Тайная вторая жена

Глава 11

Лилия

Не зря говорят: мы притягиваем то, о чём думаем. Наши мысли материальны. И в этом я убедилась воочию...

Прошло больше двух недель, как я узнала о другой семье мужа. И да, я осталась. Струсила и смиренно приняла своё поражение.

Как бы ни ругала себя за слабохарактерность, но каждый раз, когда представляла, как Расим отбирает у меня дочь, меня охватывал леденящий ужас. Я не могла этого допустить. Карина — это всё, что у меня есть. Мой смысл жизни, моя любовь, моя надежда.

И вот я здесь, в этом роскошном доме, играю роль счастливой жены. Улыбаюсь, когда хочется плакать, делаю вид, что ничего не произошло, хотя внутри меня бушует ураган. Расим старается быть внимательным и заботливым, но я не верю ни единому его жесту. Всё это лишь маска, за которой скрывается двуличный и полигамный человек.

Ездил ли он к своей любовнице и сыну? Да, да и да. Как же это больно осознавать и делать вид, что всё в порядке. Расим старается это делать незаметно и тайно. Но я не дура, и прекрасно понимаю, куда он отлучается на несколько дней. Но молчу и делаю вид, что мне плевать. Пусть думает, что ему удалось меня обмануть. Не собираюсь устраивать скандалы и истерики. Я буду играть по его правилам, пока не найду способ вырваться из этой клетки.

А что самое болезненное в этой всей истории. Он уезжал вместе со своими родителями. А значит, Расим знакомил их со своей второй семьёй.

Как я ещё не сошла с ума после такого, сама удивляюсь. Но, если бы не дочь и моя работа, точно бы сошла с ума.

Работа, к слову, спасает меня от погружения в пучину отчаяния. И даёт мне возможность отвлечься, почувствовать себя нужной и компетентной. Я с головой ухожу в переводы, стараясь не думать о том, что происходит у меня дома. Станислав Егорович ценит мой профессионализм, и это придаёт мне уверенности в себе. Я доказываю себе, что не просто жена влиятельного мужа, но и самостоятельная, целеустремлённая личность. Это важно для моего внутреннего равновесия. Когда-нибудь я найду способ освободиться от этого болезненного брака, который не приносит радости и удовлетворения. К тому же качество брачного союза ассоциируется с названием брак, бракованный.

И в один прекрасный вечер, когда Расима нет дома, я сижу в гостиной и просматриваю социальные сети. И вдруг мне в уведомлениях попадается оповещение.

Моя свекровь и некая Ляйсан Гареева подружились.

Я упрекаю себя за излишнее любопытство, которое привело к тому, чего больше всего опасалась. Ляйсан добавила мою свекровь в друзья, и, не в силах побороть своё любопытство, я захожу на страницу девушки.

К моему счастью или несчастью, но её страница оказывается доступной для просмотра, и я могу детально изучить все доступные данные о ней.

Среди них — фотографии, видео и истории.

А последнее фото, опубликованное несколько дней назад, вызывает у меня настоящий шок и производит эффект разорвавшейся бомбы в моём сознании.

Ляйсан с темноволосым мальчиком на руках, Расим рядом, обнимает их. Счастливые, лучезарные, семейные. Все трое выглядят так, будто только что сошли с обложки глянцевого журнала. И подпись: «Моя семья – моя крепость». Меня словно облили ледяной водой. Руки трясутся, а в груди становится нечем дышать.

Это единственное фото с Расимом, остальные только она одна или с сыном. Похоже, она добилась своего и теперь может заявить всему миру о своём мужчине открыто.

Чё-ё-ёрт!!!

Закрываю ноутбук, отталкиваю его от себя, словно прокажённый предмет. Не могу больше смотреть на эти мерзкие фотографии. Не хочу знать, не хочу видеть. Но они уже в моей голове, въелись в память, как заноза. И вытащить их оттуда невозможно. Чувствую, как внутри меня закипает ярость, как поднимается волна ненависти. Не к Ляйсан, а к Расиму. К этому лживому, двуличному человеку, который так жестоко обманул меня, разрушил мою жизнь.

Но самое страшное — это то, что ничего не могу сделать. Я в ловушке. Но не сдамся. Найду в себе силы вырваться из этого ада.

Глава 12

Лилия

— Лилия Радиковна, поспешите. Нас уже ждут, — поторапливает меня начальник, подталкивает в поясницу.

Мы входим в здание строительной компании «ДомоГрад» и на лифте поднимаемся на пятый этаж. Там нас ожидают турецкие партнёры, которые хотят заключить с нами соглашение. «ДомоГрад» выступает в качестве посредника в этой сделке.

В офисе встречает представительный мужчина в строгом костюме, с безупречной улыбкой и жестом приглашает в конференц-зал. За длинным столом уже сидят несколько человек с восточной внешностью, внимательно изучающие какие-то документы. Обмениваемся приветствиями, рукопожатиями, и я стараюсь сохранять спокойное выражение лица, хотя внутри всё кипит. Начинается оживлённая беседа на турецком языке, и я включаюсь в работу, переводя слова и фразы с максимальной точностью и скоростью.

В какой-то момент я замечаю пристальный взгляд одного из турецких партнёров. Он смотрит на меня с каким-то странным выражением, и мне становится не по себе. Стараюсь не обращать на это внимания и продолжаю переводить, но его взгляд преследует меня. После окончания переговоров, когда все начинают расходиться, он подходит ко мне и, улыбаясь, говорит с акцентом на русском языке:

— Вы очень хорошо владеете турецким. И очень красивы. Меня зовут Керем, — протягивает свою широкую ладонь. — Вы не против, если с вами выпьем кофе?

Я пребываю в ступоре от такого напора и не знаю, что ответить. Но тут подходит Станислав Егорович и, обняв меня за плечи, говорит:

— Керем, позволь представить тебе нашу выдающуюся переводчицу — Лилию Радиковну. К сожалению, она сейчас очень занята, но я уверен, что вы ещё сможете найти время для общения, — начальник говорит с натянутой улыбкой, но в голосе чувствуется раздражение.

Керем бросает на моего начальника недовольный взгляд, но отступает. Прощается со мной, обещая позвонить. Я облегчённо выдыхаю, когда он уходит. Станислав Егорович с укоризной смотрит на меня.

— Лилия, ну что ты как неродная? Чего испугалась-то? Нормальный мужик, видный. Почему бы и не выпить кофе? — он подмигивает с лёгкой насмешкой.

— Станислав Егорович, вы же знаете, я замужем, — говорю я смущённо.

Мой начальник — видный и привлекательный мужчина тридцати восьми лет, к тому же холостой. Станислав Егорович — просто завидный жених! И почему же до сих пор никто не смог его прибрать к рукам?

— Вот именно! А то всякие Керимы приглашают на чашку кофе, — ревниво отвечает Станислав Егорович.

Я не знаю, что и ответить. Чувствую, как краснею и опускаю глаза. Неловкая пауза затягивается, и я решаю сменить тему:

— Станислав Егорович, спасибо вам за доверие и возможность работать с такими интересными проектами. Для меня это очень важно.

— Не стоит благодарности, Лилия. Ты действительно ценный сотрудник, и я рад, что ты в нашей команде.

Я не успеваю ничего ответить, как он продолжает:

— Ладно, проехали. Ты лучше скажи, как тебе вообще эти переговоры? Справилась?

— Да, вроде всё прошло гладко. Турки остались довольны. Надеюсь, сделка состоится, — отвечаю я, стараясь перевести тему.

— Не сомневаюсь. Благодаря тебе. Ты у меня просто золото, а не переводчик, — улыбается Станислав Егорович. — Пойдём, отметим это дело? Я угощаю.

И вот мы уже сидим в уютном кафе неподалёку от офиса. Заказываем кофе и десерты. Станислав Егорович шутит, рассказывает забавные истории из жизни компании. Мне становится легче и спокойнее на душе. В его обществе я забываю о своих проблемах и чувствую себя обычной женщиной, а не загнанной в угол жертвой обстоятельств.

Я вспоминаю про дочь и садик. Прощаюсь с начальником, на что он предлагает свою услугу, подвезти. На что я отвечаю положительно.

Вначале я предполагала, что Станислав Егорович подбросит меня до детского сада, но он предлагает подождать и довезти до дома. Я немного теряюсь такому порыву босса, но не отказываюсь, так как мне всё равно придётся вызвать такси. А обращаться к Расиму с просьбой забрать нас с дочерью — это последнее, что я бы сделала.

Дочь всю дорогу тараторит, общаясь с моим начальником. Моё настроение поднимается до высокой планки, наблюдая за ними.

Станислав подъезжает к главным воротам. Мы с дочерью прощаемся с ним и выходим из машины.

— Спасибо вам огромное, что подвезли, — благодарю начальника.

— Всегда пожалуйста. Мне нетрудно помочь моему ценному сотруднику.

Он заставляет меня смущаться, когда говорит мне приятные слова. Сегодня руководитель словно потерял контроль над собой и осыпает меня комплиментами и похвалами. Обычно он всегда сдержан, а здесь его разнесло. Если бы я его не знала, то подумала, что мужчина подшофе и поэтому ведёт себя таким образом.

Я не знаю, что и думать. То ли Станислав Егорович действительно заботится обо мне, как о ценном сотруднике, то ли за его словами скрывается что-то большее. Его внимание всегда приятно, но я стараюсь не воспринимать близко к сердцу. Нахожу в этом формальное общение между руководителем и подчинённым.

И тут я вижу картину, которая заставляет меня похолодеть. Из нашего дома выходит Расим. Взгляд у него тяжёлый, исподлобья. Скулы напряжены, а выражение лица далеко не дружелюбное.

Глава 13

Лилия

Расим надвигается с грозным и устрашающим видом. Делаю вид, что всё в порядке и не произошло ничего предосудительного.

— Привет, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие в голосе. Дочь, увидев отца, бросается к нему с радостными криками: «Папа! Папочка!» Расим подхватывает её на руки, но взгляд не отрывает от меня. В его глазах читается гнев и какое-то непонятное разочарование.

— Я думал, ты на работе, — цедит он сквозь зубы, не обращая внимания на дочь. — Что это за тип тебя подвозил?

— Это мой начальник, Станислав Егорович. Он просто помог доехать, — отвечаю я, стараясь не выдать своего волнения.

— Начальник, значит? И так любезно до самого дома? Очень интересно, — в его голосе слышится сарказм и ревность. Я осознаю, что Расим заметил нас вместе, и фантазия моего супруга уже нарисовала самые мрачные образы. Мне не хочется ничего объяснять или оправдываться. Чувствую усталость и хочу отдохнуть.

— Расим, давай не будем устраивать сцен, — говорю я, стараясь говорить тихо, чтобы не напугать дочь. — Я чувствую усталость и нуждаюсь в отдыхе.

Он щурится, неотрывно прожигая меня изучающим взглядом, затем переводит на дорогу, где только что скрылся мой начальник.

— Карина, иди в дом, я поговорю с мамой, хорошо? — его тон меняется, проговаривая дочери с теплотой и заботой. Спускает с рук дочь и мягко подталкивает к дому.

— Хорошо, папочка, — радостно соглашается с отцом и вприпрыжку сбега́ет в дом.

Воздух сгущается, пока Расим ожидает исчезновение из поля зрения дочери.

Как только дверь за Кариной закрывается, Расим поворачивается ко мне, и я вижу в его глазах нескрываемую злость.

— Что между вами происходит? — спрашивает он ледяным тоном.

Вопрос супруга доходит не сразу. Потому что звучит противоестественно. Я и начальник — это только работа и больше ничего. Но, я зачем-то молчу и не тороплюсь оправдаться. Что-то чёрное из глубин моей души подсказывает: дай мужу то, что он сейчас хочет слышать, а точнее — боится услышать.

— А что? — отвечаю вопросом на вопрос, тем самым подогревая и так накалённую атмосферу. Внутри меня ликует маленькая мстительная девочка, которой хочется причинить Расиму такую же боль, какую он причинил мне.

Видеть надо, как мрачнеют глаза Расима, при этом черты лица становятся угловатыми, а челюсти напряжёнными. Ещё чуть-чуть и между нами вспыхнет пламя, и всё сгорит, оставив один пепел.

— Лиля, не испытывай меня! — цедит сквозь зубы.

— Тебе сто́ит выпить успокоительное. Что-то нервный какой-то, — презрительно фыркаю в его сторону и иду к двери, ведущей в дом.

— Лиля! — Расим кричит мне. — Мы недоговорили.

Не реагируя на его словесный поток, захожу в дом.

Пусть теперь потеряет спокойный сон и переживает: есть ли у меня что-то с начальником или нет.

***

Последующие дни Расим как с цепи сорвался, сам подвозит и сам забирает меня и Карину.

Радует ли меня такое внимание? Скорее, раздражает. Ущемляет мою свободу. Хочется послать его куда подальше, но понимаю, что тогда разгорится скандал. Расим словно пытается пометить свою территорию, показать всем, что я принадлежу ему. Поэтому приходится терпеть, играть в послушную жену и делать вид, что всё в порядке.

Когда в один из вечеров Расим забирает меня с работы, я замечаю, как он пристально смотрит на Станислава Егоровича, который стоит у входа и прощается с коллегами. Во взгляде мужа читается нескрываемая враждебность. Мне становится забавно, но и в то же время страшно. Кто знает, что в этот момент на уме у Расима, и совершит какую-нибудь глупость по отношению к моему начальнику. Когда открылась истина о моём супруге, поняла, что моё представление о нём изменилось. Теперь я не могу быть уверена, что знаю его так хорошо, как мне казалось ещё совсем недавно. Или, возможно, я просто не знаю, чего от него ожидать.

Всю дорогу до дома мы едем в молчании. Напряжение висит в воздухе, словно грозовая туча. Карина, чувствуя эту атмосферу, тихо сидит на заднем сиденье, не проронив ни слова. Обычно она всю дорогу щебечет, рассказывает о своих приключениях в садике, но сегодня она молчит, словно боится нарушить хрупкое равновесие.

Дома я стараюсь не провоцировать Расима, избегаю разговоров на личные темы. Занимаюсь домашними делами, играю с дочерью, делаю вид, что всё хорошо. Но внутри меня растёт тревога. Я чувствую, что Расим что-то замышляет. И он не успокоится, пока не выяснит, что происходит между мной и моим начальником. И эта неопределённость пугает меня больше всего.

Поздним вечером, когда Карина засыпает, Расим заходит в спальню дочери и садится рядом на кровать. Я вся напрягаюсь, потому что это странно и даже чужеродное поведение мужа.

Его взгляд становится мягче, в нём появляется какая-то тоска. Он берёт мою руку в свою и тихо говорит:

— Лиля, прости меня. Прекрасно понимаю, что заставил тебя страдать и разочароваться во мне, как в надёжном муже. Но знай, я люблю тебя и не хочу потерять.

Я смотрю на него и не знаю, что ответить. Часть меня хочет поверить ему, хочет вернуться к прежней жизни, где мы были счастливы вместе. Но другая часть меня не может забыть его предательство и ложь. И я понимаю, что между нами уже никогда не будет как прежде. Между нами всегда будет ОНА. Ляйсан.

И только я об этом думаю, как звонит его мобильный. Расим достаёт из кармана, и я успеваю прочитать имя на дисплее.

Ляйсан.

Расим теряется и извиняется передо мной, выходя из детской.

И только слышу отдаляющий голос мужа:

— Да. Что случилось? Когда?

И после этого звонка Расим собирается и уезжает в ночь из дома, сказав, что у него срочные дела.

Глава 14

Лилия

В школьные годы произошёл случай, который оставил у меня неприятные воспоминания. Моя лучшая подруга и одноклассница Настя Раевская попала в неприятную ситуацию, и учительница Марьям Ураловна несправедливо обвинила её.

Я была в ярости и не могла понять, почему Марьям Ураловна не разобралась в ситуации и сразу обвинила Настю. В то же время виновник происшествия, который стоял в стороне, довольно улыбался, словно был рад, что его не поймали.

Не буду вдаваться в подробности той самой ситуации, а поясню, что испытывала именно я в тот момент.

В тот момент я ощутила сильнейшее чувство обиды за Настю. Мне было невыносимо больно и обидно, и я не могла ничего сделать, как бы ни старалась оправдать подругу перед учительницей. Раз с Настей дружим, а значит, я намеренно защищаю, даже если подруга не права. Но Марьям Ураловна не захотела меня слушать, и тогда я затаила обиду на учительницу. Ненадолго, конечно, но неприятный осадок остался.

Вот и сейчас я испытываю такое же чувство.

Только вместо Насти — моя родная дочь, и это вызывает у меня невыносимую боль. Не столько я обижена за себя, сколько за мою девочку.

Родной отец оставил дочь и уехал к другому ребёнку — к сыну, в другую семью.

Боже, как же это больно. Из-за этого спать не могу. Уже четвёртый час утра, а я лежу и переворачиваюсь с боку на бок, не в силах сомкнуть глаз. Как я благодарна Аллаху, что Карина ничего не знает и не понимает. Всё бы отдала, чтобы она не испытала эту самую обиду и тем более, когда это делает родной отец.

Смотрю на мирно спящую Карину. Такая маленькая, такая беззащитная. Дочь сильно любит отца, и она больше папина дочка. Карина всегда была близка с ним, и это было взаимно. Расим с самого рождения нашей малышки относился с особой заботой, и Карина купалась в отцовском внимании. Она ещё не понимает, что произошло, но я боюсь того дня, когда ей придётся узнать правду. Боюсь её разочарования, боли. Как я смогу объяснить ей, что папа уехал к другому мальчику, оставив её? И как смогу защитить дочь от этой раны?

Подхожу к окну и смотрю на рассвет. Первые лучи солнца пробиваются сквозь тёмные тучи, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые цвета. Но даже эта красота не приносит мне утешения. В душе всё равно остаётся пустота и тоска. Я чувствую себя преданной, брошенной, словно меня выкинули за борт тонущего корабля.

Вспоминаю слова Расима: «Я люблю тебя и не хочу потерять». Ложь. Всё это ложь. Если бы он действительно любил, он бы не причинил столько боли. Он бы не предал нас с Кариной. И не выбрал другую семью. Я больше не верю ни единому его слову.

Постараюсь как можно дольше оградить мою девочку от этой уродливой правды.

Сердце сжимается от одной мысли, что когда-нибудь Карина узнает. И я буду вынуждена смотреть в её полные непонимания глаза, объяснять то, что не поддаётся объяснению. Как объяснить ребёнку предательство самого близкого человека? Как утешить разбитое сердечко, когда твоё собственное разрывается на части?

Я всё-таки засыпаю под утро, а просыпаюсь, когда Карина уже скачет на мне, пытаясь разбудить меня. Я как угорелая ношусь по комнате, собираясь на работу, а Карину в садик. Заранее пишу начальнику, что возникли небольшие проблемы и я опоздаю.

Но мысль, что Расим не вернулся домой, не даёт мне покоя. От него ни слуху ни духу. И я твёрдо решаю, что не стану звонить ему и задавать вопросы о его местонахождении.

Я приняла роль равнодушной жены. Такой и останусь. Меня больше не волнуют его дела и тем более проблемы. Муж стал для меня пустым местом — лишь имя и штамп в паспорте.

Надеюсь, наши отношения сойдут на нет и он сам даст согласие на развод. Иначе я не знаю, как можно продолжать сохранять умерший брак.

День проходит плодотворно и насыщенный множество дел по работе. Со Станиславом Егоровичем съездили на встречу с турецкими партнёрами, которая прошла успешно и закончилась подписанием выгодного контракта. И даже Керему удаётся отвлечь меня от личных проблем, своим напористым и пристальным вниманием. Он опять настаивал на нашу вне рабочую встречу за чашкой кофе, на что я не дала точного ответа. Что-то внутри подсказывало, не отвергать открытый флирт со стороны турка, а дать надежду на встречу. Он симпатичный и интересный мужчина, почему бы и нет. А вдруг...