- -
- 100%
- +
В двадцать пятом году, когда нейросети уже научились писать стихи лучше поэтов, а умные дома стали не глупее своих хозяев, мой приятель Марат —инженер по образованию, циник по убеждению – решил установить в своей трёшке на Проспекте Октября систему интеллектуальной вентиляции. «Будет как в Европе», – сказал он жене Светлане, имея в виду не столько комфорт, сколько причастность к прогрессу. В Уфе мы все чуть-чуть провинциалы, даже когда косим под столичных: покупаем гаджеты не потому, что нужны, а потому что положено в эпоху, когда технологии опережают разум, а разум – совесть.
Система оказалась удивительно разговорчивой. Она не просто гоняла воздух – она его анализировала, как средневековый алхимик анализирует мочу: углекислый газ, влажность, процент нагрузки на оборудование. Всё это отображалось в приложении с такой педантичностью, будто речь шла не о воздухе, а о государственном бюджете. Марат, человек дотошный (родом из Стерлитамака, где и воздух меряют по ГОСТу), начал изучать графики с увлечённостью нумеролога.
Закономерности проявились быстро. Пустая квартира – три процента нагрузки, минимум для циркуляции. Марат спит один – семь процентов: человек дышит, даже когда устаёт от жизни. Супруги спят вместе – четырнадцать. Арифметика простая, как детский букварь, и такая же предсказуемая.
Но когда вечерами занимались «йогой» – или, как выражалась Светлана, «работой над собой» – показатели взлетали до сорока процентов. Марат шутил, что система точнее фитнес-браслета: не врёт про калории.
В этих графиках жила поэзия большого города, где люди дышат по расписанию, любят по графику, живут по приложению. Марат стал семейным аналитиком: знал, когда жена встаёт ночью попить воды (лёгкий всплеск до пяти процентов), когда смотрят кино (стабильные четырнадцать), когда ссорятся (резкие скачки – учащается дыхание). Квартира превратилась в гигантское лёгкое, а он – в её личного пульмонолога.
Современный человек живёт иллюзией контроля. Ставим счётчики на всё: шаги, калории, лайки, вздохи. Считаем – значит, понимаем. Понимаем – значит, управляем. Марат управлял микроклиматом с тем же упоением, с каким его дед-председатель колхоза управлял урожаем свёклы. Только урожай был более предсказуем чем люди.
Командировка в Москву выдалась удачная: Марат защитил проект реконструкции очистных сооружений, получил премию, даже сфотографировался с заместителем министра. В гостинице «Метрополь» – не из тщеславия, просто фирма экономить не привыкла – по привычке открыл приложение. Привычка сильнее разума: мы проверяем телефон, как верующий – часы молитвы.
График показал странную картину. В его отсутствие система работала активно: обычные колебания от трёх до семи процентов, когда дома одна Светлана. Но периодически случались всплески – те самые сорок процентов, что раньше означали совместные тренировки.
Первая мысль: может, жена увлеклась фитнесом? Стала заниматься интенсивнее в его отсутствие? Марат даже порадовался: Света вечно жаловалась на нехватку времени для спорта. Но что-то в регулярности пиков смущало. Случались строго по вечерам, в определённые дни, с точностью биологических часов.
Во вторую командировку – месяц спустя, в Питер – взял ноутбук, стал отслеживать показатели в режиме реального времени. Включил уведомления: пусть система сама докладывает о скачках.
И доложила. В среду, в 19:47, нагрузка подскочила с семи до тридцати восьми процентов. Во время их видеозвонка. Света сидела на кухне в халате, пила чай с мёдом, выглядела усталой. «Как дела, дорогой? Скучаю». А система фиксировала активность двух человек.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.