- -
- 100%
- +
Три года назад…. В какой-то заброшенной церкви....
Ночью, когда весь город спал, две женщины открыли центральную дверь старой церквушки. Она скрипнула, издав противный стон, как умирающая чайка.
— Эй, Анжела, тише, — шепчет одна, освещая помещение фонариком. — Отрастила пердак, что не можешь быть ниже травы, тише воды.
— Ой, мама, не надо завидовать моей идеальной фигуре, — парирует Анжела, идя следом. — Зачем мы вообще забрались в эту церковь? Ритуал на привлечение жениха для Вики нельзя было сделать дома?
Женщина резко остановилась, и Анжела врезалась в её спину.
— Тьфу ты, Анжела, куда прёшь, как танк? — ворчит она, поправляя длинную рясу. — Вот из-за таких неуклюжих людей я и не могу спокойно по кладбищу ходить.
— Так, может, лучше на кладбище было проводить этот ритуал? Там хоть тишина, покой и кресты на памятниках, — предложила Анжела, закатив глаза. — А то в церкви этой всё равно только крысы скребутся. Тут ни алтаря, ни хотя бы завалявшейся иконы нет.
— Не богохульствуй, Анжела, — строго прыснула ей в ответ. — И вообще в церкви энергетика особая.
— Ну да, а еще здесь прохладно, темно и вокруг развалины, — Анжела поежилась, огляделась по сторонам. — Надеюсь, ты хотя бы прихватила с собой попкорн, есть хочется до безумия, ещё теплый плед бы не помешал.
— Вот, держи, — женщина из кармана достала маленький сверток и протягивает своей дочери.
Анжела развернула сверток и обнаружила внутри... старый вонючий носок. Её лицо, тут же изобразило сморщенную мимику.
— Фу, мама, ты серьезно? — она недоуменно посмотрела на мать, моргая глазками.
— А что, это же магия! Крыс отпугивает знаешь как хорошо! — она не может сдержать смеха, довольная своей шуткой. — Ладно, хватит болтать, пора уже начинать. Где свечи и книга?
Анжела, тяжело вздохнула, залезла в рюкзак и достала оттуда старинный подсвечник, свечу и книгу. Она попыталась зажечь свечку, но та никак не хотела разгораться.
— Мама, может, не будем делать это сегодня? — взмолилась она. — Я боюсь, что если что-то пойдёт не так. Я читала, что сегодня Авен в созвездие Стрельца, нехорошо это. Вон даже свечка не хочет гореть.
— Не каркай, — недовольно бурчит в сторону дочери. — И хватит уже ныть, в конце концов!
Тем временем сама она достала из кармана старый, пожелтевший медальон и внимательно смотрит на него.
— Ну-ка, посмотри, что тут у нас, — обращаясь к дочери, открываяет медальон.
— Что это? — спросила Анжела, заглядывая через плечо.
— Это, дорогая, амулет на удачу, — с гордостью отвечает старушка, вздёрнув подбородком. — Его ещё моя бабушка передала. Говорят, если носить его при себе, то все желания исполняются.
— Ого, — удивилась Анжела. — И что, ты думаешь, это поможет Вике найти жениха?
— Конечно, поможет, — уверенно кивает в ответ. — Только надо правильно его использовать.
Анжела присмотрелась и заметила, что внутри медальона лежит... маленький, ржавый ключ с потёртой надписью «От всех дверей».
— А это точно амулет на удачу? — с подозрением спрашивает она.
— Точно-точно, — твердит женщина. — Этот ключ откроет все двери к счастью!
Анжела задумалась. Ржавый ключ действительно выглядел подозрительно, но кто знает, работает ли он? Главное бабка верила в его силу.
— Мам, я дико извиняюсь, но вам не кажется, что таким ключом, только старый шкаф со скелетами можно открыть?
От слов дочери она нахмурилась, так словно Анжела только что оскорбила её любимого кота Рембо.
— Типуна тебе на твой костлявый язык, — сказала она злобно и шлёпнула её по затылку, — если у тебя есть шкаф со скелетами, то, возможно, это и правда твой единственный шанс. Но не суди по внешнему виду, ведь сила и красота — она не всегда снаружи.
— Ай, мама, — пискнула злобно Анжела, растирая место удара. — Ладно, фиг с тобой, пусть будет по-твоему. Если считаешь, что эта ржавчина может помочь Вики с женихом, давай ритуалить. Домой хочется уже.
Они зажгли свечку. Поставили подсвечник рядом с зеркалом, на гладкую поверхность положили фотографию Вики и сверху положили ржавый ключ.
Открыли старую книгу с надписью «Привороты. Светлая магия». И начали читать заклинание, при этом водя по фотографии веточкой многолетнего кустарника вангутта (Белая невеста).
— Трын-трава, белый вихрь, пусть жених для Вики явится, как ветер в поле! — распевала старушка в тихой церкви, а Анжела с серьезным видом кивала, словно заклинание действовало исключительно из-за ее одобрения. — А теперь, — продолжила женщина, — добавим немного магии для убедительности.
Берёт ключ и, под одобрительные кивки Анжелы, постукивает им по фотографии.
— Трын-трава-трава, вихрем-вихрем, ключ-ключ-ключ, пусть жених для моей внучки явится, как... эээ... — неуверенно запнулась, понимая, что заклинание может звучать не так убедительно, как написано в книге.
Анжела, не удержавшись, фыркнула:
— Может, еще что-то добавим?
Старушка на минуту задумалась и, хихикнув, предложила:
— А что, если...
— А что, если мы добавим немного поп-музыки? — перебила Анжела. — Пусть жених явится под звуки «I Will Always Love You» Уитни Хьюстон! Ну, типо в песне есть слово любовь.
Они засмеялись, но ритуал решили продолжить.
— Трын-трава, вихрь-вихрь, ключ-ключ-ключ, пусть жених для Вики явится, как ветер в поле, под звуки Уитни Хьюстон, и…
— И принесет с собой любовь! — добавила Анжела, чтобы закончить заклинание на позитивной ноте.
В полуразрушенном помещении внезапно стало холоднее, подул ветер они поёжились. Как в этот момент зеркало внезапно треснуло на множество осколков, а свеча потухла. Мать с дочерью переглянулись.
— Это должно было произойти? — удивлённо прошептала Анжела.
— Понятия не имею, — ответила , чуть заикаясь старушка.— Вроде бы я всё сделала правильно.
Дрожащими руками включила фонарик и, глядя в книгу, прочитала вслух:
— Взять старый ключ, зеркало, свечу, веточку вангутта.
Долго смотрела на строчки, которые почему-то начали расплываться перед глазами.
— Анжела, посмотри, мне кажется, тут какие-то закорючки появились или у меня в глазах рябит?
Она наклонилась ближе.
— Хм, — протянула она, — я, конечно, не специалист, и у меня образование восемь классов, но, кажется, это латинские закорючки. Мама, напомни, где ты купила эту книгу?
— На рынке у одного мужика. Он отдал её за бесценок и сказал, что она действует на все сто процентов.
— Мамзель Жозефовна, ваш старческий маразм, с каждым годом всё хуже становится! — возмутилась Анжела, поднимаясь с пола. — Молитесь вашему Хари Кришне или кому вы там поклоняетесь, чтобы ничего плохого не произошло.
Мать Анжелы не обратила внимания на её слова, продолжая держать книгу перед собой.
— Мам, ты слышишь меня? — повысила чуток голос Анжела. — Это может быть опасно! Давай выбросим эту книгу и уйдём отсюда.
Она хотела выхватить книгу из её рук, но вдруг увидела, как латинские буквы начали шевелиться.
— Мама, это не просто закорючки, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Это что-то... странное.
— Что именно?
— Они как будто движутся, — ответила Анжела, трясясь то ли холода, то ли от страха. — И они... они что-то говорят.
— Говорят? — переспросила хохоча старушка. — Ты обкурилась что ли опять?
Анжела попыталась разобрать символы, но они продолжали меняться, превращаясь в непонятные узоры. Внезапно ей показалось, что один из символов, который выглядел как глаз, моргнул прямо ей в лицо. Она отшатнулась, едва не упав на пол с воплями.
— Мать моя родная. Нам нужно валить отсюда, как можно быстрее.
Она взяла мать за руку и попыталась поднять с пола. Но ее тело внезапно напряглось, глаза расширились, и Анжела сама того не осознавая, начала бормотать что-то невнятное.
— Мамасита, что с тобой? — крикнула она. — Хватит этого цирка, пошли отсюда.
Но она продолжала бормотать, тело начало дрожать, а затем старушка рухнула на пол, потеряв сознание.
Дочь попыталась привести меня в чувство, но она оставалась неподвижной.
В этот момент зеркало, которое только что треснуло, начало светиться кровавым светом. Анжела чувствует, как её тело стало тяжёлым, ноги подкосились, и она тоже упала на колени перед зеркалом.
Из зеркала вырвался яркий свет, ослепивший её. Она закричала, но свет был слишком сильным, прежде чем потерять сознание, дочь увидела, как из зеркала вышел мужской силуэт.
— А ты ещё кто такой будешь? — прохрипела она, едва дыша.
Мужчина наклонился ближе и злорадно рассмеялся.
— Моё имя Кирман. — Он увидел фотографию нашей Вики и забрал её себе. — Ух ты, какая цыпочка. Пожалуй, оставлю её себе.
Проговорил он, удаляясь из церкви. Анжела попыталась встать, но силы покинули её, и она окончательно провалилась в небытие.
Глава 2
Царство мёртвых душ, находилось под землёй, у реки Стикс. Он был построен из людских костей и черепов, чьи грехи не были искуплены при жизни. И именовался как Баглис.
Город простирался на несколько тысяч километров вдоль реки. Он был похож на огромный лабиринт, где обитали души умерших.
Его хозяин — демон Аземарк. Он самоуверен, дерзок и целеустремлён. В то же время, он был невероятно красив и привлекателен для этого места. Его мускулистое тело было покрыто множеством символов. Острый подбородок с небольшой щетиной и чётко очерченные скулы придавали мужчине ещё более суровый вид.
Взгляд его карих глаз, наполненный коварством, вызывал ужас и страх, сковывая всё внутри.
Он шёл по длинному коридору Баглиса, направляясь в свой кабинет. Стены здесь украшены скелетами, а факелы, освещающие путь, трепещут от холодного ветра. Их пламя отбрасывает чёрные тени, которые медленно ползут по стенам и потолку, а затем рассеиваются.
— Ваше Величество, — слышится скрипучий голос издали, когда владыка оказывается у дверей своего кабинета.
Повелитель останавливается, а голос продолжает звучать, приближаясь:
— Ваша сестра Лярва опять сбежала в мир живых, — произносит он.
К Аземарку подходит старик. Он очень худой и сгорбленный, напоминает вопросительный знак. Его лицо вялое, сухое и морщинистое, как изюм. Только глаза выделяются на этом фоне: большие, миндалевидные и пустые.
Старец был одет в тёмный плащ, который волочился за ним по полу. Он опирался на посох и с трудом удерживал равновесие.
— И теперь духучёт оставлен без присмотра, — договаривает он запинаясь. — Там царит хаос, души столпились у входа.
Владыка устремляет на старика суровый взгляд. Его глаза вспыхивают ярко-оранжевым огнём.
— Как же мне надоели её безрассудство и безответственность, — процеживает он сквозь зубы, поворачиваясь к старцу. — Когда она покинула своё рабочее место?
Старик опускает глаза и виновато произносит глуховатым, надтреснутым голосом:
— Вчера утром, сир.
— И ты мне об этом говоришь только сейчас? — восклицает Аземарк громовым голосом. Стены Баглиса дрожат, пламя факелов колеблется сильнее, погружая помещение в полумрак.
— Мы не хотели беспокоить вас по пустякам, сир. Я отправил своего слугу на поиски, но он не смог найти её.
Старик смущён и готов провалиться сквозь землю от стыда. Но дальше падать было уже некуда.
Аземарк резко поворачивается и проходит мимо старика с сердитым выражением на лице.
— Всё приходится делать самому, — говорит он. — Зачем я держу здесь слуг, если они не могут найти даже личинку!
— Сир, куда вы идёте? — спрашивает старик, следуя за своим господином.
— Я отправляюсь на поиски своей сестры, — отвечает Аземарк, ускоряя шаг.
Параллельно он начал произносить заклинание:
— Ego sum Dominus Mortis. Ego ad tempus hunc locum relinquo et ad mundum viventium vado. Socium meum appello, vespertilio.
Каждый знак на его коже вспыхивает, словно звёзды на ночном небе. Они выстраиваются в линию, словно строчки на странице книги.
По груди Аземарка пробегает огненная искра, очерчивая чёткие линии. Вокруг владыки кружатся тёмные мерцающие вспышки.
Аземарк начинает превращаться в летучую мышь. Это было одно из его тотемных животных, наряду с пауком и совой.
— Владыка, а как же Баглис? — кричит старик, пытаясь догнать своего хозяина. Он с трудом передвигается, но не отстаёт.— Мы же пропадём без вас!
— Я временно оставляю тебя за главного. Как только найду Лярву, сразу же вернусь, — говорит Аземарк, стоя в конце длинного коридора рядом с массивными дверями, ведущими наружу.
Через секунду Владыка уже парит в воздухе в облике летучей мыши. Он взмахивает своими чёрными крошечными крыльями и улетает из подземного царства на поиски своей сестры.
Глава 3
Международная бизнес-школа имени Халта. Великобритания.
Студенческий городок находится в Олдгейт-Ист, который является одним из самых модных районов Лондона.
На территории кампуса, под большим раскидистым клёном, на зелёной лужайке расположились две девушки. Они лежали под ветвями дерева, которые отбрасывали тени на их лица. Они курили, передавая друг другу сигарету. Девушки вдыхали в себя ядовитый дым, отравляя свои внутренние органы этой горькой отравой.
— Как поживает твой дантист, Ханна? — с хитрой улыбкой поинтересовалась девушка по имени Вики у своей подруги.
— Могу сказать одно, — ответила девушка, делая очередную затяжку, — теперь мои зубы будут безупречны, как у голливудских звёзд.
Наступило молчание, и она, немного смутившись, добавила:
— А ещё через несколько дней мы с ним отправляемся на Бали на целый месяц.
Вики сделала очередную затяжку, но после слов подруги поперхнулась и закашлялась.
— Кхы… Кхы… Ханна, умеешь же ты удивлять! — Она несколько раз хлопнула себя по груди, прокашлялась и продолжила: — Кхы… Кхы… И где ты находишь таких мужиков? Может, дашь адресок? Нужно помогать своим ближним.
Ханна усмехнулась, снова продемонстрировав свои белоснежные зубы, как у акулы и, прищурившись, ответила:
— Хм… Я ведь предупреждала тебя, что нужно уделять больше внимания своему внешнему виду.
— Ой, я тебя умоляю, — затянулась Вики очередной порцией дыма. — После Кирмана, я напрочь разочаровалась в мужском роде. Он из меня все соки высосал.
— Вики, я понимаю, что ты пережила тяжёлый разрыв, но это не повод опускать руки, — сказала подруга.
Вики посмотрела на подругу с прищуром, выпустив струю дыма.
— Скажи ещё, что мне нужно найти нового парня, чтобы забыть Кирмана.
— А почему бы и нет? — хитро улыбнулась подруга. — У моего дантиста есть коллега-гинеколог.
Вики только собралась открыть рот, чтобы начать дебаты со своей подругой. Как Ханна резким движением откидывает сигарету в сторону и тараторит:
— Шухер! Юна Меркелис идёт в нашу сторону.
Девушки подвинулись ближе к дереву и открыли первую попавшуюся книгу, делая вид, что что-то там изучают.
— Дамы, вы же в курсе, что на территории кампуса курить запрещено, — гитлеровским басом и с непроницаемым взглядом молвила женщина в строгом костюме. Подойдя ближе к дереву.
— Здравствуйте, миссис Меркелис! Вы прекрасно выглядите. У вас новый стилист? Ваш наряд идеально скрывает недостатки вашей фигуры в форме пончика, — с иронией произнесла Вики, посмотрев на ректора.
— Ваш сарказм, мисс Силва, в данной ситуации неуместен.
— Мы не курили. Как вы могли такое подумать о нас, миссис Меркелис? Мы — представительницы интеллигентных семей. А Вики даже связана родственными узами с баронами. Её семья живёт в поместье, — подхватила Ханна и продолжила иронизировать над ректором.
— М-да, — с неодобрением произнесла ректор и окинула девушек презрительным взглядом. — Это ваше дело. Отравляйте свой организм, но не на этой территории. Не хватало ещё, чтобы из-за вас здесь случилось возгорание.
Женщина вздёрнула подбородок и направилась прочь. Отойдя от дерева на пару шагов, она строго сказала:
— Вы помните, что кампус закрывается на ремонт на время летних каникул? Лучше бы собрали свои вещи, а не прохлаждались здесь.
Вики с подругой обменялись взглядами и одновременно рассмеялись.
— Она права в одном: намнужно собрать вещи, — сказала Вики, поднимаясь с земли. — Пойдём, иначе она закроет нас здесь на всё лето. И тогда ты не увидишь Бали, как своих ушей.
— Нет, лучше Бали, чем торчать здесь всё лето, — возразила девушка собирая учебники с газона и следуя за подругой.
Они шли молча, пока Вики не нарушила тишину:
— Тебе повезло! Будешь загорать на солнышке и станешь ещё больше похожа на… — Вики запнулась.
— На какашку? Ты это хотела сказать? — спросила Ханна смеясь во весь голос и снова демонстрируя свои белоснежные зубы.
— Я хотела быть тактичной, поэтому промолчала. Вообще-то я имела в виду мулатку.
— Зато ты проведёшь всё лето с семьёй и будешь праздновать развод Элинадры, — Ханна открыла дверь общежития, пропуская Вики вперёд.
— Я впервые слышу, чтобы кто-то праздновал развод. Наверное, это будет веселее самой свадьбы, — девушка расхохоталась.
Подруги, беседуя, миновали пост охраны и поднялись по лестнице на второй этаж, где располагалось их помещение.
— О да! Моя семья — это нечто! Иногда мне кажется, что там только один нормальный человек, — Вики вставила ключ в замок и открыла дверь в комнату. — И знаешь, кто это?
Надия вопросительно приподняла бровь.
— Я, — решительно заявляет Вики и входит в помещение, опережая подругу. Она бросает ключи на столик и, пройдя в небольшую гостиную, начинает визжать как сумасшедшая. Затем она запрыгивает на диван, который стоит у окна.
— Ааааааа!
Надия врывается следом и с недоумением смотрит на подругу.
— Вики, что случилось? Кого нужно ударить? Предупреждаю, у меня чёрный пояс по дзюдо! — злобно произносит подруга и принимает защитную стойку, готовясь к атаке.
— Там, там, — Вики указывает дрожащим пальцем на стену в сторону телевизора. — Там огромный паук! Ханна, прихлопни гада!
«Я тебя сам прихлопну, — ядовито проговорил Аземарк в своей голове. Демон хотел по-быстрому скрыться от людских глаз. — Нужно было остаться в облике летучей мыши. И какой чёрт меня привёл в это место?»
Но подруга хватает со стола пустую вазу и накрывает ею паука.
Девушка взяла глянцевый журнал и закрыла им поверхность горлышка вазы. Демон оказался взаперти стеклянной ловушки.
— Вики, слезь с дивана и перестань орать. Пауков в принципе нельзя убивать, — сказала умную вещь подруга.
«Хоть у кого-то в этом мире имеются мозги. Люди. Ненавижу людей. Лучше мёртвая душа, чем живой человек. С душой проще справиться. Как ей скажешь, так она и будет тебе повиноваться», — пронеслось в мыслях демона, глядя на девушек через стекляшку.
Ханна поставила вазу на стол и наклонилась к инвентарю. Пальцем ударила по прозрачной поверхности бутылки.
— Ты только взгляни, какой он мимишный. Может, оставить его себе в качестве домашнего питомца? — спросила она, повернувшись к подруге, которая в этот момент слезла с дивана.
— Ещё чего! Только через мой труп. Вдруг он какой-нибудь заразный.
— Окей, завтра утром я отпущу его на улицу, — ответила шатенка и направилась в свою комнату.
Вики вздёрнула плечами. Пристально посмотрела на мохнатое существо и сморщила лицо от отвращения.
— Фу, ненавижу пауков.
Глава 4
Вики проснулась ближе к полудню. Она сладко потянулась в своей уютной постели, разминая затекшее после ночного сна тело.
Зевая и всё ещё не до конца проснувшись, она вышла из комнаты и направилась в гостиную. Но едва она переступила порог, как застыла на месте, увидев того самого паука в вазе. Он смотрел на неё своими карими глазами, как будто она была его заклятым врагом.
— Тьфу на тебя, треклятый. Ханна почему это существо до сих пор сидит у нас в гостиной? Он что, теперь у нас прописался?
Задала она вопрос, угрюмо смотря на вазу, а то есть на самого демона, сидящего в маленькой посуде.
Дверь соседней комнаты отворилась, и оттуда выходит шатенка. Одетая в летнее платье и со шляпой на голове. Она тащит за собой большой чемодан. Остановившись посередине комнаты, Ханна посадила свою задницу на чемодан. Достала свой мобильник и, не обращая внимания на Вики, стала усердно тыкать по экрану.
— Эй, аллё! Я что, с диваном разговариваю? — Вики в замешательстве смотрит на свою подругу, а затем щёлкает пальцами, чтобы привлечь её внимание. — Что происходит? Куда ты собралась?
Наконец, шатенка поднимает глаза и как ни в чём не бывало отвечает:
— На Бали.
Вики смотрит на неё ещё более удивлённо. Она медленно открывает рот и произносит:
— Сейчас? Но ведь у тебя вылет завтра! А как же это? — Она указала на вазу. — Возьми его с собой и выброси из самолёта.
«Слушай, ты, личинка бесхвостая, следи-ка за своим языком», — мысленно проговорил паук. Вики ошарашенно смотрит на Ханну.
— Как ты меня сейчас назвала?
Подруга моргнула глазами и, кажись, своим выражением лица дала понять, что она покрутила у виска.
— Я вообще-то ничего не говорила. Вики, ты сегодня что, малость переспала лишнего?!
Не успела она ответить, как Ханна уже спрятала телефон в свою сумочку:
— Прости, подруга, такси уже ждёт. Мне пора бежать.
Она встала с чемодана, чмокнула подругу в щёку и направилась к двери:
— А с пауком разберись сама. Выпусти его на лужайку. Он будет тебе благодарен. Пока, я позвоню, — сказала подруга и выскочила за дверь.
От этой внезапной перемены Вики даже вздрогнула.
— Ну спасибо. Чтоб у тебя там жопень подгорела. — Выплюнула она с ненавистью и оглянулась на вазу. — Ну ладно, — делает осторожные шаги к столику. — Так и быть, выкину тебя на лужайку. — Она наклонилась к вазе и с брезгливостью берёт инвентарь в руки.
«Наконец-то можно как-то ускориться».
Вики вновь услышала голос Аземарка в своей голове. Она в ужасе уставилась на вазу.
— Как по мне, в нашей семье нет адекватных людей. Мне кажется, что со мной разговаривает паук.
Она направилась к двери, держа вазу на расстоянии вытянутой руки.
— Вики, тебе бы в психушку не помешало лечь для обследования, говорят, там неплохо кормят, — продолжила она размышлять вслух, идя по пустому коридору общежития.
«Да шевелись уже, каракатица! — громко говорит паук. — Отпусти меня на волю, и я пойду по своим делам, — продолжил он, в голове девушки».
Услышав это, девушка чуть не уронила вазу. Она кинула её на подоконник и отскочила в сторону.
— Это ты мне? — спросила она потрясённо у существа, сидящего в вазе.
— Мисс Силва, с кем это вы там беседуете? — раздался голос за спиной девушки.
Вики резко обернулась и закрыла собой вазу.
— Ни с кем, мисс Меркелис, — натянуто улыбнулась она. — Люблю, знаете ли, поговорить с умным человеком, то есть с собой.
Меркелис подошла к студентке и попыталась заглянуть ей за спину.
— Что у вас там?
— Ничего, просто ваза с цветами.
Ректор отодвинула девушку в сторону и, увидев паука в вазе, ахнула.
— Тарантул в моём кампусе? Это уму непостижимо. Откуда он здесь? Нужно срочно вызвать службу по уничтожению насекомых.
«Сама ты насекомое, ты в зеркале себя видела? — с явной злостью ответил демон, глядя на Меркелис. — Я Владыка Смерти. Хозяин умерших душ».
Вики обращает своё внимание на паука и переспрашивает его:
— Кто ты?
Женщина схмурила брови и с некоторой тревогой обратилась к своей студентке:
— Силва, вы что, разговариваете с пауком? Вы не заболела?
Вики вдруг осознаёт, как это сейчас выглядит со стороны.
— Нет, нет! — она истерично смеётся. — Знаете, вы правы. Кажется, я немного приболела, — Вики демонстративно кашляет.