Пройти – но вернуться

Глава 1. Два «чайника»

Когда дела идут хуже некуда, в самом ближайшем будущем они пойдут еще хуже.

– А вообще, здорово получается, – сказал Сашка, осматривая прибор. – Убедительно!

– Что, думаешь, поверит? – спросил Виталька.

– А то! Прямо уж, девчонка что-то в технике смыслит!

Разговор происходил в сараюшке на виталькиной даче, а предметом его было, на взгляд ребят, убедительное, а на самом деле нелепое сооружение из останков различных приборов, принесённых со свалки дачного посёлка. Основой сооружению служил металлический каркас от древнейшего бобинного магнитофона «Днепр», внутрь и снаружи которого ребята прикручивали всё, что прикручивалось.

– Класс! – завопил Виталька, показывая другу силовой трансформатор от телевизора «Горизонт». – Смотри, у него крепление точно вот с этими дырочками совпадает! Сейчас болтиками приверну. И вилка здесь на шнуре есть, можно даже в розетку воткнуть!

– Бабахнет, – засомневался Сашка.

– Ну и пусть! Мы скажем, типа – доработать ещё надо. А ты чего делаешь?

– А я вон какую-то штуку нашёл, тут чего только нет: и транзисторы, и конденсаторы, сопротивления разные… Проводочки вот, правда, всякие торчат, но мы их под корень обрежем – незаметно будет.

– А сколько проводочков? – спросил Виталька.

– Раз, два… шесть.

– Супер! И на трансформаторе шесть! Вот мы их между собой и соединим, тогда уж точно бабахнет!

И ребята с воодушевлением принялись укреплять внутри корпуса непонятную штуковину и соединять её с трансформатором.

Причиной столь необычной деятельности явилась их вчерашняя провальная игра в волейбол, хотя если рассуждать строго, то первотолчком послужила даже не она, а то, что в этом году на дачах подобралась совсем незнакомая компания сверстников, на редкость спортивных ребят и девчонок, которые уже в первый день классифицировали Сашку с Виталькой как полных «чайников». И то правда: в любой игре их действия вызывали общий гогот и насмешки. В футболе ещё более-менее: их, как самых ни к чему не годных, ставили на ворота в разные команды, и тогда шансы соперников уравнивались, поскольку оба вратаря пропускали всё, что летело в створ ворот. С остальными играми было хуже: для баскетбола, волейбола или возрождённой ныне лапты игроков требовалось меньше, поэтому в игру с тяжёлым вздохом и гримасами отвращения на лицах брали кого-то одного из них и дружно всей командой ругали за промахи, потом выгоняли и меняли на второго, потом делали обратную замену… Можно было бы плюнуть на всё, забыть про эту компанию и заняться чем-нибудь вдвоём… так ведь нет, нельзя! Была там такая, Лариска… Королева дачного посёлка! Тяжело было подвергаться унижениям у неё на глазах, но ещё тяжелее было вовсе её не видеть! Поэтому друзья каждый день, угрюмо переглянувшись, молча понимали друг друга и отправлялись навстречу насмешкам и оскорблениям.

Хорошо красивым девчонкам! Что интересно, в волейбол, допустим, Лариска играла ничуть не лучше Сашки с Виталькой, но все прямо-таки наперебой зазывали её именно в свою команду! Лариска визжала, уворачивалась от мяча, но никто и не думал её ругать! И соперники никогда не резали мяч, направляемый в её сторону, а напротив, старались мягко перебросить через сетку и на такой высоте, чтобы ей было удобно его принять. Бывало, что она не справлялась и с этим, и мяч от её рук улетал за пределы площадки, и тогда все дружно орали на того, кто находился с ней рядом: «Тебе Лариса такой пас дала, прямо на блюдечке выложила, чего спал»? Зато какой восторженный рёв раздавался по обе стороны сетки, если вдруг у неё получалось! А если ещё в итоге команда соперников проигрывала, то её игроки прямо так и заявляли: «Конечно, за вас Лариса играла! А мы вот в следующий раз её в свою команду возьмём»!

И вот этой-то Лариске Виталька и влупил мячом прямо в затылок, когда была его очередь подавать! Столь богохульственный поступок, сопоставимый по масштабам разве что с низвержением германцами статуй римских богов, явился следствием ехидного замечания Валерки, старшего из всех пацанов: «Ну, ты хоть когда-нибудь сможешь, наконец, мяч через сетку перебросить»? Вдохновлённый таким образом Виталька подбросил мяч, замахнулся со стороны и со всей силы врезал…

Ближайшие полчаса ушли на оказание Лариске медицинской помощи, которая заключалась в участливом заглядывании в глаза и вопросах «Лариса, тебе больно?», коллективном поглаживании больного места и дружном хоре ругательств в адрес Витальки. А Валерка даже врезал ему по шее и, подумав, добавил два пинка, за что содрогнувшийся от своего кощунственного поступка Виталька был даже благодарен: и поделом ему!

Игра, разумеется, на этом закончилась, плавно перейдя в судилище над Сашкой и Виталькой.

– Эй вы, придурки! – презрительно сказал Валерка, явно выражая общее мнение. – Чем так всю жизнь мучиться, уж лучше бы сразу застрелились, что ли? Тоже мне, одиннадцатиклассники! Вон, пацаны из седьмого в любую игру лучше вас играют! Вы что, ходить только недавно научились? Спортом надо заниматься, а то ведь через канаву перепрыгнуть не можете!

И тут Сашку прорвало.

– Некогда нам всякой ерундой заниматься! – выпалил он. – Мы с Виталькой прибор один собираем, это вообще переворот в науке будет! Вот тогда и посмотрим, кто из нас – «чайник», а кто…

Он многозначительно покивал головой, не в силах подыскать нужного слова.

– А что за прибор, покажете? – насмешливо спросил Егор, тоже здоровый парень, ничуть не уступавший Валерке в силе и спортивном развитии, прекрасно понимая, что Сашка врёт.

– Вот ещё! – пришёл на помощь другу Виталька. – Это секретная разработка! До такого ещё никто в мире не додумался! Мы в следующем году школу заканчиваем, вот и привезём его в институт: нас за это без всяких экзаменов примут!

– А мне покажете? – с улыбкой глядя на них, нежно пропела Лариска.

– Покажем! – упавшими голосами, но мгновенно и хором ответили друзья, с ужасом и лихорадочно соображая, как будут из всего этого выпутываться.

Это, конечно, было очень глупо – ведь никакого прибора не существовало – но что оставалось делать, если… В общем, видели бы вы эту Лариску, сразу бы поняли, что ТАКОЙ отказать ни в чём невозможно!

Впрочем, тут же выяснилось, что судьба решила дать ребятам маленький шанс: сегодня было уже поздно для демонстрации небывалого торжества технической мысли, а наутро начинались выходные, и Лариска уезжала в город, чтобы покрасоваться на улицах и дискотеке. Таким образом, они получили два дня, за которые следовало непременно найти какой-то выход. Компания давно ушла провожать Лариску, а Виталька с Сашкой сидели на волейбольной площадке до глубокой темноты, пока, наконец, в их головах не созрел некий план.

План был основан на верном, в общем-то, выводе, что нет такой девчонки, которая бы хоть что-то понимала в физике или технике. То есть, женщины-то среди учёных встречаются, и физики, в частности, тоже. Но они, очевидно, не вырастают из девчонок, а уже такими и рождаются. А раз так, то и Лариска в этом ничего не смыслит; значит, можно собрать из чего попало какую-нибудь ерунду и подсунуть ей, объявив, что это и есть чудо-прибор. Может, и проскочит. Ничего другого, по крайней мере, в головы не приходило, и друзья, порешив на этом, разошлись по домам.

Глава 2. Что-то получается!

Когда не знаешь, что именно ты делаешь, делай это тщательно.

На следующий день, как только родители уехали в город на работу, друзья плюнули на все поливки, прополки и окучивания и начали таскать со свалки в Виталькину сараюшку части различных бытовых приборов, которые выглядели более-менее неплохо. Отсоединить многие блоки было весьма проблемно, так как болты приржавели, но ребята, сопя от напряжения, всё-таки откручивали, откусывали плоскогубцами или просто отламывали, и каркас от «Днепра» постепенно обрастал не ведомыми ему прежде деталями.

– Смотри, почти совсем хороший вентилятор кто-то выбросил! Он даже работает, – сказал Сашка, щёлкая кнопками поворачивающегося в стороны вентилятора. – Эх, жаль, его никак присоединить нельзя: в подставке ни одной дырочки нет! А то к нему можно было бы присобачить вот эту штуку от рефлектора, – он указал на сферический отражатель, – это ж прямо какой-то локатор получается!

– Ну-ка, покажи, – протянул руку заинтересовавшийся Виталька. – Хе, ерунда, смотри, какой металл тонкий: мы его дюбелями пробьём – вот и будут дырочки для крепления! А ты молодец, классно придумал!

После вентилятора с рефлектором были ещё клавиатура от ископаемого компьютера БК и от него же системный блок; последний они решили использовать в качестве подставки под каркас, так как они удивительно точно совпали по размерам и вместе представляли весьма солидное зрелище. К тому же выяснилось, что системник не совсем нерабочий: по крайней мере, если включить в сеть, в нём загорался какой-то огонёчек и очень красиво мигал.

– Эх, – сказал не на шутку увлёкшийся конструированием Сашка, – представляешь, как было бы здорово, если бы вообще какие-то огонёчки ещё мигали, типа красный-зелёный, да вот где такое взять?

– Как это – где? – возразил Виталька, – у тебя же дома классная новогодняя гирлянда! Придется, правда, в город за ней смотаться, но ничего: скоро дядя Витя за водкой поедет, вот и напросишься с ним.

– Да ну-у, – разочарованно протянул Сашка, – мы что, ёлку что ли делаем? Смех: стоит серьёзный прибор, а на нём гирлянда!

– Да подожди ты, – досадливо отмахнулся Виталька, – мы же не всю гирлянду вешать будем. Куда-нибудь внутрь корпуса спрячем, а три лампочки – красную, жёлтую и зелёную – длинными проводами выведем и прикрепим… допустим, сюда.

Он вытащил из груды принесённого хлама пластмассовую панель от кассетного магнитофона и объяснил, где в ней можно прожечь отверстия и укрепить лампочки.

Когда Сашка вернулся из города с гирляндой, то был поражён тому, как изменился вид сооружаемого аппарата. Каким-то образом Виталька ухитрился установить на нём детали от кухонного миксера, пылесоса и электрокофемолки, и когда он всё это поочерёдно включал, то начинался вполне солидный шум работы чего-то. Кроме того, он сунул внутрь старый транзисторный радиоприёмник, который, правда, не принимал ни одной станции, зато очень уместно шипел и потрескивал, что органично вписывалось во все остальные звуки.

– Смотри, – сказал он не успевшему и рта раскрыть Сашке и показывая часть приборной доски с тумблерами от грузовика ГАЗ-51, – все провода подсоединяем к разным тумблерам, щёлк – и всё по очереди включается!

– Здорово! – искренне согласился Сашка, и они продолжили работу, которая теперь уже реально могла быть выполнена к нужному сроку.

Однако, суровая действительность внесла свои досадные коррективы. Назавтра было воскресенье, и их родители, возмущённые отсутствием следов какой бы то ни было субботней работы, заставили друзей отбывать сельскохозяйственную повинность, чем и пришлось заниматься до самого вечера. И только к шести часам они, наконец, смогли продолжить.

– Слушай, а если она спросит, что это за прибор, для чего он нужен? – спросил Сашка, разламывая панель от какого-то, ещё черно-белого, телевизора.

Виталька признался, что думает над этим со вчера, но пока ничего не придумал.

– Может, он «Стеллсы» видит? Не зря же у него локатор есть, – предположил Сашка, оторвавшись от своего занятия и задумчиво глядя на прибор.

– Ну, ты сказанул! При таких-то размерах? Тем более, что спираль у рефлектора мы не убрали, значит, это получается вроде бы и не локатор, а скорее какой-то излучатель. Тут даже девчонка сообразит, что это – полная чушь! Нет, задача у него должна быть хоть и не военная, но очень важная для страны… Ладно, ночью будем думать, а сейчас давай работать… Во, то что надо! – заорал Виталька, показывая на две соединённые между собой колодки со множеством отходящих от них проводов. – Выдирай, мы через них все наши провода, которые ещё никуда не приспособили, вместе в одну кучу соберём и на тумблеры выведем! Ничего болтаться не будет – красота!

Часа через два было готово не только это, но и подсоединены и вмонтированы в панель лампочки от ёлочной гирлянды. Ребята опробовали по отдельности все задействованные агрегаты и остались довольны: всё работало, всё шумело и мигало. Решили пока не включать силовой трансформатор с подключенной к нему штукой невыясненного назначения. Была почти стопроцентная гарантия, что она вспыхнет и сгорит синим пламенем (оставшийся процент был за то, что она бабахнет и будет дымить). Такой эффектный ход следовало держать в запасе и использовать только в том случае, если всё остальное Лариске покажется неубедительным. Но тут Виталька обнаружил главный конструктивный недостаток прибора.

– Ерунда всё это, – сказал он, щёлкая тумблерами выключения. – Чушь собачья. И младенец сообразит, что его дурят. Смотри, у нас получается, что всё работает как-то само по себе: это вертится, это трещит, это мигает… А в приборе всё должно быть взаимосвязано: включается одно и приводит в действие другое, а то, в свою очередь, третье, и в результате что-то получается. В общем, надо думать, как это всё между собой увязать.

К этому времени функции ребят окончательно определились: Сашка вёл научное направление, а Виталька отвечал за его техническое воплощение. Поэтому именно Сашка задумчивым взглядом уставился внутрь прибора, а Виталька с надеждой смотрел на друга.

– Давай рассуждать логически, – сказал Сашка. – Во всём приборе у нас есть только две детали, которые совершают какое-то кинематическое действие: это локатор-излучатель и вал миксера. Локатор отметаем сразу, потому что его единственная функция – поворачиваться из стороны в сторону или останавливаться на месте. Значит, остаётся вал. Тем более, что он вертится не так быстро, как должен, а еле-еле поворачивается. Вот это и надо использовать. То есть, к нему необходимо приделать какую-то штуковину, которая бы, в свою очередь, тоже что-то делала.

– Что делала?

– А я почём знаю! – огрызнулся Сашка. – Я тебе сформулировал задачу, а дальше ты думай!

Виталька вздохнул и снова полез копаться в хламе.

– Нашёл, – сказал вдруг он с просветлённым взором, – вот это может подойти!

И он показал решетчатую полку от холодильника.

– Не понял? Смотри, немного изгибаем её, вот так, – Виталька быстро огляделся по сторонам, подошёл к толстому бревну и с усилием выгнул на нём решётку, – теперь болтами крепим к насадке миксера, и она начнёт медленно вращаться вокруг своей оси. Типа, локатор, понимаешь? Он чего-то ищет, а рефлектор-излучатель как бы на его команды реагирует и направляет свои какие-то лучи. Годится?

– Пойдёт, – не совсем уверенно согласился Сашка, но других вариантов не было, и они приступили к заключительной фазе монтажа.

Около двенадцати часов ночи все работы были закончены, и оставалось только разойтись по домам.

– Как-то завтра всё сложится? – вслух подумал Сашка.

– Не дрейфь, может, она уже давно обо всём забыла и вообще не придёт, – успокоил друга Виталька, и ребята отправились спать.

Глава 3. Неожиданный результат

Вероятность выиграть в лотерею чуть-чуть увеличивается, если купить себе лотерейный билет.

Не было договорённости, во сколько именно Лариска придёт смотреть их прибор, поэтому они стали ожидать её уже с девяти утра. По их внешнему виду можно было сделать вывод, что сегодня они немало времени провели перед зеркалом: обычно спутанные виталькины волосы были старательно расчёсаны, рубашка с широким отворотом и расстёгнутой верхней пуговицей должна была, по замыслу её хозяина, подчеркнуть мужественность и силу, а вполне прилично отутюженные брюки намекнуть на его же аккуратность. Сашка же, долго и уныло рассматривавший свою рыжую «солому», в конце концов просто прикрыл её кепкой и, чтобы как-то оправдать её присутствие, напялил на себя рокерскую куртку с невероятным количеством металла, о чём пожалел сразу же, выйдя на крыльцо – утро было очень тёплым – но решил ничего не менять.

Ребята подошли в к сараюшке, но внутрь входить не стали, а сели рядом на скамейку и принялись болтать обо всякой ерунде, время от времени украдкой поглядывая в сторону ларискиной дачи. «Может, она уже давно обо всём забыла и вообще не придёт», – вертелось у обоих в голове, и каждый из них не мог решить, чего он больше хочет: чтобы она не приходила или чтобы всё-таки пришла? С точки зрения логики предпочтительнее было первое, так как они всерьёз опасались, что их наспех и топорно сработанный аппарат не сможет сыграть роль технического чуда. Но с другой стороны, если она всё же придёт, то они какое-то время будут на неё смотреть и с ней говорить – разве это не прекрасно? И пусть потом она высмеет их и навсегда забудет, но уж этих-то минут у них никто не отнимет!

– Придумал что-нибудь? Ну, про прибор: чего он может? – спросил Виталька.

– Не-а, – признался Сашка, – полночи думал – ничего в голову не лезет! А ты?

Вместо ответа Виталька только вздохнул и сокрушённо покачал головой.

Время тянулось томительно медленно, и полтора часа ожидания показались им вечностью.

– Пошли внутрь, надоело здесь сидеть, – сказал взопревший в своей куртке Сашка, поднимаясь со скамейки, хотя и ему, и Витальке меньше всего хотелось бы сейчас смотреть на дело рук своих, до того оно надоело им за эти два дня.

Виталька тоже неохотно встал, но в это время с другой стороны, совсем не с той, с которой они ожидали, послышался весёлый ларискин голос:

– Эй, изобретатели! Ну, где ваш аппарат? Показывайте!

Они оглянулись. У калитки стояла Лариса, одетая в сногсшибательную розовую кофточку и джинсовые брючки; вьющиеся, до плеч, каштановые волосы сегодня были перехвачены заколкой. Сашка попробовал представить рядом с ней себя и внутренне содрогнулся. Украдкой взглянув на друга, он понял, что тот подумал о том же и тоже недоволен выводом. В руках Лариса держала довольно тяжёлую, чем-то солидно набитую матерчатую сумку.

– Прямо с автобуса, только что из города приехала, – шепнул другу Сашка.

Они подскочили к ней, отобрали сумку и повели в сторону сарая, успев заметить, что за забором с разных сторон огорода слоняются пацаны – обычный ларискин эскорт.

– Ничего себе, сумка какая у тебя тяжёлая! – удивился Виталька. – Чего там?

– Да на неделю всяких консервов привезла и хлеб, – ответила Лариска.

– Ну, и отдала бы пацанам, пусть бы пёрли: какая-никакая, а польза!

– Ага, толку-то от них! – отмахнулась она. – Малышня! Конечно, Валера или Егор обязательно бы помогли, а эти только ходят по пятам да дразнятся!

– Мы тебе её потом донесём до дому, – пообещал Сашка, хотя сумку нёс и не он.

Виталька распахнул дверь и пропустил девушку вперёд; из-за забора высунулось несколько любопытствующих голов, но Сашка прикрыл корпусом от их взглядов то, что находилось в сарае: дескать, прибор – это не для всех, а только для избранных! В сарай он вошёл последним и с подчёркнуто озабоченным видом прикрыл за собой дверь.

При закрытой двери внутри, несмотря на небольшие окошки, было темновато, и Виталька ввернул лампочку. В её свете агрегат засиял разными бликами и от этого выглядел довольно внушительно.

– Ух ты! – сказала Лариса и стала внимательно рассматривать.

Друзья затаили дыхание и смотрели на неё, с одной стороны, просто любуясь, с другой – ожидая её реакции.

– Надо же! – сказала, наконец, девушка. – С ума сойти! Молодцы! И это всё вы сумели сделать за какие-то два дня?

Она посмотрела на их вытянувшиеся лица и расхохоталась:

– Эх вы, врунишки! Клавиатура и системник – от старого папкиного компьютера, мама только в пятницу заставила его выбросить! Я ему помогала и видела, что вот эти вентилятор и кофемолка тогда ещё там лежали!.. Да вы не бойтесь, – ободряюще добавила Лариса, увидев, что друзья совсем сконфузились, – я пацанам ничего не расскажу. Вот, а прибор ваш включать не советую: вы тут такого нагородили – запросто пожар может случиться. Кстати, кроме этого, вообще никакого другого варианта не вижу: на блок команд, – она показала рукой на «штуку невыясненного назначения», – подаётся 9—12 вольт постоянного тока, а вы, судя по всему, сняли на него с трансформатора 110 переменки! Я уж молчу о том, что все остальные провода у вас вообще непонятно куда попали!

– А ты откуда знаешь? – спросил ошеломлённый Сашка.

Она усмехнулась:

– Я на областной олимпиаде по физике второе место заняла! У меня же папа – электронщик, он меня ещё с детства всему этому учил! Мне, по-моему, ещё 12– ти не было, когда я сама транзисторный радиоприёмник собрала. Так что, мальчишки, не трогайте-ка вы ваше чудище, отнесите обратно, откуда взяли. И действительно, займитесь лучше спортом – в физике ведь вы совсем ничего не соображаете… Хотя, в спорте я и сама – абсолютный ноль, – честно призналась она.

– Ну, вот ещё! – упрямо мотнул головой Виталька. – Ты так говоришь, потому что только традиционную физику знаешь, где все законы расписаны. А мы с Сашкой совсем новую вещь изобрели – не было в мире такого!

– Да ладно тебе, – оборвал друга Сашка, – хватит врать! Лариса, – просительно сказал он, – давай включим, а? Мы ведь это не для них, – кивнул он куда-то в сторону, – для тебя собирали! Ну и пусть бабахнет – интересно же!

Видно было, что девушка колеблется.

– Ой, не знаю, – боязливо поёжилась она, – а если пожар случится?

– А у нас вот брезент здесь есть, – подскочил Виталька, – мы его – раз! – накинем, доступ кислорода прекратится, и всё погаснет, так ведь?

И, увидев её кивок, усмехнулся и добавил:

– Ну вот, а ты говоришь, я в физике ничего не соображаю!

– Ой, не могу! – рассмеялась Лариса. – Законы горения вещества – это же химия, а не физика! Ну, мальчишки, вы даёте!

Но общее напряжение спало. Ребята после разоблачения почувствовали себя спокойно: не надо было больше врать и притворяться научными гениями, а Лариса, конечно, была польщена, увидев, какую работу провернули друзья, и всё это для того, чтобы понравиться ей.

– Ладно, – махнула она рукой, – только давайте примем все меры предосторожности. Ты, Виталя, будешь включать? Тогда не берись рукой за корпус. А ещё лучше резиновые перчатки надеть. Есть у вас?

– А на каком же огороде их нет, – сказал Виталий и показал перчатки, в которых мать обычно пропалывала малину и размешивала всякие ядовитые растворы. – Всё сделаем, как надо. Только ты, Лариса, подальше отойди. Ну, а ты, – махнул он на Сашку, – стой, где хочешь: если тебя и шибанёт – не велика потеря!

– Давайте серьёзнее, – нахмурилась девушка и, взяв Сашу за руку, оттащила и его подальше в сторону, при этом на лице у того было выражение довольного котёнка, а Виталя горько подумал: ну, почему он, а не Сашка, должен включать этот прибор?

И он не удержался от язвительной реплики, на которую безмерно осчастливленный друг великодушно не прореагировал:

– Ну вот, женщины с детьми в безопасности – герои науки могут делать свою опасную работу!

И включил тумблер.

Сразу же раздался громкий треск, где-то внутри полыхнула синим светом вспышка и повалил жёлтый дым. Тем не менее, заработали все нужные атрибуты: несколько раз крутанулся «локатор», стала разгораться спираль «излучателя», послышалось шипение радиоприёмника, как-то испуганно и тревожно замигали лампочки ёлочной гирлянды. Не растерявшийся Виталька выдернул вилку из розетки и накрыл брезентом ту часть агрегата, из-под которой валил дым. Похлопав по нему немного, он открыл дверь, чтобы дым выходил наружу. Конечно, Сашка пришёл бы на помощь другу, но разволновавшаяся Лариска снова схватила его за руку, и он рассудил, что пожар небольшой, Виталька легко справится и один. Так оно и вышло. Всё затихло и успокоилось, только изредка щёлкали конденсаторы и почему-то сильнее разгоралась спираль «излучателя». Наконец, ярко вспыхнув напоследок, погасла и она.

Девушка шумно вздохнула и отпустила руку Саши.

– Ну, вот и всё! – весело сказала она и осеклась, потому что в этот момент у сарая исчезла одна стена.

Глава 4. Куда привёл коридор?

Если эксперимент удался, что-то здесь не так.

Виталий больше, чем Саша переживал за исход испытаний прибора: может, потому, что Лариса не брала его под руку, и он, чувствуя себя обделённым, страстно желал какого-нибудь необычного результата.

– Ага! – радостно завопил он. – Что-то получилось!

– Тихо! – сказала побледневшая Лариса. – Ты хоть понимаешь, что произошло?

– Не-а, – признался тот, понемногу остывая и от этого тоже озадачиваясь.