Исполнение желаний. Любовный роман. Остросюжетное фэнтези
- -
- 100%
- +
Софоклис замедлил шаг, и Катя чуть не врезалась в его спину.
– Следующий этаж наш, – предупредил он.
– Почему мы не полетели просто по воздуху вверх? Не пришлось бы кружиться!
– Наши тапки на это не способны.
– А зачем они вообще? Страж отправил меня в ваш город без всяких тапочек! Вы так не можете, что ли?
Марк остановился и назидательно проговорил:
– Страж владеет мощной магией. Я тоже знаю заклинание полета, но очень редко его использую.
– Почему?
– За такое заклинание надо платить.
– Сколько?
– Дорого. Слишком дорого. Идем!
Они вошли в раскрытые двери и оказались в небольшом помещении. Здесь за прилавком тоже сидел карлик, но помоложе. И полок с тапками было у него поменьше.
Голенища «сапог-скороходов» Новиковой сами собой опали. То же произошло с обувью Марка. Карлик сделал жест рукой, и обе пары поплыли на верхнюю полку.
Катя последовала за советником-генералом в следующие двери.
Здесь был цирк. По крайней мере, так выглядело это помещение на первый взгляд: высокий купол, круглая арена и ряды кресел, поднимающиеся один над другим. Почти все места в зале были заняты. Публика выглядела пестро, но в первых рядах сплошь сидели люди в красном – и притом с оружием.
– Нас ждут, – сказал Софоклис. – Надо поприветствовать короля Всеслава и твоего принца.
При слове «принц» у Кати тревожно екнуло сердце. Надеюсь, он симпатичный. Или хотя бы не урод.
Генерал подвел ее к ложе, богато украшенной малиновым бархатом и архитектурной лепкой. В ложе располагалось три ряда кресел. В первом сидел пожилой, богато одетый мужчина с золотой короной на голове, в следующем – трое молодых людей приятной наружности, но без корон, а в последнем – две расфуфыренные барышни. Кто из них король – понятно. Но кто принц? И что за бабы там сзади?
Софоклис поклонился:
– Ваше Величество, я нашел талантливую певицу… в одном дальнем племени.
Король усмехнулся, поглаживая свою коротко подстриженную седеющую бороду:
– Рад слышать это, Главный советник по подданным! Но не маловато ли? Главный астролог, – он указал на мужчину с седой клиновидной бородой, стоявшего слева от ложи, – нашел шестерых! Целый хор!
– Она стоит их всех, вместе взятых.
– Откуда такая уверенность?
– Я это чувствую.
– Посмотрим.
Софоклис поклонился еще раз и, развернувшись к Кате, сказал:
– Иди к оркестру. – Он показал на площадку над выходом в противоположной стороне, а сам сел на единственное свободное место справа от королевской ложи.
Катя поняла, что задавать вопросы не стоит, и направилась вокруг манежа к оркестровой площадке. На ней уже находилось с десяток музыкантов. Сейчас меня спросят о репертуаре. Что бы им спеть?
Поднявшись по ступенькам к площадке, состоявшей из трех уровней, она смогла хорошо рассмотреть своих будущих коллег. Шестеро, в том числе две женщины, полукругом стояли на нижнем уровне перед деревянной трибуной. На ней вместо микрофона была установлена небольшая пирамида, сделанная из похожего на лед материала. За ними на следующем уровне в линейку выстроились пятеро мужчин. Один из них, в центре, держал в руках трость, двое – барабаны африканского типа, и еще двое – струнные инструменты наподобие домры. С таким сопровождением попсу не споешь. Надо вспомнить что-нибудь народное.
В уме сразу всплыл «Ой, мороз, мороз». Эта песня явно была не к месту. Что еще я знаю? Думай, Катя, думай!
Мужчина с тростью галантно подал Новиковой руку и провел на третий, самый высокий уровень, где она оказалась одна.
– Вот текст песни, – сказал он, протянув лист бумаги. – Стойте у нас за спиной и готовьтесь. Будете выступать последней.
Откуда-то снизу прозвучал гонг. На арену из-под оркестровой площадки вывалила толпа бородатых, голых по пояс людей в черных штанах. Средневековая подтанцовка? Но почему одни мужчины?
Они сгрудились слева на манеже вдоль его края. Затем на арену вышли еще четверо и застыли справа, напротив толпы бородачей. Они тоже были голые по пояс, но отличались красными шароварами, а также более высоким ростом и мощной мускулатурой. Кроме того, каждый из них держал в руках по два меча – видимо, это были солисты для местного варианта «танца с саблями».
Катя пробежала текст глазами. Без сомнения, ей вручили военный марш, но она никогда прежде его не слышала. Как же его петь, если я не знаю мелодию?
Мужчина, передавший ей текст, вернулся на свое место и взмахнул тростью – очевидно, трость была дирижерской палочкой. Его «оркестр» грянул нечто похожее на собачий вальс. Хор из шести человек громко и слаженно запел:
Иди вперед, дави врага,Круши напропалую…Слова были те же, что у Кати на листочке.
От толпы слева отделились четверо и бросились вперед.
Хор продолжал:
Отрубят руку – не беда.Возьми свой меч в другую!Дождавшись, пока «танцоры» приблизятся, вооруженные мечами мужчины синхронно сделали выпад. Клинки вонзились в плоть. Раздались вопли, и тела рухнули на пол.
У Новиковой перехватило дыхание. Это какой-то фокус или на самом деле?
Отрубят ноги – ты ползи.Ни страха нет, ни боли!Из толпы слева выскочили еще пятеро.
Мечом своим врага рази,Умри по доброй воле!Пять клинков взмыли вверх и разом опустились на головы несчастных. Все пятеро упали с раскроенными надвое черепами.
Катю охватил ужас. Сомнений не было: этих людей убили!
Хор не унимался:
Но даже если ты убит,Твой дух бойца не сломлен.Живых он силу укрепит,И будет враг разгромлен!Четверо с мечами стояли над трупами, держа оружие перед собой и вызывающе глядя на поредевшую толпу напротив. Но желающих кинуться на них с голыми руками больше не нашлось.
Допев песню, певцы замолчали. Дирижер махнул тростью сверху вниз. Музыканты перестали дергать за струны и лупить в барабаны. Воцарилась тишина.
– Еще раз! Повторить! – взвизгнул Главный астролог, по-прежнему стоявший слева от королевской ложи.
Король поднял ладонь:
– Нет! Достаточно. Гоните их в шею. Кто следующий?
На оркестровую площадку выскочили двое дюжих молодцов, которые начали выполнять приказ короля буквально – то есть, выгоняя певцов с манежа пинками в шею.
Дирижер повернулся к Новиковой:
– Следующая ты!
– Что… что здесь происходит? – пробормотала Новикова, едва шевеля дрожащими губами и стараясь не смотреть на трупы.
– Как что?! Конкурс песни!
– В моем мире… на конкурсах… никого не убивают…
На лице дирижера отобразилось искреннее удивление:
– А что в них тогда интересного?
– Красивая музыка!
– Как это? Музыка может быть только одна – боевой магический марш! Если у певца талант, он заставит любого пойти на смерть, даже против его воли. Ты запомнила мелодию?
– Конечно… Такой примитив трудно не запомнить… Но я в этом не участвую!
– Почему?
– Песни нужны, чтобы радовать людей, а не резать!
– Больше никому не говори такой глупости. Песня – она одна! Боевая!
– Бред.
Она развернулась с намерением уйти с площадки. Дирижер схватил ее за руку и горячо заговорил, понизив голос:
– Послушай, я не знаю, откуда ты родом, но здесь у нас все просто. Ты – или друг, или враг. Король ждет, не испытывай его терпение! Или ты хочешь оказаться среди врагов? – Он указал на толпу бородачей. – Это безжалостные, свирепые дикари. Даже если ты выживешь на арене, они потом сожрут тебя на ужин в своей камере! Живьем!
– Вы серьезно? Они людоеды?!
– Конечно! Разве по рожам не видно? Посмотри, какие тупые!
Новикова не умела определять склонность к каннибализму по выражению лиц, но причин сомневаться в словах дирижера у нее не было. Это – чужой мир со своими правилами! И сейчас от ее решения зависела ее собственная жизнь…
Собрав все свое мужество, она взглянула на трупы и выдавила:
– Хорошо. Я спою!
Дирижер подвел ее к трибуне и наставительно проговорил:
– Направляй звук на пирамидку из горного хрусталя. Смотри только в текст, думай о смысле. Надеюсь, хотя бы на одного дикаря твой голос подействует! Иначе тебя…
Не договорив, он грустно покачал головой и вернулся на свое место.
Грянул марш. Держа лист с текстом обеими руками, Катя запела дрожащим голосом:
Иди вперед, дави врага,
Круши напропалую.
Отрубят руку – не беда.
Возьми свой меч в другую…
Воздух наполнился криками людей и звоном металла. У Новиковой пересохло во рту. Руки стали ходить ходуном, будто она держала не лист бумаги, а отбойный молоток. На глаза навернулись слезы, и она едва различала текст.
Кое-как допев песню, Катя провела ладонью по глазам и посмотрела перед собой.
Весь манеж был завален трупами. В центре стоял один израненный бородач, держа в руке сломанный и окровавленный меч.
Зал взорвался аплодисментами.
Глава 9. Заботливый муж
– Я сегодня девять раз чихнула! – озабоченно сообщила Милава своему мужу, как только он вошел в обеденный зал.
Чмокнув жену в щеку, Бажен сел за стол напротив нее:
– Наверное, служанки плохо вытерли пыль. – Он окинул взглядом блюда, расставленные на столе. – Что у нас сегодня на ужин?
Конечно, он и сам прекрасно видел содержимое тарелок: стейк из косули с ежевичным соусом, камбала запеченная, салат с морским гребешком, клубника со сметаной… Не дожидаясь ответа, Бажен взял бокал с красным вином, с наслаждением сделал пару глотков и ласково посмотрел на жену.
Едва сдерживая раздражение, она проговорила:
– Какая пыль?! Они три раза в день делают влажную уборку по всему замку! Ты не понимаешь, что проблема в иммунитете? Может быть, у меня простуда начинается! Или даже грипп!
Он загадочно улыбнулся и, сделав паузу, торжественно провозгласил:
– Скоро твой иммунитет станет намного крепче! Сегодня я сделал то, о чем ты просила.
Милава недоуменно подняла брови:
– Что именно?
– Да все! – Он стал загибать пальцы. – Во-первых, построил еще одну крепость к западу от племени тыган. Во-вторых…
Она его перебила:
– Сколько раз повторять: надо говорить не «построил», а «восстановил». Никто не должен знать, что раньше в этих местах не было сражений!
– Хорошо, восстановил. – Он подался вперед и, понизив голос, продолжил. – Во-вторых, доставил тебе новый фен и аккумулятор с той стороны.
Она просияла:
– Спасибо! Это заклинание «теплый ветер в окно» ужасно сложное и выполняется слишком долго. Застрелиться легче!
– Напоминаю: «застрелиться» – значит убить себя из огнестрельного оружия. Никто не должен знать, что такое оружие кое-где существует!
Милава невольно засмеялась:
– Какой ты вредный!
– Не вреднее, чем ты… И в-третьих, распорядился о доставке парочки, которая тебя заинтересовала. Ты оказалась права: у них необыкновенные способности!
– Что за парочка?
– Ну эти… Врач и певица. Разведенные. Он сходу вылечил смертельно раненого, а она устроила шикарную бойню на первом же исполнении боевого марша!
Милава вскочила и радостно воскликнула, вскинув вверх обе руки:
– Да-а! Наконец-то! Что ж ты сразу не сказал?
Бажен откинулся в кресле с довольным видом:
– Хотел произвести впечатление. Так что, моя милая, скоро война между тыганами и Фаром разгорится с новой силой, воздух наполнится флюидами ненависти, и твой иммунитет укрепится. Больше никаких чихов! И главное: от морщинок, которые тебя расстраивают последние десять лет, не останется и следа!
Она обошла стол и, шутливо потрепав его за щеку, поцеловала туда же:
– Спасибо. Я очень рада, что у меня такой заботливый муж! Ты голодный, наверное, а я тебя гружу своими проблемами… Салатик?
Она придвинула к нему тарелку и, еще раз поцеловав, упорхнула на свое место.
Глава 10. Лечение и сражение
Несколько стрел сверху – и кавалерийский отряд, пытавшийся добраться до человека, пролетевшего над их лагерем, повернул назад не солоно хлебавши.
Крылов огляделся. Между первой и второй крепостной стеной было три террасы, вырубленные в скале. Пятеро бородатых мужчин в кожаных одеждах растаскивали солдат: раненых – на верхнюю террасу, убитых – на нижнюю. Оружие – щиты, мечи, копья, луки, стрелы – уже были свалены на средней террасе. Еще четверо бородачей прохаживались по первой стене, наблюдая за врагом в долине.
– Хорош пялиться, – сказала Зира. – Топайте за мной!
Она начала спускаться по каменным ступеням к нижней террасе. Игорь пошел вторым, спасенный им солдат – третьим. Лестница была достаточно широкой – все трое могли бы поместиться на ней в ряд, – но без перил. У Крылова дыхание сперло, как только он представил себе, что оступится. Мышцы ног мгновенно одеревенели. Он прижался к стене и замер.
– Высоты боишься? – донесся сзади голос новоявленного «раба».
Услышав это, Зира остановилась и оглянулась. По ее лицу пробежала насмешливая улыбка.
Крылову не хотелось, чтобы они видели его слабость. Заставив себя оторваться от стенки, он шагнул вперед:
– Просто осматриваюсь! Идем!
Выражение лица Зиры сменилось на одобрительное, и она молча продолжила движение.
– Как тебя зовут, хозяин? – спросил «раб».
Стараясь смотреть не вниз, а в спину Зиры, Крылов ответил:
– Игорь. А тебя?
– Мефодий.
Крылов пошутил:
– А твоего брата не Кирилл случайно?
– У меня нет брата, – серьезно и обстоятельно проговорил солдат. – Есть три сестры: Верна, Миляна, Любава. У нас в деревне почти всех девушек называют этими именами…
– Почти как у нас, – сказал Игорь. – Вера, Надежда, Любовь!
– У вас – это в вашей деревне?
– Нет, по всей стране. И в Библии…
– Это где?
– Не «где», а «что». Библия – книга, а не местность! А еще есть песня Макаревича «Три сестры» про Веру, Надежду и Любовь. Моя жена иногда ее слушала…
Зира опять остановилась:
– Забудь про свою религию, музыку и вообще свой мир. Ты находишься в племени тыган!
Не разобрав последнее слово, он переспросил:
– Кого? «Цыган»?
– Тыган, дубина! Я – тыганка. Здесь все, что непонятно, могут принять за заклинание.
Крылову не понравилось слово «дубина», и он резко ответил:
– Это их проблемы.
– А за непонятное заклинание могут убить! И тогда это твои проблемы!
– Так бы сразу и сказала. – Ненароком глянув вниз, он поспешно перевел взгляд обратно на Зиру.
– Про жену тоже забудь. Вы развелись! – Она улыбнулась и протянула ему руку. – Давай лапу! Помогу спуститься!
Это уже было оскорблением его мужского самолюбия. Игорю захотелось послать ее куда подальше. Сдержавшись, он ответил коротко:
– Я сам.
Она засмеялась:
– Ты отвергаешь мою руку и сердце?
– Только руку.
– Ловлю на слове. Догоняй!
Она устремилась вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Крылов был вынужден побежать за ней. Его «раб» тоже затопотал за спиной. Руку и сердце… Это шутка, надеюсь?
Добравшись до низа, они прошли по узкому проходу между трупами до следующих ступенек, по которым поднялись до верхней террасы. Там стонали и ворочались окровавленные солдаты. Крылов достал из-за пазухи свиток:
– Зира! Я попробую их вылечить!
Мужчины, таскавшие раненых и убитых, бросили свою работу и выхватили короткие мечи. Зира остановила их, подняв вверх ладонь, после чего уставилась на Игоря:
– Это – враги. Там, – она указала на открытые ворота во второй стене, – наши раненые. Ты должен вылечить их! А пока потренируйся на своей шишке. Она все еще у тебя на лбу. Повтори заклинание, чтобы ее убрать!
Крылов как врач должен был помогать всем без исключения, но тон Зиры не располагал к спору. Игорь зашагал за ней дальше, на ходу разворачивая свиток. Заменив местоимение, проговорил:
– Пусть боль меня покинет и причина боли сгинет, пусть рана затянется и здоровье наладится!
Затем потрогал свой лоб. Шишку не нащупал. Исчезла раньше? Или прямо сейчас? Кажется, боли уже во время полета не было…
Раненых воинов племени было заметно меньше, чем солдат, – около двух десятков. Они неподвижно лежали прямо на земле, занимая всю площадку за воротами. За ними никто не ухаживал: здоровые мужчины выстроились цепочкой на нескольких лестницах стены, передавая наверх камни – видимо, готовились к новому бою. Женщины и дети выглядывали из щелей ветхих строений, примыкавших к площадке. Строения были деревянными, с соломенными крышами. Эти хижины можно запросто спалить горящими стрелами!
Игорь окинул взглядом раненых. Они не подавали никаких признаков жизни. Их кожа и одежда были в крови, раны открыты – ни одной повязки! – но кровь из них не сочилась. Такое могло быть в двух случаях – или кто-то уже наложил швы, или у этих людей перестало биться сердце. Приглядевшись, Крылов понял, что никаких ниток в ранах нет.
– Ты… уверена, что они еще живы?
– Да, – ответила Зира. – Наш колдун остановил кровь и усыпил их. Это все, что он может. Теперь твой черед!
Остановившись перед первым раненым – молодым человеком с рассеченным плечом, Игорь развернул свиток:
– Пусть боль тебя покинет и причина боли сгинет, пусть рана затянется и здоровье наладится!
В облике раненого не произошло никаких видимых изменений. Он продолжал лежать с закрытыми глазами на спине, не шевелясь.
Еще более молодой мужчина с проломленной головой, лежавший рядом, начал хрипеть и дергаться. Крылов представил себе, как зарастает кость, но прочитать заклинание не успел: мужчина застыл, уставившись в небо невидящим взглядом.
– В чем дело? Ты что-то напутал? – быстро проговорила Зира.
Игорь пробежал глазами текст заклинания.
– Нет… Все верно…
Парень, раненный в плечо, вдруг открыл глаза. Его кости и мышцы начали затягиваться прямо на глазах. Запекшаяся кровь куда-то испарилась, мышцы стали приобретать правильную форму и покрываться гладкой смуглой кожей.
– Невероятно! – пробормотал Игорь.
Раненый сел и осторожно поднял руку.
– Работает! – он посмотрел на Крылова. – Это ты сделал?
Игорь кивнул.
Парень вскочил и заорал, указывая на своего спасителя:
– Лекарь! У нас лекарь появился!
Люди, таскавшие камни, бросили работу. Направляясь к ним, парень стал демонстративно размахивать рукой:
– Мне руку отрубили, а он ее приделал!
Крылов попытался возразить:
– Вам не «отрубили» руку, а только разрубили ключицу и верхний край лопатки, а также мышцы, которые покрывают…
Зира перебила его:
– Хорошо спорить, умник! Лечи остальных скорее, пока они копыта не отбросили!
Шагнув к следующему раненому воину, Крылов прочитал заклинание.
Сверху послышался клекот и шелест крыльев.
– Осторожно! – воскликнул Мефодий, стоявший рядом.
Игорь поднял голову. На него пикировал орел!
Отскочив назад, Крылов вскинул руки для защиты. Но отбиваться не пришлось: замахав крыльями, птица зависла в паре метров над его головой и выпустила из когтей какой-то предмет, на вид стеклянный, после чего взмыла вверх.
Крылов поймал предмет одной рукой. Оказалось, что это – четырехгранная пирамида высотой с его ладонь. Сделана она была из материала, похожего на окаменевший лед.
Зира бросилась к Игорю и выхватила у него предмет.
– Магический кристалл! А ты не такой уж лопух!
– Что?!
Она чмокнула его в левую щеку, после чего одобрительно похлопала по правой:
– Молодец, что поймал! Эту глупую птицу нам бог прислал… Неважно, где она сперла кристалл – главное, уронила в нужном месте. Теперь дело пойдет быстрее!
– Какое дело?
– Лечение!
В ближайшей хибаре распахнулась дверь, и оттуда стремительно вышел пожилой высокий мужчина с всклокоченными волосами и в длинном черном халате. В руках у него был грубо сделанный плетеный табурет. Приблизившись, он поставил табурет перед Крыловым, проверил его устойчивость и коротко бросил Зире:
– Ставь!
Девушка аккуратно установила пирамиду в центре сиденья. Мужчина уставился на Крылова:
– Вообрази, как выздоравливают эти люди, и потом прочитай заклинание! Громко и четко! И помни: если не создашь выздоровление в своей башке, заклинание не сработает.
Его хамоватый начальственный тон не понравился Игорю, и он обратился к Зире:
– С какой стати этот мужик командует? Он кто такой?
Она ответила приглушенным голосом, округлив глаза:
– Ты что, не понял? Это наш колдун! Делай, что он говорит!
Видимо, штуковина, которую «спер» орел, обладала какой-то силой. Зира и этот колдун хотят, чтобы я действовал втемную?! Не выйдет!
– Магия – слишком серьезная вещь. Сначала объясните, что это за предмет и для чего!
Колдун неожиданно рассмеялся:
– И этот неуч будет мне говорить, что магия – серьезная вещь? Да что ты знаешь о магии, сопляк?
– Папа! – укоризненно сказала Зира, слегка дернув Колдуна за рукав.
– Папа?! – переспросил Игорь.
Колдун сбросил с лица улыбку:
– Да, я отец этой красавицы. Меня зовут Драго. Можно просто «колдун». Объясняю: это – магический кристалл, который усиливает любое заклинание. Главное, чтобы он находился между тобой и целью.
– И как это отразится на мне?
– Никак. В крысу ты не превратишься, не бойся!
– А я и не боюсь.
– Тогда зачем спрашиваешь? Начинай!
Крылов еще раз окинул взглядом раненых. В голове сама собой возникла картинка того, как они встают, отряхиваются и ощупывают свое исцеленное тело. Посмотрев в свиток, он громко проговорил:
– Пусть боль тебя покинет и причина боли сгинет, пусть рана затянется и здоровье наладится!
Наступила мертвая тишина. Все, кто был поблизости, – Колдун, Зира, Мефодий и воины на стене – замерли в ожидании. Прошло несколько томительных секунд. Наконец, раненые начали подавать признаки жизни. Их колотые и резаные раны стали чудесным образом зарастать. На ноги поднялся один воин, затем другой, третий… В конце концов, встали все.
– Чтоб я сдохла, – восхищенно пробормотала Зира. – Ты всю толпу вылечил!
– Братья! У нас появился великий лекарь! – громогласно объявил Драго, после чего низко поклонился Крылову.
Мужчины все как один, где бы они ни находились в этот момент, повернулись к Игорю и отвесили такой же низкий поклон.
Колдун продолжил:
– Братья! Теперь у нас опять много воинов!
Загремело дружное «Ура!» К бывшим раненым бросились остальные и начали их обнимать и хлопать по плечам, спинам и головам – точно как футболисты после важного гола.
– Молодец, дочка! – воскликнул Драго, обнимая Зиру.
Крылова, к счастью, никто не тискал. Да он и не горел желанием попасть в объятия незнакомых потных людей. Кроме того, он не мог считать свою работу законченной. За стеной лежало еще несколько десятков людей с ранениями! Для племени тыган это – просто враги, недостойные сострадания, но я обязан им помочь!
Он сделал два шага в сторону – так, чтобы пирамида оказалась между ним и стеной. Закрыв глаза, вспомнил сваленных за стеной людей и представил, как зарастают их раны, после чего прошептал:
– Пусть боль тебя покинет и причина боли сгинет, пусть рана затянется и здоровье наладится!
– Кого ты лечишь? – тихо спросил Мефодий, стоявший рядом с Игорем. – Тыгане уже и так встали!
– Твоих товарищей.
На лице «раба» отразилось удивление:
– Солдат?! Ты – добрый человек! – Он показал глазами на Зиру. – Но они тебя за это не похвалят!
В этот момент Зира повернулась к Крылову и с улыбкой проговорила:
– Отец в тебе не ошибся. Не зря он меня в твой мир вонючих машин посылал! Ты – молодец!
Не ощущая особой радости, Игорь слегка улыбнулся:
– Спасибо.
Девушка подняла левую бровь:
– Не вижу восторга. Я точно помню, что ты загадал цветку папоротника: «Хочу быть лучшим в мире врачом». Твое желание сбылось! Веселись!
Крылов неопределенно качнул головой:
– Я себе не так это представлял…
– А как?
– Ну… что я добьюсь признания своим умом и знаниями… А здесь просто какое-то заклинание.
Зира взвизгнула:
– Что?! Ты что, идиот? Да ты единственный, кому оно подвластно! У тебя дар!
– Дар – это хорошо, но это вроде как не моя заслуга.
Она вытаращилась, уперев кулаки в бока:
– Точно идиот!
Воины наконец начали успокаиваться. Драго, наблюдавший за их ликованием, подошел к табуретке:
– Мне послышалось или ты назвала кого-то идиотом, дочь?
– Его. – Она показала глазами на Крылова.
Колдун нахмурился:
– Нельзя. Он с этого момента – великий лекарь!
Взяв пирамиду и табурет, Драго направился обратно к лачуге.
Со стороны открытых ворот донесся звон железа. Тыгане не обратили на это внимания – многие из них все еще громко обсуждали выздоровление, – но Зира насторожилась. Когда звон повторился, она крикнула: