Порочные боссы для булочки
- -
- 100%
- +
– Ты тоже не похожа на ту, кто швыряется книгами. Жизнь порой удивляет, рыжуль.
– Я Жанна, – прокашливаюсь.
– А почему без лифчика рассекаешь? – Илья не отводит взгляд от моей груди.
– А почему вас это волнует… Илья, как по батюшке? – обмахиваюсь ладошкой, не понимая, мне от летнего зноя так жарко или от взгляда этого бесстыжего мужика.
Я вообще к подобному вниманию не привыкла! Он уже взглядом забрался под мою майку и общупал грудь! Как странно! Это вызывает во мне непонятные эмоции.
– Алексеевич, солнышко, – нагло облизывается.
– Так, – Тимур смотрит на мобильный, – у нас не так много времени. Так что давайте приступим к осмотру дома.
Разворачиваюсь. Направляюсь к калитке. Достаю ключи. Мужчины следуют за мной.
– Я всегда ношу лифчики, Илья Алексеевич, – сухо заявляю, – так что вы ошиблись.
Просто в этой конкретной бесшовной модели соски видно. Что ж поделаешь?
– Жаль. Я бы взглянул на твоих девочек без брони, – хохочет.
Игнорирую похабную шутку. Гораздо больше меня волнует, что они хотят отобрать дом бабушки. Мой дом! Отпираю массивный замок, распахиваю дверь.
– Тут давно никого не было? – спрашивает Тимур.
– Я была занята подготовкой книги. Кстати, а когда вы ее мне отдадите?
– Отдадим? – брюнет издает смешок. – Не ты ли сознательно оставила ее в моем офисе?
– Проходите. Нет, не сознательно, – поражаюсь тому, как легко мне сейчас говорить с этими мужчинами, – вы меня взбесили.
– Вот как? – густые брови Тимура взлетают вверх. – Это мы тебя выбесили?
В прихожей становится жарковато. Спешу на кухню, ставлю сумку на стол.
– А что это ты такое привезла? – Илья следует за мной, плюхается на стул.
– Любителям пп это не понравится, – фыркаю, – а сельдерея и салатов у меня нет.
– Ууу, какая, – он резко встает и прижимает меня к столу, – а я бы хотел попробовать кое-что сладенькое…
– Отпустите меня! – шиплю, но мужик лишь ухмыляется.
– Один поцелуй, – смотрит на мои губы, – твои пухлые губки мне снились, солнышко. А знаешь, что ты ими делала?
– Избавьте меня от своих фантазий! – ощетиниваюсь, ведь совсем не знаю, как себя вести.
Но Илья так смотрит на мои губы…
Дыхание сбивается напрочь. Сердце скачет в грудной клетке. К горлу подкатывает ком.
Илья руками опирается на стол по обе стороны от меня. Я в ловушке. И что делать? Он таких, как я, на завтрак, обед и ужин ест!
– Вы чем тут занимаетесь? – Тимур заходит на кухню, хмурится.
– Я выпрашиваю десертик, – его друг отступает.
– В сумке! – бросаюсь прочь, лишь бы вернуть между нами безопасное расстояние.
– И что там? – Илья вновь приближается.
Да боже мой! Мне не нравится, как я на него реагирую! И вообще близость мужчины для меня в новинку. Хочу закрыться в скорлупу, и чтобы никто туда не пролез!
– Р… рогалики, – стараюсь взять себя в руки и не показать охватившего меня волнения.
– С сахарной пудрой? – он снова бесцеремонно вторгается в мое интимное пространство.
Обхватывает мою талию ладонью. Тимур смотрит на нас как-то странно. Да что вообще тут происходит?
– Эм… не могли бы вы меня не трогать? – пищу. – Вы же хотели дом посмотреть.
– И искупаться. Ты знаешь, как пройти к озеру? – мурчит Илья мне на ухо, полностью игнорируя просьбу меня отпустить.
Умоляюще смотрю на Тимура.
– Илюх, ты ее смущаешь. Прекрати свои игры, – складывает руки на груди.
– Скучные вы, – ясноглазый нагло шлёпает меня по попе и отходит.
А мне хочется зарядить ему пощечину! Чтобы прям уух! Но я не могу даже двинуться.
– Ну так вкусняшка будет? – нагло облизывается шатен.
– Да, сейчас, – сама не понимаю, почему просто не пошлю его нахрен.
Ещё вчера я была такой смелой и решительной! Немного дурой, но всё равно. А теперь ненавижу себя за то, что словно кукла, позволяю незнакомому мужчине себя касаться.
И мало того! Его прикосновения мне нравятся! В местах, где Илья меня трогал, кожа слегка горит.
– Есть кофе. Мой фирменный, – достаю термос, затем две кружки.
– Ооо, вот от кофейка я бы не отказался, – потирает руки Тимур, садится рядом с другом.
– Сейчас, – разливаю напиток, достаю из термосумки рогалики.
– Какой запах! Солнышко, ты талантлива! – ухмыляется Илья, берет выпечку. – Ммм! Ничего вкуснее не ел, попробуй, Тим.
– Вы же не любите устаревшее, – не могу удержаться от подкола.
– Мы любим вкусное, – подмигивает Илья и вновь похабно облизывает меня взглядом.
И почему мне кажется, что он имеет в виду вовсе не рогалики?
Глава 6
ИльяДевушки…
У меня было много девушек. Еще со школы я никогда не был обделен женским вниманием. Они бегали за мной, искали моего расположения, постепенно его обесценивая.
А эта сладкая булочка занозой в моем сердце застряла.
И никак не получается ее оттуда выковырять. Полночи дрочил на неё. И не только на её восхитительные сиськи. Но и на губы. Когда я вообще в последний раз вспоминал, как выглядят губы моей очередной любовницы?
Рыжик не очередная.
А ещё она скромница. Внутри которой наверняка живет горячая пламенная фурия. Вчера она её нам показала.
– Я сейчас, – налив нам вкуснейший кофе, малышка улепетывает.
– Прекрати ее домогаться, – невозмутимо заявляет Тимур, – мы тут не за этим.
– Это ты не за этим, – беру еще один рогалик.
Тесто просто воздушное! Мой отец – шеф-повар, так что я разбираюсь. Козел Милославский каким-то чудом умудрился купить себе звезду Мишлен и теперь пихает всем это своё диетическое говно-меню.
Ничего не имею против пп, но Жора перебарщивает. Можно же быть умереннее? Хотя, скорее всего, дело в таланте.
Вернее, в его отсутствии.
– А я бы хотел полакомиться нашим рыжиком, – отправляю рогалик в рот, прикрываю глаза от удовольствия.
Пальцы до сих пор покалывает от прикосновения к девушке. Жанночка такая нежная, сладкая девочка. Прямо как я люблю. Мягкая…
Пышная, но не толстая. Всё при ней. Талия, попка, грудь… милое кукольное личико. Но вот только почему она такая стесняшка? Эти прямые джинсы… такое тело нужно облачать в красоту.
– Вы готовы? – появляется на пороге в безразмерной футболке и широких штанах.
Приплыли.
– Это ты дедушкин прикид примеряешь? – рассматриваю ее.
Огненные локоны солнышко прикрыла платочком. Ну прям скромница. Может, она вообще девственница?
Всё зря, милая. Мой член уже на тебя стоит. И я не успокоюсь, пока не погружу его в твою мокрую горячую девочку. Встаю, поправляю брюки. Со стояком как-то не очень…
– Пойдемте.
– Ты даже не попробовал рогалик, – хмыкаю на ухо Тиму.
– Я не есть приехал. Ну, Жанна, показывайте.
Сдержанный Тимур тоже уже подсел на рыжую скромняшку, хоть вида и не подает. Но мы слишком долго знакомы. По куче признаков я понимаю, что друг заинтересовался Жанночкой.
Вот только я ее ему не отдам.
– А зачем вам простенький деревенский дом? – вдруг спрашивает, а в голосе девушки проскальзывает едва уловимая грусть. – Вы явно можете позволить себе шикарный особняк поближе к городу.
– Это не для нас, а для моей мамы, – отвечает Тим, – она хочет погрузиться в деревенский быт.
– Зачем? Это же тяжело! – восклицает Жанночка.
Не хочет, чтобы мы покупали дом? Почему?
Напрягаюсь. Жанна кусает губки, не может скрыть волнения.
– В чём дело, солнышко? – нежно мурчу. – Этот дом тебе дорог?
Она распахивает свои огромные глаза, испуганно смотрит на меня. Затем опускает взгляд. Заламывает пальцы. Нервничает.
Это мой шанс!
– Видимо, дорог, – подхожу к девушке, касаюсь ее спины.
Она вздрагивает, но не двигается. Поглаживаю ровную спинку, чувствуя вновь накатывающее возбуждение. Сука, это просто невыносимо! А ведь еще позавчера я трахнул ту… как её… в общем, какую-то мажорку мелкую в клубе.
Студентку…
– Может, расскажешь? – испытываю неконтролируемую нежность к рыжику.
– Это неважно, – тихо выдыхает, – не купите вы, купит кто-то другой.
– Почему? И почему его продает совсем другой человек? – хмурится Тимур. – Если это твой дом?
– Он не мой, – слабо выдыхает Жанна, – юридически дом принадлежит моей матери.
Переглядываемся с другом. За окном раздается мощный громовой раскат. Солнце исчезает.
– Ой! Нужно спешить! – суетится рыжик. – Тут дороги частенько размывает из-за ливней. А заасфальтировать никак не могут. Вы рискуете остаться здесь на ночь.
– Это хороший дом, – хмыкает Тимур, явно борется сам с собой, – могу я подумать?
– Вы даже его не посмотрели.
На губы моего сурового друга ложится мягкая улыбка. Он хочет придержать дом, пока будет думать. Чтобы больше никто его не купил.
– Я вижу всё. За ним следят, электричество есть. Садик ухоженный. На входе заметил. А еще… – он делает шаг к девушке, – что-то я проголодался. Рогалики остались?
Жанна испуганно смотрит на него. Она невероятно невинна. Приоткрытый ротик, широко распахнутые глаза.
– Но дождь…
– Черт с ним. Я бы хотел узнать тебя получше, рыжик, – ухмыляется Тимур, легким движением поправляет огненную прядь.
– Ладно. Я много наготовила, проходите.
Значит, решил включиться в игру? Ладно…
– Расскажешь свою историю, солнышко? – любуюсь тем, как Жанна хлопочет на кухне.
Такая домашняя. Понимаю, что эта часть жизни для меня закрыта. И я словно наблюдаю за ней со стороны. Отец готовил дома, но мы никогда не знали нужды.
А вместе с ней – тёплых семейных вечеров, непринужденных бесед. Отец работал почти сутками. Мама развивала свой бизнес. Я был предоставлен сначала нянькам, потом сам себе.
В груди неприятно колет.
– Что такое? – прихожу в себя от непонимающего взгляда Жанны.
– Ничего. Продолжай, – улыбаюсь, пытаясь запомнить этот момент.
Но я жадный. Всегда таким был. Мне нужно всё без остатка. Медленно встаю, пока Жанна протирает стол. Приближаюсь.
– Что вы делаете… Илья Алексеевич? – выдыхает, ее тело каменеет.
Ну точно! Сейчас проверю свою догадку.
Обвиваю ее талию, прижимаю рыжика к себе. Она ведет себя так, словно никогда не знала мужской ласки. Прижимаюсь губами к ее шее. Жанна молчит, не двигается.
Боится? Ей неприятно?
Решаю спросить прямо.
– Солнышко… ты девственница?
Глава 7
ЖаннаЯ в панике! Как он понял, что у меня мужчины не было? Чем я себя выдала? Не скажу, что пыталась корчить из себя этакую роковую красотку, я ведь совсем не такая!
Но все-таки мне уже двадцать пять. И немного неловко, что мужчина так просто меня считал.
От близости Ильи внутри рождается странное тепло. И бабочки в животе оживают. Безумно порхают, мешают дышать и мыслить здраво.
Я же не совсем пропащая. Да, влюблялась раньше, но никогда не признавалась в своих чувствах. Потому что вряд ли красивый мальчик мог обратить внимание на бледнокожую рыжую девчонку с веснушками и в огромных очках.
– Илюх, – строгий голос Тимура заставляет меня вздрогнуть, – оставь ее.
– Я не могу, – не унимается Илья, делает шумный вдох, – она такая красоточка.
– Зачем вы это говорите? – зверею, сбрасывая с себя ладони шутника.
Резко разворачиваюсь, смотрю в наглые глаза Ильи. Меня одолевает злость. Ненавижу, когда лгут!
– Потому что это правда, – тем не менее, руки он убирает.
– Смешно вам? – с трудом сдерживаю слезы.
Рыжая!
Ботанка очкастая!
Уродина с веснушками!
Голоса одноклассников звенят в голове. Я совершенно не красивая! Почему этот мужик смеется надо мной?
– Что вы решили касательно дома? – сухо спрашиваю, обхожу его и резким движением убираю пустые кружки со стола.
– Жанна… – тихо произносит Тимур, – с чего ты решила, что он шутит?
Встает. Я пячусь к двери. Во все глаза таращусь на мужчин. Что они задумали?
Пристальный взгляд брюнета потрошит душу. Он словно проникает под кожу, считывает все мои комплексы и страхи.
– Уезжайте, пожалуйста, – твердо говорю, – вы же уже все для себя решили.
– Решили, – ухмыляется Илья.
– Я покупаю этот дом, – заявляет Тимур.
От резкого громового раската волосы встают дыбом. И спустя миг за окном начинается ливень.
– Ох! – громко стону. – Ну вот… дотянули, вы теперь не уедете. Размоет дорогу и пока не высохнет…
– Мы не против остаться, – словно два хищника, мужчины приближаются.
– Эм… – по стеночке двигаюсь к двери, – а вам разве не надо в офис завтра?
– Это наше издательство, рыжуль, – ухмыляется Тимур, – тем более у меня с собой ноутбук.
– Вам лучше загнать машину на участок, – хватаю ключи и выбегаю в коридор.
Распахиваю дверь, там льет дождь. Небо все затянуто темными тучами. То тут, то там вспыхивают молнии. Поднимается ветер.
– Сейчас, – мужчины выходят, Тимур стягивает рубашку и протягивает мне, – дай ключи от ворот.
– Зачем? – туплю, совершенно не понимая, зачем они раздеваются.
От дорогой ткани исходит безумно приятный мужской аромат.
– Машину загоним. Ты тут оставайся, – Илья тоже снимает футболку, кладет ее поверх рубашки Тимура мне в руки, – а то промокнешь и заболеешь.
– А вы? – хлопаю ресницами, протягиваю ключи Илье.
– А мы закаленные, – ухмыляется он, затем мужчины выходят на участок.
Мгновенно намокают. А я волнуюсь почему-то. И любуюсь. Как капли дождя стекают по накачанным телам. Угораздило же застрять тут с ними…
Пока Илья открывает ворота, Тимур запрыгивает в машину. И спустя пару минут их внедорожник уже в безопасности.
– Держи, – Тим возвращает мне ключи.
– Вы все мокрые, – стараюсь не смотреть на полуголые тела, покрытые влагой.
– Душ есть, рыжуль? – подмигивает мне Тимур, и я помимо воли заливаюсь румянцем.
– Да, есть. Но он на улице. Вам бы вытереться, – спешу скрыться в доме, чтобы не было соблазна попялиться на крепкие мужские тела.
Почему все так получилось вообще? Бегу в комнату, распахиваю шкаф. Роюсь там в поисках дедушкиных полотенец. Я ничего не выбрасывала после смерти бабушки.
– Помочь найти? – хриплый голос Ильи заставляет подпрыгнуть на месте.
– Я сама, лучше вернитесь на кухню и поставьте чайник.
– Солнышко, – тихо мурчит мужчина, снова кладет ладони на мою талию.
Закусываю губу, чтобы не застонать.
– Я не смеялся над тобой, – слегка виновато произносит, зарывается носом в мои волосы, – ты и правда очень красивая. Рыженькая, как солнышко. С прекрасными веснушками… знаешь, моя мама говорит, что рыжих при рождении поцеловало солнце.
Молчу. Хочу возмутиться, но Илья говорит такие странные вещи, что слов не нахожу.
– Вот, – к своему счастью, быстро нахожу два полотенца, хватаю.
Резко разворачиваюсь и прижимаю к груди Ильи. Он отпускает меня, берет полотенчики.
– Спасибо, – нежно целует меня в щеку и уходит.
А я стою, выпучив глаза, с бешено колотящимся сердцем. Эти двое играют со мной?
– Малышка сказала поставить чайник, – слышу голос Ильи, подойдя к двери на кухню.
Не решаюсь переступить порог. Так страшно! Они снова будут меня трогать? И сопротивления во мне с каждой секундой все меньше.
– Ты серьезно решил, что она невинна? – раздается характерный звук открывающегося крана.
– Да.
– Почему?
– А ты сам не заметил, как она от мужиков шарахается? – усмехается Илья.
– Может, просто недотрога?
– Ну нет. Я достаточно повидал. Жанна ведет себя как типичная девственница. Больше скажу.
Раздается щелчок включения чайника.
– Она нас хочет.
ЧЕГО?!
– Ну, это ты перебарщиваешь. Не выдавай желаемое за действительное.
– Вот увидишь. Малышка очень хочет стать женщиной, Тим. И мы ей в этом поможем.
Кажется, меня сейчас инфаркт хватит. Воздуха не хватает. Что они собрались со мной делать?
– Только без глупостей, – слышу смешок, – а то потеряем рыжика. Она хрупкая и ранимая…
– Кстати, ты реально решил купить этот дом?
– Да. Но для матери я выберу другой. А на этот у меня свои планы, как и на его хозяйку.
Глава 8
ЖаннаНочь. За окном шумит ветер и льет дождь.
Но мне горячо. Всюду жадные мужские руки. Нет сил открыть глаза. Желание полностью наполняет тело.
Я совсем голая, лежу в своей постели. С губ срывается стон. Не узнаю себя.
– Солнышко… – возбужденный хрип Ильи скручивает низ живота.
– Рыжик, – Тимур шепчет мне на ухо, – не сопротивляйся.
Они оба сейчас здесь?
Боже! Что происходит? Это сон или…
– Вот так… ты очень мокрая, малышка… чувствуешь?
Чья-то рука спускается ниже, накрывает лобок. Пальцы раскрывают складочки, слышится влажный хлюпающий звук. Это не я… нет! Я такой быть не могу!
– Жанна, – дыхание Тимура опаляет шею, мужчина ведет языком по коже.
Опускается ниже, покрывает жаркими поцелуями плечи. Потом ключицы. Безумие какое-то! Хочу возмутиться, но лишь стону от удовольствия.
Я зажата с двух сторон.
У стены Илья, он совсем голый, мамочки! Его твердый член упирается в бедро. Тимур с краю. Наваливается на меня, втягивает в рот сосок.
Трепыхаюсь, как птичка в силках.
– Разведи ножки, рыжик, – хрипит Илья, – покажу тебе… как может быть хорошо.
Я ничего не вижу, лишь чувствую. Все рецепторы обострены до предела. Каждое касание вызывает разлив горячей лавы под кожей. Меня так нагло тискают, лижут, трахают пальцами…
– Так мокро, – мужчины стонут, рычат, прикусывают соски.
Боль острыми шипами впивается, разбавляет сладость удовольствия.
– Боже! – вскрикиваю, ощутив мощный прилив желания между ног.
Накатывающий, словно волна. Что это? Что со мной?
– Поднажми, Тим… наша малышка сейчас кончит. Давай, солнышко, – ласково шепчет Илья, – покажи, какая ты горячая…
Его слова сжигают меня заживо. Волна уже близко… она раздавит меня, если поддамся. Но выбора нет. Так вот что такое оргазм? Настоящий, а не быстрый под одеялом от собственных пальцев.
С мужчиной все по-другому.
Я совершенно беззащитна.
– Жанна, – Тимур кусает сосок сильнее, затем зализывает укус, обводит языком чувствительную ареолу.
– Хватит… прекратите… – пробую остановить их, но это нереально. – АААХ!
Громкий крик срывается с губ. Оргазм накрывает с головой. Разрывает на части. Горячие губы жадно впиваются в мои, ловят жаркий стон.
И тут я просыпаюсь…
Распахиваю глаза. За окном светит солнышко. Голоса птичек проникают в приоткрытое окно. Потягиваюсь, ощущая себя странно.
Свожу ноги и чувствую холод. Я между ног вся мокрая!
– О нет! – вскакиваю с постели, натягиваю свою любимую безразмерную футболку и вылетаю на кухню.
Никого нет. Вижу на столе записку и несколько купюр. Сердце падает в пятки.
Доброе утро, сладкая! Прости, нам пришлось срочно уехать. На столе деньги на такси, не трясись больше в электричке. Завтра ждем тебя в офисе в 9-00. Трусики не надевай. Твои боссы.
Скрежещу зубами. Ну, подонки! Сминаю записку и деньги, швыряю в мусорное ведро. Думают, я такси себе позволить не могу?!
На сердце самый настоящий ураган. Куда хлеще того, из-за которого вчера все и случилось.
Я ведь весь вечер их избегала.
Пока Илья с Тимуром работали на кухне, пошла в свою комнату книгу читать. И плевать, что буквы прыгали перед глазами. Так и заснула. А потом проснулась от горячих касаний и поцелуев.
– Может, сон был? – бормочу себе под нос, пока делаю кофе.
Нет, это точно не сон. Деньги и записка – доказательства. Шумно выдыхаю. Закрываю лицо руками.
И что значит – они ждут меня в офисе? Я не поеду! Ни за что! Не дождутся! Мою посуду, собираю вещи. И тут звонит мобильный.
– Да, мам? – устало отвечаю.
– Ты молодец. Хоть на что-то годишься, – голос звучит довольным, – Кричевский решил купить этот дом. Так что согласуй с ним время, когда вывезешь свои пожитки.
– Эээ… мам…
– Никаких мам. И да, я вышлю тебе контакты стилиста. Свяжись с ним, он тебе платье сошьет к моей свадьбе. Кстати, как выяснилось, наш покупатель – сын хорошего друга моего Виталия. И он холост.
Сердце пропускает удар. Неужели эта женщина решила о моей судьбе задуматься?
– Так что мы решили свести его с Ксюшенькой. Она девочка молодая, красивая. Перспективная. Хочу тебя попросить не маячить перед этим мужчиной. Все, мне пора.
Кладет трубку. А я так и стою. С пустой термосумкой в одной руке и мобильным в другой.
Внезапно меня разбирает смех. Господи! Какая же я неудачница! Начинаю хохотать, а у самой слезы из глаз текут. Мне так плохо, что хоть вешайся.
Мимо проходит какая-то бабка из местных. Крестится, глядя на меня.
– Чур! Чур! Одержимая! – припускает в сторону местного магазина.
А я успокаиваюсь.
Какая же дура набитая! А еще и использованная двумя мужиками. Денег на такси оставили… сволочи! Быстро отпираю дверь, бегу к мусорке и вытаскиваю купюры.
– Завтра приеду к вам и в морды эти деньги кину! – рычу. – Уж что, а достоинство у меня еще осталось!
Так хочется позвонить Любочке или Стеше. Но не хочу отвлекать их от радостей беременности и семейной жизни. Чувствую себя гадко. Словно подглядываю за счастливыми подругами в замочную скважину…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.