Опальная жена. Хозяйка Северных земель

- БЕГИ, МЕЙЯ! - крик застывает в ушах, будто сам воздух вокруг запоминает каждое слово.

В трёх метрах от меня, пачкая снег кровью, катаются братья: мой ненавистный муж - Лаэрд, желающий меня убить, и его родной брат Кирен. Их удары глухо отзываются в морозной ночи, будто бьют они не друг друга, а ледяное сердце зимы.

Накидка, сорванная с моих плеч, валяется тут же, рядом с перевёрнутым ведром, в котором ещё минуту назад была вода. Теперь она впиталась в моё платье ледяным ножом, режущим кожу, а я дрожу от невыносимого холода и страха.

У меня два варианта: остаться на месте и погибнуть - или бежать, сколько хватит сил неизвестно куда, и замёрзнуть в лесу.

И я выбираю второе.

Хватаю накидку, взметнувшуюся алым пламенем над снегом, набрасываю на плечи, завязывая тесьму. Мокрые волосы прячу под капюшон и успеваю сделать несколько шагов, слушая, как лёд хрустит под сапогами. Воздух режет горло, но вдруг рывок, и я падаю на снег, больно ударяясь локтями, которые успеваю выставить.

- Куда собралась? - Лаэрд, с окровавленной губой, тянет меня за щиколотку, как охотник подстреленную птицу. - Тебя всё равно приговорят к смерти, гафа!

Он ошибается, я не желала никому зла! Я лишь пыталась исправить то, что натворили они с его любовницей!

- Ты убила моего сына! – шипит Торвелл, впиваясь скрюченными пальцами в мою щиколотку, и коготь пробивает кожу, добираясь до моей ноги.

Он снова оборачивается, но не по-настоящему. Таких называют полудраконами – реварнами. Тех, кто не в силах призвать вторую ипостась, а лишь проявляет её частично в когтях или чешуе на коже. Не лучшие представители рода, которых не привыкли показывать всем и каждому. Но Лаэрн добился успеха, став помощником своего отца – эрда Торвелла, Верховного Судьи Акриона.

Подтягиваю к себе свободную ногу и вкладываю в неё последние силы. Каблук впечатывается в лицо Лаэрду несколько раз, он кричит, но не ослабляет хватку, и тогда добавляю ослепительную магическую вспышку, и она действует. Муж ослабевает хватку, и я могу отползти, смотря, как на помощь торопиться Кирен.

- Отпусти её, брат, - просит он.

- Она изуродовала моего сына!

- Нет, он родился таким, она намеревалась ему помочь.

Но Лаэрд слышал лишь то, что нашёптывала ему любовница – эрдана Фриэлла. Женщина, к ногам которой он готов сложить головы всех жён и подданных. Вдова, что переехала в наш замок, как только потеряла мужа. Любовница, что вот уже год поселилась в его постели.

Мейя, хватит стоять!- вырывает меня из задумчивости Ашкай, мой фамильяр-змейка. Именно он помогал мне осваивать науку эфов, когда мать учила лечить других. Он стал моим внутренним голосом, который всегда указывает верный путь.

Поднимаюсь на ноги, когда позади появляется женская фигура и два её леопарда, которых она держит на коротких поводках. Кажется, она решила покормить своих кошек. Фриэла вышла посмотреть на казнь, и явно не рада её отмене.

Бросаю взгляд на Кирена, оседлавшего брата. Он единственный из эрдов, кто был ко мне добр за эти два года. Кто стал мне куда ближе, чем просто знакомый. В его глазах грусть и невыносимая тревога, он смотрит так, что внутри всё переворачивается.

- Я найду тебя, - последнее, что слышу от него, и бросаюсь бежать.

Визуал Мейиораль Торвелл

Знакомьтесь, наша главная героиня - Мейиораль Торвелл - бабушка одной из героинь завершённых историй.

На момент истории ей двадцать, и два года она несчастливо замужем. Целительница из древнего рода эф, знания и умения которых передаются по наследству. Имеет фамильяра - маленькую змейку, которая до некоторых пор является серебрянной брошью, а когда наступает рассвет силы - переходит в помощника, оформляясь голосом в голове.

Глава 2

Снег хлещет по лицу, будто пытается остановить. Каждый шаг отдаётся болью, но страх смерти сильнее. Лес чернеет впереди, невидимый в тяжёлой ночи, и всё же зовёт, обещая хотя бы шанс, хотя бы несколько часов жизни, а после – мучительную смерть.

Мороз режущими иглами впивается в лицо. Ветер воет в кронах, будто предостерегает: дальше нет дороги. Легкие будто слипаются от холода. Бегу не глядя, подобрав юбки, стараясь не споткнуться и не потерять равновесие. И я знаю наверняка: Фриэла выпустила своих кошек.

Соперничать с леопардами в беге – невыносимая глупость, потому останавливаюсь, поворачиваясь к противнику лицом. На меня смотрят два хищника, не бросаются сразу, словно играют или сторожат, пока не придёт хозяйка. Порою мне казалось, что она куда более жестока, чем мой муж.

Внутри загорается сила эфов: та самая, что мать называла «жгучим даром». Моё призвание - лечить других, но, если надо, я могу и за себя постоять. Только всё моё естество противиться разрушительной магии.

Раскрываю ладони, дыхание замирает. Сила устремляется в кончики пальцев, готовая в любой момент вырвать из моего тела.

Леопарды рычат, предвкушая охоту, и расходятся в разные стороны, окружая. Ждать нет смысла: повернусь к одному - другой нападёт сзади.

«Ашкай, дай всю силу», - призываю фамильяра и, сосредоточив дар, направляю магию прямо на их глаза. Ветер ледяной энергии ударяет в них, один успевает отпрыгнуть, но новый потом настигает его. Животные дёргаются и тут же, шатаясь, опускаются на землю, пока вовсе не перестают двигаться.

Я не причинила им вреда, это временное усыпление, которому меня научила мама. Эффект зависит от степени сосредоточения магии, от пары минут до нескольких дней, а то и недель. Мне надо, чтобы в ближайшее время эти кошки не шли за мной по следу. Чтобы Фриэла оставила меня в покое, нам больше нечего делить.

У неё всё: замок, муж, власть, ребёнок, пусть с уродством.

У меня остались только пару часов жизни.

На бумаге я была женой Лаэрда Торвелла. Но что значат буквы, когда жизнь диктует другие условия. Он никогда не скрывал своего пренебрежения ко мне, потому что был безответно влюблён в замужнюю женщину. Его отец выменял меня на какие-то украшения, узнав, что я из древнего рода эф, и притащил в Акрион из Кельнара, моей родной империи, в надежде что я помогу его сыну обрести ипостась. Но он решил убить двух зайцев, связав нас брачными узами, потому что боялся скандала на счёт эрданы Фриэлы.

Но надеждам Великого Судьи не суждено было сбыться. Сын так и не смог победить свою природу, я не дала ему наследника, хотя тяжело понести, когда муж не посещает твою спальную. А Лаэрд, как только любовница стала вдовой при очень странных обстоятельствах, не нашёл ничего умнее, как притащить её к нам в замок.

Узнав об этом, Юмас Торвел сразу же объявился на нашем пороге. Они долго кричали друг на друга, а потом Судья исчез. До сих пор никто не знает, что именно с ним произошло, и Кирен пытался разыскать отца, как и стражи порядка, только Судья, как сквозь землю провалился. С тех пор его должность перешла Лаэрду, а моя – жены – его любовнице. Я же при них была сиротой, испуганной девчонкой, которой позволяли лечить родственников и прислугу. А Фриэла – полновластной хозяйкой, установившей свои законы и порядки.

Я пыталась уйти, но меня догоняли и сажали под замок, пока на пороге не объявлялся Кирен. Он не был похож на старшего брата, а в его глазах можно было увидеть всю вселенную. Пожалуй, он единственный за эти два года, кто действительно был ко мне добр.

Визуал Лаэрда Торвелла

Супруг нашей героини - Лаэрд Торвелл. Всегда был в тени отца, но не так давно освободился из-под его влияния. 35 лет, Великий Судья Акриона, который не всегда выносит верные решения, полагаясь на связи и деньги.

Риварн - полудракон, у которого проявляется только часть силы в качестве драконьей чешуи или когтей. Отец мечтал, чтобы сын проявился до конца, даже нашёл ему молодую жену с сильной магией, только и это не помогло.

Визуал Фриэллы Мёртинс

Любимая женщина Лаэрда Торвелла вот уже около пяти лет. Встретив её на одном из баллов, он был сражён красотой, и с тех пор томился чувствами, не в силах взять желаемое.

Она отвечала ему благосклонностью, а когда стала вдовой, перебралась к новому жениху. Правда, он был женат, но любовники не особенно обращали внимание на молодую сироту.

Привезла с собой двух домашних животных, которые почти всегда были при ней.

_______________________________________________________

Дорогие мои читатели.

Новая история на проводе. Тот, кто давно со мной, знает, что будет интересно и загадочно. Впереди приключения, выбор и долг, спасение жизней, новые знакомства и, конечно же, встреча с мужем и любовницей.

Что сделает Мейиораль для того, чтобы стать Хозяйкой Северных земель, узнаем в процеессе чтения.

А чтобы порадовать автора и поддержать книгу, отправляйтесь на её карточку, добавляйте в библиотеки, если не сработали автобиблы, а так же ставьте звёзды, потому что это невероятно мотивирует на дальнейшее написание глав.

Искренне ваша, Айрин Дар

Глава 3

Не могу сказать, сколько иду, но больше сил не осталось.

Пальцы давно перестали слушаться, ноги будто из дерева, и я еле переставляю их.

Ашкай кричит в голове.

Не останавливайся! Ещё немного, Мейя!

Но я долго сражалась, больше не могу. Падаю в сугроб: мягкий, будто перина, и тёмный, будто могила. А где-то далеко поднимается солнце.

Последний рассвет моей жизни.

Прихожу в себя, когда кто-то протирает лоб мокрой тряпкой. Веки дрожат и поднимаются с усилием.

- Она пришла в себя, - раздаётся детский испуганно‑радостный голос.

Вспоминаю последние события, пытаюсь пошевелить пальцами на руках и ногах. Чувствую каждый.

Свет тусклый, стены деревянные, пахнет дымом, сушёными травами и какой-то кашей. Лежу на топчане, прикрытая старым одеялом, а надо мной склоняются мужчины. Двое мне неизвестны. Но третий…

Его лицо вспыхивает знакомой тенью воспоминания.

Кровь, вой, запах обгоревшей плоти, и мои ладони, исцеляющие рану на его боку.

- Мы встречались, - выдыхаю, почти не веря.

Я тоже его помню,- возникает голос Ашкая.

Мужчина склоняет голову.

- Ты спасла мне жизнь год назад. У меня не было монет, чтобы отплатить, но я всегда помнил тебя добром.

Ссыльный, проходивший вместе с конвоем в Северные земли. Во время стоянки случился пожар, и меня забрали, чтобы помочь людям. Выходит, я теперь тоже здесь? Но это же в сотни лигов от нашего замка.

Девочка возвращается с дымящейся чашкой, протягивая её мне. Чувствую озноб. Лихорадка не прошла бесследно, и неудивительно, многие вообще бы не выжили.

Она подаёт мне чашку, но мои пальцы сильно дрожат, и тогда она садится рядом, протягивая мне ложку с похлёбкой.

- Это Винола, дочь кузнеца, - представляет её мужчина. – Что ты делала ночью в лесу? – теперь уже вопрос ко мне.

- Погоди, - останавливает его другой, - дай прийти в себя, три дня спала, надо силы восстановить.

Три дня лежала здесь, а мой организм лечил сам себя. Три дня!

Конечно, повлиял и Ашкай, и пока ещё я слаба, но главное – я жива.

Горячая жидкость обжигает губы, но приятное тепло расползается по телу, возвращая мне ощущение реальности. С трудом глотаю, чувствуя, как с каждым глотком дрожь унимается.

- Мы нашли тебя под каменной аркой, почти занесённую снегом, - снова говорит один из мужчин. – Только Праматери известно, сколько ты там лежала.

Я могла умереть десятки раз. И никто бы даже не узнал. От этой мысли бросает сперва в холод, а потом в жар.

- Вы видели поблизости леопардов? – интересуюсь, и мужчины подкидывают брови.

- Волки бродят по округе, медведь один, но следов кошек нет.

Это радует, надеюсь, меня не ищут. Вспоминаю о Кирене. Что сделал с братом Лаэрд? Теперь, когда нет отца, а он – Верховный Судья, страшно представить, насколько велика его власть.

- Как твоё имя? – спрашиваю у мужчины.

- Валар. Когда-то у меня был титул, дом, семья. Но всё это осталось на юге. Моя семья теперь - эти люди, - кивает он на мужчин. – И дочка, - треплет по голове девочку. – Пусть не родная, но каждому из нас она дорога. Это Рох, - указывает на рыжебородого мужчину, - а это Ирвик, - ему, наверное, уже за пятьдесят. Крепко сложен, но выдают седые волосы. - Здесь, на Севере, живут те, кому некуда больше идти. Те, кто потерял всё, даже себя самого. Но мы держимся вместе. И если захочешь остаться - место найдётся.

Остаться? В землях, куда высылают преступников? В краю снега, ветра и холода?

Только есть ли у меня выбор?

Истории, связанные с новинкой

Дорогие читатели.

Новая история желает, чтобы я вам её рассказала. Те, кто уже знаком с Акрионом по другим историям, порадуюется, ведь Опальная жена - это книга о бабушке Эйлин Торн.

Книги самостоятельные, читаются отдельно, но, если вы хотите узнать историю Мейиораль и снова встретить на страницах Ашкая - Добро пожаловать в книгу.

История внучки завершена и ждёт своих читателей

Жена советника, сосланная в аномальную зону из-за любовницы, намерена выжить. Здесь деревья требуют жертв, горы перемещаются, а каждая пядь земли может убить.

Не просто выжить и пробудить древнюю магию, текущую в жилах. Стать хозяйкой гиблой долины, выполнить обещание, данное умирающей каторжнице, исцелить земли и своё разбитое сердце.

https://litnet.com/shrt/DN3N

История правнучки в процессе написания

- Это мальчик, - говорит повитуха.

- Уберите всё тут, чтобы ничто не напоминало мне об Аннике Торн. И отправьте её на все четыре стороны, как она желала, - отзывается генерал. - Ты же об этом мечтала, ДОРОГАЯ?

Он выгнал меня сразу же после рождения сына, не дав коснуться моего малыша. Враг моей семьи – отец моего ребёнка. Я подчинилась воле матери, заключив договор, чтобы на свет появился тот, кто спасёт империю.

Судьба посмеялась, определив мне в истинные грубого дракона, что не знает манер, а лишь научен убивать. Только однажды я уже умерла в другом мире, чтобы возродиться в этом.

https://litnet.com/shrt/bX2p

Глава 4

За окном лютует непогода, в очаге уютно потрескивают дрова. Мой живот успокоился от вкусной похлёбки, а впереди разговоры, потому что и у меня, и у мужчин много вопросов.

Рассказываю, как оказалась в лесу одна ночью, снова благодарю, что не оставили замерзать в сугробе, а на вопрос, «что буду делать дальше», лишь пожимаю плечами.

- Назад нельзя. Теперь, когда муж открыто пожелал моей смерти, лучше где-нибудь, но не в Морнхольде, хоть я там и прожила последние два года.

Я могла быть счастлива в своей империи, но судьба распорядилась иначе. Мать и отец любили друг друга и растили нас сестрой в этой любви. Жили мы на окраине столицы. Отец – шил одежду, мать врачевала. Когда мне было пятнадцать – погиб брат. Мы все горько переживали эти утрату. А в мои семнадцать мама снова забеременела, и это было счастьем. Только во время родов, где присутствовала я и две повитухи, было много крови. Я пыталась спасти мать, но время нещадно уходило. Она молила меня дать больше сил младенцу, что сам еле дышал, а я разрывалась между ними. И тогда мать отдала своё последнее дыхание ребёнку.

Повитуха утаскивала меня, говорила, что так бывает, а я кричала и стремилась к матери. Потом, когда время было упущено, меня всё же пустили. Но что бы я не делала, ничего было уже не изменить.

А потом стало ещё хуже.

Кто-то разнёс новость, что я воскресила мать. Якобы видели, как я занималась тёмной магией на кладбище, и она выбралась из могилы. Прибыли солдаты, раскопали место. Тела не было. Но я точно знала, что причина не в моей семье, и ей не просто захотелось выбраться и уйти. Она бы никогда не оставила нас. Кто-то нарочно потревожил её покой.

Сердце отца не вынесло этого, и её могила стала его последним пристанищем. Меня схватили и увезли к императору. Вернее, к послу по международным отношениям, у которого на меня были особые виды. Именно там и была заключена сделка с Юмасом Торвеллом, который забрал меня на чужбину, чтобы попытаться излечить старшего никчёмного сына.

Я не знаю, что делала моя пятнадцатилетняя сестра, оставшись с младенцем на руках. Надеюсь, соседи позаботились о ней, потому что наша семья всегда была добра к ним.

Я никогда не забывала Омалию, но помочь ей была не в силах. Мне приходилось чуть ли не каждый день бороться за свою жизнь. И когда я думала, что всё успокоилось, что муж и его любовница, наконец, оставят меня в покое, явив миру наследника, всё стало ещё хуже.

Мальчик родился с аномалией на лице. В месте, где должен был быть носик – зияла дыра. Фриэлла обвинила во всём меня, ссылаясь на то, что я ненавидела её и младенца, что именно я наслала чары во время беременности, желая им обоим смерти, хотя у меня даже в мыслях не было подобного. В моём мире дети не несут ответственности за родителей, они – невинные души, способные вырасти или на добре, или на зле, смотря в какую почву их посадить.

В тот день меня притащили в покои Фриэллы за волосы. Лаэрд был зол и пьян, его глаза бешено вращались. Она умела убедить его в чём угодно, и теперь удалось.

Он требовал, чтобы я исправила всё, чтобы я излечила их мальчика. Но магия не всесильна. Она может заживлять раны, облегчать боль, сращивать кости и делать ожоги более гладкими. Она может помочь тяжелобольному, уменьшить душевную муку, но не вырастить конечность или часть тела. Я смотрела на ребёнка, моё сердце сжималось от жалости, и я призывала Ашкая придумать хоть что-то для малыша. Не потому, что от меня этого требовали, а потому что было его невыносимо жаль.

Только не всегда есть выход.

После этого я оказалась на морозе, а мой муж пытался выместить на мне всю злобу, что накопилась в его душе. Фриэлла придумала мне казнь, а он был не Судьей, а исполнителем. А потом я оказалась здесь.

______________________________

История пишется в рамках литмоба "Морозная любовь"

https://litnet.com/shrt/4XKB

Глава 5

Огонь в очаге потрескивал, слабо освещая помещение. Снаружи завывал ветер, бросая в ставни пригоршни снега. Север дышал тяжело, как зверь после погони, что не решил ещё, стоит ли нас отпустить.

Только сейчас осознаю, что на мне нет платья, а я в мужской рубахе чуть выше колена. Тут же румянец заливает щёки. Кто меня раздевал?

Да чего они там не видели, Мейя?– подбадривает Ашкай. – Главное – живая.

У меня есть два варианта: страдать или забыть, что такое вообще случилось. В любом случае, смотрят они на меня по-доброму.

Заворачиваюсь в грубое шерстяное одеяло. Лихорадка почти ушла, но слабость ещё цепляется за каждую кость.

- Это промежуточный пост, - объясняет Ирвик, подбрасывая полено в огонь. - Здесь мы ночуем, когда возвращаемся с промыслов. Бьём пушного зверя и добываем мясо, а потом отвозим на санях в основной лагерь, что в трёхстах лигах отсюда, за Ледяными Гарями. Там и бараки, и новый замок.

- Замок? - переспрашиваю. Слово отзывается внутри странным эхом.

Замок, как напоминание о том, что я потеряла и от чего бежала.

- Да, - кивает Рох. - Ледяной Креп построили около двадцати лет назад, когда старый замок начал разрушаться. Раньше все жили в Серебряном Утёсе - сердце Севера, родовом гнезде Хейваров. Но когда умер последний из рода, защитные печати замка ослабли. Люди тогда думали, что это просто время. На Севере всё трескается, рассыпается, ломается.

Он вздыхает, проводя рукой по щеке, а глаза задумчиво смотрят на огонь.

- Кажется, даже зима стала злее. Но дело было в другом. Утёс потерял Хозяина. И магия ушла вместе с ним.

Слушаю внимательно, боясь пропустить хоть одно слово.

- Стены покрывались инеем даже летом, хоть оно тут и слишком короткое, печи тухли сами собой. Люди уходили: кто по приказу, кто от страха. Говорили, что по залам бродит его тень. Что замок плачет за тем, к кому был привязан.

Ежусь. Ветер, словно подслушав, ударяет в стены сильнее.

- После Великой трещины, - продолжает Валар, - когда обрушились часть башни и крыша, жить там стало невозможно. Тогда и решили построить новый замок - здесь, ближе к Ледяным гарям. Ближе к добыче. Серебряный Утёс размещён на скале, отличное место, с которого видна вся округа, но Креп более выгоден для работы.

- Что вы добываете?

- Ледяные сфары, - отвечает он. - Сгустки замёрзшей магии. Очень редкое и ценное сырьё. Его используют маги для создания бытовых и защитных артефактов, размещая в самой сердцевине вещи. А потом отправляем в столицу, где их уже используют.

Но добывать их смертельно опасно. Гари меняются каждый сезон. Лёд живой. Иногда кричит. Иногда рушится под ногами, будто хочет забрать тебя. Работа тяжёлая, вокруг холод и опасности. Есть умельцы, кто знает, как говорить со льдом, он их не трогает, наоборот, показывает места. Альта Тиэррис Хольц ценит таких, у них отдельные комнаты и преимущества. Их всего пятеро на триста человек.

- А сейчас и того меньше, нас не было две недели в Крепе, уверен, кто-то не вернулся, - добавляет Рох.

- Кто такая Эрдана Тиэррис? – задаю вопрос. Если она главная – мне надо понимать, как строить с ней взаимоотношения, потому что мой путь только вперёд.

- Вдова альта Хольца, который последние тридцать лет был главным надсмотрщиком Северных земель. Именно он разыскал первый кристалл, а затем предстал перед императором с предложением отправлять в земли ссыльных каторжников, которые могут послужить на благо своей империи. Конечно, помимо Севера есть ещё Каменные кары и Дымные кузни, куда отвозят преступивших закон.

- Ты забыл о Готтарде, мой друг, - подсказывает Ирвик.

- В Акрионе слишком много мест для провинившихся, и слишком мало возможностей в них выжить, - горько вздыхает Валар. – Или тебя поглотит лёд, или хищное дерево захочет выпить соки, или ты сгинешь на рудниках, добывая металл. Не жизнь, а сказка.

И в его глазах было столько тоски, что моё сердце стянулось жалостью.

И теперь мне предстояло подружиться с Севером.

Глава 6

Я узнала, что альта Тиэррис - сильная, как буря, и холодная, как лёд под ногами. Она держит этот лагерь так, что стража короля боится сюда соваться. Её магия заключена не в стихиях или лекарском деле, она ломает людей в прямом смысле: невидимой рукой заставляет их подчиниться. Может, именно поэтому и прибыла сюда с супругом, у которого магические данные были незаурядные. Редкость для искры, который по обыкновению шьёт, прядёт или чинит. Он же сумел завоевать расположение другими качествами и упрочить своё положение женитьбой на сильной драконице.

- У неё была возможность уехать после смерти мужа, - говорит Ирвик, - но она предпочла тьму двора северным ветрам. Может слухи. А факт один: она держит власть над замком в долине Хейваров. Только она решает, кто будет жить, а кто - работать до смерти.

Холод пробегает по коже. Значит, теперь и моя судьба будет зависеть от женщины, которой я ещё не знаю? Потому что я на её территории.

- Она жестока? - спрашиваю осторожно.

Валар долго молчит, смотря в огонь.

- Она справедлива, и у неё есть свои любимцы. Но человек не выживет десятилетие в этих землях, если будет мягким, - будто оправдывают её мужчины.

Я медленно выдыхаю.

Ты решила отправиться с ними?– спрашивает Ашкай, который всё это время молчал.

«Разве у меня есть выбор?»

Он есть всегда, Мейя.

«Тогда расскажи, о каких перспективах идёт речь, потому что я не вижу ни одного радужного пути. Или ты желаешь, чтобы я вернулась к Лаэрду и поговорила с ним по душам?

Нет.

«Тогда что же?»

Идти через земли твоего мужа очень опасно. Но и есть и другой путь – в столицу, минуя Морнхольд.

«И чем же мне предлагаешь знаться в Варругне? Меня там никто не ждёт, а как только Торвелл узнает, где я, приедет и заберёт силой».

Ты можешь просить милости у императора, стать личным лекарем её величества. У тебя редчайший да, Мейя, его нельзя прятать от людей. Впереди признание и свободная жизнь в сытости и тепле, а не льды и холод Севера. Одумайся, ты слишком молода и неопытна, послушай Ашкая. Как только ты покажешь императрице на что способна, она возьмёт тебя под крыло и никогда не отдаст тем, кто желает тебя убить. Она поможет разорвать связь между тобой и Лаэрдом, а через несколько лет подарит свой дом, если будешь преданна ей. Ты можешь удачно выйти замуж, и на сей раз за того, кого пожелаешь!