Лиса. Аркан пророчества

Ребята сгрудились у входа, не решаясь ступить дальше. Но Лиса подвинула застывшего Нельга и, все еще опираясь на Юму, зашагала к арке. Эш последовал за ней. Имрин оказался неожиданно рядом, когда девушки подошли к белоснежному строению. Камень действительно мерцал, но по всей его поверхности шли символы. И когда свет озера отражался от поверхности камня, то становился ярче виден тот или иной символ. Лиса уже распознала стандартные портальные руны, однако, к ним здесь прилагались и иные, совсем незнакомые, а также части уже виденных ею орнаментов.

– Это портальная арка, – сказал Имрин, тоже разглядывающий символы.

– Хочешь сказать, что для того, чтобы встретиться со Светлой, нужно просто набрать адрес? – проговорила Лиса, скользя по арке взглядом.

– Вряд ли все так просто, – Гас всерьез воспринял ее вопрос и хотел уже было начать пояснять, но Лиса остановила его, тронув за плечо.

– Я тоже так думаю, – сказала она. – И все же это портал. Я даже узнала основные символы.

Гас кивнул.

– Значит, когда-то этим порталом пользовались, а после почему-то забыли? – вопрос Юмы был не в бровь, а в глаз.

– Знаете, что мне кажется? – голос Нельга из-за спин прозвучал чуть с эхом и от этого стало не по себе. По коже Лисы поползли мурашки, и она передернулась, как от холода. Впрочем, и от холода тоже. Жар уже перешел в озноб и по телу девушки нет-нет, да и пробегала дрожь.

Ребята повернулись к говорившему. Но тот выдерживал паузу, придавая своим словам значимость. Юма первая не выдержала.

– Послушай, сказочник, если тебе не терпится поделиться своими догадками, то чего молчишь? А если нечего сказать, то зачем привлекаешь так много внимания?

Она уперла одну руку в бок, словно заправская хозяйка трактира и Нельг сдался.

– Хорошо, хорошо, – быстро проговорил он, неловко улыбнувшись. – Привычка делать паузу, когда рассказываешь сказку, простите. Так вот, я думаю, что Хозяйка Севера была просто очень сильной магичкой, которая когда-то здесь жила.

– Считаешь, что тут можно жить? – с сомнением разглядывая пещеру спросил Имрин.

– Я думаю, это очень похоже на Источник, – сказала Лиса. Она посмотрела на Эша и тот уверенно кивнул, подтверждая ее слова.

– Вам, конечно, виднее, – пожал плечами Гас. – Я не видел еще Источников.

– Нет, он не похож на тот, что мы видели, – пояснила Лиса. – Но что-то здесь мне напомнило о нем.

Она посмотрела вокруг и остановила взгляд на озере.

– Может быть это отблески, а может руны, там они тоже были. Но если это Источник, то может и Проводник здесь? Проводник.

Девушка задрала голову вверх, ожидая ответа, ребята тоже ждали, но вокруг был слышен лишь плеск воды.

– Гас, – позвала Лиса. – Ты же умеешь строить порталы?

Вопрос ее отозвался эхом. Все хотели знать на него ответ. Гас не торопился отвечать.

– Теоретически, – лаконично ответил он, наконец.

– То есть ты, в поисках аномалии попал на территорию Северных Княжеств теоретически?

Эш хмыкнул на замечание Лисы, а Гас нахмурился.

– Я построил случайный портал и то, что меня не разорвало на тысячу кусочков еще не значит, что я умею строить порталы. Да, мастер Таннаэнын учил меня, и да, конечно, имея под рукой портальный камень и арку я построю портал по известным координатам. Но повторю, при наличии всего перечисленного, в том числе координат.

– Но в поисках аномалии ты же не применял все это? – уточнила Лиса.

– Лиса, – оборвал ее зубрила. – К чему ты все ведешь?

Девушка вытерла вспотевший лоб и посмотрела ему в глаза.

– Я о том, что при любом исходе нам нужно будет отсюда выбираться. Конечно, того снежного урагана хватит пока что, чтобы задержать погоню, которую возглавляет старший, но вряд ли это удержит его вовсе. Он не из тех людей, что откладывают собственные планы на потом. Он скорее из тех, кто выполнит их вопреки всему. Поэтому, имея под рукой арку, я спрашиваю, сможешь ли ты построить нам портал, чтобы убраться отсюда как можно дальше?

Имрин слушал ее внимательно, но на ее вопрос не ответил, лишь вздохнул.

– Гас, – Эш напомнил о себе, принимая сторону Лисы, – нам, конечно, не помешает убраться отсюда вовремя, но, если ты не можешь, никто не станет винить тебя в этом.

– Дело не в этом, – покачал головой Имрин. – Дело в том, что я помню только одни координаты. И это координаты Университета.

Тишина вновь повисла в пещере.

– Я помню координаты портальной арки в Рамелии, – отозвался Нельг.

– Да, – озадаченно произнесла Лиса. – Одно другого лучше. В Рамелии нам точно делать нечего, тем более что рамельская армия в данный момент осаждает границы Альдариона. А в Университете все арки под контролем столичной комиссии.

Эш погладил Лису по спине, а та закуталась поплотнее в шубу, чувствуя, как озноб все сильнее пробирает ее. Постояв несколько секунд, решая, что делать, она скинула шубу Юме на руки. Та принялась вновь натягивать ее на плечи девушки, но Лиса покачала головой.

– Мне она только помешает. Хотя…

Взяв шубу из рук сестры, она бросила ее прямо на пол перед аркой и уселась на нее.

– Так теплее, – сказала девушка, устраиваясь удобнее. – Было бы неплохо, если бы все вы немного отошли от арки. Хочу попробовать помедитировать. В прошлый раз это помогло. Вдруг и сейчас поможет.

Эш и Гас кивнув, как по команде сделали по два шага назад. Юма, глядя на них, отошла к Нельгу.

– Это может занять больше времени, чем кажется. Располагайтесь поудобнее, – предложила Лиса и, глубоко вздохнув, закрыла глаза.

Плеск озерной воды, легкий шепот и незначительные шорохи рассаживающихся ребят – это все, что она слышала. Сосредоточившись на собственном дыхании, девушка принялась отсчитывать вдохи и выдохи. Сбивала дрожь и Лиса начинала заново.

На третьем заходе закружилась голова и ее тело повело вправо, заставляя опереться рукой и вновь вернуться в прежнюю позу. На десятом затошнило. Хотелось отложить медитацию на какое-нибудь другое время, а не ловить все радости отката от выплеска. Но выбора не было. «Я пришла поговорить с тобой, – повторяла она про себя, игнорируя тошноту. – Поговорить». Поговорить, как же. Ей хотелось, чтобы все вернулось, все: магия, Кристиан, ребята. Но Светлая вряд ли решит помочь ей в этом. Тонкий, противный писк в голове набирал силу. Она попыталась его игнорировать, но писк был слишком настойчивым. Она тряхнула головой. В ответ на это раздалось шипение. Змеиное. То самое, которое она слышала у шамана. Страх прокрался в душу вместе с шипением. Так шипели змеи в ногах у ворона. Она помнила, как они копошились, переплетаясь телами. Скользкие, черные, с маленькими пастями и острыми зубами. Дрожь прошла по плечам, и она снова тряхнула головой, отгоняя видение. Слабым эхом отдался прежний зов, рычащий, нетерпеливый. Нет. Она пришла не к нему. Не к нему. Рассердившись, Лиса шумно выдохнула и открыла глаза.

Арка вся светилась. Белый камень словно налился светом изнутри. А за ней клубился туман. Белесый, а не темный, как обычно. Словно облако. Лиса обернулась, посмотрела на сидящих у стены ребят. Видели ли они туман и свечение? Юма о чем-то спросила Гаса, тот, вероятно, ей ответил. Лиса не услышала ни слова из этого. Эш внимательно смотрел на нее, но, когда она ему кивнула, он даже не прореагировал. Значит, она их видит, но не слышит, а они вообще видят ее медитирующей.

– Это же ты хотела со мной поговорить, – мягкий женский голос послышался не то из тумана, не то просто в ее голове. – а не они. Пойдем же. Я жду тебя.

Лиса на всякий случай обернулась, проверяя, что за ее спиной никто не стоит. Никого. Она поднялась и осторожно ступила в сторону арки. Шаг, другой. Шаги выходили маленькими. Ей все еще не верилось, что у нее получилось. Получилось ли? Светлая откликнулась. Арка подмигнула ей светом. Туман лизнул ее ноги, поглотив фигуру девушки до колен. Холодно не было, было легко. Она нырнула в туман всем телом и услышала, как сапоги ее шлепнули по воде. Словно во сне, она наклонилась и сняла их, оставив прямо тут же. Следом на берег упало платье, потом сорочка. Воды священного озера принимали лишь ее тело, необремененное лишним.

Вода была теплой, словно летом в озере. Так ей казалось. В тумане ничего не было видно, но она чувствовала, как вода поднимается с каждым ее шагом. Осталось лишь плыть. И она поплыла, позволяя воде укутать ее плечи, перевернулась на спину и закрыла глаза. Вода легко держала ее тело. Жар спал, осталось лишь тепло и тишина. Лиса лежала в воде и наслаждалась покоем. Верно, здесь правда был источник. Стихии внутри нее затихли, но на долю секунды ей показалось, что она ощущает свой резерв или что-то, что спряталось у нее внутри. Девушка прислушалась к себе. Внутренним зрением она заглянула в себя и увидела то, что не видела никогда раньше. Где-то глубоко внутри спал цветок, он ждал, когда она его позовет. Нераскрытый бутон его замер в ожидании пробуждения. Лиса потянулась к нему, но он отдернулся.

– Он не верит тебе. Ты хотела от него отказаться, – женский голос слышался и здесь, внутри. – Это мой дар. Но он не нужен тебе.

Лиса почувствовала тоску и жалость. Она не хотела, чтобы он исчез. Дар. Впервые она видела его так отчетливо и впервые не хотела с ним расставаться.

– Напои его, – подсказал прежний голос. – Напои его Стихиями, и он всегда будет с тобой.

Можно напоить его, но Стихии внутри нее молчали. Девушка осторожно потянулась к Огню. Он всегда приходил на помощь первым. Он наполнял ее крылья, был ее другом. Легкий толчок изнутри – и в руку ткнулся чей-то мокрый нос.

Лиса открыла глаза. Туман осел на воду, легкой дымкой накрывая озеро. А около ее ладони на воде лежала Янка. Радость расцвела в душе девушки. Янка! Взгляд саламандры был направлен на хозяйку и смотрела она с упреком. Лиса хотела было позвать ее, но ящерка покачала головой. Она была слаба и сейчас точно также набиралась сил. Саламандра, попеременно дергая лапками, подплыла и улеглась на груди девушки, где прежде была связующая их золотая татуировка. Ощущение счастья накрыло с головой. Янка жива.

Лиса снова закрыла глаза. Теперь она уже потянулась к Стихии увереннее. Если Янка вернулась, значит все возможно. И Огонь, словно почувствовав ее уверенность, легко отозвался. Он пробежал всполохами по ее рукам, огненной волной прошелся по глади озера, отразился от стен и потолка и вернулся в нее, вновь объединив их с саламандрой, будто сшил иголкой. Огонь послушно спустился по венам к бутону внутри и тот легко поглотил Стихию, сверкнув огненным отблеском. А в следующую секунду бутон дрогнул и открыл один из лепестков. Огненно-красный.

Лиса любовалась лепестком, но понимала, что этого мало. Нужна не одна Стихия. Нужны все они. Тогда она позвала Воду, и Вода заняла место Огня. Сбежав с рук девушки ручьями, она завертелась водными вихрями прямо по воде озера, разгоняя остатки тумана. Вихри сплетались и вновь расходились, танцуя и кружась посреди огромного зала. Искры от водных брызг отражались от вод озера, разбегаясь по стенам пещеры драгоценными каплями. Водные струи вновь объединились и ударили в саламандру, второй нитью сшивая ее с хозяйкой. Стихия достигла бутона и растворилась в нем. А тот в ответ раскрыл второй лепесток. Нежно-голубой.

Лиса потянулась к третьей Стихии и место Воды заняла Земля. Столь тяжело призываемая, сейчас она легко заструилась из ладоней девушки золотистым песком, освобождаясь и оборачиваясь уже в воздухе золотым тончайшим покрывалом. Лиса любовалась так редко используемой Стихией. Покрывало распадалось на миллион мельчайших песчинок и сходилось вновь, создавая чудные пейзажи из гор и обрывов. Пейзажи перетекали друг в друга, меняясь на глазах, разрастаясь до объема пещеры, пока не зависли под потолком и уже оттуда тонкой струйкой по одной песчинке проникли сквозь саламандру, скрепляя их с Лисой третьей нитью. Песчинки достигали бутона, растворяясь в нем по одной до тех пор, пока не закончился поток. Бутон ответил третьим раскрытым лепестком. Песчано-коричневым.

Воздух поднял волну из вод озера. Она достигла берегов пещеры и вернулась к ее центру. Воздушная волна облизала стены, собрав с них оставшуюся влагу. Справившись с этой задачей, Стихия закружилась под потолком, гудя и свистя на все голоса. И вдруг ухнула вниз, закрепляя результат предыдущих Стихий последней нитью. Бутон поглотил и ее, раскрывая четвертый из лепестков. Воздушно-серебристый.

Лиса с любовью посмотрела на разноцветные лепестки. Четыре цвета – четыре Стихии – четыре Лепестка. И лишь последний, пятый все еще спал, не давая цветку полностью раскрыться. У нее больше не было Стихий, чтобы напоить его. Янка шевельнулась на груди. Она подняла голову и посмотрела хозяйке в глаза. Зрачки саламандры огромные, темно-карие с огненными искорками. Удивительно, что Лиса раньше не замечала, какие они необычные. Привыкла, вот и не замечала.

– Пятая стихия во мне, – услышала она голос Янки.

Как так, пятая Стихия в ней? Какая пятая? Ментальная? В Янке? Лиса молчала, но саламандра слышала все ее вопросы и лишь спокойно кивнула в ответ.

– Доверься мне, – попросила ящерка. Лиса кивнула, принимая ее помощь. Она закрыла глаза и увидела, как метнулась странная полупрозрачная нить к пятому лепестку и тот дрогнул, впитывая ее. Дрогнул и раскрылся. Прозрачный, словно стекло. Цветок закружился внутри, сплетаясь лепестками, меняя цвета друг за другом.

Лиса зажмурилась, чувствуя, как там, внутри нее рождается что-то новое, что-то неизвестное. Словно все ее тело разобрали на мелкие частицы, переделывая, перекраивая наново, создавая новую Лису. Это было больно. Стихии кружились внутри, кусая, обжигая, причиняя все новую и новую боль. Они подняли истерзанное тело девушки в воздух. Лисе казалось, что она чувствует каждую свою клеточку. И каждая из этих клеточек вопит от боли. Тело ее закружилось вместе со Стихиями. Волосы разметались, волной укрывая спину. Даже они сейчас болели. Жар завладел телом так, как никогда прежде. Он поглотил все, подчиняя себе все ее тело вплоть до кончиков пальцев. Она закрыла глаза и увидела, как изнутри все залило белым светом. Он настолько разлился, что проник даже под ее веки, ослепляя, вырываясь наружу. Вот тогда она не выдержала и тоже закричала, обнимая себя руками и кружась в этом танце боли.

Яркий белый свет вспыхнул над озером. Ребята вскочили со своих мест. Эш метнулся к тому месту, где сидела Лиса, но то, что они посчитали ее телом, развеялось призрачной дымкой. Юма, закрывшись от света рукой, шагнула в арку и увидела лежащую одежду сестры. Подняв ее платье, она в отчаянье обернулась к ребятам.

– Ее что, больше нет?