Исключительный: Перерождение

Глава 4. Охотник

Испробовав новое умение и поняв весь принцип действия навыка, я решил отдохнуть для восстановления потраченных очков ОМ. Оказалось, для восполнения маны не нужен полноценный сон: мана со временем сама восстанавливается — я это чувствовал, даже не открывая интерфейс системы. Но, к сожалению, во время действия навыка «Маскировка» мана не восстанавливалась. Думаю, это потому, что та мана, которая должна была идти в общий банк, уходила на поддержание умения.

— Кажется, я начинаю чувствовать голод. Ну что, пора на охоту!

С полной решимостью я спрыгнул из убежища и двинулся в сторону прохода в пещеру. По пути я всё так же аккуратно прошёл через стеклянную комнату, не наступая на разбросанный по полу хитин. Дошёл до поворота и активировал умение «Маскировка».

Прошла минута, две, затем пять. Но ничего не произошло.

— Нет, так не пойдёт. Я скоро начну терять энергию от голода, нужно найти что-нибудь поесть, пока не начался процесс самопоглощения.

С активным навыком невидимости я решил продолжить исследовать пещеры дальше. Под моими лапами пробегали разные мелкие организмы. Местный аналог наших тараканов. Правда, эти «тараканы» на вид гораздо омерзительнее своих земных сородичей. На спине у них множество маленьких точек, присмотревшись, я увидел, что это глаза... А ещё у них по всему телу быстрыми круговыми движениями шевелились волосатые усики.

— Даже под страхом смерти я вас есть не буду! Фу-фу-фу! — бесшумно рыкнул я на них от омерзения.

Впереди показался проход. Потом второй. И дойдя до них, я решил действовать по правилу правой руки. Буду постоянно двигаться по правую руку, исследуя все возможные проходы и комнаты, пока не упрусь в тупик.

Не знаю, сколько времени прошло, но по моим ощущениям, приблизительно через полчаса пути по длинному коридору, с передышками для восстановления маны, для того чтобы и дальше мог пользоваться невидимостью, я дошёл до огромного помещения. Размеры этого зала, по моим опять же приблизительным подсчётам, были равны целому футбольному стадиону из моей прошлой жизни. Повсюду в этом зале, прямо из пола и на стенах, торчали треугольные каменные шипы. У дальней части помещения от пола к потолку возвышалась большая округлая постройка с куполом из неизвестного материала, со множеством отверстий, в которые без проблем могли войти одновременно по три таких же, как я, волка.

Оценив обстановку на «стадионе», я заметил у главного входа постройки с купольной крышей тех самых монстров.

— Бронированные многоножки! — И этих тварей там было очень много.

Похоже, я нашёл их гнездо.

— Вижу цель, не вижу препятствий! — Хотел бы я тогда громко прорычать это, но… Конечно же я пошутил, препятствия есть, и их очень много. Периодически, практически из каждого отверстия постройки выходило множество многоножек. А эта у входа так никуда и не уходила. Большую часть времени она неподвижно стояла у гнезда. Лишь изредка к ней подходили её сородичи и что-то передавали из жвала в жвала — таким способом они её кормили, противное было зрелище, если честно.

Просидев вот так, затаившись, ещё некоторое время, я увидел, как из гнезда выходят толпой несколько многоножек и идут в моём направлении. Видимо, вышли на охоту.

Проходя мимо меня, один из них ненадолго остановился, поводил головой в разные стороны, шевеля своими усиками-антеннами, и ничего в итоге не обнаружив, продолжил путь. Ну а я последовал за ними.

У разделения прохода на два пути, где я выбрал правый проход, они двинулись в сторону зарослей, туда, где я поймал Тенеглота. Наверняка они хорошо знакомы с этими пещерами. И поэтому двигались так уверенно, будто прогуливались по парку. Думаю, в этих туннелях они хозяева, учитывая их силу и количество.

Пройдя по туннелю с зарослями и завернув в комнату со стеклянным полом, тварь, шедшая впереди группы, остановилась и улеглась на разбросанные на полу хитиновые панцири. А две другие, сопровождающие её многоножки, поскребли по ней своими жвалами и, развернувшись, ушли в обратном направлении.

— Не могу понять, почему она осталась и чего хочет. Неужели пришла сюда лишь для того, чтобы немного вздремнуть? — мысли мои путались, но я решил не гадать и попробовал применить на ней навык «Оценки», вдруг что-нибудь да узнаю. — Оценка!

[Основная информация о существе:

Вид: Бронированная многоножка (Взрослая особь)

Уровень 3

ОЗ: 2 / 55 (При смерти)

ОМ: 5 / 5

Особенность: «Усиленный хитиновый покров»]

Что и следовало ожидать, использовав оценку на монстре, я всё понял. Вся эта комната — это их кладбище. Они приходят сюда, когда чувствуют, что умирают.

— Это мой шанс, бесплатный опыт на дороге не валяется. Ну или в моём случае всё-таки валяется. — Мысленно пожав плечами, я начал приближаться к умирающему монстру.

Нужно было действовать быстро. У меня оставалось мало маны [ОМ: 14 / 45]. И самое главное — нельзя было давать монстру призвать своих.

Уже буквально в метре от добычи я заранее раскрыл пасть шире обычного и активировал навык «Выделение кислоты» [ОМ: 9 / 45]. Мои зубы моментально покрылись кислотой. Мышцы по всему телу напряглись до предела. Многоножка успела что-то почувствовать и поднять голову. Но было уже поздно. Я мгновенно рванул вперёд и клацнул прямо по её поднятой, сегментированной голове. Моя челюсть сомкнулась намертво, и по зубам стекало столько кислоты, что расплавило не только хитин на голове у монстра, но и стекло вниз, к её хитиновой пасти, разъедая всё на своём пути — и её начинающийся визг тогда быстро оборвался.

Взрослая многоножка, испытывая перед смертью ужасные боли, задёргалась всем телом. От неё пошёл густой едкий дым. Хитин начал пузыриться, издавая тошнотворный запах разложения.

— Идеальная победа, — оскалился я. — Правда, против беспомощного противника… Но в любом случае я молодец, ведь она даже не успела никого из своих позвать на помощь.

Во время моего разговора с самим собой видимо, жизнь окончательно покинула тело многоножки. И перед моими глазами появилось новое системное уведомление.

[ОЗ противника: 0 / 55.

Получено опыта: + 80 ед.

Текущий опыт: 240 / 200.

Уровень повышен! Уровень: 3. Не распределено очков характеристик: 5.]

— Отлично, новый уровень!

От радости я даже забыл про то, чтобы покушать, сразу принялся распределять свободные очки характеристик, держась той же схемы, чтобы всё было равномерно. И вот что в итоге получилось с моими основными показателями:

[Основная информация:

Имя: Айронд

Вид: Малый Чешуйчатый Волк

Уровень: 3 / 10 (Опыт: 40 / 300)

Жизненные показатели:

ОЗ: 35 / 35

ОМ: 50 / 50

ОЭ: 35 / 35

Характеристики: Сила: 6; Выносливость: 7; Ловкость: 9; Интеллект: 10; Мудрость: 8.]

Я стал сильнее — это чувствовалось каждый раз при повышении характеристик. Все мои жизненные показатели были на максимуме. Но чувство голода никуда не исчезало. Всё-таки голод и сон не зависели от статуса и значений в интерфейсе системы. По этой причине, недолго думая, я приступил к поглощению нетронутых кислотой останков многоножки.

Никаких системных уведомлений о поглощении ДНК и интеграции новых генетических материалов не последовало. Я до сих пор не понимал условий мутации и улучшений. Видимо, нужны были другие виды монстров или ещё что. Ну, поживём — увидим.

После успешной охоты и трапезы во мне проснулся азарт охотника. И, пользуясь той же тактикой, я продолжил охотиться на одиноких многоножек.

Следующие несколько дней превратились в непрерывный, местами очень сложный и изматывающий цикл из скрытой охоты, коротких перекусов и тревожного сна. Мне часто снилось, как многоножки приходят в моё убежище, ища мести за погибших сородичей, и разрывают меня на части. От этого я в ужасе просыпался и вскакивал на лапы. Но реальность оказалась лучше — ничего такого не произошло. Кладбище многоножек стало моей любимой охотничьей зоной.

В первый же день цикла охоты я победил одну многоножку и получил 60 ед. опыта. [Опыт: 100 / 300]. А через пару часов после этого, снова придя на кладбище, обнаружил ещё одну умирающую взрослую особь 3 уровня и без особого труда одолел её, получив ещё 80 ед. опыта. [Опыт: 180 / 300]. Но не всегда всё проходило гладко. Хоть они и были идеальными мишенями в предсмертном состоянии, иногда всё же преподносили опасные сюрпризы.

Пару раз я оказывался буквально на волоске от смерти. Из-за собственной невнимательности и эйфории от череды успешных охот я совершал глупейшие ошибки. В первый раз я слишком поздно заметил, что к выбранной мной умирающей взрослой особи 2 уровня сзади приближается ещё одна — но не такая же умирающая, а полная здоровья и сил многоножка 3 уровня. Моя «Маскировка» прекратила своё действие в момент атаки, и я оказался зажат между двух огней. К счастью, я справился, но довольно долго приходил в себя. Даже получив новый уровень, я ещё некоторое время чувствовал боль в бедре и в задних лапах.

Кстати, именно благодаря этой ситуации с битвой сразу с двумя взрослыми многоножками я и набрал достаточно опыта, чтобы снова повысить уровень.

[ОЗ противника: 0 / 45.

Получено опыта: + 60 ед.

Текущий опыт: 240 / 300.]

[ОЗ противника: 0 / 55.

Получено опыта: + 80 ед.

Текущий опыт: 320 / 300.]

[Уровень повышен! уровень: 4. Не распределено очков характеристик: 5.]

Не изменяя себе, я всё так же распределил новые очки характеристик равномерно и продолжил охоту.

После этого произошёл второй случай, который едва не стал для меня последним. Мало того что после повышения уровня я решил напасть сразу на двух разведчиков-многоножек 2 уровня, так ещё на меня, после утомительной победы над ними, потратив почти всю ману, с остатками [ОЗ: 17 / 40] и [ОЭ: 9 / 40], напал исподтишка Тенеглот. Этот паразит почуял моё ослабленное состояние и из-под маскировки набросился на меня, вгрызаясь в мою лапу. Лишь навык повышенной защиты спас меня от смерти, и то, что Тенеглот всё-таки был слишком слаб для моего нового уровня силы. Его укус не нанёс достаточного урона, чтобы добить меня одной атакой. И он дорого заплатил за эту попытку совершить убийство.

[Получено опыта: + 60 ед.

Получено опыта: + 60 ед.

Получено опыта: + 40 ед.

Текущий опыт: 180 / 400.]

Когда все трое затихли, а сам я едва дышал, интерфейс начал мигать красным уведомлением о критическом состоянии здоровья.

Этот урок я запомнил хорошо и стал гораздо осторожнее. Захватив тело Тенеглота, я побежал в сторону убежища. Нужно было полноценно отдохнуть, восстановить здоровье и энергию.

С большим трудом, не только из-за полученных на охоте ран, но и из-за тела Тенеглота в моей пасти, я забрался в убежище. Чувство голода меня тогда особо не беспокоило. Поэтому я решил отложить добычу на потом и опустил её на пол в углу своей комнаты. Необходимо было срочно отдохнуть. Ведь всё моё тело ныло от боли, и я чувствовал ужасную слабость. Забившись в дальнем углу убежища, я свернулся клубком и провалился в глубокий сон.

Глава 5. Долгий сон

Я проснулся, как всегда, раньше будильника. В квартире было тихо. Мама уже ушла на смену, как обычно оставив на кухонном столе большую порцию каши с сосисками и стакан питьевого йогурта для меня.

Я не спешил вставать. Лёжа слушал, как за окном ездят машины, и ктото громко о чёмто спорит, и думал, что сегодня будет обычный день — такой же, как вчера и как позавчера.

Встав с кровати, первым делом я поставил кипятиться в кастрюле воду, чтобы умыться и смыть усталость от долгого сна. Горячую воду отключили ещё в прошлую субботу, а сегодня уже четверг. Но ничего страшного в этом не было — я уже привык.

Пока вода кипела, я достал из рюкзака книгу — ту самую, про охотника на чудовищ, которую я всегда носил с собой и в любой удачный момент продолжал чтение. От запаха старой, с пожелтевшими от времени страницами книги по моему телу начали бегать мурашки. Я провёл пальцем по обложке, будто проверяя, что она всё ещё здесь, что этот мир никуда не исчез за ночь. Затем убрал её обратно и пошёл умываться.

В школу я шёл не спеша. Хоть никому, особенно маме, я не говорил об этом, но мне там не нравилось. Каждый день я старался держаться подальше от шумных ребят, которые смотрели на меня так, будто я из другого измерения. Но не всегда так было. Отстраняться от всех я начал много лет назад, со дня смерти моего отца.

Я помню, каким он был замечательным человеком. Он был опорой, всегда выручал и помогал советом. Но его не стало изза аварии. В то время я ещё учился в младших классах. И после случившегося я начал замечать взгляды — эти странные и раздражающие взгляды окружающих. Я так часто видел эти жалостливые взгляды взрослых, что стал их ненавидеть. Мне приходилось отворачиваться от них, лишь бы не встречаться с ними взглядами. И каждый раз, вступая в разговор со мной, они напоминали мне о смерти отца, отчего меня начинало тошнить от их наигранных, однообразных утешений. Они делали лишь хуже. А одноклассники смотрели совсем иначе — с какимто злорадством. Поэтому я и начал отстраняться от всех.

Но осталось недолго это терпеть. Ведь сейчас мой последний, одиннадцатый год учёбы в школе.

На переменах я уходил в дальний угол школьного двора, доставал книгу и проваливался в неё, пока вокруг звенели голоса, хлопали двери и ктото бегал с громкими криками, убегая от преследовавшего одноклассника изза игры в пятнашки.

По дороге домой после школы я, как обычно, прошёл через парк и сел на одну из свободных скамеек, собираясь почитать. Я только успел достать книгу из рюкзака, как ко мне подошёл седой старик.

Одет он был просто, даже бедно. Поношенный серый плащ — как минимум на один размер больше, чем ему требовалось, — прикрывал его худое тело. На нём были коричневые потёртые брюки и стоптанные чёрные ботинки. Он приблизился ко мне, осторожно постукивая своей длинной деревянной тростью по брусчатке парка. И я сразу понял, что он слепой.

— Не помешаю? — тихо спросил старик спокойным, до странности нежным голосом, будто боялся спугнуть меня.

Я покачал головой, хотя он и не мог этого увидеть.

— Нет, конечно, садитесь. Для двоих здесь места хватит.

Для слепого человека каждое движение требовало расчёта, но этот слепой старик лишь раз стукнул по скамейке и сразу сел. И мы сидели так какоето время — просто в тишине. Я читал книгу, а он просто сидел и как будто любовался парком.

Потом он заговорил о всяких мелочах. О том, как поособенному пахнет дождь в грозу. О том, как приятно чувствовать под пальцами шероховатость старой трости. О звуках листвы парковых деревьев, когда они шелестят от лёгкого дуновения ветра. Он с такой любовью рассказывал об этих мелочах, что и мне показалось это действительно крутым и приятным.

— Знаешь, — сказал он, повернув голову в мою сторону, будто мог видеть меня этим спокойным и внимательным взглядом, — иногда может показаться, что мир хочет, чтобы мы стали одинаковыми. Чтобы смеялись над одними шутками, хотели одних и тех же вещей, ценили одно и то же. Но самое важное — это как разтаки то, что делает тебя другим. Твоя уникальность, неповторимая особенность, которая отличает тебя от других. Твоя индивидуальность.

От этих слов я крепче сжал книгу, которую держал в руках, чувствуя, как внутри меня чтото тихо щёлкнуло.

— Я не такой, как все, но от этого мне не легче. Надо мной все смеются, обзывают. А я ведь ничего плохого не делаю, — признался я. — Я просто люблю читать. В книгах всё понятно. Герои — добрые. Монстры — злые. И, побеждая их, герой помогает другим людям, и его за это любят. А монстров не любят и боятся их, потому что они делают плохие вещи. В реальности тебя могут не любить, даже если ты хороший, и мне это не нравится.

На это старик лишь мягко улыбнулся и сказал:

— А может, и в настоящей жизни так же, — мягко возразил он. — Подумай сам. В книгах монстр — это тот, кто делает зло. Причиняет боль, унижает других и радуется чужой беде. А герой — тот, кто, даже когда трудно, даже потеряв своих близких, пройдя множество сложных испытаний и ощутив боль, не становится таким же, как монстр, злым. Не начинает мстить, не начинает ломать других, чтобы было легче самому. Просто остаётся собой.

Старик повёл ладонью по трости и продолжил:

— То, что ты любишь читать книги, не делает тебя монстром. А вот те ребята, которые смеются над тобой, — онито на чьей стороне, как ты думаешь?

Я хотел ответить, но замешкался, и он продолжил:

— Жизнь — это череда множества сделанных выборов. И только от нас самих, от наших решений зависит, чем закончится наша история и кем в итоге окажемся в ней мы — монстром или героем.

Мы говорили долго. Я рассказывал ему о героях из моих любимых книг. Он приводил примеры из жизни. Я задавал вопросы, как мне быть и что делать, чтобы меня поняли. Он не давал готовых ответов, но в его словах не было ни жалости, ни снисхождения — только спокойная уверенность человека, который многое видел, даже не имея зрения.

Увидев время, я вдруг осознал, что мне пора бежать. Быстро попрощавшись, я убрал книгу в рюкзак и начал уходить. Но, пройдя несколько шагов от скамейки, на которой мы только что сидели, я решил обернуться и снова взглянуть на этого доброго слепого старика. Но на скамейке его уже не было.

Я постоял ещё немного, пытаясь объяснить себе исчезновение слепого старца. Но не смог ничего придумать, а потом медленно выдохнул и пошёл дальше.

Это было странно — никаких объяснений не находилось. Но главное — что его слова оставались со мной. И на следующий день, когда в школьном дворе снова ктото крикнул уже давно привычные мне издевки:

— Эй, задрот, опять ты со своей книжкой обнимаешься?

— Да. И что? — спокойно ответил я.

И смех ребят прозвучал не так громко и уверенно, как обычно. А я просто пошёл дальше.

Я проснулся резко, как будто ктото сильно дёрнул за шерсть на загривке. От этого открылась моя пасть, и из неё сорвался короткий хриплый рык. Я быстро осмотрелся, но вокруг никого не было. Тело всё ещё ныло, но боль уже не валила с ног. Тенеглот попрежнему лежал в углу, испуская невероятно вкусный, манящий запах мяса.

Я поднялся на лапы и встряхнулся — и изза этого начал терять последний ускользающий обрывок сна. Казалось, это было чтото важное. Важнее всего, что есть у меня в этом мире. Но чем сильнее я пытался ухватиться за детали сна, тем быстрее они рассыпались, как песок сквозь когти. А теперь дверь окончательно захлопнулась, и передо мной опять только угол убежища, запах крови и мёртвая туша Тенеглота.

«Неважно», — подумал я. И это было не равнодушие, а принятие. Сейчас важнее другое: я голоден. Пора бы уже съесть Тенеглота. На данный момент для меня он самый вкусный монстр, которого я ел в этом мире.

Закончив с добычей, я спрыгнул из убежища и собирался сходить попить воды. Но не успел дойти до озера, как на мой нос упала капля воды. Подняв голову, я понял: дождь начинается. Он лил не сильно, лишь слегка моросил и никак не мешал. Напившись, я решил оценить свой статус.

[Основная информация:

Имя: Айронд

Вид: Малый Чешуйчатый Волк

Уровень: 4 / 10 (Опыт: 180 / 400)

Жизненные показатели:

ОЗ: 33 / 40

ОМ: 55 / 55

ОЭ: 40 / 40.]

— Видимо, после тяжёлых ран ОЗ восстанавливается долго, даже после полноценного сна. Но ничего страшного. Как говорил мой отец, когда ремонтировал свою машину: «На скорость это не влияет», — подумал я.

В этом мире особо нечего было делать. И я решил пройти в пещеру и продолжить охоту. Дойдя до входа, я прошёл внутрь, и тьма приняла меня, как родного — без лишних слов. Я позволил ей обнять себя — и почувствовал, что начал становиться другим. Всё дальше от того мальчишки, который прятался от взглядов окружающих, и всё ближе к чемуто дикому.

Глава 6. Затишье перед бурей

Используя навык «Выделение кислоты» [ОМ: 19 / 55], я вцепился пастью в сочленения многоножки и с громким хрустом, сильно мотнув мордой, оторвал её голову от туловища. Наконец-то наступила тишина. Вокруг меня лежали три разорванные на части бронированные многоножки первого уровня. После победы над последней из них пришло очередное системное уведомление:

[ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

ОЗ противника: 0 / 35.

Получено опыта: + 50 ед.

Текущий опыт: 330 / 400.]

— Ещё немного — и новый уровень.

Приятно осознавать, что скоро я стану ещё сильнее. Эти «малыши» хоть и немного крупнее меня, но они меньше и слабее своих сородичей выше по уровню. Для меня всё ещё остаётся загадкой, почему у них одинаковая надпись рядом с их видом — «взрослая особь», но при этом они разного размера. Я уже понял, что это из-за того, что у них у всех разные уровни. Но мне не даёт покоя тот факт, что я единственный, кто не меняется. Даже на пороге пятого уровня я всё ещё остаюсь таким же и вообще не меняюсь ни внешне, ни в размерах. Не считая мутаций, конечно же.

— Вопросов всё больше, а ответов по-прежнему никаких. А что ещё мне остаётся? Охотиться, есть, снова охотиться и копить опыт. Простая цепочка действий. — Если честно, простота этих действий даже как-то успокаивала.

После короткой передышки, немного восстановив очки энергии и маны, я двинулся дальше по пещере — не спеша. Она менялась: стены стали пористыми, будто кто-то выгрыз в камне тысячи мелких ячеек. В этих ячейках копошились странные маленькие насекомые. Они напоминали вытянутых жуков с полупрозрачными крыльями. Рядом на кустах вдоль стены висели другие насекомые. Они выглядели как сухие веточки — а потом вдруг оживали, стремительно отпрыгивали от кустов и уползали в щели.