Сад жизни Хамида Сулейманова. Биографический очерк

Хамид Сулейманов, 1923—25 гг.

Жизнь любого человека начинается с детства. Становление личности происходит в юности. Тем и интересны детские и юношеские годы людей, оставивших заметный след в истории, науке или культуре страны. В какой семье они росли? Кем были их родители? В какой социальной среде общались? С кем общались? Где учились? У кого учились? Ответы на эти и многие другие вопросы могут дать представление о выборе жизненного пути, о развитии того или иного таланта или умения.

Но ирония в том, что о детских и юношеских годах бывает не так много известно. Как правило, в памяти потомков остаются отрывки воспоминаний старшего поколения, которыми они поделились в минуты семейного общения или написали в своих мемуарах.

Хамид Сулейманов не оставил мемуаров. Есть его отдельные воспоминания о том или ином событии жизни, фотографии с памятными надписями, воспоминания его матери Тохтахон, записанные по памяти супругой Хамида Сулейманова – Фазилой Камиловной. Но есть история жизни его отца – известного узбекского артиста и кинорежиссера немого кино первой половины двадцатого века Сулеймана Ходжаева. Есть информация о круге интересов Сулеймана Ходжаева, о его друзьях, о семье. И эту информацию сохранил для потомков Хамид Сулейманов.

Сведения о семье являются ключевой информацией, опираясь на которую и развивая ее по биографиям упоминаемых в ней людей, по событиям, происходящим в стране в исследуемое время, можно как мозаику собрать картину жизни. Вместе с фактами в ней могут иметь место логические предположения, основанные на анализе конкретных ситуаций или событий. Без последних картина жизни стала бы скучным изложением фактов, подобным записям анкеты.

В первой части предлагаемого повествования отражены факты биографии Хамида Сулейманова и его родных, а также людей, окружавших его в период 1915 – 1938 гг., и события, происходившие в Узбекистане в это время.

Родословная

История семьи Ходжаевых (Сулеймановых) начинается с прапрадедов Хамида Сулейманова – Нажмиддина Ходжи и Ишон Ходжи Кори. Приставка к имени «ходжа» дается тому, кто совершил хадж (паломничество) в святые места мусульман – Мекку и Медину, получил там особые знания и познал суть явлений бытия. По возвращении в родные места такие люди становятся особо уважаемы и получают звание наставников, что отражено во втором имени словом «Ишон» (или эшон – знающий, мудрый). Имя Кори можно трактовать как «чтец Корана» или «знающий весь Коран наизусть». Имя Нажмиддин (Наджмиддин) означает «Звезда религии» или «Звезда ислама».

Оба прапрадеда Хамида Сулейманова жили в XIX веке в Ташкенте и преподавали в медресе Кукельдаш3. Нажмиддин Ходжа и Ишон Ходжа Кори похоронены в мавзолее шейха Зайнуддина-бобо4, что само по себе говорит об их значимости для мусульманского мира. Потомки ходжей несут это звание как родовое, стараясь быть достойными своих предков: они уделяют большое внимание образованию, их воспитание отличается аристократизмом, соблюдением семейных традиций, уважением ко всем членам семьи, независимо от возраста и пола (в семье ко всем обращаются на «вы»).

Прадеда Хамида Сулейманова звали Ташходжой. Он родился приблизительно в 1848 году. Умер в шестьдесят два года после того, как женил внука Сулеймана, т.е. приблизительно в 1909—10 г. О нем в памяти семьи осталось лишь то, что он женился несколько раз, но все его жены странным образом умирали. Последней его женой стала Шодмонхон (приблизительно 1850 г.р.) – девушка с очень смуглой кожей. Она родила Ташходже троих детей: сына Умара и двух дочерей. Шодмонхон была сильной женщиной в прямом смысле этого слова. Она сама запрягала коня для мужа, голыми руками доставала угольки из очага для чилима5. Из-за темного цвета кожи внуки называли ее Кора-буви – Черная бабушка, или Шодмонойи – бабушка Шодмон. Шодмонхон прожила долгую жизнь. Она пережила мужа и умерла приблизительно в середине тридцатых годов двадцатого века.

В архиве семьи сохранилась ее фотография, сделанная правнуком Хамидом в начале тридцатых годов. Он запечатлел ее за прядением.

Сын Ташходжи и Шодмонхон – Умар, был палваном – борцом. Он отличался особой силой и всегда побеждал соперников. Можно предположить, что он родился приблизительно в 1870 году. Точно известно, что его сын Сулейман родился в 1891 году, а когда ему было три года, т.е. в 1894—95 гг., Умар умер. По рассказам Шодмонхон, его отравили соперники. Умар был женат на Офтобхон, приблизительно 1870 г.р.. Кроме сына у них было еще две дочери – Саодат и Шарофат. Они сами, их дети и внуки проживали в одном дворе с семьей брата Сулеймана. После ареста Сулеймана и ухода его семьи на квартиру родовой дом Ташходжи в махалле Камалон остался семьям сестер Ходжаевых. Их потомки живут там и поныне.

После смерти Умара детей воспитывали дед Ташходжа, бабушка Шодмонхон и мать Офтобхон. Свекровь и невестка до самой смерти жили бок о бок. Вместе вели хозяйство, воспитывали внуков и правнуков, в том числе и Хамида – сына Сулеймана. Точная дата смерти обоих женщин неизвестна, но в 1938 году, когда Хамид Сулейманов женился, его супруга Фазилахон уже не застала их в живых. В архиве семьи сохранилась также фотография Офтобхон, сделанная внуком приблизительно в одно время с фотографией свекрови Шодмонхон – в 1932 году, когда он работал кинооператором. Хамид запечатлел бабушку за омовением перед молитвой.

Основным источником дохода семьи Ходжаевых, как многих семей любой ташкентской махалли, было садоводство. Сад окружал их дом на Камалоне. Был сад на Чиланзаре, как говорили тогда «за межой», на отдельном участке, который выделяли каждой семье. Выращивали виноград, яблоки, груши. Женщины занимались вышивкой. Что-то продавали. Выручка от продажи пополняла бюджет семьи.

Сулейман Умарович Ходжаев родился в 1891 году. Его образование началось дома. В семье Ходжаевых все были образованными людьми. Женщины получали образование дома. Именно женщины семьи учили малолетних детей и внуков грамоте, знакомили их с литературой. В воспоминаниях о бабушке Офтобхон упоминается сундук с книгами, среди которых были тяжелые фолианты с произведениями Навои и Фирдоуси, а также книги двоюродного брата мужа Офтобхон – Салохиддина-ходжи, известного в народе под именем Пир. Он был поэтом и перевел на узбекский язык «Зафар-наме» Шараф-ад-дина Язди, написал трехъязычный словарь «Лугати салос», который использовал и Сулейман, когда учился в медресе, а потом и его сын Хамид.

Когда Сулейман повзрослел, его отдали учиться в медресе Кукельдаш. Там он познакомился с Абдуллой Кадыри6 и Гулямом Зафари7. Крепкая мужская дружба связала их на всю жизнь.

Абдулла Кадыри был младше Сулеймана на три года и жил в махалле Самарканд-Дарваза – через дорогу от махалли Камалон. Согласно биографии Абдуллы Кадыри, в 1904—1906 гг. он учился в мусульманской школе. Можно предположить, что эта школа находилась в медресе Кукельдаш. Гулям Зафари был на два года старше Сулеймана Ходжаева. Он жил в махалле Каттабог, тоже по соседству с махаллей Камалон. Друзья общались не только в медрессе, но и дома. На момент обучения в медресе Кукельдаш Сулейману Ходжаеву было 13—15 лет, Абдулле Кадыри – 10—12, Гуляму Зафари – 15—17. После обучения в мусульманской школе Абдулла Кадыри продолжил обучение в русско-туземной школе. Это было в 1908—1912 гг. Возможно, Сулейман Ходжаев тоже начал там обучаться, но в 1909 году его женили на дочери Саидходжы – Тохтахон, 1890 г.р.. На момент женитьбы супругам было 18 и 19 лет. В связи с женитьбой Сулейману, как и его другу Гуляму, пришлось изменить свою жизнь. Семьи нуждались в доходе. Мужчинам в возрасте восемнадцати и двадцати одного года нужно было зарабатывать. Казалось бы, не до учебы. Но Сулейман Ходжаев и Гулям Зафари находили время для обучения русскому языку у частного преподавателя.

Сулейман занялся торговлей. Он ездил за товаром в Оренбург, в Москву.

5 мая 1910 года у Сулеймана и Тохтахон родился первенец Хамид. С него фамилия рода Ходжаевых стала Сулеймановы – по имени Сулеймана Ходжаева.

О Тохтахон известно, что она дочь Саидходжи. В архиве семьи есть фотография пожилого человека, но кто он – отец или дед Тохтахон – точно неизвестно. У Тохтахон были младшие брат и сестра: Турсин и Хамро.

На двух фото 1909 года Тохтахон и Сулейман. Тохтахон выглядит уверенной, смелой. Хотя по жизни она была полностью зависима от двух свекровей – Шодмохон и Офтобхон, ухаживала за ними и всеми членами семьи Ходжаевых, вела все хозяйство. Мужем не была любима, но принимала его увлечения другими женщинами как должное. Мужчина может иметь нескольких жен, а всех его женщин она именно так и воспринимала. Забегая вперед, нужно сказать, что, несмотря на все перипетии жизни, Тохтахон прожила девяносто один год, пережив сына Хамида на два года. Эти два года стали самыми тяжелыми для нее. Она не могла смириться с преждевременным уходом любимого сына и просила бога о смерти.

Сулейман Ходжаев на фото в полный рост. В свои 19 лет он выглядит вполне состоявшимся мужчиной, который знает о своей эффектной внешности. Сулейман красив, высок ростом, статен, уверен в себе. Скорее всего он унаследовал внешность своего отца, который был силачом. В семье у Тохтахон тоже были мужчины крепкого сложения и высокого роста. Таковым в памяти Хамида Сулейманова сохранился образ брата матери – Турсунходжи. Он шил обувь. Обладая крупными ступнями, с помощью узкой обуви меньшего размера он старался скрыть их настоящий размер. В семье рассказывают, как он утром натягивал новые сапоги, а вечером распарывал их по швам, потому что не мог снять.

Тохтахон была образованной женщиной, умела читать, знала немало сказок, которые рассказывала детям, а потом и внукам, но плохо писала.

Тохтахон родила Сулейману четырех детей: сына Хамида в 1910 году, дочь Мукаддам в 1915 году, сына Султана приблизительно в 1920—22 гг. и сына Карима в 1924 году. Султан умер в младенческом возрасте, возможно, от дизентерии или сальмонелеза. В семье вспоминают, что он залез в кладовку, где хранились фрукты, наелся груш и вскоре умер.

Мукаддам отдали замуж в возрасте семнадцати лет. Ее муж Азаматов Абдухамид, 1901 г.р., погиб в 1942 году в битве под Сталинградом во время Великой Отечественной войны. Мукаддам умерла в 1947 году в возрасте 31-го года. У нее осталось трое детей – дочка Мастура, 1933 г.р., сыновья Абдурахман, 1938 г.р. и Баходыр, 1942 г.р., воспитанием которых после ее смерти занималась семья Хамида Сулейманова.

Карим Сулейманов стал врачом-дерматологом. Он возглавлял кафедру кожных болезней в Самаркандском мединституте, затем в начале 80-х кафедру в САМПИ.

Офтобхон, 1932 г.

Шодмонхон, 1932 г.

Отец Тохтахон Саидходжа, или ее дед.

Сулейман Ходжаев, 1909 г.

Тохтахон, 1909 г.

Хамид Сулейманов, 1940 г.

Становление личности

Хамид Сулейманов взрослел в окружении просвещенных людей Туркестанского края. Его отец Сулейман Ходжаев тесно общался с такими выдающимися личностями как Абдулла Кадыри, Гулям Зафари, Маннон Уйгур8, Фитрат9, Зиё Саид10, Чулпан11, Абдулла Авлони12, Хуршид Шамсуддин13, Ашурали Захири14 и многие другие. Друзья встречались дома, ставили спектакли, обсуждали новые литературные произведения, пьесы, постановки – все, чем в начале двадцатого века была наполнена культура Туркестана. Сулейман приобщал сына к такому общению, брал его с собой на спектакли, на показ новых фильмов. Хамид помогал обслуживать гостей, когда они собирались у них в доме: накрывал на стол, разливал чай. И, конечно, внимал всем, слушал интересные беседы, которые по мере его взросления становились ему все более понятными. Он вспоминает обсуждение статьи Абдуллы Авлони о пьесе Хуршида «Фархад и Ширин» по поэме Алишера Навои, постановку первой узбекской оперы «Халима» Гуляма Зафари, романов «Минувшие дни» и «Скорпион из алтаря» Абдуллы Кадыри.

Хамид обучался в новометодной школе «Намуна», брал уроки каллиграфии у усто Утаба, учил русский язык и знакомился с русской литературой у Веры Петровны (фамилия неизвестна), учился рисованию у Александра Васильевича Николаева (Усто Мумина) и Максима Евстафьевича Новикова, с которым впоследствии семья Хамида Сулейманова дружила многие годы. Хамид был усердным учеником, а навыки, приобретенные им в детстве и юности, пригодились ему в последующей жизни.

Хамид Сулейманов стал первым читателем романа «Скорпион из алтаря» Абдуллы Кадыри. Писатель попросил его переписать рукопись для издательства, так как благодаря занятиям каллиграфией у Хамида был красивый почерк. Он три дня читал роман и двадцать дней его переписывал. За работу Абдулла Кадыри подарил ему свою книгу «Минувшие дни» с дарственной надписью (не сохранилась, возможно, была изъята во время обыска при аресте Сулеймана Ходжаева).

Сулейман Ходжаев любил кино и снимался во многих фильмах того времени:

«Шакалы Равата» (батрак Садык), «Чадра» (молодой инженер), «Последний бек» (дехканин Абдурахман), «Дочь святого» (ишан Абду-наби), «Восстание камней» (секретарь райкома). Он был сценаристом и режиссером фильма «Машина и хлопок», в котором освещал создание хлопковой независимости Советской страны; фильма «Перед рассветом» о восстании 1916 года.

Можно сказать, что жизнь Сулеймана Ходжаева была в обществе, семья занимала его меньше, чем общение с друзьями, увлечения; он всего себя отдавал делу, которым занимался.

Согласно данным из разных источников, хронология деятельности Сулеймана Ходжаева такова:

– до осени 1917 года он занимается торговлей;

– в 1917—1920 гг. работает в ЧК (Всероссийская Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем), Ташкент;

– в 1921—1922 гг. преподает в школе «Намуна», Ташкент;

– в 1922—1923 гг. возглавляет Высший краевой художественный техникум в Самарканде;

– в 1923—1924 гг. служит в революционном комитете по борьбе с басмачами в Мургабе (ныне высокогорный город в Таджикистане);

– в 1924—1927 гг. возглавляет почтово-телеграфные курсы в Ташкенте;

– с 1927 года начинается сниматься в кино; консультант по фильмам о революционной борьбе в кишлаках;

– в 1928—1932 гг. учится в ГТК (Государственный техникум кинематографии, позже ВГИК – Всесоюзный государственный институт кинематографии) в Москве на режиссерском отделении;

– в 1932 году работает секретарем в УзНИИКС (Узбекский научно-исследовательский институт культурного строительства) при Наркомпросе УзССР (Народный комиссариат просвещения);

– в 1933 году снимает фильм «Перед рассветом» о восстании в Джизаке 1916 года;

– в 1934 году вместе с профессором Фитратом приступает к написанию сценария фильма «Страна, где царствовал Умар».

– 4 декабря 1934 г. арестован и расстрелян 20 августа 1937 года.

Образование сына было очень важно для Сулеймана Ходжаева. Он мечтает о совместной работе с ним над фильмами: он в качестве режиссера, Хамид – кинооператора.

В 1928 году Хамид окончил Педагогический техникум им. Нариманова в Ташкенте и вместе с отцом поехал в Москву в ГТК15. Он учится на кинооператора, а во время каникул приезжает в Ташкент и работает на кинофабрике «Шарк Юлдузи» на Шейхантауре.

Во время учебы в ГТК Хамид Сулейманов знакомится с такими известными кинооператорами как Евгений Андриканес16, Роман Кармен17, Семен Галадж18, Константин Широнин19. Между ними завязывается крепкая мужская дружба. В доме Узбекского Наркомпроса в Москве он знакомится с музыкантом Абдукаримом Абдуллаевым20, писателем Миркаримом Асимовым21. В Ташкенте работает и познает секреты операторского мастерства у старейшего оператора Владимира Добржанского22. В фильме «Последний бек» режиссера Чеслава Сабинского23 Хамид Сулейманов работает практикантом оператора и учится мастерству у оператора Фридриха Вериго-Даровского24. В 1932 году Хамида Сулейманова зачисляют в съемочный цех хроники Узбекфильма. Он ездит по Средней Азии и снимает быт и работу тружеников сельского хозяйства. Дома он делает снимки своих бабушек – Шодмонхон и Офтобхон, и матери Тохтахон, которые хранятся в архиве семьи.

Но в 1932 году Хамид Сулейманов оставляет операторское дело и становится аспирантом Литературного отделения Узбекского НИИ Культурного строительства (УзНИИКС при Наркомпросе УзССР). Что стало причиной такой смены интересов, точно неизвестно. Можно лишь предположить, что смена деятельности связана с его давним интересом к литературе и преподавательской деятельности. Поработав оператором, он понял, что это не дело его жизни, и сменил профессию.

В аспирантуре Хамид Сулейманов учится до 1935 года. Он учится вместе с азербайджанским писателем Максудом Шейхзаде25, с литературоведом и будущим академиком Вахидом Абдуллаевым26. Параллельно Хамид Сулейманов работает преподавателем узбекского языка и литературы на партийных курсах при ЦК КП (б), а также заведующим сектором театра и кинодраматургии НИИ Искусствознания при Наркомпросе УзССР.

Школа Намуна. Хамид Сулейманов крайний справа с дойрой в руках.

Фото 22 июля 1924 года. В центре Сулейман Ходжаев.

Сулейман Ходжаев в роли ишана Абду-наби в фильме «Дочь святого».

Сулейман Ходжаев в роли инженера в фильме «Чадра».

Хамид Сулейманов студент ГИКа, 1930-е годы.

Учащиеся ГИКа, 1930-е годы, Хамид Сулейманов крайний справа.

В общежитии ГИКа. Хамид Сулейманов слева.

Х. Сулейманов с друзьями по ГИКу К. Широниным и С. Галаджем, 1965г.

Студенческий билет ГИКа Хамида Сулейманова.

Копия удостоверения оператора Хамида Сулейманова.

Хамид Сулейманов за работой, 1930-е годы.

Фотопортрет матери Тохтахон работы Хамида Сулейманова, 1932 г.

Хамид Сулейманов снимает казахских девочек, 1930-е годы.

Аспиранты УзНИИКСа, 1932—35 гг. Хамид Сулейманов третий слева в верхнем ряду.

Удостоверение об окончании аспирантуры Лит. отделения УзНИИКСа.

Сын врага народа

4 декабря 1934 года арестовывают отца Хамида Сулейманова. Это происходит через полтора года после просмотра фильма «Перед рассветом» комиссией во главе с первым секретарем ЦК КП (б) Узбекистана Акмалем Икрамовым27 и председателем Совета народных комиссаров Узбекской ССР Файзуллой Ходжаевым28. В фильме Сулейман Ходжаев выступает как сценарист и режиссер и рассказывает историю Джизакского восстания 1916 года. Несмотря на одобрение со стороны А. Икрамова и Ф. Ходжаева, фильм не был допущен к массовому показу – некоторые члены комиссии высказались против, а Сулейман Ходжаев сразу попал в опалу. Сказать наверняка, что его арест связан именно с картиной, будет опрометчиво. Скорее, она стала последней каплей для устранения человека, имеющего отношение к движению джадидизма.

Сулейман Ходжаев поддерживал идею просветительства, которая была одним из программных пунктов джадидов, но он не участвовал в политических действиях джадидов, а именно в реализации идеи создания Туркестанской автономии, о которой было объявлено 27 ноября 1917 года в Коканде на съезде объединения джадидов «Шура-и-Ислам» («Исламский Совет»). Возможно, он принимал участие в митинге в Ташкенте, на котором идея Туркестанской автономии была с воодушевлением встречена митингующими. Подтверждения этого предположения в его биографии нет. Но Сулейман Ходжаев тесно общался со многими джадидами. Руководство Советского Союза видело в этом движении угрозу своей власти и, начиная с 1929 года начало преследование всех, так или иначе причастных к джадидизму.