Бешеные бабки

В одном из тихих спальных районов большого российского города, где каждое утро начинается с запаха свежеиспеченного хлеба из ближайшей булочной и звука дворника, подметающего листья, живут три неразлучные подруги: Людмила Ивановна, Галина Петровна и Зинаида Васильевна. Эти три женщины, несмотря на разные судьбы, давно стали друг для друга не просто соседками или знакомыми, а настоящей семьей.

Людмила Ивановна, или просто Люда, – это олицетворение строгого порядка и организованности. В прошлом она была бухгалтером на крупном предприятии, и эта профессия наложила отпечаток на всю её жизнь. Люда – высокая, стройная, с осанкой, которую можно принять за армейскую. Её строгий взгляд сквозь очки на тонкой цепочке иногда пугает соседских детей, но те, кто её знают, понимают: за этой внешней строгостью скрывается доброе сердце. Её утро всегда начинается одинаково: стакан теплой воды с лимоном, аккуратный завтрак из овсянки и обязательная проверка блокнота с записями о делах на день.

По соседству с Людой живет Галина Петровна, полная противоположность своей подруги. Галя – душа компании, бывшая учительница литературы, которая до сих пор цитирует Пушкина в очереди в аптеке. Она любит яркие цвета, шарфы с цветочным узором и говорит, что жизнь слишком коротка, чтобы носить скучную одежду. Галя – кругленькая, всегда улыбающаяся женщина с каштановыми кудрями, которые она красит каждые два месяца, чтобы скрыть седину. Её дом – это настоящий музей из семейных фотографий, старинных статуэток и книг, которые лежат повсюду. Каждое утро Галя выходит на балкон, чтобы «подышать воздухом», но на самом деле – чтобы обсудить с соседями последние новости.

А третья героиня, Зинаида Васильевна, или просто Зина, живет этажом ниже. Невысокая, коренастая, с короткой стрижкой и неизменными кроссовками на ногах, она всегда в движении. В прошлом Зина была тренером по волейболу, и её командный дух до сих пор заметен в каждой её фразе. Она первой предложит помочь соседям с тяжелыми сумками или организует субботник. Зина обожает спорт и по привычке каждое утро делает зарядку во дворе, даже если идёт дождь.

Несмотря на разные характеры и привычки, эти три женщины давно нашли общий язык. Их дружба началась много лет назад, когда они вместе боролись с протекающими трубами в подъезде. С тех пор они стали неразлучны. Утро начинается с того, что одна из них стучится к другой с чашкой чая в руках, а разговоры и смех слышны через стены. Людмила Ивановна часто ворчит на Галину за её привычку оставлять повсюду открытые книги, но, когда Галя приносит новый шарф для Люды, все забывается. Зина же всегда появляется в нужный момент, чтобы всех помирить, а заодно предложить что-нибудь совершенно безумное, например, поехать на выходные в соседний город.

Их жизнь на первый взгляд проста и однообразна, как и у большинства пенсионеров. Утром они ходят в магазин, где спорят с продавщицей о свежести молока. Днём Люда смотрит свои любимые сериалы, Галя готовит пироги, а Зина проверяет, как растут цветы в подъезде. Вечером они встречаются на скамейке у дома, чтобы обсудить новости или просто помолчать в компании друг друга.

Но за этой обыденностью скрывается жажда приключений. Каждая из них в душе чувствует, что впереди должно быть что-то большее, чем спокойные вечера у телевизора. Люда мечтает хотя бы раз позволить себе спонтанность, Галя – увидеть мир, который она читала в книгах, а Зина – испытать адреналин, как в молодости. Пока их мечты существуют только в разговорах, которые кажутся несбыточными. Но судьба приготовила для них сюрприз, который изменит их жизни навсегда.

Неожиданная находка

Осеннее утро в районе началось с суеты, как обычно. После утреннего чаепития бабушки решили прогуляться и заодно зайти в местный супермаркет за продуктами.

– Ну что, девочки, закупимся, как говорится, на широкую ногу, – бодро заявила Люда, оглядывая витрину с хлебом.

– Да, но без излишеств, – строго вставила Галя. – Никаких конфет за три тысячи рублей.

– Ладно, ладно, но я возьму винограду, чтобы жизнь сладкой казалась, – улыбнулась Зина, потянувшись к свежим гроздьям.

Бабушки неспешно ходили между полок, обсуждая каждую покупку: смотрели сроки годности, оценивали упаковки и с подозрением относились к акциям.

– Вот что это за скидка? Вчера было по сто двадцать, а сегодня пишут "со скидкой" за сто сорок! – возмутилась Люда, держа банку зеленого горошка.

– Обманывают, как всегда. Прямо, как наш ЖКХ! – поддержала её Галя.

Когда корзины оказались заполнены всем необходимым (и немножко ненужным), они двинулись к кассам. У каждой стояла очередь, но бабушки выбрали ту, которая казалась самой быстрой.

Перед ними стоял высокий, солидный мужчина лет пятидесяти в дорогом пальто и начищенных до блеска ботинках. Его присутствие как-то сразу напрягло: слишком уж он был деловит и важен.

– Ничего себе, как у него всё аккуратно разложено: каждая банка на своём месте, – шепнула Зина.

– Он, наверное, депутат какой-нибудь, – тихо предположила Люда.

– Вот только депутаты нас никогда вперед не пропустят, – усмехнулась Галя.

И как в воду глядела. Когда бабушки, устав от долгого ожидания, попросили мужчину пропустить их вперёд, он с напускной вежливостью ответил:

– Простите, дамы, но я тоже тороплюсь.

Они сдержались, но Люда тихо пробормотала:

– Угу, конечно, торопится. Наверное, на очередное заседание, как правильно кнопки нажимать учиться.

Мужчина этого, к счастью, не услышал. Когда очередь дошла до него, кассир принялась пробивать его покупки. В этот момент у него зазвонил телефон.

– Да! – ответил Пётр Аркадьевич, уже раздражённый. – Ну что опять? Я вам что, всё сам должен делать? Кто там у вас на месте? Да, я подъеду.

Бабушки переглянулись, закатив глаза, но продолжили терпеливо ждать, пока мужчина не закончит разнос сотрудников на другом конце провода.

Кассир пробивала его покупки, а он, полностью увлечённый разговором, в спешке оплатил всё картой, забрал чек и, держа телефон у уха, направился к выходу. Сумка, которую он на секунду поставил на пол, чтобы достать кошелёк, осталась стоять у кассы.

– Мужчина! – позвала Галя. – Вы забыли!

– Эй, вы там! – добавила Люда, но он даже не обернулся.

– Посмотри, какая у него сумка осталась, – заметила Зина, показывая на большую кожаную сумку, оставленную у кассы.

– Вот ведь торопыга, – пробормотала Галя, наклоняясь, чтобы взять её.

Бабушки выбежали на улицу, но мужчина уже успел скрыться на своем автомобиле, резко стартовав с парковки.

– Что делать будем? – спросила Люда, ставя сумку на скамейку возле магазина.

– Подождём. Может, вернётся, – ответила Галя. – Никуда он с такими нервами не денется.

– Да, но только посидим тихо, – добавила Зина, – а то ещё на нас потом подумают.

И они уселись на лавочку, разглядывая людей, выходящих из магазина, но пока никто не спешил возвращаться за забытой сумкой…

Но через несколько минут мужчина так и не появился.

– Слушайте, а вдруг тут что-то важное? – задумалась Галя. – Может, паспорт? Или телефон?

– И деньги, – подмигнула Зина.

– Даже не думай. Мы просто подождём немного или отдадим её кассиру. Люда строго посмотрела на неё:

Прошёл час. Потом ещё один. Пенсионерки начали замерзать.

– Что-то он не идёт. Может, отнесём её в магазин? – предложила Зина.

– Камеры-то там не работают, ты же знаешь, – возразила Люда. – Ещё скажут, что это мы её взяли.

– Тогда пойдём ко мне, попьём чай, а заодно подумаем, что делать, – предложила Галя.

Они решили, что это лучшее решение, и отправились к Галине Петровне.

Уже дома, за чашкой горячего чая, Зина не выдержала:

– Слушайте, а давайте посмотрим, что там внутри? Вдруг найдём его документы и узнаем, кто он.

Люда сначала возмутилась, но любопытство всё-таки взяло верх. Они осторожно открыли сумку.

То, что они увидели, заставило их замереть. Внутри были пачки денег, аккуратно перевязанные резинками.

– Мама дорогая! – прошептала Галя, глядя на содержимое.

– Это что, реальные деньги? – Зина потрогала одну из пачек, как будто боялась, что она исчезнет.

Людмила Ивановна молчала, её взгляд был устремлён в одну точку.

– Что делать будем? – спросила Зина, нарушив тишину.

– Надо вернуть. Это может быть украденное! – строго сказала Люда, хотя её голос дрогнул.

– А если это не украденное, а, скажем… просто удача? – улыбнулась Галя. – Мы ведь всю жизнь работали, экономили.

– Сколько это в рублях? – спросила Галя

Они перевели сумму в рубли, и хором воскликнули:

– Это же бешеные бабки!

За несколько часов до этого …

За несколько часов до того, как его кожаная сумка с деньгами оказалась в чужих руках, депутат Пётр Аркадьевич Соловьёв сидел в своём просторном кабинете на пятом этаже административного здания. Кабинет был образцовым воплощением статуса: массивный дубовый стол, кресло из натуральной кожи, картины на стенах, изображающие величественные пейзажи, и лёгкий запах дорогих сигар.

Перед ним лежал мобильный телефон, на котором буквально сыпались сообщения: «Объект выставлен на продажу», «Сделка требует вашего личного присутствия», «Продавец готов встретиться сегодня».

Дело касалось элитной недвижимости – пентхауса в самом сердце Москвы. Объект был нарасхват, и Соловьёву пришлось действовать быстро. Деньги, разумеется, были не его личными – это были «откаты», собранные с нескольких крупных подрядчиков, которые он курировал. Пентхаус предназначался для фиктивной сделки: приобрести, перепродать, а прибыль вывести через оффшоры. Всё шло по проверенной схеме.

– Так, пятьсот тысяч евро… – пробормотал Пётр Аркадьевич, открывая сейф в углу кабинета. Он достал оттуда несколько аккуратно упакованных пачек банкнот по пятьсот евро, заботливо сложенных в чёрную кожаную сумку с логотипом известного бренда.

– На всякий случай всё пересчитайте, – сказал он своему помощнику Алексею, который стоял рядом с планшетом в руках.

Алексей быстро пересчитал деньги, кивая:

– Всё в порядке.

План был прост: встретиться с продавцом недвижимости в одном из закрытых клубов, передать деньги, оформить документы. Но в тот день всё пошло не так.

Пётр Аркадьевич торопился. Он буквально вылетел из кабинета, оставив после себя клубы табачного дыма. Уже в автомобиле, проезжая по центральной улице, он вдруг вспомнил:

– Алексей, я совсем забыл. Нам нужно купить что-то на день рождения жене моего товарища. У неё сегодня юбилей, а я даже поздравления толком не придумал.

– Может, что-то простое? Бутылку хорошего вина? – предложил Алексей.

– Ты с ума сошёл? Это жена губернатора! Надо что-то дорогое, уникальное… Хотя ладно, найдём что-нибудь в магазине.

Соловьёв приказал водителю свернуть к ближайшему супермаркету.

Когда Пётр Аркадьевич зашёл в магазин, его солидный вид сразу привлёк внимание. В руках он держал свою кожаную сумку, плотно набитую банкнотами. Почему он не оставил её в машине? Ответ был прост: Пётр Аркадьевич был патологически недоверчивым человеком. Он никогда не оставлял деньги без присмотра.

– Если что-то украдут, то только через мой труп, – любил повторять он своему окружению.

В магазине Соловьёв с самого начала выглядел не в своей тарелке. Огромное количество людей, толкотня, странный выбор товаров – всё это его раздражало. Он подошёл к отделу алкоголя, выбрал бутылку дорогого французского вина, потом переместился к отделу сувениров и взял коробку конфет ручной работы.

– Что за бардак, – пробормотал он себе под нос, стоя в очереди к кассе.

Алексей остался ждать его в машине, так как шеф сам настоял на том, что разберётся быстрее.

И тут, пока Соловьёв стоял в очереди, раздался звонок. Это был его помощник из другой компании, который пытался решить какой-то внезапный кризис.

– Да! – ответил Пётр Аркадьевич, уже раздражённый. – Ну что опять? Я вам что, всё сам должен делать? Кто там у вас на месте? Да, я подъеду.

Кассир пробивала его покупки, а он, полностью увлечённый разговором, в спешке оплатил всё картой, забрал чек и, держа телефон у уха, направился к выходу. Сумка, которую он на секунду поставил на пол, чтобы достать кошелёк, осталась стоять у кассы.

– Что за идиоты вокруг, – выдохнул он, садясь в машину.

– Всё в порядке? – спросил Алексей.

– Пока нет, поехали быстрее.

И машина Соловьёва рванула с места, оставляя после себя лишь шум двигателя и удивленные взгляды тех, кто видел эту сцену.

Сумка с деньгами осталась стоять у кассы, как немой свидетель всей его суеты.

Ближе к вечеру, Пётр Аркадьевич сидел в своём кабинете в элитном частном клубе, где должна была состояться встреча с продавцом недвижимости. На его часах было ровно шесть вечера, и продавец уже писал сообщение: «Я подъехал. Ожидаю в вип-зале». Всё шло по графику.

Соловьёв выдохнул, налил себе стакан воды из графина на столе и задумчиво посмотрел в окно. Город за стеклом жил своей жизнью, но его мысли были сосредоточены исключительно на предстоящей сделке. Он потянулся к своей кожаной сумке, стоящей обычно рядом с креслом, чтобы проверить деньги в очередной раз. Но её не оказалось.

– Алексей! – рявкнул он так, что эхо разлетелось по комнате.

Алексей, стоявший за дверью, вошёл молниеносно:

– Что случилось, Пётр Аркадьевич?

– Где моя сумка? – его голос срывался на паническое шипение.

– Разве не у вас? Вы же были с ней весь день…

В этот момент перед глазами Соловьёва пронеслись события дня. Он ясно вспомнил, как держал сумку в руках в магазине, как поставил её на пол, чтобы оплатить покупки… и как ушёл, захватив только бутылку вина и конфеты.

Лицо его побледнело.

– Чёрт… магазин! – произнёс он, хватаясь за голову.

– Что магазин? – Алексей уже начал нервничать.

– Деньги. Сумка с деньгами осталась там!

– Какие деньги? Те самые? – голос Алексея стал тише, словно он не хотел, чтобы даже стены услышали.

– Да, те самые! Пятьсот тысяч евро! Быстро в машину!

Спустя двадцать минут чёрный автомобиль депутата резко остановился у входа в супермаркет. Соловьёв выскочил из машины, не обращая внимания на зевак, и почти бегом направился внутрь. Алексей последовал за ним, пытаясь выглядеть спокойным, но внутри у него всё дрожало.

Пётр Аркадьевич ворвался к кассе, где, по его воспоминаниям, он оставил сумку. В это время кассир как раз пробивала покупки очередному клиенту.

– Вы здесь работаете весь день? – начал он, даже не здороваясь.

– Да, а в чём дело? – удивилась кассир.

– Сегодня утром я был здесь. У вас на кассе осталась моя кожаная сумка. Чёрная, с логотипом. Очень важная вещь, где она?

Кассир озадаченно посмотрела на него:

– Простите, но я ничего такого не помню.

– Как это – не помните? Она стояла прямо здесь! – он резко указал на пол.

В этот момент подключился менеджер зала, который заметил нервного мужчину.

– Чем могу помочь? – спросил он.

– Можете. Где ваша охрана? Где камеры? Я потерял свою сумку здесь, и мне срочно нужно её найти!

Менеджер явно напрягся, но старался сохранять спокойствие:

– Камеры у нас сейчас временно не работают. Сбой системы, ремонтируем.

– Как это не работают? – Соловьёв начал терять терпение.

– Простите, но это правда. А что касается сумки… если её кто-то нашёл, то обычно вещи приносят на стойку информации. Вы проверяли?

– Конечно, проверял! – соврал депутат, который до этого вообще не подумал о стойке информации.

Он повернулся к Алексею:

– Найди эту чёртову стойку, быстро!

На стойке информации ему, конечно, не помогли. Никто ничего не приносил, никто ничего не находил. Пётр Аркадьевич был в ярости.

– Какого чёрта? Это же полмиллиона евро! Это не кошелёк, который можно незаметно утащить! – кричал он на Алексея, выходя из магазина.

Алексей молча шёл рядом, обдумывая свои шансы остаться на работе после такого провала.

– Что будем делать? – наконец спросил он.

Соловьёв остановился, тяжело дыша.

– Нужно найти того, кто стоял за мной в очереди. Наверняка кто-то видел, как я ушёл. Или… кто-то забрал сумку. Мы это выясним. Любой ценой.

– Хорошо, я займусь этим.

Пётр Аркадьевич уже не слышал его. Он стоял у машины, глядя куда-то вдаль, и думал только об одном: кто-то гуляет с моими деньгами…

Решение оставить деньги

В квартире Галины спор набирал обороты. Когда он достиг кульминации, пенсионерки сидели на кухне Галины Петровны, окружённые ароматом чая с мелиссой и свежих блинчиков. Сумка с деньгами стояла в центре стола, словно таинственный артефакт, вокруг которого разгорались страсти.

– Мы должны вернуть деньги, – строго заявила Людмила Ивановна, постукивая ложечкой по блюдцу. – Это не наши деньги, и я не хочу, чтобы нас потом посадили.

– Людочка, ну кто нас посадит? – возразила Галина, широко улыбаясь. – Да на нас даже соседский кот смотреть перестал, а ты говоришь – посадят!

Зина, которая до этого молчала, рассматривала содержимое чемодана и вдруг воскликнула:

– Слушайте, а может, это вообще деньги для каких-нибудь махинаций? Или взятка?

– Вот именно! – подхватила Галина, указывая на Зину пальцем. – А значит, если мы их вернём, то просто вернём их в руки преступников. А это мы уже видели в сериалах!

– В каких ещё сериалах? – Люда сердито поправила очки.

– В тех, которые ты сама смотришь каждый вечер! – парировала Галя. – Там всегда так: находят деньги, возвращают, а потом оказывается, что деньги грязные, а героев начинают преследовать.

– Девочки, – Зина отставила чашку. – А если это судьба? Вот сами подумайте: мы всю жизнь вкалывали, экономили на всём, и что получили? Пенсию, которой едва хватает на лекарства и коммуналку. А тут такая возможность!

– Зина, это называется «воровство», – сухо заметила Люда, поджав губы.

– Да ладно тебе, Людочка, не будь такой святой, – усмехнулась Галя. – Ты же сама говорила, что всю жизнь мечтала съездить куда-нибудь за границу. Вон, в Италию, например, посмотреть, как там живут.

– Девочки, давайте серьёзно, – Люда вздохнула, пытаясь взять ситуацию под контроль. – Мы можем быть в опасности. Вдруг этот человек – криминальный авторитет?

– Криминальный авторитет? – рассмеялась Зина. – Ты видела его костюм? Это депутат! Я уверена, что он сам эти деньги наворовал.

– Зина права, – Галя кивнула. – Разве депутатам мало всего? У них и так всё есть. А у нас? Последний раз я покупала новую обувь ещё в девяностых!

Люда на мгновение задумалась. Она вспомнила, как пересчитывала копейки, чтобы купить себе зимнюю куртку. А ещё вспомнила, как давно она мечтала увидеть океан, хотя бы раз в жизни.

– Допустим, мы оставим деньги, – осторожно сказала она. – Что дальше? Как вы собираетесь их тратить? На что?

– На всё! – воскликнула Галя, схватив пачку денег. – Я куплю себе новый гардероб, сделаю причёску в дорогом салоне. А потом поеду в Париж и буду гулять по Елисейским полям!

– А я куплю себе велосипед, – добавила Зина. – И поеду кататься, как в молодости.

– Велосипед? Ты хочешь тратить миллионы на велосипед? – Люда едва не рассмеялась.

– А что? Это моё право, – нахмурилась Зина. – И вообще, на оставшиеся деньги я куплю себе домик на юге, с видом на море.

– Людочка, а ты на что потратишь? – лукаво спросила Галя.

– Я? – Люда смутилась. – Ну… Может быть, действительно съезжу куда-нибудь. Только на короткий срок.

– Ага, значит, и ты хочешь жить, как нормальный человек! – торжествующе заявила Галя.

– Но это всё ещё неправильно, – вздохнула Люда. – Что, если кто-то узнает?

– Никто ничего не узнает! – уверенно сказала Зина. – Мы просто скажем, что это наш выигрыш в лотерею.

– Или наследство, – добавила Галя.

– Наследство? – Люда подняла брови. – От кого?

– Да от двоюродной тётушки, которая жила в Австралии! – весело рассмеялась Галя. – Кто будет проверять?

Люда наконец улыбнулась. Её строгая маска начала таять.

– Хорошо, допустим. Но мы должны договориться: никаких глупостей. Деньги нужно тратить с умом, – сказала она.

– Конечно! – хором ответили Галя и Зина.

– С умом, значит, с умом, – добавила Галя, хитро улыбаясь.

Так было принято решение. Сумка осталася у них, а три пенсионерки начали строить грандиозные планы на будущее.

После бурного обсуждения денег и первых планов, бабушки наконец-то решили, что самое время подумать, куда именно отправиться.

– Девочки, а ведь нам теперь открыт весь мир! – торжественно заявила Галина, глядя на карту мира, распечатанную на бумаге.

– Это точно, – согласилась Людмила. – Но куда именно?

– На море? – предложила Зинаида.

– Да ну, – отмахнулась Галина. – Лежать, как селёдки на пляже? Нам нужно приключение!

Людмила зажмурилась и ткнула пальцем в карту.

– Монголия…

– Ну уж нет! – фыркнула Зинаида. – Я степей и дома насмотрелась!

– Тогда давайте Европу! – оживилась Галина. – Культурный отдых, музеи, кафе, театры…

– Давай конкретнее, – Людмила подалась вперёд. – Париж?

– Много пафоса, – покачала головой Зинаида.

– Лондон?

– Дождь, сырость… да и язык непонятный.

– А как насчёт… – Галина сделала паузу, заговорщицки понизив голос, – Амстердама?

Бабушки переглянулись.

– Это где ветряные мельницы?

– Это где тюльпаны?

– Это где… всякое разрешено?

Мгновение молчания, затем троекратное:

– Оооооо!

– Девочки, мы всю жизнь были правильными, экономными, скромными! – разошлась Галина. – Неужели мы не заслужили немного… этого самого?

– Разве что чуть-чуть, – задумчиво сказала Людмила.

– В конце концов, у нас новая жизнь началась! – воскликнула Зинаида.

– Решено! – Галина хлопнула по столу. – Амстердам, жди нас!

Их фантазии и первые шаги к изменению жизни

На следующее утро, когда судьбоносное решение оставить деньги уже стало фактом, каждая из подруг проснулась с неожиданным чувством – чувством свободы. Лёгкость поселилась в их сердцах, словно с плеч свалилась невидимая ноша. Впервые за долгие годы они позволили себе мечтать о том, что жизнь может измениться. В голове роились смелые, порой почти безумные идеи. Кто-то из них видел себя на тёплом песчаном пляже с коктейлем в руках, другая представляла, как забирает весь отдел тканей в магазине, чтобы шить самые роскошные наряды, а третья фантазировала о переезде в уютный домик в пригороде, где можно выращивать розы. Каждая из этих фантазий дышала жизнью, наполняя их утро новой энергией.

Людмила Ивановна, проснувшись в своей уютной, но давно обветшавшей квартире, подошла к зеркалу. В отражении она увидела женщину с седыми волосами, строго собранными в пучок, и лицом, которое привыкло к постоянным заботам.

– Нет, так больше нельзя, – сказала она себе. – Хватит экономить на себе. Я должна наконец позволить себе жить!

Она взяла лист бумаги и стала записывать, что ей нужно. Сначала – новая одежда. Потом – косметолог. А затем, если останется время, – путешествие в Италию. Она уже представляла себя на площади Сан-Марко в Венеции, в шляпе с широкими полями, кормящей голубей.

Тем временем Галина Петровна, проснувшись в своей квартире, сразу взялась за телефон. Она набрала номер своего старого друга Николая Петровича.

– Коля, привет! – сказала она весело. – Слушай, у меня тут новости. Скоро меня не узнаешь. Я собираюсь сделать прическу, как у той актрисы, помнишь, из сериала?

– Галя, ты что, с ума сошла? – удивился Николай. – Какие ещё причёски?

– Вот увидишь! – ответила Галина, подмигнув своему отражению.

Она уже представляла, как будет гулять по Парижу, встречать закаты на Монмартре и танцевать на набережной Сены под музыку уличных музыкантов.

А Зинаида Васильевна, самая тихая из трёх подруг, сидела у себя дома с чашкой кофе и листала старый фотоальбом. На одной из фотографий она увидела себя молодой, с велосипедом, на фоне весеннего парка.

– Как же давно это было, – вздохнула она. – Почему я отказалась от своих мечтаний?

Она вспомнила, как в юности мечтала покорить горы, спуститься на байдарке по бурной реке и путешествовать автостопом по Европе. «Почему бы и нет?» – подумала Зина, улыбаясь.

К вечеру подруги снова собрались у Галины, чтобы обсудить свои планы. На столе стояли бутерброды с икрой, шоколадные конфеты и вино, которое Галя достала из «запасников».

– Ну, как настроение, девочки? – спросила она, разливая вино по бокалам.