не рассказывал.

– Знаешь, я его понимаю, – Элис невесело усмехнулась. – Я бы тоже таким не хвасталась. Зачем мы только во всё это ввязались? Фрэнк, пожалуйста, давай уедем. Давай всё бросим, пока не поздно.

– Ты серьёзно? Мы же так мечтали жить здесь! Так мечтали о своём маленьком отеле! Мы уже почти доделали ремонт.

– Мне страшно, Фрэнк. У этого места дурная слава. Мне не по себе от всех тех ужасов, о которых нам рассказал Хамфри.

– Элис, ты же слышала, что сказал Винсент, это было тридцать лет назад. Сейчас здесь тихо и спокойно, ты же сама это знаешь.

– Да, но это было! Мне кажется, я не смогу спокойно управлять отелем, зная историю этого здания. Да и кто захочет здесь останавливаться? Местные старожилы быстро донесут всё до постояльцев.

Фрэнк подошёл к жене и обнял её за плечи.

– Дорогая, ты слишком впечатлительная. Мне эта история тоже не пришлась по душе, но давай смотреть на вещи рационально. Это, – он обвёл рукой холл, – просто старое здание. Да, с довольно мрачной историей. Но сейчас мы здесь владельцы, и мы напишем новую историю. Сюда будут приезжать счастливые семьи, люди будут отдыхать от суеты больших городов, наслаждаться природой. И в наших с тобой силах сделать так, чтобы у людей остались только приятные впечатления от этого отдыха. Прошу тебя, давай попробуем. Только одно лето. Если всё будет не так, как мы с тобой мечтали, если хоть что-то будет угнетать тебя, мы закроем отель и уедем, я тебе обещаю.

Элис немного помолчала, затем взглянула на мужа снизу вверх и кивнула.

Июнь

Винсент Хамфри, как и обещал, пришёл посмотреть на отель в день открытия.

– Больше половины номеров забронированы на всё лето! – хвастал Фрэнк, пока Элис наводила последний лоск – протирала стойку регистрации и расставляла свежие цветы в вазы. – Сегодня приедут гости. Правда, мы решили пока не нанимать персонал, убираться и готовить будем сами. Да и на территории дел много, нужно навести порядок в саду, кое-где подрихтовать фасад здания и подлатать крышу. Так что мы поживём пока здесь.

Элис нахмурилась. Она изо всех сил старалась задвинуть мысли о прошлом отеля подальше, но перспектива безвылазно провести здесь всё лето её явно не радовала.

Через четверть часа после того, как ушёл шеф полиции, колокольчик на входной двери звякнул, возвестив о прибытии первых гостей.

– Добро пожаловать в отель «Ласточка», – с улыбкой проворковала Элис из-за стойки.

Угрюмый мужчина в натянутой на глаза шляпе молча протянул паспорт для регистрации.

– Мистер Итан Фланнаган, – обескураженно пробормотала Элис, заглядывая в документ. – Вы к нам на всё лето, верно?

– В вашей рекламе было сказано, что бронь на всё лето дешевле, не так ли? – поинтересовался Фланнаган.

– Да, да, именно так, – Элис закончила вбивать данные в компьютер и протянула ему паспорт и карточку от номера. – Восьмой номер. Если вам что-нибудь понадобится, можете обращаться ко мне или к моему мужу, – она махнула рукой в сторону Фрэнка, стоящего чуть поодаль.

– Я был бы рад, если бы меня не беспокоили. Я пишу роман, и мне нужен полный покой, – с этими словами Фланнаган подхватил свой допотопный чемодан и двинулся наверх.

– Какой неприветливый, – шепнула Элис мужу, когда на втором этаже хлопнула дверь номера Фланнагана.

Следующими прибыли сёстры Тина и Мэдисон Нортон.

– Как здорово снова оказаться в Маун-Спрингс! – восторгалась Тина, пока Элис занималась их регистрацией.

– Вы уже бывали здесь? – поинтересовался Фрэнк.

– О, мы отсюда родом. Нас увезли, когда здесь стали пропадать девушки. Мы, конечно, были ещё совсем детьми, но наши родители решили перестраховаться. Мы слышали, чем всё закончилось, жуткая история, – Тину передёрнуло. – Мы всегда хотели побывать на родине, а тут услышали вашу рекламу и поняли, что это знак. Мэдди, наверное, совсем ничего не помнит об этих местах, ей тогда было всего пять.

– Кое-что помню, – возразила младшая из сестёр. – Помню соседского пса, он был такой добрый, постоянно норовил лизнуть меня в лицо. А ещё помню, как мы с папой ходили рыбачить на реку.

– В общем, этот город, несмотря на все последующие ужасы, для нас связан только с тёплыми воспоминаниями, – подытожила Тина.

– Уверена, вы прекрасно проведёте здесь время, – улыбнулась Элис. – Четвёртый и пятый номера.

– Мистер и миссис Дин, бронь на всё лето. – Мужчина средних лет протянул паспорта Элис. – И, если можно, побыстрее.

– Дорогой, не нервничай так, – прощебетала жена мистера Дина. – Мой муж очень устал с дороги. Понимаете, у нас медовый месяц, – с улыбкой добавила она. – Вообще-то, мы уже год женаты, но выбраться смогли только сейчас. Моя дочь от первого брака заканчивала учёбу, и мне трудно было думать о чём-то ещё. Сейчас она в Швеции, преподаёт английский в школе, и теперь мы с Малкольмом стали посвободнее.

– Луиза, помолчи хоть минутку, у меня и без тебя раскалывается голова, – осадил жену мистер Дин.

– Шестой номер, – без лишних слов сказала Элис, и супруги Дин молча отправились наверх.

Следующим гостем оказался улыбчивый французский джентльмен, который восторгался всему, что его окружало.

– Magnifique! Прелестный отель! Прелестный город! Я путешественник с большим стажем и мне так надоели все эти банальные touristique места. Скучно! Я хочу посмотреть на настоящую жизнь. Услышав вашу рекламу, я, не раздумывая, позвонил и забронировал номер! Думаю, будет здорово провести лето здесь.

– Рады видеть вас у себя, месье Венюа, надеемся, что вы останетесь довольны. Ваш номер седьмой.

Последними прибыли Бломфилды – семейная пара средних лет.

– Как у вас здесь мило, – вежливо сказала Натали Бломфилд. – Правда, Джей?

– Да, да, – живо закивал мистер Бломфилд. – Очень приятно.

– Отдых в вашем замечательном отеле нам подарили дети на двадцать пятую годовщину свадьбы, – не без гордости сказала Натали. – Мы никогда не жили богато, возможности путешествовать особо не было, так что мы почти нигде не были за свою жизнь. Правда, мой муж долгое время жил в Венесуэле – работал там врачом. К слову, Джей – очень талантливый хирург. Не так давно он вернулся на родину. К сожалению, его обманули и заплатили намного меньше, чем обещали. Мы ничего не смогли поделать, другая страна – другие законы. – Натали печально развела руками.

– Дорогая, давай не будем об этом, – Джей поморщился. – Это дело прошлое.

Натали печально вздохнула и продолжила:

– Наши дети только начали свою карьеру, но уже смогли скопить немного денег и сделать нам такой подарок.

– Как это замечательно! – искренне отозвалась Элис. – Пожалуйста, девятый номер.

– Ну, кажется, у нас всё получилось, – сказал Фрэнк, когда последние гости поднялись наверх.

– Да, – согласилась Элис. Несмотря на усталость, она улыбалась. – Вроде пока все довольны. Ужин будем подавать в восемь.

– Какой великолепный запах! – воскликнул Венюа, первым спускаясь в подвальную столовую. – У меня прямо слюнки текут!

Элис действительно постаралась на славу. Она приготовила для гостей рагу из говядины с овощами и салат кобб.

– Могу я предложить вам вина, месье Венюа? – поинтересовался Фрэнк, когда Элис поставила еду на столик перед французом.

– Oui, с удовольствием. И пожалуйста, зовите меня Андрэ.

Стали спускаться остальные постояльцы, и маленькая столовая быстро наполнилась шумом разговоров и звяканьем приборов. Элис подавала еду, а Фрэнк то и дело подходил то к одному, то к другому столику, чтобы наполнить бокалы вином.

Итан Фланнаган занял столик в дальнем углу, и, наскоро поев, поспешил покинуть столовую, не обмолвившись ни с кем и словом.

– Странный он тип, – громко сказал Малкольм Дин, когда Фланнаган ушёл. – Я столкнулся с ним в коридоре пару часов назад, попытался заговорить, а он отскочил от меня, как от огня и пошёл в другую сторону.

– Люди не любят, когда на них набрасываются с расспросами незнакомцы, дорогой, – сказал Луиза Дин, накручивая на палец прядь волос.

Мистер Дин только усмехнулся. Его настроение явно улучшилось со времени приезда. Вероятно, горячий душ и отдых пошли ему на пользу.

– Мистер Фланнаган – писатель, он сам так сказал, – сообщила Элис, забирая пустые тарелки со стола Динов. – Приехал сюда, чтобы в тишине поработать над романом.

– Что ж, это заметно, – Дин хохотнул. – По нему видно, что он бездельник.

– Мой отец был писателем, – сказал Венюа. – Он много путешествовал и написал несколько книг о жизни и культуре разных стран. Неужели по вашей логике он тоже был бездельником? – Андрэ игриво подмигнул Тине Нортон, та улыбнулась и покраснела.

– Господа, как насчёт десерта? – громко спросила Элис, не давая Дину возможности ответить. – Шарлотка с корицей и шариком мороженого.

Гости одобрительно загудели, и грозящий начаться скандал, так и не разгорелся.

– Ты первый человек в мире, предотвративший катастрофу шарлоткой, – шепнул Фрэнк жене, проходя мимо.

– Шарлотка просто тает во рту! – восторгалась Натали Бломфилд. – Миссис Картер, дадите рецепт?

– Вы не добавляли ванилин? – спросила Тина Нортон. – Я всегда делаю шарлотку со щепоткой ванилина, получается очень вкусно, – добавила она и зачем-то покосилась на Венюа.

Когда гости, наконец, разошлись по комнатам, Фрэнк и Элис, уставшие, но довольные, принялись убирать со столов.

– Первый день мы пережили, – сказал Фрэнк, собирая тарелки. – Все размещены и накормлены. Я думаю, что и дальше всё пойдёт как по маслу.

– Да, всё чудесно, – согласилась Элис. – Спасибо, что уговорил меня.

– Не зря же ты за меня вышла, – усмехнулся Фрэнк. – Там шарлотка ещё осталась?

Элис стояла за стойкой в холле отеля и перебирала бумаги – счета, договоры, копии документов гостей, когда звякнул колокольчик на входной двери.

– Винсент! – Элис приветствовала шефа полиции, выходя из-за стойки. – Здорово, что вы к нам заглянули!

– Дела идут хорошо? – спросил полицейский.

– Да, гости живут у нас уже две недели и абсолютно всем довольны.

– Рад это слышать. Вообще-то, я пришёл по делу. – Винсент Хамфри нахмурился. – Сегодня в участок приходила Сандра Бейкер. Она заявила, что пропала её пятнадцатилетняя дочь Эшли.

Элис в ужасе прижала ладони ко рту.

– Вообще-то, девочка пропала два дня назад, но нерадивая мать заметила её отсутствие только сегодня. Мы не хотим пока поднимать панику, для начала пытаемся выяснить, не знает ли кто-нибудь, где может быть Эшли. Вы с Фрэнком что-нибудь знаете?

– Нет, – Элис покачала головой. – Мы безвылазно сидим в отеле, здесь очень много дел.