Крысиные тропы. Как наркомафия контролирует мир

Наркобизнес прогрессирует

Наступление «дикого» рынка в нашей стране в 8090-е годы и устремление к приоритетам рынка в Восточной Европе при отставании политической и правовой культуры не только развязали руки криминальным дельцам, связанным с производством, торговлей и потреблением наркотиков. Безнаказанность резко активизировала «отмывание» международной мафией криминальных доходов именно на территории России с последующим переводом денег за границу.

Если прежде развитие этого процесса связывалось в основном со странами Латинской Америки, частично с Африкой и менее всего с Европой, то в конце 80-х перестройка и либерализация экономической жизни, а в наших условиях правовой беспредел, блатные связи и право сильного во многом скорректировали этот процесс. Жажда бешеных денег (а самые легкие деньги – это наркотики) любой ценой, неразбериха в правовом поле бывшего Союза, эскалация военных конфликтов, националистическая позиция многих бывших союзных республик способствовали развитию этого процесса.

Разрушению хозяйственной системы России, проникновению грязных денег через различные посреднические фирмы, активизации национальной сети наркобизнеса, ее слиянию с мировой наркосистемой способствовали также следующие факторы:

– бессилие, а часто и нежелание правоохранительных и финансовых органов выявлять и устранять стремительно развивающиеся и все более изощренно маскирующиеся потоки отмывания наркоденег;

– слабость экономической системы России, явившейся следствием распада Союза; обесценивание национальной валюты России по отношению к доллару и другой твердой валюте;

– усиливающееся хождение чужой валюты на внутреннем рынке при отсутствии правовой базы;

– слабое знание служащими финансовых и других учреждений способов и характера проникновения «грязной» валюты, которая после отмывания возвращается за рубеж.

Все это сказалось на процессе экономического реформирования, усугубило растерянность юридических, государственных чиновников и большей части политиков. Для них до сих пор неясен механизм отмывания денег, что не способствует созданию эффективных законов и нетерпимости в борьбе с этим явлением. Глубинный системный анализ явления не стал правилом. Разобщен и узок круг специалистов, занимающихся этой проблемой. Сама тема, к сожалению, пока остается закрытой. Информация о ней фрагментарна. Нет сети подготовки кадров для решения этой проблемы. Непосвященность управленческих кадров России в эту проблему вопиющая.

Что можно сказать о характерных чертах развития современного наркобизнеса?

Наркобизнес во всем мире – запрещенная законом деятельность. Мировым лидером наркомафии являются США: объем доходов, получаемых здесь в результате отмывания грязных денег, по оценкам специалистов, приближается к 100 млрд в год. Однако при освещении опыта рыночного хозяйства США в современных программах «Mass Media» России эта сторона дела не освещается. Правоохранительные органы США отмывание грязных денег, т. е. легализацию доходов от криминальной деятельности, ставят на второе место среди экономических преступлений после укрывания от налогообложения. По оценкам специалистов, во всем мире наркомафия получает еженедельно более одного миллиарда долларов. Из них 60 % инвестируется в легальный бизнес, а другая часть идет на «расширение производства», оседает в виде личного капитала. Кроме того, по оценкам экспертов американской ассоциации экономического прогноза «Уортон эконометрик форкастинг асошиэйшн», общая сумма прямого и косвенного ущерба от экономических преступлений в экономически развитых странах достигает 310 % валового национального продукта (ВНП), а в развивающихся странах эта цифра составляет 15 % и более.

Вливание наркоденег в экономику развивающихся стран – это уже норма. Они даже стимулируют экономический рост, но лишь на самом начальном этапе экономических преобразований. Далее они, как раковая опухоль, разъедают национальную экономику, усиливая откачку капитала из страны, ослабляя ее экономические позиции. Примером может послужить Колумбия 80-х годов. При скудности экономики страны вливание 12 млрд долларов из 45 млрд, получаемых от занятия криминальной деятельностью, повлияло на показатели экономического роста – до 5 % в 1988 г. На фоне других государств это было заметным. Однако экономическая либерализация недолго тешила взгляд своими цифрами, постепенно сковывая национальную экономику рамками своих правил игры.

Можно сказать, что в России разыгрывается тот же марионеточный спектакль для простофиль. Механизм инвестиций грязных денег в хозяйственные структуры до умиления прост. Итак, место действия – Россия, время представления – 1993 г. На уличных толкучках городов на необъятных просторах России происходит скупка приватизационных чеков по «смешным» ценам – по 5–7 долларов, идет массовая спекуляция валютой. Так происходит легализация части криминально добытой валюты на фоне обесценивающегося рубля путем приобретения приватизационных чеков. Теперь можно сказать, что неспроста деятельность чековых инвестиционных фондов всегда вызывала пристальное внимание правоохранительных органов. В России их более 300. На этапе их создания господствовала только частная, а не государственная инициатива. И понятно, почему. Меньше контроля. Организаторами таких фондов были те, кто к концу 1992 – началу 1993 г. сумел, теперь уже ясно как, сколотить первоначальный капитал. В характере деятельности этих фондов в начале 1993 г. четко прослеживаются три тенденции:

1средств и получение учредительной прибыли. По этому пути шли бывшие организаторы бирж, брокерских контор. Организацию популярных коммерческих фирм, использующих возникающие в условиях реформирования правовые ниши, осуществляют профессионалы. Использование таких фирм необходимо для отмывания капитала и ускоренного его накопления. Вопреки требованиям законодательства сфера деятельности фондов не является гласной, часто она скрывается и от акционеров, называясь коммерческой тайной. Между тем сфера деятельности таких фондов весьма разнообразна: от скупки акций приватизируемых предприятий с последующей их продажей тем же предприятиям, зачастую через доверенных лиц, до элементарной спекуляции ваучерами, валютой, включая грязную;

2средств для финансирования каких-либо отраслей. Обычно этим занимаются специализированные чековые фонды, созданные в этих отраслях. Предполагается, что они противодействуют размыванию контрольных пакетов акций, на самом же деле их деятельность сводится к спекуляции валютой. На руках у населения России находится до 1 млрд долларов;

3инвестиций в ценные бумаги и управление ими в интересах акционеров – держателей приватизационных чеков (через так называемые инвестиционные фонды). По вполне объективным причинам эта цель в настоящее время неосуществима. Во-первых, вторичный рынок ценных бумаг пребывает пока в зачаточном состоянии из-за отсутствия государственной протекции, хотя приватизация объявлена государственной политикой. К тому же без создания общенациональной расчетно-депозитарной инфраструктуры, включая именные ценные бумаги, создаются новые ниши для ловкачества. Во-вторых, к управлению «портфелями» фондов допущены люди, не имеющие нужной квалификации. В-третьих, нет специалистов, способных выступать в роли маркет-мейкеров на вторичном рынке ценных бумаг, не предусмотрена схема подготовки государственных служащих и специалистов-дилеров. Сегодня на этом рынке, пользуясь слабым контролем со стороны финансовых и иных учреждений, призванных отслеживать ситуацию на рынке, действуют дельцы, сбивающие личный или корпоративный капитал.

Так как наркоструктуры в основном оперируют наличными средствами, само использование полученных наркоденег является уязвимым звеном в цепи функционирования наркосистемы. И как свидетельствует мировая практика, оборот наркоденег очень сложный и выходит за пределы одного государства. Крупные дельцы занимаются как раз перемещением денег, а не наркотиков.

В последнее время понятие «отмывание грязных денег» означает не только легализацию доходов от наркобизнеса, но и узаконивание доходов практически от всех видов криминального бизнеса: незаконной международной торговли оружием, мошенничества, вымогательства, азартных игр, контрабанды, проституции. Любое экономическое преступление нуждается в легализации грязных денег, а тем более такие высокорентабельные преступления, как незаконный оборот психотропных и наркотических веществ. Наркобизнес – самый рентабельный. По данным МВД РФ, на один вложенный рубль приходится прибыль до 1000 рублей. Своевременное выявление и пресечение наркоопераций тем, что оборачиваемость средств не превышает недели.

Документом, принятым Комиссией по наркотическим средствам Экономического и социального совета ООН, для правоохранительных и других органов определено понятие «отмывание денег». Под ним подразумеваются такие операции с денежными средствами, которые направлены на то, чтобы скрыть истинный источник их происхождения. В государствах, где уже ощутили влияние наркобизнеса на национальную экономику и где, используя правовые механизмы, стремятся упредить его деструктивное влияние, в последние годы принимаются направленные правовые меры на государственном уровне. Одним из первых в США в 1986 г. был принят закон о контроле за легализацией полученных незаконным путем денег. На правовом уровне впервые квалифицируется этот вид экономических преступлений. Он квалифицируется как получение от любой криминальной деятельности доходов, которые перемещаются, трансформируются, конвертируются или смешиваются с законно полученными средствами с целью маскировки или сокрытия их истинного происхождения, источника или собственника. Нарушение установленных правил финансовой отчетности и любая попытка повлиять на финансовые учреждения США, чтобы они не сообщали о факте финансовой операции в контрольные органы либо исказили отчетность об этой операции, считаются преступными действиями.

Это обязывало развитую сеть коммерческих банков к точности финансовой отчетности по всем крупным вкладам и благотворно повлияло на обстановку в стране. Так, применение этого закона в США в 1986 г. привело один из крупнейших банков «Бэнк оф Америка» к уплате штрафа в 4,75 млн долларов за непредоставление информации о более чем 17 тыс. крупных денежных вкладов и переводов в течение предыдущих шести лет. Спустя четыре года этот же банк был втянут в скандал, связанный с отмыванием наркоденег, и американские власти заморозили банковские счета в 173 банках в 22 штатах США. Более 400 млн долларов знаменитого «Мадельинского картеля» от операций с наркотиками было легализовано через эти и ряд других банков. В результате этой сделки был отмыт 1 млрд долларов. И никто в США не усмотрел в принятии этого закона покушения на свободу предпринимательства. В современной же России любую попытку госконтроля коммерческие структуры рассматривают как покушение на их свободу.

Английские законодатели не остались в стороне от этого процесса. С начала 1987 г. действует акт «О противозаконной торговле наркотиками», который определяет несколько категорий преступлений. К разряду преступников относятся те, кто:

– помогает нарковладельцу и имеет прибыль от отмывания денег;

– способствует вложению капитала или помогает преодолеть препятствия, связанные с контролем за вложением капитала, полученного от торговли наркотиками;

– наносит ущерб расследованию дел по наркобизнесу, пытаясь предупредить подозреваемых лиц об ордере полиции или таможенного контроля на контроль и доступ к их информации;

– предупреждает о проведении расследования.

В Великобритании законодательным актом о противозаконной торговле наркотиками предусмотрено, что при вынесении лицу обвинения в преступлении, связанном с наркобизнесом, суд уполномочен выдать ордер на конфискацию доходов, полученных от этой деятельности. Согласно этому же акту, суд имеет право заморозить активы, держателем которых является подозреваемое лицо. Суды стран, заключившие международные соглашения о сотрудничестве по борьбе с наркобизнесом, имеют право выдавать ордера на контроль за активами подозреваемых лиц, находящихся в Англии.

А во Франции в 1990 г. вместе с появлением закона об участии финансовых органов в борьбе с отмыванием незаконных денег был создан специальный координационный центр с подчинением Минфину страны. Целью его явились централизованная обработка информации и принятие мер против подпольной финансовой деятельности. С принятием в 1988 г. в Вене Конвенции ООН по усилению взаимопомощи в применении уголовных санкций против наркодеятельности с использованием услуг Интерпола улучшилась координация на международном уровне. Позднее членами ВЭС был принят документ о взаимном информировании о всех вкладах и счетах свыше 15 тыс. экю. Эта информация может быть подвергнута проверке.

Организация контроля разумеется требует значительных финансовых затрат. Так, к началу 90-х годов США расходовали на это 1 млрд долларов в год. Но конфискация незаконных средств в десятки раз перекрывает эти расходы.

Координация мер и правовая основа борьбы с наркомафией пока малоэффективны. Мафией разработан и применяется механизм легализации криминальных доходов путем перевода их из стран с жестким финансовым и правовым законодательством в страны с либеральными финансовыми законами. Для этого активно используются офшорные зоны. Счета в банках не попадают под юрисдикцию местных властей.

Существуют целые государства, где иностранных инвесторов и вкладчиков полностью освобождают от уплаты налогов или устанавливают пожизненный льготный уровень налогообложения. Именно в них происходит отмывание криминальных средств. К таким странам, при некотором различии, относятся Турция, Гонконг, Сингапур, Люксембург, Лихтенштейн, Монако, Коста-Рика, Панама, Багамские острова, а теперь и Россия. Неповоротливость финансовых учреждений, слабое регулирование правового пространства позволяют коммерческим банкам сознательно утаивать сведения о трансферте, а это дельцам отмывать грязные деньги в России, а затем переводить их на счета преступников за рубеж.

Уже в принятой в 1992 г. «Национальной стратегии США в области борьбы с наркобизнесом» подчеркивается, что эта борьба требует совместных межгосударственных усилий. Американцы стремятся выступить организаторами международного агентства по контролю за валютой. При всей положительной роли этого явления следует отметить и негативную его сторону. Данные обстоятельства усилят монопольную роль США как «финансового жандарма». Но к этому и побуждают действия некоторых коммерческих банков, которые в погоне за сверхприбылью используют правовые ниши. К тому же это возможно и посредством сложной системы перевода денег с помощью современной электроники и средств связи.

США, оставаясь ведущим центром отмывания денег наркомафией (более 50 % реализуемых криминальных наркодолларов), предпринимают защитные действия. Но преступный мир находится в поиске все новых методов их легализации. Если в конце 80-х годов международные наркосиндикаты тратили пять процентов на расходы, связанные с обходом законов, то в начале 90-х они повысились до десяти. Это говорит об определенном эффекте, связанном с принятием рядом стран правовых актов, ужесточающих финансовый контроль. Но в российском праве до сих пор отсутствует само понятие «отмывание денег». Поэтому важно обратиться к опыту становления международного права и изучить право стран, стремящихся противостоять наступлению наркоденег на национальную политику. Используемые в практике этих стран приемы могут быть направлены на предупреждение активизации наркобизнеса. Следует учитывать и основные приемы наркодельцов:

– неуплата налогов;

– осуществление секретных платежей;

– обмен денежных знаков на ценные бумаги, банковские и другие чеки;

– перевод широко распространенной валюты в малоизвестную;

– обмен мелких купюр на крупные;

– использование доходов, полученных из незаконных источников, как законных с последующей уплатой налогов с них;

– обмен денежных средств на материальные ценности и недвижимость.

Этот комплекс – сложная система движения средств, которая позволяет пользоваться криминальными средствами как легальными. В этой связи представляется важным создание характерной модели механизма легализации доходов наркобизнеса, что облегчит разработку комплекса мер по борьбе с укрепляющейся криминальной системой в России.

Механизм отмывания денег. Существуют три основные формы отмывания денег: банковская, нелегальная банковская и небанковская.

Банковская является самой распространенной. Она реализуется путем прохождения наличности через счета в международной банковской системе.

В странах Юго-Восточной Азии наибольшее распространение получила нелегальная банковская форма. Эти страны – главные производители опиума, морфия и героина – существуют вне международной банковской системы, хотя у них есть возможность подключиться к ней. При оперативном переводе денег из одной страны в другую, обмене валюты, обмене денежных средств на золото и другие ценности отсутствует отчетность, а при переводе денег из одной страны в другую используются кодированные сообщения по телефону, телетайпу, факсу. Таким образом соблюдается полная анонимность клиента.

Небанковская форма – сравнительно новая и ее использование наркомафией постоянно расширяется. Стремление уйти из поля зрения правоохранительных органов повышает роль меняльных контор. Используя пункты обмена валюты, наркодельцы исключают операции с различными банковскими учреждениями. Не последнюю роль играют и различные брокерские конторы, что теперь характерно для современной России.

Этапы отмывания денег. Использование финансовых учреждений в отмывании денег усложняет задачу, так как требует дробления капитала на мелкие суммы, по 10 тыс. долларов, из-за программы взаимной поддержки по борьбе с наркобизнесом, принятой международными банками, а также из-за ряда других мер, связанных с отчетностью по денежным транзакциям (регистрацией в финансовых учреждениях контроля). Эту роль по обменам и вкладам выполняют курьеры, рассылаемые по банкам и биржам. Чеки возвращаются настоящим хозяевам, а депонирование часто делает банковских служащих соучастниками.

Снижает возможность различного рода расследований наслаивание финансовых операций, проводимых с целью многократного изменения формы накопления капиталов.

аудиторская проверка их обычно не выявляет. Таким образом, истинный источник средств становится скрытым, а наличность переводится в дорожные и банковские чеки, аккредитивы, денежные распоряжения, акции, облигации – в такие платежные средства, перемещение которых облегчено и не так строго контролируется, как наличность. В дальнейшем они преобразовываются в такие материальные ценности, как промышленное оборудование, золото, драгоценности, недвижимость, автомобили, с целью продажи, что особенно характерно для России и бывших республик Союза.

При этом материальные ценности переходят другому владельцу, а вырученные средства переводятся в сферу безналичных расчетов. Это дает возможность прибегнуть к трансферту – электронному переводу денежных средств – наиболее эффективному финансовому инструменту для отмывания криминальных доходов. Скорость совершения сделки, относительная анонимность при многократном повторении операций, минимальная аудиторская проверка, возможность перемещения денежных средств в любую страну, особенно в страны с либеральным финансовым законодательством, способствуют этому.

Возвращение денег в страну постоянной дислокации преступной группировки. В настоящее время известны следующие способы репатриации отмытых денежных средств:

– кредит (заем) со стороны лжекорпораций. Эти корпорации создаются в странах с налоговыми льготами. Деньги же по существу являются их собственными деньгами, депонированными на счет подставных компаний за границей;

– депонирование на офшорный счет и последующий перевод на такой же счет в страну постоянной дислокации группировки;

– двойной счет-фактура. По нему компания заказывает товары в своем зарубежном филиале по завышенным ценам, а разница депонируется филиалом на ный счет. Есть и «обратный» метод, когда товары продаются по заниженным ценам. Тогда межценовая разница депонируется на секретном счете компании в иностранном банке;

– контрабанда наличных средств – схожа с контрабандой наркотиков курьерами. После прохождения таможенного контроля деньги становятся отмытыми, а в странах без валютного контроля на въезде этот процесс еще проще. Для государств-«налоговых убежищ» это наиболее характерно;