Военные каникулы, или Двое во Вьерне

Глава 4. Ничто не предвещало беды

Али вскоре пришла домой. На крыльце с убитым видом сидел Сора.

– В чем дело? – сердито спросила девушка. – Как ты мог так подставить меня?

– Я хотел разведать, чем занимается враг. Но случайно отвлекся, а когда вернулся к наблюдениям, то понял, что он стоит у меня за спиной, – всхлипнул Сора. – Я испугался, Али.

Глядя на расстроенного мальчика, Али быстро перестала сердиться.

– Какой ты глупый, Сора, – сказала она, присаживаясь рядом. – Нельзя подглядывать за людьми, это неприлично и невежливо. Не важно, кто этот человек тебе – друг или враг. Мы должны уважать всех, даже своих врагов.

Конечно же, Али умолчала, что на самом деле обычно процветало в военной среде: шпионаж, разведка, партизанство и диверсии. В конце концов, в данный момент речь шла совершенно о другом.

– Уважать врагов? – переспросил Сора.

– Да. Офицер не убийца, а защитник – такой же, как и его противник. А защитники всегда достойны уважения.

– А-а, – протянул Сора.

– Ниманд что-то говорил про построения. Что он имел в виду?..

Сора замялся.

– Ну, э-э-э… В общем, все это время я мешал ему проводить построения, чтобы он выглядел совсем по-дурацки, Али. Я… В общем, я делал кое-что, чтобы его позлить.

Али была просто убита. Так вот, в чем дело! Ну, кто ж знал?!

– Сора! – строго сказала Али. – С сегодняшнего дня я запрещаю тебе приближаться к площади менее чем на сто метров во время наших построений! В течение недели ты в это время будешь вне поля зрения кого бы то ни было из солдат!

– Хорошо, – виновато понурил голову мальчишка.

– Это послужит для тебя хорошим уроком. И надейся на благородство Ниманда. Если бы он в действительности был таким, каким ты его себе представляешь, у нас уже были бы большие проблемы. А ты еще хочешь поступать в военный колледж! Там никто и близко не потерпит ничего подобного!

– Я понял, Али. Я больше не буду вести себя как детсадовец и подставлять тебя.

Девушка улыбнулась и обняла Сору. Мальчик обнял ее в ответ.

– Домой сам доберешься?

– Конечно.

– Маме ни слова. Скажи, что был у меня. Ты достаточно наказан за свои ошибки.

– Спасибо, Али! Пока! – и он убежал.

А Али, глубоко вдохнув теплый ночной летний воздух, встала со ступеньки и вошла в дом. Прогулка действительно нагнала усталости. А одна-единственная фраза не выходила у девушки из головы: «Я рад, что вы тоже хотите мира, Али».

Она-то считала, что прекрасно знакома с типажом такого человека, как Ниманд. Амбициозный, целеустремленный. Такие люди всегда проявляли гиперответственность. Они продумывали каждый шаг, а за лаврами полезли бы даже в Ад, если бы знали наверняка, что получат их.

И вот после его слов представления Али развалились, как песчаный замок под напором волн. Неужели Ниманд тоже считал, что война – это глупость?..

***

На следующее утро сразу после построения Али отправилась в аптеку, докупить кое-каких медикаментов. К счастью, аптека располагалась на территории северного государства.

За прилавком никого не было. Девушка прошла к нужному стеллажу с лекарствами. Наклонившись, чтоб рассмотреть препараты на нижних полках, Али увидела знакомый черный кожаный пояс с золотыми цепями, за которые были подвешены позолоченные ножны.

Офицер чуть не упала от неожиданности. Выпрямившись, она обошла стеллаж и заглянула в соседний ряд. Собственной персоной, в дурацкой белой парадной форме, там стоял Ниманд Рехштайнер и что-то с печальным видом рассматривал.

– Ниманд? – удивленно воскликнула Али.

– Али! – повернулся он к ней.

Он явно воспринял их встречу скорее как приятную неожиданность.

– Что вы здесь делаете?

– Танцую, – ответил Ниманд, но сразу добавил: – Покупка лекарств является уважительной причиной для пересечения границы.

– Вы не выглядите больным, – усмехнулась Али.

– К сожалению, Фурнó сам не может сходить за лекарствами, – убийственным тоном ответил офицер.

– Фурно?

– Фурно Эберлé. Вы его наверняка видели, высокий черноволосый, подполковник. Он мой друг и он слег с гриппом вчера. Ума не приложу, как? Лето ведь на дворе.

– Бывает. Но что тогда вы делаете перед полкой с мазями от боли в суставах?

– Я толком не успел разглядеть, что здесь лежит. Впрочем, я все равно совершенно не разбираюсь в лекарствах. Нам их обычно выдают с рецептами в санчасти. А помогать кому-то тем более никогда не приходилось, – развел руками Ниманд.

– Идемте, – Али поманила его за собой и обошла стеллаж.

Офицер покорно проследовал за ней.

– Грипп, значит, – пробормотала девушка. – Возьмите вот это.

Она сняла с полки ярко-зеленую коробочку.

– Помогает снять боль в горле, – объяснила она. – И вот это (белая упаковка с большими буквами), против насморка.

Али поискала еще с минуту и, наконец, в руках у Ниманда оказалась третья плоская ярко-красная коробочка.

– А вот это поможет восстановить иммунитет.

Она выпрямилась и посмотрела на Ниманда. В его глазах было неподдельное восхищение.

– Что такое? – с недоумением поинтересовалась она. – В коробках есть инструкция по применению.

– Вы спасли моего друга, Али, – сказал Ниманд с восторгом. – Я ваш должник. Только попросите, я что угодно…

Али еле слышно охнула и возвела глаза к небу.

– Али, я серьезно.

– Ну, хорошо. Отстаньте от меня, бога ради, Ниманд, – сказала Али. – Это все, чего я прошу.

Полковник разом сник и выглядел разочарованным. Он, кажется, надеялся на более приятное желание.

– Что ж, уговор есть уговор, – проговорил он.

Али кивнула и отошла к другому стеллажу, оставив разочарованного полковника. Тот с минуту постоял на месте, а затем пошел оплачивать покупку.

Весь оставшийся день Али занималась делами по хозяйству. Приехав во Вьерне, она решила как следует отдохнуть от быта, поэтому вот уже несколько недель она не утруждала себя серьезной уборкой. Да и дворик она запустила уж слишком сильно: между плиток торчали сорняки, а скамейка под одной из яблонь скрылась за высокой травой. Конечно, можно было попросить кого-нибудь из подчиненных солдат или даже жениха Кары Хельда покосить траву. Но Али решила сделать все сама, заодно и научиться.

К вечеру девушка валилась с ног. Она хотела было прилечь и отдохнуть с книжкой, но раздался громкий стук в дверь. Девушка потащилась к двери, безмолвно вопрошая, кого же принесла нелегкая в такой час. А за дверью стояла напуганная и взволнованная Кара.

– Али! Сора пропал! – закричала она.

Гром среди ясного неба.

– Как? Когда? – накинулась Али на подругу.

– Еще утром, его мать думала, он ушел погулять, но он не возвращается! Его нигде нет!

– Черт бы драл этого мальчишку, – воскликнула Али.

Переодеваться не было времени, и девушка выскочила из дома в домашних шортах и майке. Подруги вышли на главную улицу. Потихоньку спускались сумерки, еще немного и станет совсем темно.

– Ладно, Кара. Поспрашиваешь у местных? А я займусь той стороной, – Али махнула в сторону вражеской части деревни.

– Если тебя там увидят, это обернется большими неприятностями!

– Я знаю. Но Сору я в беде не оставлю, – она вспомнила случай с Нимандом, об этом она подруге так и не рассказала.

Если мальчик опять попался офицеру, только Али сможет его вытащить из неприятностей.

– Будь осторожна.

– Конечно. И Кара, прикрой меня перед жителями и солдатами, если что.

– Разумеется.

Девушки разошлись.

Пересекать границу прямо посреди площади было бы самоубийством. Али перешла ее по прилегающей к площади улице, прячась между заборами жилых участков и деревьев. Девушке удалось пройти на южную сторону незамеченной. На улицах было пусто, большинство жителей деревни в это время видели уже десятый сон.

Али углубилась на вражескую территорию. Дома, предоставленные военным, она замечала издалека: над дверями висели красные флажки с синими крестами.

Девушка шла дальше, за пределы деревни. Возможно, Сора ушел на озеро. Туда можно было попасть и не заходя на территорию врага, но это заняло бы слишком много времени. Вдруг позади раздались голоса. Патрульные солдаты! Как же Али забыла про них! Говорившие приближались, а Али не знала, что делать. Она не успеет убежать. Если патрульные Ниманда ее тут поймают, они в праве будут объявить войну, сославшись на вражеское вторжение. Сердце успело отбить один удар, как вдруг кто-то схватил девушку за плечи и резко дернул назад. Али едва не вскрикнула, но ей зажали рот ладонью и потащили куда-то через проулок между домами.

Девушка попыталась вырваться. Страх накрыл ее ледяной волной. Внезапно тащить ее перестали и кто-то прошипел на ухо:

– ТССССС!

Офицер начала вырываться еще яростнее. И оружия у нее с собой не было!

– Ради всех святых, Али, успокойтесь!..

Девушка замерла.

– Неужели.

Хватка ослабла, Али отпрянула в сторону.

– Ниманд! – шепотом воскликнула она.

– Да, это я. И, похоже, вовремя. Что вы здесь забыли? – офицер выглянул из-за угла дома и тут же сам ответил на свой вопрос: – Не прогуляться же вы вышли. Если бы мои парни увидели вас здесь, даже я не смог бы вас спасти. Мне пришлось бы написать в штаб о вторжении и…

– А будто вы не напишете! – раздраженно перебила его Али.

– Я только что спас вашу жизнь. Как вы думаете, это имело бы смысл, если бы я намеревался развязать войну? – Ниманд вопросительно поднял бровь.

Али была вынуждена про себя согласиться, что не имело бы.

– Так что вам нужно в моей стране?

– Сора пропал.

– Тот самый мерзкий мальчишка? – скривился Ниманд.

– Сора не мерзкий! Я пошла искать его. Я надеюсь, что ваши люди не нашли его раньше.

– Я понимаю вас, – перебил Ниманд. – Мои парни знают, что Сора шпионил.

Али ахнула.

– Патрульные ушли, – как ни в чем не бывало, сообщил Ниманд. – Где вы хотели искать его?

– Я шла к озеру.

– Идемте.

– Что?

– Я иду с вами.

– Нет, давайте без этого!

– Какая вы упрямая! Вы чуть не попались моим солдатам, и все равно хотите в одиночку продолжать поиски! – Ниманд нахмурился, а затем добавил: – Это не обсуждается. Я иду с вами!

Али поняла, что от него не отвязаться. Тем более, он действительно только что спас ей жизнь. В конце концов, она недовольно кивнула.

– Отлично, идем, – и офицер направился за дома.

– Озеро там, Ниманд!

– Дворами будет безопаснее.

А выйдя к озеру, Али сразу увидела Сору. И внутри что-то оборвалось: мальчик лежал на берегу без движения.

Глава 5. Двое во Вьерне

– Сора!

Али подбежала к нему. Коснувшись шеи, она почувствовала пульс. Жив, слава богу!

– Без сознания? – спросил подошедший офицер.

– Похоже. Что же с ним случилось! Нужно срочно отнести его в наш медпункт, – Али опустилась перед мальчиком на колени. – Помогите, Ниманд.

Он внимательно посмотрел на Али, затем присел рядом с Сорой и поднял мальчика с земли.

– Какой он легкий, – удивился Ниманд. – Сколько ему лет?

– Четырнадцать, – ответила Али, шагая рядом.

– Не может ребенок в четырнадцать лет весить так мало. Что-то с ним явно не так. Он не болен?

Али покачала головой и с тревогой закусила губу. А Ниманд с Сорой на руках в этот раз пошел прямо по главной улице деревни. Он почти бежал, и девушка едва поспевала за ним. Перед границей офицер остановился.

– Я не хочу рисковать и дальше не пойду, – сказал он. – Вы справитесь, Али. Тем более медпункт не далеко.

Ниманд передал мальчика девушке. Та взвалила парнишку на плечи. Сора действительно оказался очень легким!

Переступив границу, Али повернулась и проговорила вслед уходящему полковнику:

– Спасибо, Ниманд.

А затем так быстро, как могла, пошла к медпункту деревни. Девушка не заметила, как после ее слов резко, будто споткнувшись, остановился Ниманд.

***

Когда Сора очнулся, выяснилось, что с ним почти все в порядке. Утром он поссорился с родителями и убежал из дома. Весь день мальчик бродил по лесу, а под вечер решил погрустить у озера. Из дома он убежал, даже не позавтракав. Разумеется, к концу дня мальчик совсем ослаб. Он упал в обморок прямо на берегу буквально за минуту до того, как его нашли Али с Нимандом.

Выяснилось также, что Сора сильно не добирает в весе. Он плохо питался и был совсем худым. Доктор назначил ему сбалансированную диету и теперь, когда мальчик приходил к Али, она обязательно кормила его чем-нибудь очень сытным.

– Я так растолстею, – недовольно ворчал Сора, доедая овощной салат и огромный мясной стейк.

Впереди мальчика ждал десерт из булочек с кремом, испеченных Карой.

– Не растолстеешь, ты еще мал для этого. И вообще, не обязательно голодать, чтобы быть стройным. Просто тренируйся, условия ведь позволяют.

Али говорила о небольшой спортивной площадке. Помимо нескольких турников и бревен для гимнастики площадка была оснащена тренажерами и волейбольным полем. Монарх распорядился построить все это в деревне, чтобы его солдаты не скучали и не теряли формы.

– Я не умею, – сказал Сора.

– Не страшно, я научу тебя. Завтра после построения сходим на площадку. Будешь упражняться под моим руководством, повторять за мной.

Сора согласно закивал и снова принялся за еду.

***

Июнь закончился, наступил жаркий июль. Даже в летней форме офицеры изнывали от жары, а вот Ниманд продолжал носить парадную. Разумеется, просто так носить парадную форму военнослужащим было не положено, но во Вьерне Ниманд стал сам себе командиром и мог устанавливать свои правила. Чем и воспользовался. А Али замечала, что такой его вид раздражал не только ее солдат, но и даже подчиненных самого Ниманда. Единственным, кого не выводила из себя эта яркая одежда с обязательным атрибутом в виде кинжала, был Фурно.

И хотя напряжение в отношениях между армиями за прошедший месяц немного снизилось, рядовые все равно не упускали возможности поддеть друг друга.

С момента происшествия с Сорой минули две недели. Али как-то поймала себя на мысли, что потихоньку привыкает к присутствию Ниманда в деревне. Да и он, похоже, тоже смирился с тем, что северяне пришли во Вьерне первыми.

Али надеялась, что, глядя на своих начальников, солдаты тоже перестанут заниматься ерундой. Ее надежды оправдались лишь частично. Офицеры и старшины действительно перестали обмывать кости врагам. А вот некоторые рядовые никак не могли прекратить вступать в глупые перепалки.

Вернувшись однажды от дядюшки Бу Эдельсона, Али решила лечь спать пораньше. Как выяснилось позже, не зря. Проснулась она от громкого стука в дверь. Вскочив с кровати, она не сразу поняла, что случилось. Тут же она вспомнила, как к ней постучалась Кара после пропажи Соры.

Прямо в пижаме Али выскочила из чердака-спальни и сбежала по ступенькам вниз. Стук повторился, в этот раз громче. Бросив взгляд на часы, она увидела, что стрелки показывают четвертый час утра. Да что могло произойти?!

В три прыжка оказавшись возле двери, Али распахнула ее, ожидая увидеть кого угодно, но только не…

– НИМАНД!

– Доброй ночи, Али. Впустите меня, пожалуйста. Если меня увидят здесь… – и он решительно шагнул за порог.

Шокированная девушка отступила на шаг назад. Офицер проскользнул в дом, Али закрыла за ним дверь. Какая наглость! Здравый смысл просто вопил о том, что полковника немедленно надо вытолкнуть обратно за порог и закрыть дверь. Но вспыхнувшее искрой в душе неожиданное чувство оказалось сильнее.

– Боже правый, Ниманд, четвертый час ночи! – разозлилась Али. – Что вы себе позволяете?

– Простите меня. Я не знал, как еще это сделать. Но мне нужно поговорить с вами.

– Я очень люблю спать, Ниманд. Благодарите бога, что я вчера вечером вернулась домой в хорошем настроении! Именно поэтому я не стану убивать вас за то, что вы разбудили меня среди ночи.

Она пригласила его сесть, а сама ушла в ванную. Через пять минут, умывшись и переодевшись, Али вышла в гостиную.

Ниманд тут же вскочил.

– Али, я прошу прощения. Вот, это вам, – и он протянул ей небольшой, но пышный букетик полевых цветов.

Изумленная Али посмотрела сначала на букет, а потом на ночного гостя, но цветы взяла. Бутоны их были закрыты: Ниманд сорвал их ночью и пришел к ней.

– Это все, конечно, очень мило, – сказала Али. – Но что вам все-таки нужно?

– Я хочу обсудить границу.

– Igen9… Я же сказала, нам нечего обсуждать.

– Но так было бы удобнее для обеих сторон! Я ведь не предлагаю забыть о ней. Мы просто сможем ее пересекать, когда нам понадобится что-то. Не ради прогулок или веселья, по уважительным причинам.

Нахмурившись, Али посмотрела на Ниманда. А ведь идея не такая уж и плохая, особенно после случая с Сорой. И все же это был очень слабый предлог для того, чтобы вломиться вот так посреди ночи в чужой дом. Но раз пришел, нужно его выслушать.

– Хорошо, что вы предлагаете? – все-таки сдалась девушка.

– Давайте неофициально отменим границу. А чтобы сохранить дисциплину, установим время, когда можно ее пересекать.

– Вы же понимаете, что, если об этом самоуправстве узнает кто-то наверху, ничем хорошим для нас с вами это не закончится? – мрачно спросила девушка, гадая, какова же была истинная причина его визита.

– Я понимаю, Али. Но, с другой стороны, мы уже убедились, что нашим монархам нет дела до Вьерне. С тех пор как моя армия здесь, от нашего правителя не пришло ни одного распоряжения.

Али кивнула, удивившись тому, что он рассказал ей об этом. Не побоялся ведь потерять репутацию в глазах девушки! Но сейчас это оказалось не так уж важно. Ниманд сидел без распоряжений только один месяц, а она уже все четыре.

– Хорошо. На построении я сообщу своим подчиненным о решении. А теперь уходите.

– Спасибо вам, Али. Но я бы хотел… ваше персональное разрешение. Фурно очень спортивный человек, и…

– Да, хорошо. Пусть занимается на площадке. Туда теперь ходит Сора. Может, ваш Фурно чему-нибудь научит мальчика.

Ниманд просиял. Девушка открыла дверь и посторонилась, пропуская его. Офицер замешкался на пороге.

– Ради бога, Ниманд! – прошипела Али. – Многие жители уже просыпаются в это время!

– Ухожу, – и он, улыбнувшись, быстро удалился, растворившись в предрассветном сумраке.

Али вдохнула прохладный ночной воздух. Она глядела ему вслед с удивлением и непониманием. Когда он так изменился? Когда он из амбициозного и наглого солдафона превратился в вежливого и спокойного мужчину? Как бы там ни было, этот человек начал открываться для нее с новой стороны.

Утром на построении Али объявила солдатам о формальной отмене границы. Она предупредила их, что обязательным условием для ее пересечения были какие-либо важные дела и уважительные причины. Али видела, что подчиненные не одобрили это. Тогда она сослалась на происшествие с Сорой, но и это не слишком-то убедило солдат, и Али втайне порадовалась, что написать рапорт или доложить обстановку в столицу имеет право только она. Заканчивая построение, девушка украдкой взглянула на Ниманда. Он, похоже, находился точно в таком же положении, как и она. Это немного успокоило ее. Когда он повернулся в ее сторону, она почти незаметно для остальных улыбнулась ему. Полковник замер: он явно этого не ожидал, а Али развернулась и отправилась домой.

***

Шли дни. Несмотря на то, что границу неофициально устранили, солдаты не торопились переступать ее. Из южан такой возможностью пользовались только Ниманд, Фурно и еще пара офицеров. И, конечно, это привело к тому, что Али и Ниманд стали сталкиваться чаще. Девушка стала замечать, что все чаще думает о нем. Она безуспешно пыталась оправдать это недавней встречей, но в глубине души знала, что причина кроется в совсем другом. «Не потому ли, что он тебе интересен?» – иногда шептал ей внутренний голос.

Ниманд уже давно перестал пытаться задеть Али. Весь его апломб исчез, он стал вежлив, деликатен и отчасти именно поэтому Али перестала видеть в нем врага. Не давала покоя и мысль о полевых цветах, которые он принес тогда ночью. Да и о самом его визите. Али все чаще ловила себя на том, что ей это было приятно.

Сора продолжал ходить на спортплощадку. Он стал контактировать с Фурно, спрашивая у офицера советы. Однако Фурно держал дистанцию, отвечая на вопросы, он не выводил отношения с мальчиком за рамки «учитель-ученик». Южанин старался посещать площадку так, чтобы не сталкиваться с подчиненными Али и не провоцировать их на лишнюю агрессию. Иногда они с Нимандом приходили позаниматься, но площадка оказывалась занята играющими в волейбол северянами. В такие моменты друзья не выходили из тени растущих вокруг площадки деревьев, и вражеские солдаты их не замечали. Но если в одной из команд играла Али, Фурно, как не пытался, не мог заставить Ниманда уйти. Тот с зачарованным видом наблюдал за тем, как девушка подает и отбивает мячи; весело улыбается, когда атака проходит успешно и хлопает по плечам своих товарищей по команде.