Отцы подруг. Порок на троих

Глава 1

– За нас, девчонки! – мы чокаемся, я делаю глоток обалденно вкусного шампанского, – и за успешное окончание первого курса!

Вокруг сияют неоновые огни ночного клуба. Играет громкая музыка, на танцполе извиваются разгоряченные тела.

– Отличный повод собраться, – Лилька откидывается на спинке кожаного кресла, берет тонкую длинную сигарету, – наконец-то ты выползла из своего кокона, Настюх.

Лиля Громова – одна из самых популярных девочек университета. Несмотря на то, что мы на первом курсе, она уже успела стать королевой универа. Ещё бы! Платиновые длинные волосы, идеальная фигура, чувство стиля. Я всегда смотрела на неё с небольшой завистью.

– Ну наша ботаночка всё боялась, – хихикает Ритка, лучшая подруга Лили.

Жгучая брюнетка, тоже из богатой семьи.

И я. Беднота, сирота и учусь по квоте. Отличница. А ещё у меня есть парень Олег. Мы с ним с первой недели в универе вместе.

Именно он познакомил меня с девчонками. Мы сдружились. Никогда и подумать не могла, что такие богатые мажорки позовут меня в клуб.

– Я не привыкла к таким местам, – ёрзаю в кресле.

На мне коротенькое серебряное платьице. Ритка одолжила.

– А ты правда ещё с мужиком не трахалась? – спрашивает Лилька, – реально прям никогда?

– Нет, – опускаю взгляд, становится стыдно.

Рита и Лиля уже опытные в этом. А я девственница. Олег уже давно намекает, но внутри меня что-то сопротивляется.

– Бедный Олежа, – хохочет Рита, – целый год дрочить!

– Сочувствую, – хихикает Лиля.

Девчонки переглядываются. Телефон блондинки начинает вибрировать.

– Ой! Девки, я на пару минут! Пока закажите нашей недотроге еще выпивки, а то зажатая вся.

Лилька убегает, виляя стройными бёдрами.

– Ну, что будешь, подружка? – хихикает Рита.

– Я бы выпила сок.

– Ну ты скучная пиздец. Отрывайся, Настюха! Когда ещё выберемся? – она залпом выпивает розовый коктейль, – меня вот отчим заебал уже. Не пей, не кури. Тебе рожать.

Девчонка берет сигарету, закуривает. Я кашляю. Никогда не курила и не хочу.

– А я не хочу рожать! – заявляет Рита, – у меня столько бабла, что хватит до конца жизни. Матушка померла, оставив вкусное наследство. Не знаю даже, зачем он запихнул меня в универ…

– Образование всегда нужно, – пробую поспорить, но Ритка лишь хохочет.

– Только для бедняков! Ой, прости, я вечно не то что-то ляпну!

– Мне нужно в уборную, – встаю, поправляю платье.

– Угу…

Топаю в сторону, куда пошла Лилька. Я здесь совершенно не ориентируюсь. Толкаю дверь, передо мной открывается длинный коридор с кучей дверей. Алый приглушенный свет падает на кроваво-красные стены.

Одна дверь приоткрыта.

– Ой, Олежа! – слышу голос Лильки и замираю, – мальчик мой, всё скоро кончится.

Она говорит с Олегом… с моим Олегом? Прислушиваюсь, сердце гулко ухает в груди.

– Ну потерпи, милый. Мы уже почти её развели. Трахнешь эту нищую ботаничку, мы всё снимем. Прикинь, как будет интересно декану взглянуть на такое! А там уж я позабочусь, чтобы её с позором вышвырнули в Зажопинск, из которого она приехала.

Что?

Внутри всё леденеет. То есть, со мной хотели дружить, чтобы подложить под Олега? А потом… Боже!

Но зачем?

– Меня бесит, что она такая вся правильная, умная, понимаешь? Учится отлично, вечно её в пример ставят. Настя то, Настя сё… папаши мне мало?! Сам ебет всё, что движется, а меня хочет целкой оставить. Поздно уже, папуля!

Значит, подругами мы и не были. А я… хотела, чтобы хоть кто-то увидел во мне человека. Слезы начинают течь по щекам. Но стою и слушаю, как мазохистка.

– Так что ты уж постарайся, а я потом тебя как следует вознагражу. Знаешь, милый, моя попка ещё невинна. Целую тебя, Олежа!

Нужно бежать, но от шока я стою и не знаю, что делать.

Дверь распахивается. Лиля смотрит на меня. Я на неё.

– Настя? Ты…

Но тут я отмираю и рву когти прочь. Вернусь в общагу поскорее! Хотя у меня нет денег на такси, черт!

– А ну-ка стой! – верещит «подруга», и я не нахожу ничего лучше, чем юркнуть в первую попавшуюся открытую дверь.

Прижимаюсь к двери спиной, пытаюсь отдышаться.

– Опаньки! – слышу пьяный мужской баритон, – а что, заказанная рыбка уже приплыла к нам? Гляди Глеб! Какая красоточка нас навестила! Проходи, милая, составь нам компанию!

– Да, ничего так, сладкая. Не соврал Афоня-то, – другой голос ниже, более жесткий, – иди сюда, красавица!

Таращусь на них, не в силах и слова вымолвить. Два мужика, на вид лет по сорок с небольшим. Один в костюме, верхние пуговицы рубашки расстегнуты. Щетина, темные волосы слегка растрепаны.

Второй вообще бандита напоминает! Огромный, татуированный, почти лысый! Мамочки, куда я попала?

– По… помо… – блею, в ужасе понимая, что походу меня приняли за девочку по вызову.

– Федь, по-моему, она решила сыграть в целочку. Подыграем малышке?

Оба встают. Высоченные! Пучу на них глаза, открываю рот, от страха слова вымолвить не могу.

Подходят ко мне.

Тот, что в костюме, Глеб, опирается рукой на дверь, затем щёлкает замком приватной комнаты.

Упс!

– Ну что, малышка? – огромная ладонь ложится на моё лицо, поглаживает, – хочешь, чтобы взрослые дяди всему тебя научили?

Рука второго мужчины ложится на мою попу. И по телу проносится странная волна. Оседает между ног томительным осадком. Мамочки!

– Мы любим играть, правда Федя? – скалится Глеб.

А я наконец-то обретаю дар речи. И не нахожу ничего лучше, чем…

– ААА!

Глава 2

– Ты чего орешь? – оба мужика ошалели от моего визга.

Лысый, который Федя, быстро закрывает мне рот ладонью. У него, кстати, очень приятный парфюм. Но я продолжаю визжать ему в руку. По инерции.

– Слушай, Глеб, – задумчиво говорит он, – по-моему, она не наша шлюха. Глянь, глазищи перепуганные, вот-вот из орбит вылезут. Она правда испугалась.

– Точно, – хмыкает второй, почёсывая подбородок, – и в обморок вот-вот грохнется.

Вот тут он прав. Начинаю оседать в их руках, но мужчины ловят меня.

– Так, иди-ка сюда, малыш. Тебе сколько лет? – сажают меня на диванчик.

Всхлипываю.

– Д… девятнадцать.

– Ну не трясись ты, крошка. Ты откуда такая красивая? – мурчит Глеб, я начинаю потихоньку успокаиваться.

– Держи, – Фёдор наливает виски в стакан, протягивает мне.

– Нет… – бормочу, – не надо…

– Выпей, а потом расскажи, что такой ангелочек забыл в филиале ада? – скалится лысый.

Подчиняюсь, осушаю бокал. Горло жжет! Кашляю. Глеб кладёт ладонь мне на спину, поглаживает. Федя присаживается на колени передо мной. Оба мужчины огромные и явно опасные!

Но мне почему-то становится спокойно.

– Ты на Афоню работаешь? – спрашивает хрипло лысый.

– Нет… я вообще не знаю, кто это, – блею.

– Тогда что такая красота забыла в приватной комнате?

– Я… – вспоминаю о предательстве подруг, – туалет искала.

– И зашла к двум взрослым дядям? – смеется Глеб.

– Извините, – опускаю взгляд, – мне нужно домой.

Они переглядываются.

– Может, останешься? – голос Фёдора меняется, становится текучим и сладким, – выпьем, поболтаем. Ты красивая девочка…

– Настя, – зачем-то представляюсь.

– Настенька, – Глеб заправляет прядь волос мне за ухо, – какое невинное имя.

Я облизываю губы, не зная, куда взгляд деть.

– Домой, – пытаюсь встать, мужчины не держат.

Но крепкого алкоголя я в жизни не пила, так что чуть не валюсь на колени Фёдора. Начинаю бултыхаться.

– Успокойся, Настя! – гаркает, а я замираю, – мы не собирались тебя насиловать.

– Мне правда нужно домой, – замечаю, что юбка неприлично задралась и мужчины пялятся на мои бёдра.

Одёргиваю подол, густо краснею. Мне до невозможности стыдно.

– Ладно, езжай. Тебя есть, кому отвезти? – спрашивает Глеб.

– Нет… – снова начинаю дрожать, – у меня нет денег на такси.

– Мы вызовем тебе. Подожди минутку, – Фёдор достает мобильный.

– Не надо! Я не смогу расплатиться и…

– Я заплачу.

– Нет! Пожалуйста…

– И как ты домой поедешь? Вся напуганная и замерзшая, – Фёдор берет мои руки в свои, растирает.

Поначалу они оба показались мне опасными бандитами. А теперь я вижу просто мужчин. Заботливых. Вспоминаю Олега. Он тоже в начале отношений был внимательным.

Вырываю ладонь.

– Я не знаю. Но ваша помощь мне не нужна! – выпаливаю, встаю и, пошатываясь, направляюсь к двери.

– Как знаешь, – пожимает плечами Глеб.

Выхожу, в глаза бьют сияющие неоновые огни. Музыка со всей силы шарашит по перепонкам. Хочу домой!

Пробираюсь сквозь танцующую толпу. Выхожу на ночной воздух. Холодно. Топаю к остановке, гляжу на расписание автобусов. Ночной будет через…

– О нет! – стону, когда вижу, что Н придет лишь через сорок минут, – да я же продрогну!

Сажусь на остановке, сжимаю в руках сумочку. Дрожу всё сильнее с каждой минутой. Платье очень открытое. Шмыгаю носом. А вечер так хорошо начинался!

– Ну что, недотрога, – по обе стороны от меня плюхаются знакомые мужчины, – всё-таки такси?

– Что вы тут делаете? – готовлюсь защищать свою девичью честь.

– Куда б ты без денег делась, Настенька? – от голоса Глеба по телу бегут мурашки.

– Автобус скоро приедет.

– Сорок минут мёрзнуть планируешь? – цокает языком Фёдор, – ты молодая совсем, застудишься, как потом детей будешь рожать?

– Я… – снова вспыхиваю, как спичка, – не знаю.

– Такая ты милая малышка, – смеется Глеб, – я вызываю такси.

– Я не могу принять вашу помощь просто так! – заявляю уверенно, – всё верну до копейки!

Они ухмыляются, затем переглядываются.

– Диктуй свой номерок, Настенька.

– Зачем? – замираю.

– Хочешь отработать? Ладно, у меня есть для тебя предложение.

– Только что-то приличное!

– Это обязательно. Я живу в большом доме, а моя домработница ушла в декрет. Мы с Федькой завтра на рыбалку уезжаем, будем далеко за городом. Дочь моя совершенно ничего не может и не умеет, так что мне нужен кто-то, кто будет следить за особняком. Два дня. Справишься?

– И что мне нужно делать будет?

– Вызвать повара, если понадобится и клининг, если моя непутёвая дочурка устроит погром. А так просто жить и следить. Охранная система есть. Завтра к шести утра за тобой приедет машина.

– Ладно. Записывайте номер.

– Тогда вызываю бизнес-класс, – скалится Фёдор, – рад, что мы наконец-то всё решили.

Машина подъезжает через две минуты. Мужчины сажают меня, оплачивают поездку. Меня постепенно смаривает. Прикрываю глаза.

Завтра нужно будет в пять уже встать.

До общаги меня довозят быстро. Проскальзываю мимо комнаты комендантши, затем взлетаю на этаж. Моя соседка уже спит без задних ног.

Стараюсь её не будить. Быстро смываю салфетками макияж, стягиваю платье и надеваю любимую пижамку с уточками. Из головы не выходят взрослые, и такие приятные мужчины из клуба.

Утром просыпаюсь, еле сдираю себя с постели. Натягиваю джинсовые шортики, майку, распускаю волосы.

Собираю самое необходимое в сумку.

Водитель звонит ровно в шесть.

Спускаюсь и сажусь в потрясный Мерседес бизнес-класса. Я очень взбудоражена и нервничаю! Со мной такое впервые в жизни происходит!

В голове десятки вопросов!

Но я даже не представляю, что всё сразу же пойдет не по плану и эти выходные полностью изменят мою жизнь!

Глава 3

– Приехали, Анастасия, – вежливо чеканит водитель, затем выходит и открывает мне дверь.

– Вот это да! – восклицаю, увидев гигантский особняк.

Я словно в любовный сериал попала! Столько зелени! Вымощенные белым камнем дорожки!

Покорно топаю за широкоплечим мужчиной, как вдруг…

– Ой, серьеееезно? – на пороге особняка возникает Лилька, одетая в шёлковый пеньюар.

Сжимаю руки в кулаки. Так Глеб… её отец? Это совпадение или…

– Я перезвоню! – она испуганно смотрит на меня. – Настя?

– Эм… – мне хочется плюнуть ей в лицо, но тело деревенеет.

С Олегом я так и не рассталась. Ничего, после выходных вернусь и лично ему всё выскажу. Бабник!

– Что ты тут делаешь?

– Я по делу к твоему отцу! – выпаливаю, поджимаю губы.

Не скандалистка я. Вот вообще не знаю, что делать, если меня так сильно обидели.

– Чаю попьем? – вдруг спрашивает она. – Я бы хотела извиниться перед тобой.

– Не думаю, что это хорошая идея, – блею, – у меня дело…

– Отец все равно сейчас в автосервисе. Выслушав меня, ты ничего не теряешь, – она выглядит действительно виноватой, – я просто спать не могла после вчерашнего…

Не верю!

– Ладно. Выхода у меня всё равно нет, – вздыхаю.

– Анастасия? – водитель возвращается. – Вам нужно…

– Она со мной подождет отца, – вмешивается Лилька, – пошли, Насть.

– Эмм… – бывшая подруга хватает меня за руку и тащит в дом.

Водитель остаётся хлопать глазами в непонимании. Затем пожимает плечами и уходит.

– Лиль. Слушай… – как же мне тяжело быть строгой, – я не…

– Я понимаю, – всхлипывает она, – вчера был косяк с моей стороны. Я и Олег… это случайно вышло. Просто мужику нужна женщина, тут уж ничего не попишешь.

– Ты говорила другое, – тихо отвечаю.

Она усаживает меня на диванчик. Виновато заглядывает в глаза.

– Я сделаю чай! – подрывается и убегает.

А я сижу, хлопаю глазами и совершенно не понимаю, что происходит.

– Настя? – в дом заходит Глеб.

Моё сердечко ненормально ускоряется. Он очень красивый. Высокий такой. В джинсах и майке цвета хаки. Вчера я так перепугалась, что не рассмотрела его как следует. Большие мышцы перекатываются, руки жилистые.

– Отец, – цокает языком вошедшая Лилька, – ты уже здесь?

– Да, – он складывает руки на груди, – вы знакомы?

Жестко глядит на дочь. Видимо, отношения у них и правда непростые. За время нашего общения ни Лиля, ни Рита не рассказывали о своих семьях.

– Настя моя одногруппница, – широко улыбается Лиля, а я чувствую фальшь в каждом ее слове и действии.

– Хотите пообщаться? – басит Глеб.

– Нет… – пищу, отчаянно желая наконец-то избавиться от предательницы.

– Да! – гаркает Лилька, обнимая меня за плечи. – Сейчас чайку попьем и отдам её тебе. Настя, садись.

– Буду ждать тебя, – подмигивает мне мужчина, роняя моё разбитое сердечко в пяточки, – пойду пока в гараж.

Он же совсем взрослый! И я, глупая девятнадцатилетка. Но я влюбчивая… стоит мужчине проявить доброту, и уже внутри меня вспыхивают чувства.

– Ну так вот, – Лиля наливает мне чай, – попробуй, прямо из Китая привезли.

– Лиль, я… – снова пытаюсь отделаться от бесполезного разговора.

– Так вот, о чём я… ах да! – она полностью меня подавляет. – Настюх, прости. Но ты и Олег… это не то, что тебе нужно. Обрати внимание на Парсюкова, он вполне себе перспективный.

Она делает глоток. Я беру кружку и пробую чай. Действительно вкусный!

Парсюков – мерзкий ботаник, от которого постоянно пахнет потом. Я даже стоять рядом с ним не могу…

– Думаю, нам стоит прекратить эту лицемерную дружбу, Лиля, – набираюсь смелости и произношу то, что хотела, – а Парсюкова засунь себе знаешь, куда? Туда, где ты еще невинна!

Жду взрыва негодования. Но Лилька отпивает еще чаю. Откидывается на спинку белого кожаного дивана.

– А ты молодец, – ухмыляется, – поставила меня на место, да?

– О чём ты?

Внезапно я чувствую сильную слабость. И голос подруги доносится до меня словно из-за густой завесы.

– Думала, я извиняться буду? Да твой Олег ебет весь универ. Только ты, дурочка, не видишь. Но ничего… сейчас я преподам тебе урок… и не только тебе…

Сознание уплывает. Она что-то подмешала в чай?!

Падаю. Но меня подхватывают сильные руки. Борюсь до последнего. Слышу обрывки фраз.

– Сюда?

– Да! Открывай багажник, отец сейчас вернется. Резче!

– Это незаконно, Лилия Глебовна, – голос водителя звучит совсем рядом.

– Не тупи, блядь! Давай! Сейчас я проучу эту сучку, а заодно и моего блудливого папашу! Такой случай подворачивается раз в жизни!

Дальше я теряю сознание. А просыпаюсь от слепящего глаза яркого света. Слышу странные звуки. Птицы поют. Лес шумит.

Голова трещит по швам, всё тело ломит.

– Доброе утро, – знакомый голос повергает в шок.

Распахиваю глаза и встречаюсь с двумя насмешливыми взглядами. Глеб и Фёдор. Как я здесь оказалась? Что вообще происходит? Лиля что-то подмешала мне в чай…

– Дай руку, – Глеб помогает мне вылезти из машины.

– Где мы? – верчу головой по сторонам, но вижу лишь деревья, озеро и большой деревянный дом.

– В нашем летнем домике, Настенька, – скалится Глеб.

– Отвезите меня домой! – верещу. – Это недоразумение!

Федор порочно улыбается, облизывает меня взглядом. Смотрит, словно кот на сметану.

– Увы, девочка. Ты уже здесь. И как минимум два дня мы тебя никуда не отпустим.

Два дня?!

– Нет… нет! Пожалуйста… я не могу!

В ужасе таращусь на двух мужчин, с которыми оказалась заперта в лесу.

– Где мои документы? А телефон? – шарю руками по заднему сиденью машины.

– Ничего не было, только ты, – пожимает плечами Фёдор.

– Мамочки! – слезы текут по щекам. – Ну как так? Я же… я…

Начинаю плакать. Но Глеб тянет меня на себя и прижимает к груди. Рыдаю уже в его майку.

– Ну, ну, малышка, не плачь. Мы не страшные и не кусаемся. Давай, сейчас мы всё выгрузим, а потом ты расскажешь, как оказалась в нашем багажнике без телефона и документов.

Глава 4

Говорят, каждому в жизни даются испытания по силам. Моя дочь Лиля – как раз такое испытание, даже слишком жесткое.

Всё начиналось хорошо. Я, моя любимая жена…, а потом родилась дочка. Желанная.

В какой момент всё пошло по пизде?

Наверное, когда я застал Леру с любовником. В нашей постели. Пока жену трахал мой охранник, Лиля плакала в кроватке. Голодная. С грязным памперсом. Простуженная, с температурой.

Жена умоляла простить. Клялась, что это больше не повторится и у неё послеродовая депрессия, а я постоянно работаю.

Только вот к дочери она не подходила. Когда я был дома, сам менял подгузники, грел смеси и пел колыбельные. Когда работал, это делала моя мать. Но в итоге мудаком в глазах дочери оказался тоже я.

Потом был следующий любовник. Снова мольбы. Но в этот раз я выставил жену за дверь. И закрыл сердце на замок. Как думал, навсегда.

Но оно вдруг снова забилось… когда я потерялся в огромных голубых глазах девочки, годящейся мне в дочери. В грязном и порочном ночном клубе, где планировал снять очередную шлюху вместе с другом.

И когда Настя убежала, испытал острый прилив нежности и желания защитить.

– Красивая малышка, – протянул тогда Федька, мой друг и бывший сослуживец.

– Да…

И сегодня я ждал её. Чтобы снова заглянуть в глубокие глаза. Утонуть их чистоте, забыться.

А ещё внутри родилось порочное желание. Тёмное, грязное. Я хочу эту девчушку. Пиздец как хочу… во всех позах.

– Где Настя? – спрашиваю у болтающей по телефону Лили.

– Уехала, – бросает мне дочурка.

– Куда? – рычу. – Я с тобой разговариваю!

– Мы с ней не ладим. Она решила не оставаться, – пожимает плечами, – я сама присмотрю за домом.

– Ты под домашним арестом! – напоминаю. – За то, что вчера как шлюха оделась и пошла в клуб. И хахалей своих не тащи в дом. Узнаю, вообще до конца лета не выйдешь.

– Ой, не душни… езжайте уже на свою рыбалку. Да, Рит! Я тут. Ну, короче…

Блядь… Лилька совсем от рук отбилась. Вернусь – разберусь. Сейчас, после заключения важной сделки, я совершенно не настроен ругаться с этой несносной девчонкой. Скатаюсь на рыбалку, наберусь сил и потом отправлю нахуй в закрытый пансионат для девочек.

И так достаточно потакал Лильке. Хватит уже.

Нахожу своего водителя, который привёз Настю.

– Где Анастасия? – коротко спрашиваю.

– Она попросила отвезти её к ближайшей станции. Что-то с вашей дочерью не поделили… решила не оставаться.

– Точно? – сомневаюсь. – Надо бы камеры глянуть.

– Босс, сам лично отвёз только что, – чеканит он.

Ладно, я доверяю этому парню. Он ни разу не заставил сомневаться в себе. К дому подъезжает такси. Оттуда вываливается мой лучший друг. Выглядит он неважно после нашего вчерашнего алкогольного угара.

– Дружище! – Фёдор вваливается в дом. – Ну что, погнали? Где там наш голубоглазый ангел? Хочу поздороваться.

– Свинтила. Оказывается, они с Лилькой одногруппницы. И не очень-то ладят, – отвечаю, хотя этот поступок Насти кажется мне странным.

Она вызвала у меня уважение своей принципиальностью. Неужели всё это лишь мишура? Хотя девчонке всего девятнадцать. Чего ждать от ребенка?

Ребенка… ну-ну! Я сам не верю в то, что говорю. Нужно поскорее вышвырнуть эту девочку из головы, пока чего не случилось. Мы садимся в тачку и выезжаем.

– Надеюсь, Лилька дом не спалит, – вздыхаю, когда мы выезжаем на загородное шоссе.

– Ничего не случится, – Фёдор достает сигарету, – надо было с собой Ингу взять. Кто будет нам члены сосать по вечерам?

– Без баб как-нибудь отдохнем. Заебался уже, честно говоря. Инга тоже…

– Говорила что?

– Нет, – делаю затяжку, – но постоянно смотрит на меня, как щенок на хозяина. Ждёт похвалы или…

– Что замуж позовёшь, – ржет друг, – с её-то послужным списком?

Инга – моя секретарша. И что уж греха таить, ей я пользовался довольно часто. И не только я, но и Федька. Порой мы драли её в офисе в два хуя. Но уже надоело. Особенно, когда пошли разговоры про отношения.

– Я уже был женат. Спасибо, – фыркаю.

– Ты чего злой такой? Из-за крошки Настеньки? Хотел зажать малышку в углу и потискать её прелести?

Да, блядь! ДА! Эта девчонка уже вчера вызвала во мне бесконтрольный стояк. Член чуть не отвалился от напряжения. Давно я так не возбуждался. Длинноногая малышка в коротком платье. Сосочки стояли, я видел. Я бы эти грудки как следует языком обработал.

Блядь!

– Что ты несешь? – беру себя в руки, выгибаю бровь. – Она же маленькая. Совсем дитё.

– А у меня встал на неё. Сладкая такая… наверняка невинная. Хотел бы я сорвать этот нежный бутончик. К тому же дитё… – фыркает Федька, – это дитё уже совершеннолетнее.

– А мы прогнившие старые пни, – ржу, – это даже для нас слишком.

– С отменными стояками, прошу заметить. А для девчушки это главное. Вернемся, найду её…

– Осторожнее… – срывается с губ.

Федька лишь коварно ухмыляется. Он слишком хорошо меня знает.

Тырык!

Бум!

Серия подозрительных звуков приводит к полной остановке транспортного средства. Да блядь! Я же утром возил тачку в автосервис.

– Пойду, достану инструменты из багажника, – говорю Федьке, – тут ехать всего ничего осталось, может, подлатаем сами.

– Я тут пока посмотрю, что случилось, – он выходит, открывает капот, из-под которого валит белый дым.

Солнце палит нещадно несмотря на раннее утро. Щёлкаю замком багажника. Открываю. И моя челюсть падает на землю.

– Настя? – вижу белокурого ангела, свернувшегося калачиком. – Эй! Ты что тут делаешь?

Трогаю за худенькое плечико. Она не просыпается. Проверяю пульс. Замедленный. Блядь… ей что-то подсыпали. У снотворного есть такой эффект. Настенька такая маленькая, беззащитная.

– Федь! – кричу. – У нас тут гости!

– Что? – он вытирает руки тряпкой, подходит. – Опачки! А что она тут делает? Да ещё и в багажнике.

– Лиля… – рычу себе под нос, – точно её рук дело. Она мстит мне за уход матери всеми возможными способами. Сколько лет прошло, никак не успокоится.

– И чего твоя дочурка хотела добиться? Что будем делать с малышкой? Сладкая, – ухмыляется Фёдор, жадно рассматривая Настю.

Я тоже смотрю на нежное личико. Подрагивающие ресницы. Сладкие алые губки. Нетронутая крошечная малышка. Теперь она в руках двух прожжённых хищников. Вопрос: как мы поступим?

– Что там с тачкой? – спрашиваю Федьку.

– Масло. Нужно быстрее в сервис, если есть по дороге. Ну либо уже на месте буду разбираться.

– Нет нихуя в этой глуши. Но есть один дед знакомый, в деревне по соседству, механик. Думаю, подсобит.

– Окей, понял. До дома дотянем, назад уже нет. Так что повезем крошку с нами, – Федька расплывается в довольной ухмылке.

Я специально выбирал место без связи, интернета и в такой глуши, где бы меня не достали ни любимая работа, ни несносная дочь.

– Ты губу закатай, Фёдор, – строго говорю, – приедем, тачку починим, и я Настю отвезу домой. Так будет правильно.