Молоток и мечты

Пролог: Великое разрушение

В тот день, когда все началось, я еще не знал слова «экономика». Мне было пять лет, и весь мой мир помещался в одну комнату немецкого барака, где после войны селили семьи, оставшиеся без крова. Ирония судьбы – лагерь сменил профиль, но не суть. Узники войны ушли, пришли узники жилищного кризиса, узники собственных надежд – селяне, ринувшиеся в городскую муть за лучшей жизнью.

Наше богатство хранилось в огромной картонной коробке. Игрушки – большинство металлических, добротных, советских – лежали там, как сокровища Али-Бабы. Танки, самолеты, большой металлический автокран, конструкторы – весь арсенал детского счастья, накопленный годами родительских усилий.

Брат был старше меня на два с половиной года, и этот возрастной разрыв в детстве казался пропастью. Он уже ходил в школу, знал буквы, умел считать до ста. А еще у него была особая тяга к исследованиям, которая в тот роковой день обернулась катастрофой.

Я помню каждую деталь. Солнечное утро, родители на работе, мы одни в комнате. Брат достал из отцовской сумки с инструментами большой молоток – тяжелый, с деревянной рукояткой, пахнущий металлом и машинным маслом. Его глаза горели научным любопытством.

– Хочу посмотреть, что внутри, – сказал он, взвешивая молоток в руке.

Я смотрел, как он методично, с дотошностью юного исследователя, начал ломать и выковыривать внутренности из каждой игрушки. Молоток в детских руках превратился в орудие познания и разрушения одновременно. Танк лишился башни и гусениц, самолет – крыльев и пропеллера, автокран потерял колеса и кабину крановщика.

– Стой! – кричал я, но брат был одержим. Он препарировал нашу коллекцию, как анатом трупы, превращая игрушки в груду металлолома и пластиковых обломков. За час вся наша вселенная была разобрана на составляющие.

Когда вечером пришел отец, в комнате царил тотальный разгром. Он молча обвел взглядом картину разрушения, без единого слова свалил все обломки в ту же коробку и унес на помойку. Отец был человеком строгих принципов – если что-то сказал однажды, это становилось непреложным законом.

– С этого дня я не куплю вам ни одной игрушки, – произнес он тихо, но так, что слова эти отпечатались в памяти навсегда.

Свое обещание отец исполнил с железной последовательностью. И тут началось мое практическое знакомство с несправедливостью мира.

Глава первая: Урок о справедливости

Прошло четыре года. Мы уже жили в двухкомнатной хрущевке – барак признали аварийным, и наша семья получила свои законные метры в человеческом жилье. Стены стали толще, потолки выше, но детство наше по-прежнему протекало в условиях строгой экономии.

Мне было девять лет, когда судьба преподнесла урок о том, что справедливость – понятие относительное. Играя с братом на школьном дворе, мы перевернули камень. Под ним лежала пятирублевая купюра – по тем временам целое состояние, на которое можно было купить килограмм мяса или тридцать буханок хлеба.

Свидетелем находки стал соседский мальчишка Васька Сметанин, с которым у нас были давние враждебные отношения. Рыжеволосый, конопатый, завистливый – он всегда старался испортить нам любую радость. Увидев купюру в наших руках, он тут же завопил:

– Это мои деньги! Я их уронил вчера!

Естественно, мы с братом его претензии не приняли. Логика была проста – как можно уронить то, что мы нашли под камнем? Но Васька не унимался, следовал за нами по пятам, выл о своей «утрате» на всю округу.

Обрадовавшись неожиданному богатству, мы отправились в отдел игрушек универмага «Уфа». Огромное здание с высокими потолками, витрины, полные недосягаемых сокровищ. Мы бродили между стеллажами, как падишахи в своей сокровищнице, выбирая, на что потратить внезапно свалившееся богатство.

Купили две игры – настольный «Пинбол-охота» и еще что-то, стершееся из памяти. Но главным приобретением стал так называемый швейцарский перочинный ножик. Красивый, с перламутровым боковым покрытием, со множеством приспособлений – от ножниц до открывашек для бутылок. Это была вещь из другого мира, символ качества и совершенства, недоступного в нашем советском быту.

Придя домой, мы успели насладиться покупками до прихода отца. «Пинбол» оказался увлекательной игрой, ножик – настоящим сокровищем. Я рассматривал каждое лезвие, каждый инструмент, представляя себя путешественником или разведчиком.

Но вечером раздался стук в дверь. Отец Васьки Сметанина, мужчина грузный, наглый и самоуверенный, пришел требовать пять рублей, утверждая, что это деньги его сына. Надо сказать, семья Сметаниных была непорядочной – в дальнейшем Васька, став чуть постарше, украл у нас велосипеды и продал их на рынке. Но тогда отец не поверил нашим словам о том, что деньги были найдены под камнем.

Я помню этот разговор в прихожей. Мужчины говорили вполголоса, но я слышал каждое слово:

– Ваши мальчишки нашли пять рублей. Мой сын утверждает, что это его деньги. – Они говорят, что нашли под камнем на школьном дворе. – А мой говорит, что потерял именно там. Мой сын не врёт в таких вещах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.