Лиса. Аркан пророчества

Глава 6

Лиса сидела, прижавшись к теплому боку Эша и не могла понять, в какой момент она допустила, чтобы Янис сделал неверные выводы. В тот, когда она разрешила ему себя поцеловать? Но ведь после этого уже прошел не один разговор. И она уже не единожды дала понять, что между ними не может быть ничего. Что давало ему надежду? Что? Она в сотый раз заглядывала себе в душу, искала там что-то похожее на симпатию и находила лишь жалость. Жалость. Подумать только, как мало нужно для беспочвенных надежд. Эш погладил ее руку, вырывая из плена обвинительных выводов. Эш. Как он оказался здесь? А ребята? Как им посчастливилось встретиться? Как удалось найти ее? В голове девушки роились тысячи вопросов. А в душе теплом разливалась благодарность. За спасение, за то, что не остановились, успокоившись тем, что все уже решено. Слова благодарности готовы были сорваться с ее губ, но она отчего-то молчала, рассматривая сидящих напротив Гаса и Юму, глупо при этом улыбаясь.

Юме никак не удавалось спокойно усидеть на месте, и от этого сестра то бросала взгляды на Лису, пытаясь рассмотреть в той что-то, то протирала не успевшее затянуться льдом окошко возка, то недоверчиво косилась на Эша. Лисе, прекрасно знавшей сестру, было видно, что ту раздирает любопытство и желание похвастать. Но возок качался, дорога стелилась под полозья словно вода, а в кабинке все еще стояла тишина, которую никто не решался нарушить. Наконец, не выдержав, Юма стукнула кулачками по собственным коленкам.

– Нет, каков своевольник! – возмущенно пропыхтела она, сдувая кудрявый локон, выбившийся из-под вязаной шапки. – Указ Императора! Указ Императора! Меня выгнали, даже не дали посидеть рядом с тобой! А ведь ты после своего приступа беспомощна как ребенок. И этот…

Юма ткнула подбородком в сторону оставшегося на дороге Яниса. Кулачки у девушки так и не разжались. Она даже не заметила, как Имрин успокаивающе положил руку ей на запястье.

– Юма, – попробовал было встрять он, но девушка лишь дернула плечом, отмахиваясь от слов молодого человека.

– Этот, – продолжила она, – даже не потрудился толком объяснить, да что там, не дал даже ни о чем спросить. Теперь-то это понятно почему. А тогда…тогда пришлось искать помощи.

– Я поверить не мог, что тебя перебросили, а меня оставили, – взялся пояснять Гас, поняв, что другого выхода, как поддержать рассказ девушки, у него не осталось. Он перевел взгляд на Юму и Лиса могла поклясться, что раньше не видела во взглядах у зубрилы столько тепла. Тот поправил очки знакомым жестом, скрывая неловкость. – Нисса Эйс появилась на пороге со слезами на глазах и поначалу я подумал, что…что с тобой что-то случилось, Лиса. Что очередной приступ обернулся чем-то…ну, не важно. Но оказалось, что тебя забрали и в сопровождении стражи отвезли в терем под предлогом переброски. Это было странно. Я подумал, что за мной тоже должны были прийти и решил, что раз уж этого не избежать, можно и самому явиться, а не ждать сопровождения. Когда же мы с мастером Таннаэныном приехали в терем, то стража сначала вообще не поняла, о чем мы пытаемся им сообщить. О какой переброске речь. А потому нас проводили к старшему и тот с удивлением сообщил нам, что никакого приказа не получал. Прибывший из столицы офицер предъявил свои документы и письмо с требованием оказания всевозможной помощи подателю письма в поисках сбежавшей адептки.

– Старший, конечно, вспомнил тебя. Он выделил столичному посланнику сопровождение в виде одного из стражников, – вновь перебила его Юма, – ты-то не видела уже, а я заметила, что, когда мы приехали в терем, тот второй оставил своего временного командира и, наверное, вернулся к месту службы. А этот выставил меня за дверь, заявив, что тобой теперь займется местный лекарь. Знаешь, Лиса, может он и красавчик, но мне он сразу не понравился.

Юма замолчала. Молчала и Лиса. Она посмотрела на сестру. Потом на Гаса. И наконец, подняла взгляд на Эша. Брат кивком спросил, в чем дело.

– Я даже передать не могу, как благодарна всем вам, ребята, – голос ее чуть сел, но в маленьком пространстве кибитки ее было хорошо слышно. – Не знаю, как вам удалось собраться вместе и как здесь очутился ты, Эш, но без вашей помощи…

Голос ее совсем сел и она, сдерживая непрошенные слезы, мотнула головой, тут же зашипев от боли. Эш склонился к ней, заглядывая в лицо.

– Что? – коротко спросил он.

– Голова, – также коротко ответила Лиса, – Ничего. Пройдет.

Широкая ладонь Эша легла ей на затылок, а его пальцы принялись ощупывать голову и, найдя искомое, дернулись, лишь только Лиса снова зашипела от боли. Она возмущенно отстранилась от брата.

– Он что, ударил тебя? – уточнил Эш.

– Представляешь? – с удивлением произнесла она, рукой нащупывая приличную шишку на затылке.

Эш стукнул кулаком по стенке возка. Юма испуганно посмотрела на великана.

– Останови, – крикнул орк. Но белизна за окошком возка говорила о том, что вновь поднялась пурга и возница вряд ли слышит его.

Эш сжал зубы так, что его клыки вытянулись еще сильнее, а желваки под кожей заходили ходуном.

– Эш, перестань, – бросилась успокаивать взбешенного брата девушка.

– Останови, я сказал, – упрямо стукнул он снова, с рыком поясняя кажущийся очевидным вывод. – Я думал, он пытается лишь удержать тебя и только потому не тронул его. Но он посмел…Нет, Лиса, сейчас это другое дело. Я теперь несу за тебя ответственность. Ты не забыла?

– Перестань, – Лиса была благодарна пурге и тому, что возница не заметил стука. Пытаясь успокоить брата, она поднялась и положила ладони ему на грудь, даже через теплый свитер чувствуя, как сильно и гулко бьется сердце орка. – Эш, прошу тебя, этим уже ничего не изменить. Я не хочу, слышишь, не хочу больше его видеть. Да услышь же меня. Не нужно. Не нужно.

Она замотала головой и снова скривилась, прикрыв глаза. Голова гудела словно колокол. Эш, скорее испугавшись, чем успокоившись, усадил ее обратно. Пальцы Юмы легли на виски сестры, и орк принялся внимательно наблюдать за обеими девушками. Юма, с упреком покачав головой, сетуя на сестру, вдруг протянула Гасу руку и попросила.

– Подержите меня, асс Имрин, пожалуйста.

Тот ничего не понял, но за руку девушку взял. Та задорно улыбнулась.

– Покрепче, если можно, – еще не договорив, она распахнула дверцу возка. В кибитку залетел снег, вместе с морозным воздухом вмиг выдувая накопленное тепло. А девушка, зажмурившись от метущего снега, высунулась из возка и потянувшись, провела второй рукой по крыше кибитки. На большее ей времени не хватило, так как в ту же минуту уже была втянута Имрином обратно. В руке у Юмы была горстка снега. Гас, потеснил ее, закрывая дверцу. А после с возмущением взглянул на девушку. Пытаясь поймать равновесие на неустойчивом полу, она в то же время старалась проморгаться от налипшего на лицо снега. Гас вдруг растерял все свое возмущение и даже его вопрос: «Что же Вы делаете?» как-то затих на его губах. Он провел рукой по лицу девушки, смахивая снежную влагу, а Юма, открыв глаза, вдруг покраснела, оказавшись с ним лицом к лицу слишком близко в тесной кибитке возка. Однако момент прошел и она, потеснив теперь уже Имрина, приложила снег к голове Лисы. Та зашипела.

– Что Вы делаете?! – повторенный вопрос зубрилы потонул в Юмином замечании.

– Конечно, в снегу ты и без меня навалялась, но сомневаюсь, что кто-то прикладывал тебе холод к шишке. А всем известно, что это первейшее средство от ушибов. Ну, и как ты сама могла об этом забыть?

Лиса сдержала улыбку. Слишком поспешные движения и вопросы Юмы говорили лишь о том, как неловко та себя чувствовала. Пожалев сестру, Лиса поддержала ее.

– Я была занята несколько другим, знаешь ли. И мне некогда было вспоминать науку нирры Альмы.

– Ага, – прокомментировала Юма, – вот вернусь домой и пожалуюсь ей…Если вернусь, конечно.

Лисе пришлось поднять на сестру удивленный взгляд, но та лишь дернула плечом, не желая объяснять.

Ледяные струйки потекли зашиворот, заставляя девушку вздрогнуть и сменить удивление во взгляде на возмущение.

– Терпи. – Юма была неумолима. – Как маленькая.

– Мне ооочень полегчало, – саркастически заметила Лиса.

Юма пожала плечами.

– Немного холода не помешает.

Эш наблюдал за лечением безмолвно в то время, как Гас все еще пытался что-то проворчать себе под нос о благоразумии и осторожности.

Как только снег полностью растаял, девушка стряхнула оставшуюся влагу с рук и вернулась на свое место. А Лиса повернулась к Эшу.

– Твоя очередь, – сказала она, вытирая ладонями воду с шеи.

– Прибыл порталом, встретил Гаса, отправился за тобой. – коротко ответил Эш.

Лиса обиженно засопела.

– Подробнее нельзя? – спросила она. – Я все-таки заслуживаю полноценного рассказа.

Эш хотел было возразить, но взглянул на нее и сдался.

– После нашего разговора я почувствовал…через какое-то время…– он пытался подобрать слова. – холод…холодно стало. Ну, не знаю, как объяснить. Как если перетянуть руку ремнем и через несколько минут она немеет. Знаешь? Вот такой холод. Будто бы ты есть, а потом нет. И после от тебя не было ничего. Ни эмоций, ни связи, ни даже вестника.

– Какого вестника? – хмыкнула она. – Тут почта раз в седмицу приходит.

– Магистр Хайте тоже мне об этом вначале говорила, – Эш кивнул на ее слова, – но потом согласилась со мной. Нужно было придумать предлог, чтобы уехать за тобой. Да и способ тоже. Но тут нам помогли беженцы. Народы Великой пустыни оставили свои привычные места кочевок и потянулись на восток, запад и север, ища защиты у Рамелии, у Кадмии и у Северных Княжеств. Наблюдателям из столицы, прибывшим после твоего побега, не слишком понравилось это, но они вынуждены были согласиться на мою отправку к границе Северных Княжеств. И меня переправили порталом магистра Хайте для встречи с беженцами-родственниками. Это официальная версия.

– Они и правда там? – спросила Лиса, не представляя Эйнашаз среди снегов Северных Княжеств.

Эш помотал головой.

– Весь род остался в Хашшуре. Они ждут чего-то. Эйнашаз не пускает никого дальше гор. – пояснил брат.

Лиса кивнула.

– На границе пришлось прикупить одежду. Ну а от границы я на оленях добрался с одним каюром. Сговорились до Хоранги, хотя он ехал дальше. Прибыл я, а где тебя искать не знаю. Подумал, что в тереме про тебя должны знать. Только вот на улице-то ночь, думал не пустят меня на порог. Но там охрана, в сторожку отвести хотели. До утра, чтобы не замерз. Идем, а тут Гас.

– А Нельг как с вами оказался? – спросила Лиса, кутаясь в шубу.

– Мы вообще-то не к Нельгу шли. – пояснил Гас. – Просто думали, что Атч-ытагын на месте. За тобой же ехать на чем-то нужно было. Но он куда-то уехал, а сказочник наш уперся, поеду с вами – и все тут. Куда, мол, Лиса, туда и я. Мастер Таннаэнын его поначалу брать не дозволял. Говорил, чем меньше народа – тем лучше для тебя. Но тот ни в какую не соглашался. Ну да ладно. Мастер сказал, что старый шаман сам решит, кому можно к нему, а кому нельзя.

Лиса нахмурилась, не понимая, о чем толкует зубрила.

– Какой еще шаман? – вопрос повис в тишине. Гас замолчал, подбирая слова.

– Гас хочет сказать, Лиса, – начал за него Эш, – что его наставник нашел единственное средство узнать, как тебя подлатать. Я, наверное, спутано объясню, ну да Гас поправит. В Северных Княжествах официальный глава, конечно, князь. Но еще большая власть у главного шамана. Вот к нему-то мастер Таннаэнын и посоветовал нам отправиться вместе с тобой. Он, кстати, очень забавный. Я артефактора представлял немного…

– Постарше, – буркнула Лиса, все еще настороженно относящаяся к наставнику Имрина.

– И постарше, – согласился Эш, – и почудаковатее.

– Куда уж больше, – протянула Лиса.

– Мастер Таннаэнын очень опытный артефактор, Лиса. Он знает в пятьсот раз больше, чем наш магистр Молениус.

Имя магистра прозвучало в возке как гром среди ясного неба. Лиса сглотнула непрошенные воспоминания.

– Значит, мы едем к шаману? – вернула она разговор в прежнее русло. – И далеко он от Хоранги?

Гас, почувствовавший, что сказал что-то не то, но не понявший, что именно, отложил вопросы на потом.

– Не слишком, – признался он, – вот только дорогу к нему не каждый знает. И если бы не Эргын, нам во век не отыскать его. Да и тебя тоже. В следах-то лучше него никто не разбирается.

– Эргын? – удивилась Лиса. – Тот самый Эргын, что учит Трейса охотиться?

Юма сделала большие глаза.

– Представляешь! – прошептала она. – Оказывается наш охотник не так-то прост. Лучший следопыт в Хоранге. Да и Трейс, видимо, вырос, раз не трубит на всех углах о том, у кого в наставниках ходит.

Лиса усмехнулась и поймала ответную улыбку сестры. Обе они помнили, как Трейс выдавал все тайны за завтраком.

Возок качнуло на повороте и Лису отбросило на Эша, а Юму на Имрина. Зубрила осторожно придержал девушку, за что она его смущенно и скомкано поблагодарила.

– По-моему, нир Морис переменил свое отношение к магам, – заметила Лиса как бы ни к кому не обращаясь, но, увидев вновь расширившиеся глаза Юмы, хитро улыбнулась и, обняв Эша за руку, удобно устроилась на мягкой дубленой коже его полушубка. – Ты же не против, если я посплю, а потом ты мне расскажешь про Университет и Миру, и Криса, и магистра Хайте, и даже про наблюдателей. Что-то я совсем без сил. Как бы нового приступа не случилось.

Эш хмыкнул довольно утвердительно, по крайней мере, Лиса сочла это за согласие.

– Шаман должен тебе помочь, Лиса, – тихо сказал Гас, глядя в окно, – ведь он наша последняя надежда.

– Ловлю тебя на слове, Гас, – проговорила девушка, закрыв глаза, – это последняя идея твоего мудрого наставника. Хватит с меня его экспериментов. В любом случае, после шамана я еду в Шерскую Косу.

Она вскочила, осененная только что пришедшей в голову мыслью.

– А бумаги?! – Лиса впилась взглядом в сестру. – Юма, бумаги отца остались в твоей комнате?

– Вот еще, – та полезла в меховой мешок, лежащий в углу кибитки и, показав клочок бумаг, снова засунула их в него и завязала завязки, – Спи. Я подумала, что они слишком важны для тебя. Да и у шамана вдруг пригодятся.

Лиса вновь удобно устроилась и с удовольствием закрыла глаза.

– Спи, малышка, – Эш погладил ее по плечу.

– Ты настоящее сокровище, Юма, – проговорила она и услышала ответное хмыканье сестры, выполненное в манере Эша.

– Я знаю, – не сдержалась все же Юма, пристраиваясь к жесткой стенке кибитки. Гас с завистью посмотрел на Эша, но не посмел предложить девушке собственное плечо.

Возок, чуть покачиваясь летел сквозь белесую мглу из беснующегося снега, унося путешественников прочь от цивилизованной Хоранги по ледяной глади замерзшего озера Рах.

Глава 7

Ясное звездное небо разливалось над головой темно-синим покрывалом. Звезды перемигивались, будто передавали друг дружке черед, кому светить дальше. Хотелось угадать, которая засветится ярче сейчас и никак не удавалось. Казалось, что вот эта, ан нет, другая. Вон та – и снова мимо.

Лиса следила за звездами, слушая, о чем говорит Эш и размышляя. Значит, наблюдатели обложили Университет по приказу Императора. И ищут ее. Любую связь с ней. Что ни говори, а ее приступы начались как нельзя кстати. Хотя бы ребят не подставила. Им, наверное, и без этого хватило. Да разве Эш об этом расскажет. И как теперь добираться до Шерской косы? Нужно было что-то придумать. Что-то, чего никто не ждёт.

А магистры все же ожидают переброски оставшихся, раз дражайшая Тамиллари гоняет всех до потери пульса. И слухи, эти безжалостные слухи о странном пополнении среди нападавших, практически соответствовавшее количеству вновь прибывших защитников, они совсем ей не нравились. Неужели брешь так велика? Неужели их никак не остановить?

С момента, как Эргын остановил возок и оставил седоков дожидаться его возвращения от старого шамана, прошло уже больше часа. Поначалу они сидели в возке, но впятером сидеть, учитывая габариты Эша, было довольно тесно, потому-то она и мерила теперь шагами припорошенную гладь озера Рах, время от времени оглядываясь, не идет ли старый охотник обратно.

Но охотник все не шел. Нельг, покачав головой в ответ на слова благодарности Лисы, быстро смекнул, что огромному орку, именующемуся отчего-то братом его загадочной попутчицы, нужно поговорить с ней с глазу на глаз и оставил странных родственников, отправившись проведать оленей. Для Лисы было загадкой его присутствие. Хотя, если верить самому рамельцу, то на север он и ехал собирать сказания северных народов. А кому знать больше всех сказок как не шаману? И вроде бы все логично, но Нельг к самому шаману не торопился, держась неподалеку от нее. И это немного нервировало.

Нервировало и странное ощущение близкого выплеска. Нет, Стихия не жгла пальцы и не текла по венам, но ее присутствие было столь явным, что Лиса даже попробовала зажечь маленький огонек. Кто знает, может все прошло само собой? Нет, не прошло. Но и ощущение не пропало. Потому и прислушивалась к себе, задрав голову вверх, разглядывая звезды. И только когда Эш упомянул Миру после многократного повторения увещеваний и нотаций по поводу ее намерений поехать в собственные наследные владения, она, наконец, обратила на слова брата внимание.

– Еле выпросили, – покачал головой орк. – Она, наверное, уже в Храме.

– Только ее отпустили? А как же Крис? – удивилась Лиса. Она взглянула на брата, заметив, как тот изменился. Что-то неуловимо-важное появилось в нем. Нет, не уверенность, она была и раньше. Такая основательность, неспешность. Он всегда был таким, но теперь…теперь словно возмужал. Да, так говорят про мальчишек, когда они неуловимо меняются. Возмужал. Как странно было применять это к Эшу, и без того выглядевшему взрослым, надежным, сильным. А теперь…теперь мужественным. Он ведь тоже переживал. За мать и отца, оставшихся там, слишком близко к прорыву. За свою невозможную любовь, какой бы безнадежной она не была. За своего безумного брата, томящегося в застенках Магистерства. И за нее, глупую маленькую Лису, вздумавшую ввязаться в такую недетскую игру и потягаться с сильными мира сего. И когда? Когда даже Стихии отвернулись от нее. Только вот выбора-то у нее и не было. Пора было дочитать бумаги отца и разобраться с наследством. Как с имуществом, так и с долгами. И нет, мысль о мести не грела, она клокотала внутри. Это было так неестественно для нее, чувствовать желание отомстить. Отомстить тем, кто разлучил родителей, тем, из-за кого у нее не было отца, тем, из-за кого он погиб. И, может быть, она не знала всех своих обидчиков поименно, но одно имя ей было известно абсолютно точно. Асс Бартоломео Сарден. Барти.

Только вот останется ли у неё возможность отомстить, если после Шерской Косы путь ее лежал в сторону беснующегося Демона? Даже думать об этом было страшно. Но решение, давно созревшее, теперь не давало возможности для отступления. Кристиан был там, и она медленно, но неотступно шла к нему.

– Криса оставили в Кресте. Он никак не хотел расставаться с ней. Опасно разделять их. Но так хотя бы у неё есть шанс. Таланиэль должна помочь Миранте. Крис на это надеется, – ответил Эш. – Лиса.

– Нет, – покачала она головой, – не начинай снова. Я должна, Эш. Должна.

– Что ты сможешь сделать? – пробасил он. И Лиса поняла, что это первый шаг к принятию ее решения.

– Не знаю, – сказала она, но наткнувшись на его многозначительный взгляд «вот видишь», уточнила: – Пока не знаю. Но узнаю. Обязательно. Я должна.

– Да почему должна? Кому ты должна? Кому? – не выдержал орк.

Лиса упрямо поджала губы. Он, конечно, не поверит, раз остальные не поверили. Так, отмахнулись. Лишь бы не рыдала в подушку по ночам. Вот и Эш не поверит.

– Кристиану, – все же проговорила она и быстро взглянула, а вдруг…Но в глазах у Эша появилась лишь боль и жалость. И она отвернулась, не желая видеть это.

– Лиса.

Она потопала закоченевшими ногами. Теперь, когда стало ясно, что надеяться на понимание глупо, пришло недовольное нетерпение. Когда же этот Эргын вернется от старого шамана?

– Лиса, – повторил Эш и вздохнул, словно подслушав ее мысли. – Почему тогда Шерская Коса, а не Ишша?

Она быстро обернулась. Он принял. Признал за ней право решать. Поверил ей. Радость от этого заставила реальность немного поплыть в увлажнившихся глазах девушки. Она обняла брата и тут же была обнята в ответ.

– Потому что отец сказал, что мне нужно найти пророчество. А оно в Шерской Косе. Я уверена.

Она шмыгнула носом и тихонько засмеялась.

– Еще и пророчество, малышка? – хмыкнул Эш. – С тобой точно не соскучишься.

Лиса вздохнула. Было тепло. И даже озябшие ноги, удобно устроившиеся на больших и мягких сапогах брата, стали согреваться. Как же хорошо, что у нее есть Эш.

– Эш, – позвала она. – А ты Янку не чувствуешь?

Лиса заметила, как напряглись руки орка. Значит, не чувствует.

– Нет, малышка. Но тебя я тоже не чувствую. А ты есть, – слова брата дарили надежду. Она словно вновь услышала слова отца сквозь плеск воды о весла.

«Верь, Лиса».

– Я верю, – прошептала она, уткнувшись в меховую оторочку полушубка Эша. – Верю и в это тоже.

– Эргын! – послышался громкий оклик Гаса. Молодой маг стоял неподалеку и отчего-то держал ручки Юмы в своих ладонях. Лиса поймала удивленный взгляд сестры и демонстративно задрала нос. Мол, да, и даже ни о чем не спрашивай. Лиса улыбнулась. Вот и хорошо. Гас, еще не забывший, каково это жить в обыкновенной семье, нашел все, что искал в Юме, взбалмошной, но заботливой, готовой разделить все его приключения. Да что там разделить – возглавить. Лиса снова улыбнулась. «Он непременно совершит что-то прекрасное для семьи, папенька оттает и сразу же выдаст меня за героя». Слова, сказанные давным-давно Юмой, всплыли в памяти девушки. «Ну что ж, Гас, дело за малым, – подумалось ей. – придется тебе совершить что-то прекрасное».