Принцесса-кошка

Драгоценности и когти

В этот замок невероятно сложно попасть. А вот легко ли отсюда сбежать? Тобиас глянул на веревочную лесенку, сброшенную вниз из окна не самой высокой башни. Ее конец не доставал до земли метров на пять. Да, он влип! Придется выходить не через окно, а через обычный вход. Благо на страже там никто не стоит, кроме статуй. А то с мешком краденых драгоценностей его бы точно задержали и четвертовали.

Тобиас попытался засунуть в мешок еще и бриллиантовую тиару, которую только что заметил. Она уже не влезала. Мешок и так полон украшениями доверху, а карманы набиты золотыми монетами с чеканкой Кошачьего Королевства. Так, по крайней мере, обозвал страну сам Тобиас. В прежние времена она называлась как-то еще. Теперь ее вернее было бы наречь виноградным краем, потому что все кругом заросло виноградом и розами. Симпатичная служанка поведала Тобиасу, что один поваренок как-то раз пытался удрать отсюда с корзиной краденых апельсинов. Виноградные лианы якобы поймали мальчишку в сеть и разорвали его на кусочки.

– Дорога к Кошачьему замку вымощена костями тех, кто пытался сюда дойти, и пропитана кровью всех, кто был приглашен и сбежал от нас, – призналась за ужином красавица, бывшая наперсницей местной принцессы. – Если выйдешь в пустошь за замком и присмотришься, то песок там перемешан с человеческими черепами и останками тел. Ты зашел в опасное место. Здесь привечают лишь сверхъестественных существ, но ты посол. Послов приходится впускать.

Тобиас помнил, как прождал под воротами без малого три дня и три ночи, пока над ним смилостивились и пропустили. Сами ворота напоминали пасть мифической твари. На цепях лебедки жили проказливые лепрехуны, которые дразнили каждого, кто пожелал войти. От лоз винограда на крепостных стенах вроде исходил какой-то странный шепот. Или ему так почудилось от долгого ожидания. О чем только думали обитатели замка? Он ведь мог получить солнечный удар или погибнуть от обезвоживания. Единственный колодец вблизи замка прогнил, и в нем поселились какая- то водяная тварь, засыпавшая посла загадками. Это она впервые назвала королевство Кошачьим. Тобиас понял почему, только когда повстречался с исцарапанной красавицей, исполнявшей при принцессе обязанности и управляющей замком, и фрейлины.

– Тут опасные места; безлюдные, пропитанные магией, – поясняла она, изучая королевскую печать на доставленном Тобиасом послании.

– Так почему бы вам не переехать ко двору моего сюзерена?

Красивая брюнетка Тобиасу сильно понравилась, несмотря на царапины на ее плечах и шее.

– Если б отсюда было так просто уехать, – вздохнула она так, будто каретного сарая с лошадьми в замке и не было.

Тобиас вначале принял ее за безобидную сумасшедшую, начитавшуюся сказок, но со временем сообразил, что не все так просто. В замке будто сам черт поселился. Кошачьи портреты правящей династии перемежались с человеческими. Гобелены были изорваны когтями. Зато королевская казна оказалась полна драгоценностей. И не вина Тобиаса, что он решил ограбить замок. Здесь с ним так обошлись, что иначе и сделать было нельзя.

Он изловчился и засунул роскошную тиару себе за пазуху. Кафтан вздулся от нее. Дышать стало тяжело. Бриллианты холодили грудь так, будто сердце замерзало льдом.

Всю сокровищницу с собой не увезешь, как ни старайся. Слишком много богатств осталось грудами лежать в сундуках и кованых ларцах. А на бархатных подушечках в глубине сокровищницы оказалось еще много сверкающих корон. Тобииас смотрел на них с большим сожалением. Он и так набрал больше, чем хватало сил нести.

Все, пора удирать отсюда, а сюда следует привести королевские полка, чтобы всех кошек посадили на поводки.

Тобиас усмехнулся своему плану. Может, все окажется не так уж просто. Но войска разберутся с местным населением куда лучше, чем он один. Мирно тут не договоришься.

Жадный посол все же потянулся к блестящей рубиновой короне. Как он раньше не сообразил, что ее можно надеть на голову, а недорогой берет выбросить. На такие деньги, какие можно выручить за кошачьи драгоценности, он себе вместо этого берета скупит весь бархат Алуара. Пальцы Тобиаса уже почти дотянулись до желанной короны, как вдруг по ним царапнули ловкие крепкие коготки. Ну и острыми они оказались! Тобиас завыл от боли. Вместо мизинца и среднего пальца остались неровные обрубки.

Кошки так не царапают. Да это и не кошка. Кошачьи когти не бывают размером с человеческие пальцы, да и рукавов с кружевными манжетами кошки не носят.

Выяснять, кто его покалечил было неуместно, как и выражать протесты. Вор здесь он, а не напавший. Тобиас кинулся прочь, роняя по пути кольца и браслеты из перезабитого мешка.

Хорошо, что он недавно заприметил мраморную лесенку, спиралью спускавшуюся в сад с парапета башни, где хранились сокровища. Как будто для воров специально сделано. Отличный тут был архитектор. Спланировал все на пользу грабителей.

Ступеньки вели в ночной сад, прямо в гущу зарослей лаванды и бальзамина. Запах цветов был удушливым. Зато охранников в саду нет. А вот калитка для садовника где-то там точно должна быть.

Драгоценности из мешка выпадали так часто, будто в нем проделали дырки. Тобиас наступил на оброненный перстень, не удержал равновесия и упал. В ногу тут же до боли впились то ли ножи, то ли когти.

Мешок выпал, сверкающее содержимое рассыпалось по цветочной куртине. Быстро все эти дорогие побрякушки уже не собрать. А время поджимает. Тобиас не видел преследование, но чувствовал, что за ним что-то двигается. Всего лишь виноградные лозы оплетавшие стену изменили положение. Бывает же! Они вдруг стали напоминать змей. Несколько лоз обвилось вокруг его ног и рук. А вот это уже не шутки. Лозы скрутили конечности, как веревками. На коже под ними выступила кровь. Может мифы о растениях, поедающих беглецов, это не выдумка?

– Коготки хозяев ранят воров до смерти! – какая-то дама в непрозрачной вуали уже стояла рядом, будто из-под земли выросла.

– Нет, я не вор. Я посол, – Тобиас затрепыхался в путах и ощутил, как лозы впиваются глубоко в мясо.

– Тихо! – дама поднесла к его лицу ручное зеркальце. В нем Тобиас увидел, как сильно исцарапаны его скулы, нос и подбородок. Вот почему так больно.

Он бы хотел увидеть лицо дамы, но вместо лица она продемонстрировала когти. Такими когтями можно и до смерти зарубить. Они длинные, как лезвия стилета.

– Воры здесь находят свою смерть, – почти пропела незнакомка.

Тобиас охотно ей поверил. Особенно когда белые острые коготки, чем-то напоминавшие кошачьи, метнулись к его горлу. Корона с его лба давно упала, а вот послание от местной принцессы королю все еще лежало, свернутое трубкой, у него в кармане. Похоже, оно теперь так и останется недоставленным.

Бродячий менестрель

– Все! Надоело! Буду жить сам! Скитаться по дорогам и зарабатывать себе на пропитание игрой на лютне! – с пафосом провозгласил Брендан.

Кот, лежащий внутри короны, деловито муркнул и перевернулся на другой бок. Сворачиваться клубком внутри большой королевской короны стало его любимым делом. Он напоминал короля, который спит внутри символа своей власти.

Было жаль бросать Мерзавца. Но тут о нем позаботятся. Все его выходки терпят, потому что он кот очень редкой породы. К тому же кот самого короля.

– Давай прощаться, котяра! – Брендан протянул к нему руку, чтобы погладить на прощание и зря сделал. Гордый кот проснулся лишь для того, чтобы царапнуть по ладони своего приятеля всеми пятью когтями.

– Ах, ты… недаром тебя прозвали Мерзавцем, – Брендан дул на ладонь, но боль не затихала.

Как там поучал смотритель королевских париков? Королевское имущество нельзя трогать без спросу. А ведь белый пушистый алуарский кот по кличке Мерзавец это тоже как никак королевское имущество. Для него даже лежанку поставили в кабинете короля.

Сам Брендан сегодня тайком прокрался сюда лишь для того, чтобы забрать медальон с портретом родителей. Нужно было бы и денег прихватить с собой, но это бы уже было воровством. Сам как-нибудь заработает себе на хлеб. Если менестрели даже при королевском дворе востребованы, то музыкой не так уж сложно прокормиться. Брендан разучил набор разнообразных песен, сменил одежду на самую простую и приготовился к сложностям грядущего. Лучше скитаться по пыльным проселочным дорогам, чем жениться на капризной вдове из соседнего королевства, с которым дядюшка-король решил заключить союз. Влиятельным родственникам может взбрести в голову все, что угодно. Значит, лучше обходиться без таковых. Одному жить удобнее.

А что насчет женитьбы? Жениться в ближайшее время Брендан вообще не собирался. Красивых девушек кругом слишком много. Чтобы выбрать себе в качестве обузы на всю жизнь какую-то конкретную из них, нужно совсем сдуреть от любви.

В Алуаре и свести с ума запросто могли. При дворе дяди как раз содержалась одна загадочная пожилая дама по имени Эффигения, которая одевалась исключительно в черное и слыла мастерицей по приворотам. Она хвасталась, что обработала магией нескольких дерзких юношей так, что они спрыгнули с башни и разбились насмерть из-за безответной любви.

Это еще один предлог, чтобы бежать из королевства дяди. Иначе и его приворожат к какой-нибудь беззубой седой вдове.

Брендан с радостью обнаружил, что в шумных коридорах замка его никто не узнает. Стоит лишь бедно одеться, и ты уже не племянник короля. К тому же он сумел освоиться с тайными ходами за сдвижными панелями стен и мог проникнуть всюду, не раскрывая дверей. Вот и сейчас он был в запертом королевском кабинете совершенно один, а снаружи долетали чьи-то разговоры.

– С востока приходит все больше опасности, и даже леди Эфигения больше ничего не может предпринять.

– Как можно выставлять ворожею против опасности, если есть войска?

– А как можно выставлять войска не против людей, а против черного тумана.

– Говорят, скоро все решиться, а если нет, то придется воевать все равно.

– Оружием или магией?

– В борьбе все средства хороши.

– А может просто закрыть глаза на все, что происходит, пока к нам напрямую не обратятся с ультиматумом?

Похоже на голоса советников! Брендан в них тут же разочаровался. Мудрейшие мужи королевства напились так, что несут какой-то бред. Скоро от собственной тени шарахаться начнут, подозревая, что в ней поселилось нечто магическое. Что такого сделал им дядя-король, что они с горя начали спиваться? Обычно они ходили по замку надутые, как павлины, и толкали заумные речи. Это было, когда Брендан их видел. Сейчас до него доносились лишь испуганные голоса. Хорошо, что сам он не пил даже после яростных ссор с королем из-за своего будущего и даже в такие моменты, когда разъяренный его поведением дядя угрожал его казнить.

– Если бы не добрая память о твоей скромнице-матери, то твоя бы голова уже красовалась на шесте, – любил повторять дядя.

Брендан давно перестал ему верить, так часто он слышал подобные пустые угрозы. На самом деле дядя жалел его и не стал бы казнить даже в случае государственной измены. Ведь всегда можно и выгородить провинившегося, и казнить невиновного. В королевстве много несправедливого творилось, и черная магия Эфигении иногда будто проникала сквозь замочные скважины, внушая тоску, от которой хотелось выть.

Брендону вдруг показалось, что его тень превратилась в какое-то мифическое рогатое существо и пританцовывает на полу независимо от действий своего хозяина.

Все хватит! Достаточно иллюзий, оптических обманов, внушений и упреков дяди. Лучше быть свободным, чем знатным и богатым. Брендан свой выбор сделал. Главное, чтоб ему никто не помешал уйти восвояси. Погоня тоже была бы неприятной накладкой, поэтому Брендон умело замаскировался, даже кожу измазал перетертым шоколадным порошком, чтобы сымитировать загар. Теперь он похож на бродяжку.

– Приятных тебе снов в неволе, Мерзавец, а меня больше опекун не достанет! – Брендан перекинул сумку через плечо, прихватил лютню и был таков.

Феи и гадалки

На свободе! Наконец-то! Охранники у подъемного моста даже его не узнали. Брендан ощущал себя героем, пока не заметил группу симпатичных цыганок на базарной площади. Раньше хорошенькие гадалки в пестрых платьях обступили бы его толпой и начали наперебой обещать разные пророчества. Ну, раньше он был герцогом. На нищего менестреля они естественно не обратили внимания.

Зато три грациозные крылатые дамы мигом подпорхнули к нему. Брендан опешил от неожиданности. Это же феи! Настоящие феи с цветастыми крыльями за спиной! Он только слышал о феях, но никогда не видел их близко, за исключением одной из фавориток дяди, которую изредка принимали при дворе, но свои крылья она всегда деликатно прятала, сворачивая их за спиной в форме накидки. Эти же три красотки горделиво распахнули крылья и взмахивали ими, будто громадными веерами. Две феи были брюнетками, одна блондинкой, в кудрях которой росли фиалки. Ну и чудеса! И такие создания гуляют по рыночной площади! А сколько же чудес поджидают в лесу за городом. Зря он так долго просидел дома. Стоило двинуться в путешествие намного раньше. Вот только жаль, что не разношенные сапоги начали натирать ступни, едва он вышел за пределы замка. Как бы кто не заметил, что сапоги на нем новые. Он ведь все-таки разыгрывает из себя попрошайку. Брендан опасливо оглянулся на подъемный мост.

– Какой ты миленький, – феи уже перебирали его волосы. – Пригожий, как летний денек. А нам как раз одиноко.

– Сыграй нам! – предложила блондинка, заметив лютню, болтавшуюся у него за плечом на кожаном ремне.

– Вначале давайте монету? – Брендан вспомнил, что должен играть выбранную роль, а не разевать рот на диковинки, повстречавшиеся на пути. – Забесплатно я не играю. Только за деньги или за похлебку.

Вот так! Он высказался с выражением, как актер на сцене бродячего театра. Бродячих актеров часто приглашали выступать на королевских пирах, поэтому ему было у кого поучиться.

– А не хочешь в обмен на исполнение желания? – лукаво улыбнулась светловолосая фея.

Брендан засомневался. Уж что-то очень хитрой она выглядит.

– Сыграй, а не то проклянем! – разозлилась одна из брюнеток. Она была красивой, и явно не привыкла, чтобы парни ей в чем-то отказывали.

Феи закружились над головой Брендана цветным ураганом, даже берет сорвали и бросили в лужу. Не феи, а хулиганки. И зачем он ушел из замка? Или они прихвостни опекуна, не желающие пустить его в открытый мир? Сговорились небось со стариком-королем?

– Отстаньте! – Брендан уже жалел, что сразу им не сыграл. С волшебницами лучше не торговаться. К счастью мимо проходила группа цыганок.

– Вот с кем я пришел, – соврал Брендан, чтобы оторваться от фей. – Они вас могут проклясть ничуть не слабее, чем вы меня, если не отстанете.

Как ни странно, феи ему поверили и тут же отстали. Ну и пугливые! А вели себя, как задиры! Зато общение с цыганками оказалось куда проще и приятнее. На его лютню они и не глянули.

– Хочешь предсказание, милок?

Одна из гадалок сразу попросили монету. Хоть честнее фей. Монетка как раз завалялась в кармане. Это все, что у него осталась от королевского пособия. В дальнейшем придется зарабатывать на жизнь самому.

Молодая цыганка с пронзительными черными глазками долго изучала его ладонь, а потом вдруг с отвращение сплюнула на землю.

– Что-то не так? Я мало заплатил? Или я рано умру? Или я проклят?

– Последнее вернее всего.

– Что? – Брендан опешил.

– Ты женишься на монстре! – выдержав театральную паузу, изрекла гадалка.

И за это стоило платить!

– Как это? Ты уверена?

– Точно!

И за такое пророчество он остался без обеда.

Всю жизнь прожить с чудовищем! Ради такого сбегать от опекуна не стоило. Хотя, вероятно, если его поймают и вернут назад, то король как раз женит его на какой-нибудь старой карге с большим приданым, и таким образом пророчество сбудется. Что уродина, что чудовище по сути одно и то же. Гадалка могла ведь использовать метафору. Если только она знала, что это такое. А если не знала, то руководствовалась лишь тайным зрением. Такие ли мастерицы цыганки в предсказании судьбы, как о них говорят? Стоит ли им безоговорочно верить?

У Брендана был такой огорченный вид, что прохожие оглядывались на него с жалостью.

– Вот и мне они счастье предсказали! – прокряхтел убогий калека у моста. – Да только не сбылось.

– Ну, может и у меня тогда не сбудется! – обрадовался Брендан.

Аж от души отлегло. Он бы бросил в оловянную кружку калеки монету, да у самого не осталось. Последнюю за предсказание отдал.

Жениться на чудище! Ну и нагадают же! Думают раз молодой, значит глупенький. Поверит во всем, что ему не скажи.

Цыганки зазывно трясли тамбуринами, но Брендан уже спешил обойти их стороной.

Спящие поля

По пыльной дороге пронеслась кавалькада рыцарей. Брендан поспешно отскочил в кусты, чтобы они его не заметили. Хотя, судя по гербам, все всадники были не из вассалов его дяди. Чем-то статные рыцари напоминали эльфов в серебристых латах. Среди них даже одна дама была – белокурая красавица верхом на белоснежном коне. Вот на такой он бы точно женился и убегать бы из-под венца не стал, но такую ему, увы, никто не предложил.

Брендан сочинил бы в ее честь оду, но времени не хватало. Кавалькада быстро промчалась мимо. Лишь облака пыли остались на дороге.

Дорогу он, кстати, выбрал наугад. Нужно было, наверное, стащить карту из кабинета дядя. А так он даже не знает, куда идет, и есть ли там впереди хоть какой-то населенный пункт. Или на много миль вперед протянулись одни леса?

Да, ладно, утешил себя Брендан. Различных королевств и княжеств в мире полным-полно. Если упорно идти вперед, то до какого-нибудь государства в итоге добредешь.

Дремучий лес уже к вечеру сменился пустошью, которой, казалось, не было ни конца, ни края. Или это поля, а не пустошь? Брендан помнил, что ступил на сухую потрескавшуюся землю, а теперь под подошвами у него примятая рожь. Она еще едва дала всходы, а чуть вдали уже растут высокие колосья. Как так может быть? Разве все стерни поля засеивали не в один и тот же период?

Подозрительно все это, но поворачивать назад не хотелось. Брендан побрел дальше. Птицы вокруг полей летали какие-то странные с красными злыми глазами. Чтобы взбодриться, юноша затянул веселую песенку. Слова в ней были юмористическими, но на полях она почему-то звучала мрачно, как похоронный гимн. Это у него с голосом что-то не так или тут живет колдовское эхо, о котором так много говорила леди Эфигения? Обычно оно дразнит людей, забредших на запретную и заколдованную территорию.

Глупость! Не могут поля быть заколдованными.

– Эй, менестрель!

Брендал озирался в поисках того, кто его окликнул. Кругом не было никого, кроме соломенного чучела, на которое зачем-то вместо обычной старой рубахи надели нарядный кафтан шута и пеструю шляпу с бубенцами.

На этом поле даже чучела выглядят роскошно. А рожь кажется отлитой из чистого золота. Брендан нагнулся и вырвал одну соломинку. И зерна, и плевела в ней были холодными и золотыми. Он так изумился, что чуть не выронил дорогую вещь. Наверняка, на эти поля его завела сама Фортуна. Если нарвать такой ржи, то можно купить собственное имение.

– Рано радуешься!

Опять навязчивый голос из ниоткуда! Рядом только чучело. А чучела, как всем известно, не живые и говорить не умеют. Разве только под землей поселились лепрехуны и дразнят его. Обычно это они хранят клады. Поле золотой ржи может оказаться их шуточкой. Наверняка, они ждут, как он будет жадно ее собирать. Тогда можно посмеяться над дурачком, который выкинет из узелка все вещи, чтобы наложить туда ржи, которая наутро из золота обернется в обычные стебельки.

– Уходи отсюда!

На этот раз стало понятно, что глухой хриплый голос точно исходил от чучела. Брендон остановился перед ним, смотря на его лицо снизу вверх. Рта было не видно под бубенцами шляпы. Зато само чучело на шесте почему-то напоминало распятого на поле человека.

– Куда уходить? – удивился Брендан. – Кругом одни поля. Куда ни пойдешь, впереди лишь поле.

– Впереди замок.

– Не вижу никакого замка.

– Если не видишь, это еще не значит, что его нет.

Брендан был так поражен, что чучело шута с ним заговорило, что над смыслом его слов особо не задумывался.

– Я был как ты, пришел сюда подшутить над уродливой принцессой, у которой какой-то маг отнял красоту за ее строптивый характер. Шутить я умел, но смотри, что за мои шуточки со мной стало!

– Но я не собираюсь ни над кем шутить.

– Тогда зачем тебе лютня, если не для аккомпанемента фривольным песенкам?

– Я пою исключительно хорошие песни, – возмутился Брендан. – Причем личного сочинения. Хочешь послушать?

Стоп! Чучело ему за игру не заплатит. С чего он так охотно достал лютню? Разве только это существо на шесте его околдовало. Вдруг оно живое? Брендан коснулся ноги чучела. Под кафтаном у него солома. Значит, оно все-таки не живое, но магическое это уж точно.

– Не играй! – предостерегло оно.

– А что местные правители запретили музыку? – тут же огрызнулся Брендан. Он и сам забесплатно играть не собирался, но раз ему запрещают, то это уже профессиональная обида.

– От громких звуков проснутся они.

– Кто?

– Те, кто под полем. Они бывают разными: мелкими и большими, как великаны, уродливыми и статными красотками, но вступишь в их хоровод и ты пропал. То же самое, если сорвешь что-то здесь. Они не выносят воров.

Брендан быстро выбросил золотой колос, хоть это и расточительство, но если из-под земли за ним кто-то следит, то лучше не воровать. Хотя чучело могло и врать. Но перестраховаться не лишнее. Ведь королевской свиты с ним сейчас нет. Если влипнет в неприятности, то и защищаться придется самому.

– Кто они такие? У них есть название? Говоришь, они обитают под землей, как лепрехуны?

Но чучело уже замолчало. Зато его поза вдруг изменилась. Одна его рука указывала в том направлении, откуда Брендан пришел.

Ага! Значит, оно добивается, чтобы он повернул обратно. Все это, скорее всего, магические фокусы леди Эфигении. Наверняка, дядя уже заметил отсутствие племянника и велел своей ведьме его разыскать. Там где стража оказалась бессильна, действовала Эфигения. Но с ним эти штучки не пройдут. Он уже ушел достаточно далеко от Алуара, чтобы чары королевской колдуньи не могли его настигнуть.

Нужно быстрее идти дальше. Чем дальше он уйдет, тем больше ослабнет ее магия. Брендан пошел вперед, наперекор совету чучела. А если там впереди, действительно, есть замок, то у него будет ночлег и ужин. В феодальных замках бродячим актерам и менестрелям сплошное раздолье. Скучающие хозяева обычно ждут развлечений и готовы за них предоставить и ужин, и кров.

– Не ходи! Не ходи! – какие-то жужжащие насекомые попытались залететь ему в уши. Брендан с трудом их отогнал.

Под ногами чуть вибрировала земля. Поля вдруг начали казаться живыми и дышащими, как будто вместо земли под колосьями ржи дремлет великан, но стоит ему встать и Брендана самого сметут с ног, как мошку. Может, и впрямь не стоило сюда заходить?

Да, что это с ним? Разве он не считал себя самым смелым, когда подшучивал над министрами дядюшки.

– Глупый парень, ты даже не знаешь, кто спит под полем!

На этот раз чучела рядом не было. Значит, голос исходил либо из пустоты, либо от крупной черной птицы, которая кружила над полями.

Все это шутки Эфигении, снова утешил себя Брендан. Хоть она и осталась в королевском замке, но ее злая сила простирается далеко за его пределами. Нужно спешить. Чем больше миль он пройдет, тем слабее станет ее колдовство. Угораздило же дядю спутаться с ведьмой! Если б Брендану по пути подвернулся волшебник, то он бы ради злой шутки попросил приворожить дядюшку-короля к Эфигении. Таким образом он рассчитался бы с долгами и обидами. Дядя оказался бы принудительно женатым на ведьме, и раздумал бы на будущее лезть в чужую личную жизнь.

Хотя, говорят, с волшебством не все так просто. Не всегда магические планы срабатывают так, как ты рассчитывал. Иногда получаются сбои. А магические сбои способны привести даже к гибели мира, если верить словам мудрецов.

Брендан заметил, что колосья на полях вместо золотых на ощупь оказываются обычными. Видно, хорошо он сделал, что ничего не сорвал. Иногда стоит слушать предупреждений.

Хотя последнее предупреждение он не послушал, раз бродит в поисках замка. Ну, замок это не поля. Там нельзя так наколдовать, чтобы под ногами вдруг появлялась странная растительность. Поле видоизменялось. Вначале были пшеница и рожь, теперь ячмень и бобовые стебли, на которых живут жуткие кусачие букашки. Эти букашки еще и светятся ярче, чем светляки. И вот впереди уже виноградники и кукурузные заросли. Кто-то наколдовал здесь, смешав все растительные культуры?