И среди терновника растут розы

Эта книга тебе, моя вечная тихая боль

Стояла невыносимая жара столь непривычная для этой местности, что многие девушки цепляясь за края своего сознания сопротивлялись обмороку, сидя в тени и спасаясь веером. Деревянные скамьи, на которых они сидели, стояли под кронами тяжелых старых дубов на территории богатого поместья, переполненного сегодня из-за приехавших гостей. Девушек было пятеро, все они были в роскошных, лучших своих туалетах, из светлых скромных тканей, но с достаточно привлекающими внимание вырезами, а талии их были натуго затянуты корсетами, из-за им было катастрофически недостаточно воздуха, но при этом они с видом изящных лебедей считали себя обладательницами самых тонких талий. На платьях были узоры и рюши, веера были тяжелыми, а лица их были нарочито приятными и дружелюбными, когда мимо них проходили джентльмены, так же приглашенные в поместье. Каждая из них хотела удачно выйти замуж, но верхом их мечтаний был именно хозяин данного владения, поэтому они бросали короткие взгляды из-за своих вееров в сторону парка и кустов герани, у которых стоял высокий джентльмен с ровной спиной и завораживающей улыбкой. Дамы не могли оторвать глаз от этой улыбки, словно она обладала странным магнетизмом, и у каждой из них, стоило встретиться с мужчиной глазами, замирало сердце.

– Странно то, что нас всех пригласили, но так и не назвали повода, – говорила одна из дам в тени дубов, стреляя взглядом в спину хозяина поместья, скрывая все остальное лицо веером.

На ней было светло-розовое платье, которое смотрелось на ней забавно, так как щеки ее были румяными, а волосы ярко-рыжими и завитыми в мелкий локон. Она держала спину ровнее всех остальных, а когда к ним обращался какой-либо джентльмен пыталась быть самой обворожительной.

– Я окончательно потеряю связь с реальностью, если мы на самом деле приглашены на его помолвку, – ответила другая, глаза которой были наполнены странной уверенностью и напором, и казалось, под ее взглядом, спина хозяина должна была загореться. С силой она сжимала свой веер, желая, как можно скорее попасть в обеденный зал под опахала.

– Сильно сомневаюсь, что сегодня объявят о помолвке, – говорила третья девушка, которая была в зеленом платье и с болезненно бледным цветом кожи, что еще больше придавало ей нездоровый вид.

Она сложила свой веер и поправила юбку платья, оборачиваясь к другим девушкам на скамье. Вдруг они заметили, что мимо них проходят два джентльмена, имена которых они не знают, и разом, выглядывая из-за своих вееров, превратились в дам обольстительниц, стреляя глазами, улыбаясь и двигаясь как можно нежнее.

– Добрый день, дамы, – проговорили джентльмены, снимая шляпы и слегка кланяясь.

– Добрый, – ответили они почти хором, а потом заговорила девушка в розовом:

– Сегодня удивительно жаркая погода, вы не находите? – спросила она. – Под таким палящим солнцем не все смогут дождаться пиршества в обеденном зале. Боюсь, как бы кому-нибудь ни стало плохо.

– Погода сегодня действительно нас удивила, – говорил один из джентльменов, – но я считаю, переживать Вам не из-за чего. В любом случае, у мистера Мак-Дугал в поместье есть личный врач, так что даже если кому-то из дам под палящим солнцем станет дурно, ей окажут необходимую помощь.

– Мистер Уанхард продумал всё, у него есть даже личный врач, – восхитилась девушка в голубом платье, полностью показываясь из-за веера и бросая взгляд в сторону хозяина поместья.

Джентльмены переглянулись, выражая друг другу немое негодование от своего положения в обществе, ведь на фоне хозяина этой усадьбы каждый из них проигрывал.

– Да, мистер Уанхард очень беспокоится о том, чтобы всем было комфортно в его поместье, – ответил один из мужчин, – что ж, желаем Вам всем удачно провести сегодняшний вечер.

– Спасибо Вам большое, – ответила девушка в розовом, – но не знаете ли Вы случайно, по какому поводу вдруг нас всех сюда пригласили?

– Что Вы, барышня, – один из джентльменов усмехнулся, не скрыв свою брезгливость, – мистеру Уанхард пора жениться, значит, настало время выбирать невесту. Не для этого ли Вы приехали сюда? Надеетесь, что выбор падет на Вас?

Теперь лицо девушки было настолько красным, что платье на его фоне казалось белым. Не опуская веера, она бросила в мужчину гневный взгляд, но ответила крайне спокойно, пусть в голове у нее в этот момент был ураган, как и в сердце.

– Вы ошибаетесь, – говорила она, – я здесь только из-за приглашения, что получил мой отец, и из чистого любопытства, почему же мистер Уанхард решил собрать гостей.

– Ну, теперь Вы можете тешить надежду и молиться Богу, чтобы тот смиловался над Вами и сделал хозяйкой этого поместья, а нам пора.

Они откланялись и направились дальше, в то время, когда девушка в розовом платье сгорала от гнева и стыда. Она сложила веер и тяжело дышала, чувствуя, как готова сорваться, но все же, глубоко вдохнув, она лишь обратилась к девушке в голубом платье:

– Знаешь, милая моя, порой тебе стоит держать язык за зубами.

– Я всего лишь сказала то, что думаю, – ответила ей девушка.

– Нет, Хлоя, дело в другом, – она снова начала краснеть от гнева, – ты вообще не думаешь.

Девушка в голубом платье громко хмыкнула и отвернулась.

Мистер Уанхард принадлежал к одному малоизвестному Шотландскому роду, но все поменялось стоило ему приехать в Англию в Вустершир и построить имение на огромной территории. Особняк был построен по плану Лондонского проектировщика. Так же в поместье были конюшня, огромный парк с кустами герани и поле, усыпанное валерианой, васильком и зверобоем. Отдельно был разбит розарий, а через реку Северн был перекинут мост, ведущий к бесконечным территориям, на которых мистер Уанхард обычно ездил верхом, когда хотелось отвлечься от дел поместья. Отец мистера Уанхард остался жить в Шотландии, как его мать, брат и две старшие сестры, одна из которых уже успела выйти замуж и обзавестись детьми.

Когда мистер Уанхард приехал в Вустершир его никто не воспринял в серьез, так как он был еще слишком юн и наивен, да и никто не мог поверить, что за пять лет на месте необжитого кусочка графства появится поместье молодого, респектабельного, привлекательного и очень богатого приезжего из Шотландии мужчины. Теперь же каждая мечтала стать здесь хозяйкой, прожигая мистера Уанхард голодным и хищным взглядом.

– Все эти пять дам, похоже, без ума от Вас, – усмехнулся мужчина, стоя у куста герани и глядя на хозяина поместья.

– Не от меня, мистер Мак-Дугал, – ответил мистер Уанхард, – а от моего дохода.

– Каждая мечтает о том, что сегодня на вечернем балу Вы выберете именно ее, – говорил мужчина.

– Вы хотите поговорить об этом? – спросил мистер Уанхард, разворачиваясь так, чтобы пяти девушкам на скамейке не было ничего видно кроме его спины и затылка.

Мужчина сдержанно засмеялся.

– Вам смешно? – удивленно спросил мистер Уанхард.

– Простите, сер, просто очень смешно наблюдать, как они съедают Вас взглядом, а Вы пытаетесь встать так, чтоб у них этого не получалось сделать.

– Они такие глупые, – мистер Уанхард покачал головой, а потом перевел взгляд на собеседника, – сегодня слишком жарко, достаточно прогулок, нужно всех созывать внутрь.

– Я думаю, все будут рады спрятаться от солнца, – мистер Мак-Дугал согласно кивнул.

Мистер Мак-Дугал был старше мистера Уанхард на много лет, волосы его уже начали сидеть, а лицо было осыпано мелкими морщинами, сам он уже перестал быть привлекательным для женщин, но оказался замечательным другом, поэтому они с мистером Уанхард стали достаточно близко общаться после того как познакомились во время постройки поместья.

Мистер Уанхард коротко кивнул, и они направились в сторону усадьбы, зная, что все сами пойдут за ними в след.

Пять девушек, что до этого сидели на скамье, моментально поднялись и, сдерживая улыбки и скрывая это веерами, направились вместе со всеми к стенам поместья.

Стены особняка мистера Уанхард были выполнены из светлого камня, открывая свои стеклянные окна на огромные территории, по которым где-то в дали неслись лошади. Горячий летний ветер качал макушки деревьев, разнося запах цветов из сада и розария.

Мистер Уанхард дошёл до самых дверей усадьбы и обернулся к следующим за ним гостям.

– Знаете, мистер Мак-Дугал, а ведь они, – он бросил взгляд на пятерых дам, что спешили с остальными скорее проникнуть в дом самого мистера Уанхард, – даже не знают на что хотят подписаться.

– Бросьте это, Энтин, – ответил ему мужчина, раскрывая перед ним дверь и сдерживая улыбку, – они знают, что брак с Вами это в первую очередь хорошие деньги, красивая жизнь и уважаемый всеми муж.

– Вы правы, мистер Мак-Дугал, – хозяин поместья улыбнулся, смотря на приглашенных дам.

Они прошли внутрь, скрывшись от палящих солнечных лучей, и оказались в огромном холле с холодным каменным полом и высокими сводными потолками. Наверх вела широкая лестница, перила которой были сделаны из тяжёлого тёмного дерева. С потолка смотрела тяжёлая люстра с хрустальными каплями и подтаявшими свечами, а в разные стороны поместья вели коридоры.

Мистер Уанхард и мистер Мак-Дугал направились вверх по лестнице, где у стены стояла фигура девушки с виноградными гроздями в руках и тазом полным винограда у ног. Она смотрела куда-то мимо печальным взглядом серых каменных глаз. А по разные стороны от неё стояли две деревянные колонны такие же, как и перила лестницы. За ними разговаривая между собой поднимались и гости, на самой верхней ступени, мистер Уанхард развернулся и все же решил обратиться к ним. Все моментально замерли, слушая каждое его слово, в надежде не пропустить самые важные слова о том, что именно она, именно эта девушка, приглянулась ему.

– Добрый день, леди и джентльмены! Я рад, что вы все приняли приглашение и приехали в моё поместье! Все вы знаете, что мой отец, уважаемый в Шотландии Алистер Дуглас Уанхард, дал мне совет жениться, дабы я окончательно осел в этих краях и не разгулял все свои деньги, так как буду под контролем свой жены и хозяйки этого поместья, под присмотром миссис Уанхард.

Слова мужчины все воспринимали с таким восторгом и трепетом, что толпа гостей вне своей воли шелестела как осенняя листва. Девушки даже забыли про свои веера, практически с открытыми ртами глядя на мужчину и шепча друг другу, как он прекрасен.

– Как же он прекрасен! – почти пищала от восторга девушка в голубом платье, глядя на мистера Уанхард как на что-то богоподобное.

– Я хочу выбрать одну сегодня вечером, ту, – мужчина смотрел на гостей, – наверное, это не совсем правильно и честно…

– Нет, что Вы!? Мистер Уанхард, это вполне честно! Мы все здесь, и Вы можете выбрать любую! – вышла вперёд всех девушка в розовом платье, волосы её, рыжие, скрученные в спираль, подпрыгивали от любого её движения, а щеки её горели пламенем от восхищения, которое она испытывала, глядя мистеру Уанхард в лицо.

– Спасибо, конечно, мисс, – мужчина сглотнул, – но я не хочу устраивать конкурс на место дамы моего сердца…

– Зачем же тогда все это? – вдруг послышался голос, женский, приятный и, казалось, он совершенно не похож на голоса всех тех, кого мистер Уанхард встречал до этого.

За тонкой фигурой захлопнулась дверь поместья, и она сложила веер, заглядывая мужчине в лицо.

Она была особенной, и это поняли все, кто в этот момент смотрел на неё. И тот, кого считали богоподобным, в растерянности не мог найти слов.

Она не была высокой или обладательницей самой тонкой талии в графстве, её платье не могло стоить столько же сколько и костюм мистера Уанхард, и присутствовала она в компании своего престарелого слуги, согнутого горбом, которому протянула свою снятую шляпу и кружевные перчатки. Но она была особенной. Её взгляд глубоких зелёных глаз скользил по присутствующим со скукой и холодом, а маленький аккуратный нос был поднят выше, чем у остальных приглашенных дам. Она смотрела на мистера Уанхард с вызовом, а не с обожанием, со скептицизмом, а не с огромной слепой любовью. Она вышла вперед всех и снова обратилась к нему.

– Мистер Уанхард, – она качнула своими густыми чёрными волосами и снова глянула на мужчину, – я жду ответа.

Мужчина почувствовал себя юношей взятым врасплох и совершенно не знал, как на это реагировать. Внутри него все замерло. Все в нем благоговело от образа гости, и одновременно он чувствовал, как воспаляется его затронутое самолюбие. Ему было сложно поверить, что пришедшая девушка смогла выбить его из колеи, выставив перед всеми мальчишкой, замершим в исступление перед женской красотой.

– Всё это воля отца мистера Уанхард, – взял инициативу в свои руки мистер Мак-Дугал, – ладно, ни к чему больше слов, все приглашаются в обеденный зал, а позже будет бал!

Люди довольные вестями направились наверх, а мистер Уанхард пытался взять себя в руки и вернуть ясность свои мыслям.

Гостья лишь улыбнулась своим мыслям о том, что самого мистера Уанхард она заставила трепетать. Барышням не понравилась девушка, поэтому они, раскрыв веера, тихо фыркали от возмущения были похожи на разгневанных птиц. В душе дамы в розовом платье, казалось, случился переворот, и она сдерживала себя лишь бы не начать говорить гадости. В голове ее уже возникло множество ядовитых фраз и о ее туалете, и о ее слуге, и о том, что она явилась совершенно одна, как не подобает вести себя юной особе, если она приехала в поместье и желает быть выбрана в невесты. Но что-то при этом подсказывало девушке, что даже если она не удержит свой язык и попытается ужалить гостью, та это просто не заметит, и это еще больше возмущало.

– Вы поставили мистера Уанхард в неудобное положение, – заговорила все-таки одна из девушек, опустив веер и глядя гостье прямо в лицо выражая на нем все свое неудовольствие от ее визита. На ней было зеленое платье в белую вертикальную полоску с множеством рюш и с огромным бантом на спине, а веер был намного скромнее чем у ее подруг.

– Простите меня, мисс, я не преследовала такой цели, – ответила девушка, поднимаясь вверх по лестнице, подхватив юбки своего платья. А ее слуга, тихо кряхтя от трудности подъема по лестнице из-за своего горба, следовал за ней, сжимая в коротких и неровных пальцах шляпку с сиреневыми лентами.

– Мне кажется, что мистер Уанхард решил устроить сегодняшний бал основываясь лишь на желании подчиниться воле отца, не более, – снова говорила девушка в зеленом платье.

– Пусть будет так, – последовал ответ, и девушка слегка кивнула, – я хотела лишь узнать, почему выбор невесты нужно было проводить именно так.

– Ничего Вы не понимаете, раз у Вас возникает такой вопрос, – заговорила девушка в розовом платье, щеки которой от негодования горели красным, закрыв веер, – где и когда приглядываться к девушкам как ни во время бала?

– Тогда да, я определенно чего-то не понимаю, – ответила гостья, отводя взгляд и сдерживая в нем хоть намек на испытываемое неудобство от близости к этим девушкам.

– Мне было бы интересно узнать, как Вас зовут, мисс, – заговорила снова девушка в зеленом платье, – откуда Вы?

Они поднялись по лестнице, обогнули темную деревянную колонну и направились по освещенному солнечным светом через высокие окна коридору к обеденному залу.

– Меня зовут Глэдис Россер, – ответила гостья, чуть щурясь от ярких солнечных лучей, что падали на её светлую кожу через тонкие светлые занавески, завязанные ленточками, – я из Лондона.

– Из Лондона? – переспросила рыжая девушка в розовом платье, явно выражая свое недоверие. – Неужели?

– Да, это чистая правда, а можно ли узнать Ваши имена?

– Меня зовут Присцила Вуд, – заговорила девушка в розовом платье, вскинув головой и сделав вид, словно мисс Россер знакомится сейчас с самой королевой.

– Скромности ей не занимать, – тихо где-то сзади послышался голос девушки в голубом платье.

– Замолчи, Хлоя, я все слышу, – резко оборвала ее девушка в розовом, снова раскрыв свой веер.

– Меня зовут Хлоя О’Брайан, и я из Девоншира, приехала сюда, потому что отец получил письмо о том, что мистер Уанхард ищет невесту, официально я не была приглашена, но отец решил приехать и меня взял с собой, а Вы? Вы были приглашены? – девушка в голубом платье обошла Присцилу и глянула мисс Россер в лицо.

– Да, я была приглашена, – ответила она, – не знаю только, есть ли какой-то смысл от моего приезда сюда. Мистер Уанхард кажется не более чем просто симпатичным мужчиной с огромным наследством…

– А не в этом ли смысл? – перебила ее девушка в зеленом платье. – Любая бы хотела замуж за…

– Значит, я не любая, а сейчас, – мисс Россер говорила холодно и отрешенно, – я хотела бы закончить наш с Вами разговор.

И она, подхватив юбки платья, обошла идущих впереди и оказалась у самых дверей в обеденный зал, чуть не столкнувшись с мистером Мак-Дугал, который в тот момент остановился чтобы обратиться к гостям. Заметив девушку, он слабо улыбнулся, качнув ей головой в виде приветствия, словно выделив ее среди всех гостей, и обратился к собравшимся.

– Дорогие гости, проходите, рассаживайтесь так как Вам будет удобно, – говорил он, а затем вошел в зал, завлекая внутрь мисс Россер, а слуга ее направился в специальное для слуг помещение.

Они шли впереди всех, наблюдая как мистер Уанхард стоит у своего места, ожидая, когда все пройдут внутрь и рассядутся. Совершенно того не желая, мисс Россер оказалась по правую сторону от мистера Уанхард, так как мистер Мак-Дугал стал помогать девушкам занять места, и единственным свободным осталось самое ближнее к мистеру Уанхард. Он делал вид, словно не замечает ее, порой бросая на нее короткий косой взгляд. Мисс Вуд и остальные дамы пристально наблюдали за каждым движением мужчины, их бесило, что самое завидное место занимала неизвестная, являющаяся полной противоположностью им, девушка. Она сидела с идеально ровной спиной, совершенно не замечая мистера Уанхард, словно забыла у кого в поместье она в гостях, периодически вступая в короткие беседы о сегодняшней удивительной жаре. Ела она аккуратно, мало и медленно, словно птичка. Ее лицо было худым, с выраженными скулами, со светлой тонкой кожей, для которой солнце казалось ядом или кислотой. Глаза ее были глубокими, зелеными с небольшими вкраплениями золотистого цвета, а волосы прямыми, тяжелыми, черными, убранными в прическу на затылке и закрепленными аккуратным гребнем с фиолетовыми фианитами. Платье на ней было без глубокого выреза, чем она вызывала больше интерес у мужчин чем другие дамы, так как грудь мисс Россер практически не было видно, лишь короткую складочку кожи и небольшую родинку на ней, которая как магнит привлекала взгляды мужчин. Цвет платья был светло-сиреневый с розовыми цветами с зелеными листьями по подолу. И она словно кукла сидела рядом с мистером Уанхард, который, как и все остальные мужчины пытались понять, глядя на нее, чем она столь привлекательна. Нос, кончик которого был чуточку поднят, на переносице имел небольшую горбинку, которая столько лет сводила с ума мисс Россер, но которая ни капли не портила ее вид, а, возможно, даже наоборот делала ее образ более естественным и простым. Губы ее были в красной помаде, которая заставляла ее чувственные полные губы быть еще более возбуждающими. А брови, черные, как и сами волосы, изгибались над глазами, открывая этот сильный и независимый взгляд, который одновременно притягивал мужчин и одновременно заставлял их оставаться на расстоянии. Весь образ мисс Россер заставлял мужчин робеть, стоило ей к ним обратиться.

За столом развязалась приятная беседа, и мисс Россер поверхностно в ней участвовала. Стол был расположен вдоль зала, оставляя место для танцев. Зал был светлым и большим, с деревянными колонными по периметру и женским гипсовым лицом на стене над камином, который должен был греть эту комнату в холодный зимний вечер. Одно из окон было открыто, поэтому летний ветер развивал одну из легких занавесок, а над столом поспешили закружиться мухи, желающие отведать яств, которыми был заставлен стол.

Разливалось вино, но мисс Россер от него отказалась, сославшись на то, что ей не хотелось бы пить в середине дня, и, если она решит пригубить, это будет ближе к вечернему балу. Слуга, послушно кивнув, обошел девушку и налил мистеру Уанхард.

– Простите, мисс, но не думаю, что один бокал мог бы помешать, – заговорил он, обращаясь к девушке, и явно испытывая неловкость.

– Я Вас прощаю, мистер Уанхард, – отвечала она ему, – но я не предпочитаю начинать день со спиртного.

– А с чего Вам нравится начинать день? – спросил мужчина, отпивая из бокала вина. Оно было красное как рубин и прозрачным, и мисс Россер чувствовала, как от него пахнет вишней, черной смородиной и виноградом сорта Изабелла.

– С легкого завтрака, мистер Уанхард, – ответила девушка.

– Простите меня за бестактность, но я не знаю Вашего имени, – мужчина боялся смотреть ей в лицо, он мог себя побороть, но заглянуть ей в глаза ему все равно не хватало смелости, поэтому он концентрировал свой взгляд иногда на ее бровях, иногда на кончике носа, но у него не было сил заставить себя заглянуть в ее зеленую бездну.

– Я понимаю, мистер Уанхард, – она кивнула, – Вам предстоит сегодня запомнить столько имен, что думаю, мое в этом списке будет лишним. Не стоит заполнять голову лишней информацией.

– Вы считаете, что Ваше имя для меня лишняя информация? – мистер Уанхард позволил себе слабую улыбку и посмотреть ей между бровей.

– Я не претендую на место Вашей невесты, оттого и имя мое не столь важно, – ответила мисс Россер.

Она пила воду и ела запеченные овощи, иногда уводя взгляд с хозяина поместья и оглядывая других приглашенных дам, которые смотрели на нее с таким гневом и ненавистью, что, если бы могла, мисс Россер сгорела бы на месте.

Мистер Уанхард был теперь в полной растерянности и смотрел на мисс Россер, совершенно не понимая, что ему необходимо сказать. Он так отчаялся в поиске подходящих слов в своей голове, что все же позволил себе заглянуть в самую глубину ее глаз. И в этот момент он так сильно пожалел об этом, что сердце его свела жгучая боль. Только сейчас он понял всю суть ситуации и от этого стало так обидно, что захотелось прямо сейчас закончить сей обед и выгнать всех из гостей, сесть где-то в одной из комнат и выпить все спиртное в поместье, да и в графстве.

Девушка, которая так привлекла его, которая сейчас заставляет его робеть и теряться в словах, только что сказала, что не испытывает ничего, и что он ей совершенно не интересен. Ни он, ни его деньги не нужны ей.

– Я все равно хочу знать Ваше имя, мисс, – ответил ей мистер Уанхард.

– Меня зовут Глэдис Россер, – ответила ему девушка.

– Мне очень приятно, мисс Россер, – мужчина кратко кивнул ей в знак знакомства, – меня зовут Энтин Уанхард.

– Я знаю, как Вас зовут, – ответила мисс Россер, – от Вашего имени мне пришло приглашение.

– Я удивлен, что Вы приехали, учитывая, что Вы не заинтересованы во мне как в женихе, – ответил ей мистер Уанхард.

Девушка бросила на мужчину короткий взгляд и была готова рассмеяться, ведь слова мужчины заставили ее растеряться, и она не знала, что на это стоило бы ответить.

– Я приехала сюда из чистого любопытства, не более, – ответила ему мисс Россер.

– Поэтому Вы сидите ко мне ближе всех? – снова спросил мистер Уанхард.

– Это была удивительная случайность, хотелось просто оторваться от неприятных мне собеседников, – ответила девушка, бросив короткий взгляд на мисс Вуд, которая с воодушевлением что-то рассказывала рядом сидящей девушке в зеленом платье, которая так и не представилась мисс Россер.

– Эти дамы? – ее взгляд заметил мистер Уанхард.

– Эти дамы, – согласно кивнула мисс Россер, переводя взгляд на мужчину.

Теперь он чувствовал себя увереннее, пусть его самолюбие было очень сильно ранено. Сейчас, зная, что девушка не заинтересована в нем как в женихе, он не боялся упасть перед ней в грязь лицом, так как для нее его фиаско не сыграло бы никакой роли, оттого он мог вести себя чуточку раскованнее, насколько позволял этикет, но снова заглянуть ей в глаза он не решался. Для него это казалось добровольным прыжком в омут.

– Я видел, как они щебетали во дворе на скамье под дубом, – говорил мистер Уанхард, перебирая еду в тарелке вилкой, явно больше не испытывая голода, – в отличие от Вас, мисс Россер, они всё ждут, когда мой выбор падет на одну из них.

– Они находят Вас очень привлекательным мужчиной, мистер Уанхард, – отвечала девушка, не смотря в их сторону, а пытаясь думать о еде и своей воде, тщательно пережёвывая, чтобы ни у кого не возникло мнения, что она, сидя за столом, в приоритет ставит именно беседу с хозяином поместья.

– Они как открытые книги, – ответил мужчина, – я вижу их мысли у них на лице.