Пушистая целительница его сиятельства

Глава 5

После того разговора с Сильвией прошло едва ли дней десять. За это время я со всем усердием заботилась об Адриане: сбрасывала на его голову книги по медицине, носила исцеляющие зелья в зубах (словно я не кошка, а собака какая-то!), пару раз царапала. И все, чего я добилась, – это исключительно счастливой улыбки или же снисходительного фырканья. Никаких подвижек в плане заботы о своем здоровье. Непробиваемый мужчина!

С другой стороны, раз уж мои действия заставили Адриана так много радоваться и смеяться, сочтем их небесполезными: хорошее настроение отлично сказывается на ментальном и психическом здоровье.

А этот тип здоровья тоже стоило беречь, в конце концов, быть главой тайной канцелярии – задачка не из простых. Что подтверждали еженощные визиты подчиненных в спальню Адриана. Я сначала даже подумала, что в этом мире мода такая – решать все вопросы прямо в спальне, но потом поняла, что в кабинете и в каком-нибудь тайном месте обсуждается еще больше проблем, а в спальне – только самые срочные.

Тайные агенты наведывались в спальню с завидной регулярностью, что показывало – срочных дел было много, очень много. Вот и сегодня, когда я только подумывала о том, чтобы забраться Адриану на спину (там удобнее лежать, больше ничего такого, честное слово!), к нам заглянули два его агента.

Рыженькая девушка, которая подлизывалась ко мне, причем вполне успешно, надо сказать. И высокий статный мужчина лет сорока. Или даже постарше: выглядел он едва на тридцать, но по состоянию организма и на пятьдесят бы потянул. Эх, никого работа тайным агентом до добра не доводит: платят за работу хорошо, а вот за испорченные нервы не накидывают премию. А нервы-то тут самое опасное: здоровье отнимают с такой скоростью, с какой я иногда моргать не успеваю. Повезло, что мастер меча: у таких здоровью можно исключительно позавидовать. Это маги обычно слегка… хиленькие. Там споткнулся, тут упал, там коленку побил, тут руку вывихнул. Или поднял мешок с ингредиентами для экспериментов – и спину скрутило. Ну не занимаются маги физической активностью, как нам сильными стать? Зато и заботятся о здоровье побольше других: только ударились – сразу пить зелье восстановления.

И я такую тактику полностью одобряла! Выпил зелье – никаких последствий, никаких болей в коленке или в запястье на старости лет. Чего не скажешь о мастерах меча.

Вот хоть этого мужчину взять! Явно же прилетело ментально, головная боль зверская, правую руку зацепило, коленка болит. И что? Никаких следов приема зелья. Магический мечник же! Помирать будут – тогда придут к лекарю. И то не гарантия. Видела я таких, лепетали, что не слабаки. Конечно, не слабаки, а проклятые дураки. Аж когти зачесались – вонзить бы их в чье-то плечо. И гнев спущу, и подлечу, идеально же!

– Рувер, тебя ранили? – внезапно спросил Адриан. – Запах крови.

– А, царапина, обычная царапина. – Мужчина замахал руками.

– Посети лекаря, – порекомендовал Адриан.

Я едва не закатила глаза: своим людям он лекарей посетить советует, а сам – ни за что. Если бы я ночью не старалась… Я встала и изогнулась дугой – потягиваться было куда приятнее, чем думать о безалаберном отношении к своему здоровью одного чрезвычайно великолепного мужчины.

– Что-то случилось на этот раз? – спросил Адриан, даже не зевнув. – Вы же расследовали то дело. И доложить о нем должны были второму принцу, а не мне.

Он приход своих людей заметил еще до того, как они ступили на территорию поместья, даже в порядок себя привел. И спокойно дожидался, сидя на кровати и поглаживая меня.

Быстрее бы урчать научиться. Я один раз пробовала – вышло странно, ничуть не менее странно, чем мое мяуканье, потому больше не рисковала. А то и впрямь кто-то примет за замаскированное чудовище и прибьет, дабы спасти своего господина Адриана.

– Тут… проблема возникла. Поэтому мы сначала решили к вам заглянуть, ваше сиятельство, – заметила рыжая.

– И что же есть такое, чего не может решить Юстас, но могу я?

– То, что может коснуться его невесты, – тихо сказала девушка.

– Не уверен, что кому-то стоит обсуждать дела чужой невесты, – заметил Адриан, ловко подхватывая меня на руки.

Подозреваю, легко было исключительно ему и еще нескольким тренированным воинам. Сильвия вон недавно ворчала, что я в весе прибавила. Да я и сама стала замечать, что при таком рационе и вообще без исцеления каких-либо людей (профилактическое царапанье Адриана и других, не слишком заботящихся о своих ранах и порезах господах, отнимало не так уж много сил) мой вес начал расти довольно шустро. Кошке, конечно же, любой вес к лицу (даже пресловутым подлецам из пословицы до пушистеньких далеко), а вот брюнетке среднего роста…

– Не тогда, когда эти дела касаются страны и принца, – тихо возразила девушка. – По-хорошему, боюсь, об этом мы вообще должны были доложить королю и королеве, но решили сначала вам. Есть… определенного рода подозрения.

– Так, дальше все обсудим в моем кабинете, – сказал Адриан.

Разумное решение. Кабинет Адриана – настоящая крепость в крепости! Там столько магических барьеров, артефактов и древнейших реликвий (которые я, в отличие от многих других волшебников, даже не думала презирать), что никто не пройдет. Ну, возможно, объединенная армия волшебников и магических мечников, но потери однозначно будут чрезвычайно велики.

Адриан хотел было опустить меня на кровать, но не тут-то было. Я совершенно бессовестно… залезла на его плечо. Ну а что мне делать? Вы уж извините, но дела моей единственной в этом мире подруги мне чрезвычайно интересны. Что за подозрения? Откуда взялись? Сильвия ведь не только очень доброжелательная, но еще и осторожная. Вряд ли она случайно влезла бы в какое-то неблаговидное дело. А вот кто-то, кто посчитал иномирянку достаточно удобной жертвой, которую легко подставить, мог посодействовать. Впрочем, я могла и заблуждаться: не успела досконально изучить этот мир, его нравы и законы.

– Кажется, Лала совсем не хочет с вами расставаться, – заметила рыженькая, тепло мне улыбнувшись.

– Что ж, если не хочет, то кто я такой, чтобы возражать? – покладисто ответил Адриан.

Кто такой, кто такой. Глава тайной канцелярии, доверенное лицо второго принца, граф и один из сильнейших магических мечников, которого я когда-либо встречала! Я про себя вздохнула: ну а если бы сейчас на его плече сидел кто-то не очень дружелюбный и с плохими намерениями, а не я? Когда я раскрою себя как человека, обязательно напомню об этом Адриану, чтобы он был более осторожным и внимательным.

В кабинет мы прошли быстро и некем не замеченными.

– В чем вы подозреваете леди Сильвию? – спросил Адриан, усаживаясь за свой стол и предлагая подчиненным расположиться напротив. – Рувер, расскажи, что там произошло? Вы ведь ходили в ту самую приграничную деревушку.

В Лиасии, не самой маленькой деревушке, стали происходить странные события. Точнее, были замечены люди с очень странным, практически бессмысленным поведением. Например, местный пекарь заготавливал тесто, но не пек из него хлеб, а давал детишкам, чтобы те лепили шарики и бросались друг в друга. Местный торговец украшениями внезапно раздал весь свой товар приезжим из другого города, а травница отправила во дворец вместо лекарственных трав какое-то сено и детские каракули. Благодаря ей, кстати, Адриан и узнал, что в там происходит нечто необычное.

– После всех этих необычных поступков люди возвращались в нормальное состояние, принимались за обычные дела, но начинали болеть. Причин мы так и не выявили, есть исключительно предположения.

Самым страшным была не сама болезнь, так как она протекала медленно и без чрезмерно сильных симптомов. Плохо было то, что лекари и зельевары не могли с ней справиться, добиваясь исключительно временного улучшения.

Я, удобно сидя на коленках Адриана, едва не вскочила. Мне надо на все это посмотреть! Возможно, я смогу разобраться и помочь. И, конечно же, не в образе кошки, потому что, насколько бы Адриан ни был слеп в отношении пушистых из-за чрезмерной любви и умиления, он отнюдь не глупец.

Эта внезапная мысль вызвала легкое чувство тревоги, которое начало медленно нарастать. Именно. Адриан ведь совсем не дурак, так неужели он не замечал, что его кошка… очень странная кошка? И имея перед глазами пример Сильвии, которая очень долго притворялась пушистеньким домашним питомцем принца, а потом внезапно превратилась в девушку, неужели он ни разу не задумывался…

Я подняла мордочку и… встретилась взглядом с Адрианом. С очень, очень умным взглядом.

И сглотнула. Он ведь… не проверяет меня?

– Мяу, – выдавила я.

Зря я это сделала…

Мое «мяу» все еще было чем-то средним между звуком отхаркивания шерсти, тихим рыком и тем самым заветным «мявом». У нормального человека после такого было бы куда больше сомнений в моей принадлежности семейству кошачьих. Впрочем, если Адриан о чем-то догадывался, то он никак это не комментировал.

– Хорошая девочка, – похвалил меня Адриан, погладив за ушком.

– Жаль, что голосок у нее как у не очень хорошего мужика, – заметила рыжая. – А с виду такая милашка…

– Ты пытаешься оскорбить мою кошку? – спросил Адриан, глядя на рыжую с некоторой угрозой.

– Я ей комплименты делаю! – возмутилась девушка. – К тому же, даже если бы она постоянно так кричала, я бы не стала меньше ее любить. Вы же сами видите все пять килограммов и шесть сотен граммов ее невероятного очарования.

– Хм, ты права. Ладно, давай вернемся к нашему делу. В деревне проблемы в связи со вспышкой заболевания. Что вы искали и что нашли?

– Все. Мы изучили все: воздух, почву, воду, – и даже подвергли тотальной проверке все магические устройства и приспособления. Мы проверили всех новых людей, а также тех, кто посещал деревню на постоянной основе. И тоже ничего не нашли. Обнаружили только одну странность. Огромное количество новых растений в лесу. Точнее, виды растений старые, но что-то их изменило. Травник-консультант сказал, что такой эффект может возникнуть лишь в том случае, если кто-то подсадил с лес разумное растение… А разумные растения – огромная редкость, они есть исключительно в королевском дворце.

– Леди Сильвия тут при чем? – спросил Адриан.

Именно! Растениеводство и зельеварение так же далеки от Сильвии, как бои и сражения – от меня.

– Она единственная, не считая королевской семьи, ладит с разумными растениями. Причем настолько хорошо, что об этом знают все во дворце и за его пределами. Для госпожи не составит труда уговорить какой-нибудь кустик пожить в другом месте, – заметила рыжая. – А еще она не так давно была в тех краях – искала редкие книги.

– Как и не составит труда и кому-то другому подставить невесту принца, совершенно не заинтересованную в том, чтобы общаться с аристократами и принимать чью-то сторону. Особенно с учетом того, что уникальные отношения Сильвии с розами известны каждому, – добавил Рувер.

– Труд все-таки есть: никто в этом мире не способен так ладить с цветами, за исключением королевской семьи, – пробормотал Адриан. – Впрочем, нельзя забывать о том, что все жители мира Сильвии могут вызывать симпатию у наших розочек.

– А вдруг случайность? – спросила рыжая.

– Случайный человек совершенно случайно переместил опасный цветок в случайное место, которое совершенно случайно имеет большое значение для нашей страны… – проворчал Рувер. – Это было сделано специально. Возможно, госпожой Сильвией, возможно, тем, кто хотел бы ее подставить. Поэтому, ваше сиятельство, чтобы точно поймать преступника или преступницу, чтобы мы не испортили репутацию леди Сильвии, если та не виновата, но и не оставили ее безнаказанной, если она сделала это специально, было решено сообщить обо всем происходящем вам.

Кажется, мое решение открыться Адриану, сообщив о том, что я из иного мира, было слишком поспешным и необдуманным. Тот факт, что я не кошка, придется скрывать еще тщательнее и усерднее. И не мяукать!

***

– Все это Адриану ночью рассказали его агенты, – сообщила я Сильвии.

Быстро сообщила. Адриан только поспал пару часов, убежал по делам – и я мигом выбралась из его поместья. Конечно, предварительно убедилась, что за мной не следит никто. И ничто. Всяких хитросделанных артефактов тут хватало, даже Сильвия когда-то упустила «подарочек» со следилкой от принца. Я же училась на чужих ошибках и все тщательно проверяла. Сильвию, кстати, тоже. В конце концов, целители куда лучше распознают тончайшие магические потоки, за которыми скрываются замаскированные реликвии.

– Ты проверяешь меня на следилки? – спросила Сильвии… махнув хвостом.

Мы сидели в потайной комнате Сильвии в королевской библиотеке. Народу тут почти не было, особенно сейчас, когда все ученики-маги ушли на практику, так что можно было легко проскользнуть незамеченными.

Беседовали в образе кошек. Сильвии было лень трансформироваться в человека, а я всего-то проявляла уважение к хозяйке сей комнаты. Да и помещение тут не такое уж большое, чтобы две девушки могли разместиться с комфортом. А еще никто нас тут не найдет, следовательно, не получит сердечное или душевное заболевание при виде двух говорящих кошек.

– Тебя я уже проверила, – пробурчала я, прикладывая лапу к стене – при соприкосновении легче выявить какие-то аномалии. – Все хорошо, тут нигде нет ничего лишнего. Но ты осторожнее, мало ли…

– Обязательно, – серьезно ответила Сильвия. – Но глупцов, готовых установить за мной слежку, ни разу не видела.

– Если встретишь… – начала я.

– Поймаю и покажу тебе, – тут же поняла меня Сильвия. – И еще мэтру Горму. И Юстасу надо бы… И Адриану… Такая глупость – это нечто исключительное! Надо будет продемонстрировать всем.

– В конце концов, мы должны соблюдать заветы нашего учителя. А он говорил, что самыми редкими и интересными зрелищами обязательно надо делиться с близкими людьми. – Я помахала хвостом – кивать было чрезвычайно неудобно.

– И не только. Еще и с теми, кто это оценит, – добавила Сильвия. – Эх, надеюсь, что за мной побыстрее начнут следить!

Я посмотрела на прекрасную белую кошку, чей взгляд был предвкушающим. Никакой тревоги! И вздохнула громко и выразительно. Ну, насколько получилось в теле кошечки.

– Что такое? – спросила Сильвия.

– Не относись, пожалуйста, к происходящему так, словно это пустяк, – проворчала я. – Я знаю, что ты сильная, но лучше, чтобы ничего не случалось. Легкомыслие ведет к куче проблем, а среди этой кучи всегда может оказаться одна неразрешимая.

Ворчала я не зря: что Сильвия, что иногда сам учитель из-за своей непомерной силы забывали, что опасность может быть в совершенно неожиданном месте и в весьма странной форме. И самое плохое то, что я, целительница, ничем не могла помочь. Только позже залечить их раны…

– Информацию поняла, к сведению приняла, отнесусь серьезно, – пообещала мне Сильвия.

– Не допускай, чтобы тебя в чем-то подозревали.

– Конечно. Но с цветочками я все равно продолжу общаться.

– Кстати, что за цветочки такие, что нельзя пересадить, если они против? И при чем тут то, что ты с ними поладила? Какой-то странный повод для подозрений, – пробурчала я.

– Ничего не странный. А цветочки… Давай я тебе про них расскажу. А еще лучше – покажу. Если повезет, какой-нибудь убийца будет красться мимо них… Ну, повезет нам, не ему, – ласково заметила Сильвия, лизнув лапку и сузив кошачьи глаза. – Сейчас как раз гости из одной хитрой страны приехали, может, и впрямь кто-то решится пробраться мимо милых прекрасных розочек.

– Плотоядных? – уточнила я, вспоминая дерево в саду Адриана.

– Нет, что ты, они разумных не едят. Они…

Коллекционируют трупы своих врагов. То есть не своих, а королевской семьи.

– Какое странное хобби.

– Да нет же! Эти цветы очень благородные! – возмутилась Сильвия.

– Не понимаю, как коллекционирование трупов врагов противоречит благородству, – пробормотала я, но спорить не стала.

– Ладно, давай ты лучше посмотришь, – предложила Сильвия. – Точнее, познакомишься с ними. Только есть одна вещь.

Белая кошка уставилась на свои белые лапки и замолчала.

– Какая? Сильвия, не тяни кота за…

– Фу! – с отвращением сказала Сильвия. – Молчи, не смей такое говорить, пока я в облике кошке.

– А ты не замалчивай. Ну так что?

– Цветочки – эмпаты. Они любят тех, кто любит королевскую семью. Например, меня. А тех, кто не любит… Они очень, очень не любят. И активно это демонстрируют. У тебя же нет никаких плохих мыслей по поводу королевской семьи?

– Дай-ка подумать. – Я подошла поближе к Сильвии. – Меня приютили в этом королевстве, верный подданный королевства меня кормит, поит, расчесывает, вычесывает, за ушком гладит, даже кончик хвостика целует… Должны ли быть у меня плохие мысли?

– Ну, месть за поцелованный кончик хвоста?

Какая глупость! Даже слов нет. Ткнув лапой в мордочку замершей на месте Сильвии, я сказала:

– Пойдем. Познакомимся с твоими цветочками.

И я… познакомилась. Прекрасные фиолетовые розы у стены королевского замка с большой теплотой отнеслись к двум кошкам, ластились веточками и бутонами, все колючки спрятали.

– Какие миленькие, – ответила я, чувствуя, как один листик пытается то ли погладить меня, то ли почесать за ушком.

И куда дружелюбнее плотоядных растений в саду Адриана. Ну, если не думать об их тайном хобби – коллекционировании мертвецов. С другой стороны, если бы меня кто-то так настойчиво оберегал от любых недоброжелателей, я бы не только радовалось, но еще и умилялась.

– Они еще и умненькие. Как-то сюда случайно забрел аристократ, которого и союзником не назовешь, и прибить жалко. Вот эти цветочки его поймали, нашли родовой значок, наполненный магией, сняли всю одежду и артефакты, а аристократа живым и голеньким выбросили на тропинку. А все отобранные реликвии, которые стоили целое состояние, умудрились как-то переправить в королевскую сокровищницу.

Кристэль от подобного пришла бы в восторг! Странно, что большинство людей таких чувств не разделяли: цветы старались обходить стороной. Даже садовник, который ушел буквально за несколько минут до нашего появления, поливал «Вайолет» магической водой с приличного расстояния.

– Я так понимаю, что цветочкам мало кто нравится, да? – спросила я Сильвию.

– Верно. Большинство людей их опасаются, даже преданные слуги. А «Вайолет» слишком гордые, чтобы начинать общаться, если другая сторона не заинтересована.

– У тех людей, которые не могут оценить их, плохой вкус, – пробурчала я, трогая лапкой бутончик, который мигом распустился, реагируя на мои слова. – Кстати, Сильви, а ничего, что мы тут вместе в образе кошек ходим? Если нас увидят вдвоем, боюсь, начнут догадываться, что я не совсем кошка. Не хотелось бы раскрыть это дело прямо сейчас.

Я осторожно подтянула обратно свою «дозорную» магическую сетку, как только она зафиксировала колебания могущественной ауры.

– Не волнуйся, Адриан же уехал, как ты и сама говорила, у магов собрание, а Юстас занят делегацией из другой страны. Тут попросту некому обращать на нас внимание.

– Да? Тогда почему я чувствую приближение нескольких сильных магов и твоего Юстаса?

Сильвия резко вскинула мордочку, выругалась, что совершенно не соответствовало ее милому кошачьему облику, и скомандовала:

– Бегом в кусты!

Первое правило целителя: когда твой боевой союзник что-то говорит – сначала выполняй, а потом думай! Поэтому я без промедления сиганула в кусты.

– Что такое?

– Юс их сюда ведет почему-то! Нельзя, чтобы он видел.

– Нас вместе? – шепотом спросила я.

– Меня! Я сказала, что иду в город покупать себе новые книги и не вернусь до вечера. Он очень хорошо знает о моем отношении к книгам… – жалобно сказала Сильвия.

Это плохо, это очень плохо! Покупка книг – святое дело для Сильвии, и если она не пошла за книгами, а сидит тут в кустах… Легко подумать о всяком нехорошем.

– Что делать? – Сильвия, кажется, задала себе риторический вопрос.

– Провалиться под землю? – предложила я.

– Земля, конечно, прекрасно экранирует ауру, но… – начала Сильвия, а потом испуганно посмотрела на меня: – Ты же не думаешь?!

– Тяжелые времена требуют решительных действий, – тихо сказала я.

Я окутала мордашку Сильвии воздушным шаром и топнула лапкой. Земля под белой кошкой разошлась, та возмущенно взмявкнула, но отпрыгнуть не успела. Отлично, вроде бы спрятали. Конечно, будь Сильвия в человеческом облике, у меня бы ничего не вышло. Пусть она довольно худенькая, но все-таки проделать подобное с человеком невозможно. А с кошкой – вполне. Сама Сильвия так не рисковала бы: ей магия воздуха практически не поддавалась, а землей хоть и могла управлять, но не так филигранно. То есть создать яму, в которую мог бы провалиться целый дворец, – это раз плюнуть, а что-то меньшее – никак. Беда всех сильных магов: невозможно «бревном» начертить пентаграмму.