- -
- 100%
- +
Глава 1
Аврора– Ну, что это такое? – строго смотрю на Вампика, молоденького котика из нашего приюта. – Дашь коготки подстричь? Или нет?
– ХШШ! – ощетинивается пушистый хищник.
Его все называют вампиром из-за длиннющих выпирающих клыков. Вампика нашли на помойке с перебитой лапкой и сломанными ребрами.
Наш ветеринар Даша сказала, что его долго и сильно пинали ногами.
Мы Вампика выходили, вылечили. Теперь он у нас пушистый черный красавец.
– Ава, ты скоро там? – ко мне подходит владелец приюта Даня. – Поздно уже.
– Сейчас, коготки достригу, потом в собачий вольер загляну и…
– Ава… – качает головой мужчина, – ты ведь просто не хочешь возвращаться домой.
Он прав. Чертовски прав.
– Нет, просто работы в приюте непочатый край, а Юля в том месяце ушла, так что…
Расправляюсь с Вампиком, отправляю его в клетку.
Котик неистово шипит, сопротивляется. Напуганный, одинокий. Что-то у нас с ним общее есть.
Я тоже фактически сирота. Хоть у меня есть отец, но он совершенно никудышный. После смерти матери папа начал пить. Потерял работу, перебивался случайными заработками.
Он никогда мне не рассказывал, чем занимается. Но, как я поняла, там что-то не совсем законное.
Я поступила на бесплатное отделение в университет и учусь на юриста. Рано поняла, как важно уметь защищать себя. И пусть я хрупкая девушка, кулаками махать не научена.
Так я хотя бы буду знать свои права. С таким отцом в любой момент может что-то случиться.
– Тебя подвезти? – Даня снова подходит ко мне.
Я все понимаю.
Но мужское внимание сейчас поперек горла.
– Я сама доберусь, спасибо, Дань, – улыбаюсь, – тут недалеко.
– Да поздно уже, райончик не очень, – крутит на пальце ключи от машины.
– Все хорошо, – отрезаю жестко, затем беру ведро и тряпку, – помою вольер и выдвигаюсь домой. Дверь закрою сама.
– Как знаешь, – вздыхает с явным разочарованием, – завтра приедешь?
Пожимаю плечами.
– Завтра у нас практическое занятие после лекций. Поедем в суд, посидим на открытом слушании. Не уверена, что успею.
Мы все тут работаем на добровольных началах. Зарплату не получаем. Но порой Даня все-таки подкидывает денег. Изредка.
– Тогда до четверга, Аврора, – подмигивает мне и уходит.
Вздыхаю.
Да, я в курсе о чувствах Данилы. Но не могу ответить ему взаимностью. Я жду своего человека. Уверена, что однажды обязательно его встречу! И сразу пойму, что он тот самый.
– Так, что у нас тут? – захожу в собачий вольер. – Малыш, ты как?
– Рраф! – огромный мастиф приветливо виляет хвостом.
Я быстро расправляюсь с его вольером, затем проверяю воду и корм у наших подопечных. Жалко их до боли в сердце. Милые беззащитные потеряшки. До чего же люди бывают жестоки…
Выхожу из приюта лишь когда на улице уже темно и горят фонари. Не все, райончик у нас так себе.
Асфальт раздолбан, у алкомаркета алкаши местные дерутся. Впрочем, все как обычно.
Поправляю рюкзак на плече, натягиваю капюшон почти на глаза и бегу домой.
Спустя десять минут подхожу к своему подъезду.
Чувствую себя странно. Внезапно накатывает липкий страх. Горло стягивает.
Осматриваюсь.
В нашем дворике все как обычно, кроме…
Огромного черного тонированного внедорожника, припаркованного прямо у моего подъезда. Сглатываю.
Беру мобильный и на всякий случай фотографирую номер.
Во все глаза смотрю по сторонам.
– Мяу! Мяу! – внезапно до меня доносится жалобный писк.
Котенок? Тут?
Внедорожник сразу вылетает из головы. Бегу на плач пушистого малыша. Дохожу до торца дома.
– Ха! А что будет, если ему на хвост наступить? – местные маргинальные подростки ржут как кони.
– Или усы ему вырвем? – хохочет второй здоровый лоб.
В руках одного пищит крошечный котенок. Совсем малыш!
– Эй, вы! – я тут же зверею, глаза наливаются кровью. – Где ваши родители?
– Теть, иди куда шла! – гогочут переростки.
– Я сейчас пойду, – беру мобильный, – а вы загремите в полицию. Слышали что-нибудь про жестокое обращение с животными? Это статья!
Смотрят на меня своими тупыми глазами. А я злюсь все сильнее.
– Похуй, парни! Валим! – швыряют малыша на асфальт и сбегают.
– ТРУСЫ! – кричу во весь голос, но юных живодеров и след простыл.
Подбегаю к котенку. Рыженький, маленький. Глазки закрыты.
– Эй, – беру его на руки, малыш тут же прижимается ко мне.
Лезу в рюкзак, достаю свою старую футболку, в которой работаю в приюте. Укутываю малыша.
– Что же мне с тобой делать-то? – хмыкаю, когда котенок перестает пищать.
Причмокивает, тыкается мне под мышку. Ну, приехали! С моим графиком жизни котика точно заводить нельзя.
Но бросить кроху я тоже не могу.
Ладно, ночку переночует, покормлю его и помою. Потом позвоню Даше, пусть осмотрит кошачьего ребенка.
Вся в размышлениях, прохожу в подъезд и поднимаюсь на свой этаж.
Достаю ключи.
– Мяф, – кряхтит малыш.
– Счастливчик ты, – глажу его, – будешь у меня Хэппи!
Взгляд падает на дверь.
Замок выломан.
МАМОЧКИ!
Но, как говорится, слабоумие и отвага – наше все. И вместо того, чтобы просто вызвать полицию, я толкаю дверь…
А там полный разгром!
Застываю в прихожей. Неужели отец опять напился?! Порой такое случалось. Снова начинаю злиться.
– Пап! Папа! Ты зачем все уронил?!
Стаскиваю кеды и бегу на кухню.
А там, прямо за столом нагло развалились два мужика. Синие джинсы, черные футболки, татуировки и гора мышц.
– Ну, привет, Аврора. Тебя-то мы и искали…
Глава 2
АврораНемая сцена. Я стою. Они сидят. Сверлят меня жестокими пронзительными взглядами. Наглые.
Огромные. Смотрятся комично в нашей маленькой кухоньке.
Бандиты?
Боже, папа, с кем ты связался?!
Так, теоретически, если сейчас неожиданно для них рвану к двери, могу успеть сбежать. Замок у нас хлипкий, дверь деревянная.
Сжимаю Хэппи в руках. С котенком бежать будет сложнее. Но я его не брошу!
– Куда собралась, девочка? – басит один и встает.
Мамочки! Кажется, он своими плечами всю кухню занимает. Высоченный блондин со щетиной, весь покрытый татухами. В ушах серьги.
К горлу подкатывает ком. Жуть!
– Я… я не… – бормочу, давлюсь словами.
– Прекрати трындеть, – выплевывает второй, – бабки где? Сверху еще возьмем за моральный ушерб.
– Какие бабки? – пищу, не узнаю свой голос.
Еще шажок назад.
– Рин, она куда-то собралась, – скалится блондин, жутко сверкает глазами.
Ладно, к черту все!
Разворачиваюсь и несусь к двери. Сердце быстро колотится, адреналин не позволяет остановиться. Еще пара шагов и…
– Куда, блядь?! – меня хватают за капюшон, рывок назад.
– МЯЯЯ! – пищит малыш.
Меня жестко впечатывают спиной в стену. Искры из глаз, я вся сжимаюсь. Больно…
– Это что у тебя в руках?
– Нет… не трогайте, – прижимаю к себе котенка.
– Дай сюда, блядь! – рычит брюнет, вырывает у меня Хэппи.
Футболка падает к его ногам, он держит малыша за холку.
– Кот? – его глаза округляются. – Какого хуя ты притащила кота?
– ОТДАЙТЕ! – рычу, за кошачьего ребенка я порву.
Дергаюсь, начинаю молотить руками. Целюсь ногтями в глаза бандюка.
Блондин перехватывает меня, прижимает к себе, ручищей сдавливает горло. Дышать тяжело! Замираю. Помогите! Папа!
– Из-за этого засранца готова сдохнуть? – зло ухмыляется бандит. – За свою жизнь совсем не переживаешь, идиотка?
Всхлипываю. Котенок такой маленький, беззащитный. Я, впрочем, тоже.
И тут…
Хэппи начинает… писать! Желтая струйка направлена прямо на брюнета.
– БЛЯДЬ! – рычит он, бросает малыша на пол.
Футболка и джинсы быстро намокают. По коридору ползет неприятный запах.
Второй бандюк аж сгибается от хохота. Я пользуюсь случаем, ныряю под его руку и хватаю котенка. Он громко мяукает.
– Пиздец… ах ты, засранец чертов! – гремит брюнет, я прижимаю малыша к себе. – Ты!
– Он просто испугался! – не знаю, в какой момент я почувствовала себя бессмертной. – Он же совсем маленький!
Поднимаю взгляд, мужик нависает надо мной. Ой! Меня сейчас убьют? Или в рабство сдадут? Лучше первое.
Подскакиваю и снова делаю попытку убежать. Но меня вновь ловят, блондин хватает за капюшон худи и впечатывает в себя.
– Папаши твоего нет, – он не спрашивает, а факт констатирует, – когда он в последний раз был дома?
Молчу, во все глаза таращусь на них. Ничего о папе не скажу!
– Так, значит? – брюнет выходит из ванной. – По-хорошему говорить не хочешь?
– Я не знаю ничего ни о каких бабках, – тихо говорю.
– Твой кот меня обоссал, – рычит.
– Поделом, – опускаю глаза в пол.
Этот мужик скользит по мне взглядом. Жутко! Ёжусь.
– Ничего такая… сгодишься в качестве заложницы. Арс, хватай, пошли… кота нахуй, пусть на помойке живет.
– НЕТ! – забиваюсь в угол. – Не надо… я не поеду, я…
– Поедешь, – брюнет вырывает у меня Хэппи, но уже не рискует выпускать его из футболки.
Испугался, сволочь?!
– Куда же ты, милая? – зло сверкает глазами блондин. – Пора отрабатывать долги папаши. Раз его нет, берем тебя…
– НЕТ!
Он подходит ко мне, заглядывает в глаза. От этого взгляда по телу бегут мурашки. Боже!
– Будешь орать – больно сделаю, – угрожающе шипит, – а нет, может, себе тебя оставим, а не отдадим охране
– НЕТ! – заливаюсь слезами. – ПОМОГИТЕ!
Начинаю кричать, он вздыхает. Затем жестко зажимает мне рот рукой. Забрасывает меня на плечо, я болтаюсь куклой.
– Скотч есть у них тут? – спрашивает второго бандюка. – Она весь дом на уши поднимет.
Луплю его кулаками по широченной спине, но бандиту хоть бы хны. Плачу от безысходности. Визжу, кусаюсь, когда мне пытаются вновь закрыть рот. Папа, во что ты меня втянул?
Мне так страшно!
– Вот, – второй прямо так отрывает кусок скотча, лишает меня возможности кричать, – потом еще поработаешь ртом, а пока заткнись, Аврора.
– МММ! – зыркаю на него.
– Пошли, – командует брюнет, – этого с собой возьмем.
Что? Немного успокаиваюсь, лишь тихо всхлипываю.
– Ринат, в тебе проснулась жалость? – басит блондин. – Нахуя нам этот ссущийся комок шерсти?
– На нее посмотри. Пусть с ней будет. Там посмотрим…
В груди становится немного теплее. Словно солнышко лучами коснулось ледника. Я думала, что они бессердечные сволочи. Но Хэппи не тронут!
Мы спускаемся вниз, блондин тащит меня на плече. Чувствую себя мешком с костями. Что же мне делать?
И отца нет.
Я уверена, он меня вызволит! Сейчас нужно пока успокоиться и прикинуться покорной. Папа не бросит меня!
Выходим, перед подъездом огромный внедорожник. На улице вообще никого! Разве так бывает?
– Все хорошо, босс? – к нам подваливает «шкаф».
Высокий лысый мужик в кожаной куртке и джинсах. Тихо всхлипываю.
– Да. Виктора нет, но у нас и без него знатный улов.
– Цыпочка ничего так, – облизывается громила, я ежусь от страха.
Он проходится по мне липким взглядом. Щупает буквально во всех местах. Торчащую вверх задницу рассматривает особо жадно.
– Босс, какие планы на девчонку? – плотоядно облизывается.
– Забудь. Она с нами до появления Виктора. Вернется и долги заплатит, отдадим ему дочурку.
– А если нет? – хохочут вместе с еще одним бугаем.
– Если нет, – ухмыляется блондин, – то будем думать, как ей отработать папашкины долги.
Он буквально забрасывает меня на заднее сиденье. Хэппи влетает следом вместе с футболкой. Укутываю малыша, прижимаю к себе.
Бандиты садятся впереди. Брюнет заводит мотор.
– Без глупостей, Аврора, – угрожающе цедит бандюк, – будь хорошей девочкой. Иначе на твоих глазах шею этой мелкой твари сверну. Усвоила?
– Угу, – киваю обреченно.
Мда, рановато я о нем хорошо подумала…
Глава 3
АврораПо пути неизвестно куда пытаюсь успокоиться. На меня то и дело накатывает паника. Вжимаюсь в сиденье, мысли в голову лезут одна хуже другой.
Мужчины тихо переговариваются.
Но мирное урчание Хэппи вселяет надежду.
Говорят, животные чувствуют злых людей.
Брюнет периодически бросает на меня жуткий взгляд. От него я вся холодею и по телу бегут липкие мурашки. Кошмар просто!
Как папу угораздило связаться с такими типами? И что мне теперь делать? Нужно как-то сбежать.
Может, выпрыгнуть из машины на ходу? Едут быстро, я разобьюсь и котенка покалечу. Черт!
Закусываю губу и тут ловлю на себе взгляд блондина. Пристальный. Проникающий под кожу. Он словно сканер.
– Чего дрожишь? – хрипло смеется. – Возьми пример со своего мотка шерсти. Спит вон как убитый.
– Он просто испугался. Вы его напугали.
Блондин смеется.
А у него ямочки!
Боже, Ава, совсем не о том думаешь.
Отворачиваюсь и смотрю в окно на сменяющие друг друга деревни-близнецы. Мы выехали за город. Значит, все серьезно.
Ищу глазами пост ДПС. Но, как назло, нет даже ни одного автобуса. Хотя, как я дам понять, что меня похитили? У меня мобильный отобрали.
– Скоро приедем, – брюнет поворачивает руль.
У него огромные руки, прям могучие! И вены выпирают. Накачанный. Немного залипаю.
И тут же ловлю на себе жесткий взгляд. Снова опускаю глаза и глажу котенка.
– Что вы со мной сделаете? – блею.
Всю дорогу надо мной, словно туча, нависают гнетущие мысли. Я чувствую себя овечкой на волчьем пире. Со мной могут сделать что угодно… вообще что угодно!
– Узнаешь, если твой папаша не сподобится выйти на связь. Мы оставили ему послание, – ухмыляется брюнет.
– И все же…
Не знаю, куда делось мое чувство самосохранения. Видимо, его полностью растворил едкий страх.
– Хочешь знать все в подробностях? Ладно, – скалится бандюк, – сначала ты будешь сосать. Долго, качественно, причмокивая. Заглатывая мой член до самого горла.
ЧТО?! Я не буду! Какая мерзость!
– Сначала мне отсосешь, потом ему, – брюнету явно доставляет удовольствие смаковать эти отвратительные подробности, – затем мы тебя выебем. Тоже по очереди. Но можем и вместе…
Сглатываю.
В голове пульсирует одна мысль: он не врет! Он и правда сделает со мной все это…
Они сделают.
– Долго будем драть тебя в разных позах. По очереди. Два члена в твою дырочку засунем…
При этом он пристально смотрит на меня.
Словно реально представляет и кайфует от этого. По телу носятся мурашки, от ужаса дышать боюсь.
У меня всегда была хорошая фантазия, так что я представляю в подробностях, что эти двое будут со мной делать.
Не хочу!
Забываю, как дышать.
– И задницу распакуем, – облизывается брюнет, я дергаюсь, сильнее вжимаюсь в сиденье, – каждый день будешь папашкины долги отрабатывать. Тело у тебя так себе… тощая. Но на месяцок сгодишься.
Ублюдки!
Сжимаю руки в кулаки.
– Папа вернется! – уверенно заявляю. – Он спасет меня! А вы… вы в тюрьму пойдете!
Они прыскают со смеху. Долго хохочут, аж заливаются. Да что смешного я сказала?!
– Детка… если даже твой папаша вернется сам, в чем я сильно сомневаюсь… – рычит брюнет, – это не спасет тебя от наших членов. Твой кот меня обоссал. Ты дралась с нами… нужно отработать. Ртом… дырками…
– Не надо, – прижимаю Хэппи к себе.
– Тебе может даже понравится, – хрипит блондин, – если не будешь брыкаться.
– Я не хочу с вами спать… не буду! – в отчаянии восклицаю.
– Куда ты денешься, Ава, – он словно смакует мое имя, – в нашем мире у женщины либо есть покровитель, который ее ебет и защищает, либо она общая…
– Хочешь стать общей? У нас группа из десяти спецназовцев… – зловеще улыбается брюнет, – голодных до женского тела. Они тебя разорвут, Аврора. Мы лучше… мы умеем быть нежными.
Сама не замечаю, как из глаз начинают течь слезы.
Как так получилось? Я же ни в чем не виновата! Я ни у кого в долг не брала.
Я честная! Хорошо учусь, у меня золотая медаль. Всегда стараюсь помогать, если это в моих силах.
Ну почему это все происходит со мной?
– Прекрати реветь, – рычит брюнет, – ненавижу сопли и слезы…
– Не… н… не могуууу! – завываю, понимая, что меня накрывает.
Хэппи просыпается и тоже начинает плакать.
– Блядь! – бандюк лезет в бардачок, достает платок и швыряет мне. – Вытри сопли, твою мать. Не маленькая девочка…
– Я ниче… я… ааа! – беру платочек и смачно высмаркиваюсь.
Блондин разворачивается, пристально смотрит на меня.
– Прекрати рыдать! – рычит его друг-бандит.
– Не могуууу! Я ни в чем не виноватааа!
И снова сморкаюсь в платок.
– Взрослая вроде, а веришь в то, что, если ничего не делать, проблемы обойдут стороной? – хрипло произносит блондин.
У него другой взгляд. Осознанный. В отличие от своего агрессивного друга, он кажется менее опасным. Умнее, что ли…
Собираюсь ответить, но внезапно за спиной появляется машина полиции.
Сердечко вдруг замирает. Неужели…
У меня есть шанс спастись от этих бандитов!
– Даже не думай, Ава, – рычит брюнет, глядя в зеркало заднего вида.
Наша машина останавливается. Вокруг, как назло, густой лес и ни одного населенного пункта. Темно, хоть глаз выколи.
Я не убегу далеко.
Полицейская машина останавливается следом. Замираю.
Бандиты совершенно расслаблены. Блондин достает сигарету. А мужчина в форме приближается.
Пожалуйста… хоть бы у меня получилось!
– Добрый вечер, – чеканит.
Набираюсь сил и начинаю кричать.
– ПОМОГИТЕ!
Глава 4
АврораБросаюсь к двери, начинаю дергать ручку. Но она заблокирована. Что за…
– Это она? – раздается холодное. – Дочурка предателя?
Внутри все леденеет. Я сглатываю, резко разворачиваюсь и вжимаюсь в дверь машины. По телу стекает ледяной пот.
Они… сообщники?
– Да.
– И что с ней делать будете? – равнодушно спрашивает полицейский, а мой мир тихо рушится.
Я всегда верила в справедливость. И что полиция должна нас защищать. Дура! Идиотка!
Всхлипываю.
Как же мне выбраться?
– Ну что…, а что с телками делают? – ухмыляется брюнет. – Особенно с теми, кто осознанно роет себе яму? Рот чем надо закроем, будет сосать и причмокивать.
Молчу. Вздрагиваю от омерзения.
– Прыткая? – ржет полицейский.
– Еще какая, – хмыкает блондин, – вы точно знаете, что делать? Лукина надо живым взять, а не как в прошлый раз…
Брюнет хрипло смеется.
– Если дочь любит, явится. А мы его и повяжем. Потом все долги вместе с жизнью выбьем. Дело не столько в бабках, сколько в репутации. Все должны знать, что с нами шутки плохи…
– Мы в курсе, что нужно делать. Будем следить за вокзалами и аэропортами. Мышь не проскочит, скалится полицай.
– Надеюсь. Бывай, – брюнет закрывает окно, полицейский уходит.
– Поняла? – бросает блондин. – Мир не розовый и пушистый, Ава. Он жестокий и пожирает слабых. Тебе не повезло оказаться слабой… по праву рождения, так сказать. Но дальше все зависит от тебя. Захочешь – станешь сильной.
– Я не буду с вами спать! – повторяю. – Даже если вы будете меня насиловать, я не сдамся!
– Какая гордая маленькая девочка, – скалится брюнет, понижает голос, – посмотрим, как ты запоешь через недельку…
Мы съезжаем на двухполосную дорогу. Тут даже фонарей как-то больше. И асфальт лучше. Словно в другой мир въехали.
Мужчины тихо переговариваются. В основном матом, и я мало что понимаю. Лишь глажу жесткую шерстку Хэппи.
Малыш, у нас все будет хорошо…
Будет точно! Мы выберемся отсюда!
Въезжаем в ворота, я потихоньку осматриваюсь. Забор очень высокий, с колючей проволокой. Да что это за бункер такой?
– Выходим, цыпа, – блондин выпрыгивает, открывает мне дверь, – и без глупостей.
Беру котенка, неуклюже вылезаю из машины. Домище такой огромный! Три этажа, высоченный! Крыльцо очень просторное!
– Моток шерсти с тобой будет жить. Увижу его хоть раз вне твоей комнаты – пристрелю, – рычит брюнет.
– Я поняла, – поджимаю губы.
– Пошли, – блондин хватает меня за локоть, тянет в дом.
Покорной куклой следую за ним. Инстинкты шепчут, что пока лучше затаиться и не рыпаться.
Усыплю их бдительность, выберу возможность и сбегу. Я не сдамся, пусть даже не надеятся!
Меня ведут по просторному холлу с огромными потолками. Больше никого нет. Ни прислуги, ни охраны.
Это хорошо.
– Вот, – на втором этаже меня подводят к комнате, блондин достает ключ и открывает дверь, грубо затаскивает меня туда.
– АЙ! – вскрикиваю, бандюк швыряет нас с котенком на кровать.
Нависает сверху.
– Тут жить будешь, – голос словно сталь, – и без глупостей, Ава. Лучше тебе не проверять наше терпение на прочность.
– Я поняла, – тихо произношу, волком смотрю на него.
– Тут все есть. Душ, туалет, кровать. Кондиционер. Окна заблокированы, так что даже не пытайся.
Резко разворачивается и направляется к двери.
– А как же Хэппи? – бросаю вслед. – Его кормить нужно и помыть… ветеринара вызвать…
Блондин бросает на меня уничтожающий взгляд и уходит.
Я остаюсь одна.
Так, Аврора, ситуация аховая! Я тут одна, помочь мне некому. Окна закрыты…
На всякий случай встаю и направляюсь к ним. Дергаю за ручку. Не поддается.
Осматриваюсь. Большой шкаф, распахиваю. Куча вещей.
Очень интересно…
Беру первую попавшуюся футболку. Мой размер. Под ложечкой начинает неприятно сосать.
Они знают мой размер… имя… не удивлюсь, если все мое личное дело просмотрели и медкарту!
Брр!
Бросаю одежду обратно в шкаф, захлопываю дверцы. По спине стекает ледяной пот.
– Мяя, – пищит Хэппи, беру малыша на руки, кладу на постель.
Осматриваю. За год работы в приюте я кое-какие навыки у Даши переняла. Котенок хромает на заднюю лапку, у него явно недостаток веса.
Еще глазик слезится.
– Малыш, – глажу его, он начинает урчать, – мы справимся… все будет… будет…
Из глаз текут горькие слезы. Глотаю их, стараюсь не впасть в истерику. Больше эти подонки не увидят их!
И в задницы себе пусть засунут это все!
Начинаю бить кулаками по постели. Плачу, молочу руками. Быстро выдыхаюсь.
Падаю на пол рядом с кроватью. Тихо всхлипываю.
Обнимаю котенка.
В голове сплошная тьма и безысходность. Папа…
За что ты так со мной? Почему ты бросил меня? У меня же никого больше нет…
– Никого… нет… – бормочу, слезы заканчиваются.
Их нет просто. Вся моя жизнь растоптана. Страх крепко держит за горло. Я совершенно не знаю, где я и что меня ждет!
А эти двое – грубые извращенцы. Нужно держаться от них подальше.
Кажется, я засыпаю. Во сне слышу голоса… или это просто бред? Мне то жарко, то холодно.
Мерещится, что чьи-то руки обхватывают, поднимают.
Папа, это ты? Ты пришел за мной?
– Па… па…
– Это не папа, – голос хриплый, низкий.
Меня кладут на что-то мягкое. Укрывают. Но я так устала, что нет сил сопротивляться и бороться.
Открываю глаза уже утром. Все тело болит. Кости ломит. А в душе словно прошелся ураган и все уничтожил. Я вся опухшая от слез.
– Почему я на кровати? – прокашливаюсь, свешиваю ноги, осматриваюсь. – Хэппи? Малыш?
Взгляд падает в угол, и я вижу котенка.
От неожиданности теряю дар речи…
Глава 5
АврораНям! Ням!
Хэппи сидит в углу и хрумкает кормом. Рядом поилка с водой, чуть поодаль мягкая лежанка.
И лоток у окна. Закрытый домик. Все очень дорогое, качественное, уж я знаю, сколько стоят сейчас вещи для животных.
А меня накрыли теплым пледом. Даже жарко немного стало.
Встаю, но от слабости ноги подкашиваются. Чуть не падаю. Сажусь обратно, закрываю лицо руками.
Котенок заканчивает трапезу, подходит ко мне и трется.
– Как ты? – спрашиваю, он прикрывает глазки и урчит. – Надо тебя все равно показать ветеринару.
Но как мне обратиться к этим двоим?
Они такие жуткие! Блондин весь татуированный, аж до горла. Настоящий бандит.
Мне сказали сидеть тут, но я не могу…
Мне нужно на учебу! Нельзя разлеживаться и пропускать занятия! Черт! Что же делать? Нужно срочно что-то придумать!
Тук-тук!
Раздается стук в дверь. Я забиваюсь в угол кровати, во все глаза смотрю на нее. И тут до меня доходит – эти двое бы не стали стучаться.
– В… войдите… – с губ срывается писк.
Дверь открывается, на пороге стоит пожилой мужчина. Смотрит на меня, качает головой.
– Здравствуй.