Эпоха белого ягуара. Роман-фантасмагория

Текст первый

Утро начиналось как обычно, ничто не предвещало беды. Шел день благодарения – один из самых важных национальных праздников для «истинных» американцев, которыми моя семья являлась весьма условно.

Депортированный из России еще в прошлом столетии, мой дед принялся строить свое счастье в чужом государстве. За три десятилетия ему удалось то, что не смогли многие советские евреи, рискнувшие отправиться покорять Америку, не побоявшись сменить гражданство. Впрочем, данный эпизод убедительно доказывает, что случайностей не бывает, поскольку до депортации он был русско-американским шпионом.

И вот, мы, не будучи американцами ни по крови, ни по духу, но ставшими чем-то наподобие того огромного количества эмигрантов, ежегодно прибывающих на континент мировой демократии и свободы, и добившихся определенного успеха, уже чтим чуждые нам традиции. Последний четверг ноября как нельзя лучше подходит для того, чтобы собраться в загородном доме и изображать из себя настоящего американца.

Завтрак прошел как обычно, каждый занимался своим делом. Мать семейства готовила индейку, не подозревая, что в скором времени сама станет ее напоминать. Мои младшие брат и сестра играли в бильярд, а я, так и не оправившийся после смерти отца, усиленно налегал на виски. Нет необходимости называть их имена, менее чем через час они также покинут меня навсегда, но это будет легкая смерть…

Вместо того, чтобы побыть с родными, с которыми мы виделись довольно редко, я настроился немного поработать, а потому закрылся в верхней комнате и просматривал порно. Это было видео с недвусмысленным названием – «Зов щелей», к слову сказать, довольно качественное видео. Не испытывая жгучего интереса к происходящему на экране, я все же набросал пару крепких фраз на заданную тему, как ни крути, штука баксов сумма не лишняя. Занятие порно-критикой иногда вызывает отвращение и никогда не приносит удовлетворение, но это весьма прибыльное дело. Так сказать, «для души» я работал совершенно в ином жанре, хотя денег это практически не приносило.

Не имея ни жены, ни детей, мне, конечно, хватало бы тех денег, что я зарабатывал на прошлой работе в еженедельной газете, освещая различные светские события, где у меня даже была личная колонка. Однако по мере роста репутации, мне перестала быть интересной работа в рамках одного жанра, и я принял предложение своего давнего друга – издателя крупного порно-журнала. Как ни странно, поначалу меня даже забавлял столь легкий заработок, хотя перспективами здесь и не пахло. Но, как говорится, это Америка, детка!

В то утро, я мог бы не работать, но не испытывая сильной любви к своему семейству – этому сборищу фальшиво-лестных, а потому совершенно не искренних и лживых моральных инвалидов. Я сознательно не употребляю здесь типично американское слово «ублюдков», а так хочется. Из всех своих «родственничков» я отчасти уважал лишь покойного отца, мир его праху. Он хотя бы был искренен в своих пристрастиях: ежедневно напивался, и плевать хотел на всех нас. Впрочем, один дельный совет за свою жизнь он мне все же дал. Когда мне было десять лет, отец сказал: «Держи свое мнение при себе, приятель». Как ни странно, эта формула жизни не раз спасала меня…

Я не испытываю ни малейшего сожаления, что всех моих родных не стало – они были лишними людьми. И если бы не возник этот американо-корейский конфликт, уничтоживший семьдесят процентов населения Земли, его надо было бы придумать.

С появлением первых ракет, я сначала не поверил в происходящее, но когда начались первые разрушения пришел настоящий страх, и я обмочился – отрицать то, что я вижу, было бессмысленно. Если вы хотите знать, что последовало за этим, то этот кошмар словами не описать, и поверьте это не самое ужасное…

Что вы знаете о страхе?

Трусом меня не назовешь, но в тот день, который выжившие теперь называют «Днем расплаты», я испытал нечто большее, чем самый сильный страх. Это было сродни ощущению падения в адское пекло, когда земля уходит из-под ног, и ты понимаешь, что твоя жалкая жизнь вмиг оборвется.

Это чувство абсолютной безысходности. Единственное, что приходит на ум в такой момент – то, что в одиночку человек есть самое ничтожное на земле существо и ничего не способен сделать для своего спасения – инстинкт самосохранения здесь не помощник. В то же время, вместе мы представляем собой огромный потенциал для созидания, правда у этого есть и обратная сторона.

По-настоящему страшно становится, когда какому-либо безумцу удается навязать свою идею толпе, а когда пройдена точка невозврата на пути к воплощению этой самой идеи – приходит безразличие. При этом почему-то панически хочется забиться в угол, где тебя никто не найдет, или возникает желание вообще не рождаться на этот свет, и это стойкое чувство нереальности происходящего ничем не заглушить.

Так, что же вы знаете о страхе? Ничего вы не знаете! Это чувство вам не знакомо…

Решив, что на сегодня достаточно работать, я вышел во двор – тогда все и началось. Услышав раскаты приближающихся ракет, не сразу удалось сообразить, что, возможно – это последнее, что я увижу в своей жизни. Возникла мысль: если это действительно ракеты, то почему не сработала система ПВО – вот почему я сначала не поверил в происходящее. Но мой организм почуял беду, и мне уже не нужно было никаких доказательств того, что все, что я вижу, происходит наяву. Странно, но никакой информации от властей не последовало.

Моя родня выбежала на шум, застыв на месте, поначалу мы наблюдали за тем, что будет дальше. А дальше наступил сущий ад. Когда все стало взрываться, нас охватила паника, все забегали как безумные – я тоже побежал в поисках укрытия, но было уже поздно.

Никогда не забуду, насколько быстро все произошло. Пошла взрывная волна, неся с собой чудовищный запах горелого мяса, непроизвольно я простил своим близким все прежние обиды и тут же забыл об этом. На бегу я невольно зарыдал и в последний момент, перед тем как в меня сначала ударило горячей волной, а потом унесло в сторону, я инстинктивно схватил сестру и накрыл ее своим телом. В тот момент мне не показалось странным, что меня просто не разорвало в клочья. Наступила темнота, которая подарила покой, к сожалению, ненадолго.

Придя в себя, я увидел вокруг горящие руины Вашингтона, больше напоминающие пустыню, превратившуюся в свалку, заваленную обломками и частями тел. Я выжил, но как? Тогда я об этом не думал, мне довелось в полной мере познать истинное лицо настоящего страха.

Остаться в живых, когда вокруг гуляет смерть и ты ей не нужен – вот, что самое ужасное!

Текст второй

Вслед за первой серией ударов, последовала вторая, после которой всё в радиусе десяти миль превратилось в прах, а я все так же оставался цел и совершенно не испытывал боли. Разум отказывался верить в свою исключительность, и тогда я вынужденно отправился на поиски уцелевшей части населения. Конечно, непросто было принять смерть близких, но осознание того, что в силу обстоятельств чудесного спасения на мои плечи ложилась ответственность планетарного масштаба, не позволило мне утонуть в своем горе. В то время я не мог позволить себе искать истинные причины этой необъяснимой «жизни после смерти», все мои мысли занимало решение первостепенной задачи – помощи выжившим…

И вот уже две недели в пути, но ничего и никого, кроме разрушений и смерти. Впору наложить на себя руки, но я не отчаиваюсь. Вера в то, что это не последние дни человечества окрыляет и не даёт даже шанса на дурные мысли. Единственное, что я регулярно позволяю себе без лишних раздумий и угрызений совести – по вечерам принять на грудь полбутылки Джека Дэниелса. Так что я не одинок в своем странствии.

Ежедневно мой единственный друг Джек погружает меня в сон, окружая почти родительской заботой. Мне каждый раз так спокойно и тепло на сердце, что сложно себе представить, как я буду жить, если и он покинет меня навсегда.

Наше знакомство произошло в самом начале моего путешествия, когда я бродил в поисках пропитания. Увидев относительно уцелевший супермаркет, я несказанно обрадовался. Как тут не уверовать в существование чего-то божественного и наличие некоего вселенского замысла. Хотя набожностью я не отличался, скорее наоборот, всегда считал религиозную паству наивными глупцами. Но сейчас я не вижу другого объяснения моему спасению – промысел господень, не иначе.

В конечном итоге в сложившихся условиях мне необходим был собеседник и, пускай, им стал мой внутренний голос, мне хотя бы было не так страшно. К тому же, помимо него еще я обрёл верного попутчика. Когда я впервые его увидел, то не поверил своим глазам – он был словно в дымке и излучал сияние наподобие фосфоресцирующего фонаря. Сейчас у меня нет сомнений в том, что наше чувство было взаимным, но тогда я готов был на все, чтобы он согласился пойти со мной.

Быть может, все это похоже на безумие, но я был очень подавлен и меня все ещё посещали мысли о самоубийстве. Посудите сами – может ли сойти за нормального человек, который разговаривает сам с собой, видит чуть ли не во всем руку господа и радуется бутылке виски, как старому приятелю, с которым давно не виделся.

Одиночество способно свести с ума. И не надо заблуждаться, что объединение людей в группы – есть спасение. Это далеко не так, поскольку мы всегда одиноки. Задумайтесь, может ли человек, существующий в обществе, быть эгоистом? На самом деле в каждом из нас живет одинокий и преследующий удовлетворение исключительно своих потребностей эгоист. Стало быть, любое общество иллюзорно, оно лишь отражение упорядоченной структуры, а, значит – в корне безумно.

Так стоит ли спасать человечество? Что-то мне подсказывает, что стоит, и я продолжаю свой путь, но уже с Джеком. До встречи с ним у меня никогда не было друзей и, пускай, он лишь фантом, главное – что какое-то время я не буду одинок…

Человек слаб перед своими пристрастиями и, если бы не империалистические идеи, которые завели нас в тупик, рано или поздно мы все равно истребили бы самих себя. Но теперь все иначе. Придет время – я сам оставлю Джека наедине с вечностью и пойду своей дорогой, а пока мы вместе, нас окружают серые дни, и я все ещё жив. Это так поразительно и одновременно необычайно прекрасно.

За время, проведённое в дороге, я успел привыкнуть к окружающей действительности, но смириться с ней что-то мешало. Может быть, виновником этого был жуткий запах тлена, порой сводящий с ума. Иногда мне мерещилось, что тела начинают шевелиться, как в фильмах про зомби, в итоге это оказывалось игрой моего воображения. Хотя это не самое пугающее, что подстерегало меня на пути.

Где-то примерно дней через десять после моего «второго рождения», я начал замечать разные странные вещи. Однажды поутру мне встретился ворон, сидящий на дорожном знаке. Во время его птичьего приветствия в моей голове вспышками возникали визуальные образы, словно хроника произошедшего. В тот раз я списал это на возможное похмелье, но, к несчастью, история получила развитие.

В следующий раз мое терпение испытала проползающая мимо змея, которая, высунув язык, издала шипящий звук, который очень напомнил мне слово «Остановись!». Однако, ни в какое сравнение не идёт то, что я испытал, когда впервые увидел сон, который был необычайно реалистичен.

Проснувшись, я помнил его в деталях…

Текст третий

– Владимир Владимирович, времени на принятие решения все меньше. Рубикон они уже перешли. Это конец.

Человек, в строгом костюме молча стоял на берегу реки и невозмутимо глядел вдаль. Слова его оппонента уже не имели смысла. Решение он принял, но в ответ лишь махнул рукой, что означало только одно – не мешать!

Продолжая вглядываться в очертания горизонта, он не переставал удивляться своей судьбе. О своем предназначении он знал с самого рождения. Однако не был уверен до конца, что все произойдет с такой точностью, как было запланировано еще до вступления в должность главы государства.

Да, судьба часто бывает обманчива, но не с ним. Будучи прирожденным лидером, Владимир смог поменять ход событий и наставить палок в колеса машины смерти под названием «Мировая демократия». Более циничного определения сложно представить, поскольку в мире, в котором есть понятие «Власть», народ не может быть свободным. Это два взаимоисключающих термина.

Владея в совершенстве механизмами управления, Владимир стал последней надеждой не только своего народа, но и всего человечества. Правда, в начале его президентского пути, мало кто мог представить, что еще можно изменить направление летящей под откос цивилизации, и не кто иной, как Владимир, сможет даже больше – остановить движение и повернуть вспять, направив людское безразличие на созидание.

И теперь, уже в исправленной ситуации, от безысходности до воскрешения, когда все маски были сняты, он увидел истинную сущность мировой демократии, ощерившуюся в зверином оскале, и окончательно уверился в правильности своего пути. Вместе с уверенностью навалилась усталость, а осознание того, что главные победы еще впереди, ничего хорошего не сулило. Прекрасно понимая, что побед без потерь не бывает, его душа не могла наполниться счастьем, но отступить он уже не мог.

Предаваясь подобным раздумьям, Владимир оставался молчаливым. Однако реалии тех дней не требовали промедления. Своими действиями он спровоцировал на отчаянные поступки тех, кто был так уверен в своем всесилии. Проект «Окраина» не удался и был последней здравой попыткой для них взять руль в свои руки. А теперь, как это бывает при любом неудавшемся эксперименте, они решили все уничтожить, но не своими руками.

У любого плана есть запасной вариант. Такой вариант был и у Владимира. О нем знал только он и еще четверо самых близких, а потому официально несуществующих, людей. Хотя до конца истинную возможность его реализации понимал только сам Владимир.

Это понимание было не просто интуитивным, о спасительной возможности он знал несколько больше, чем все остальные. Единственное, что его печалило – это то, что вариант спасения не предусматривает спасения всего человечества. Учитывая свое положение, ему не следовало сильно беспокоиться об этом, но он до последнего искал другие варианты.

Как должностное лицо его обвиняли во всех смертных грехах, однако у Владимира имелся свой стиль управления, и надо признать весьма эффективный, раз доверчивые американцы так долго были убеждены в своей исключительности. И сейчас главный кукловод бьет тревогу, но уже слишком поздно.

Реалии таковы: проект «Демократия» себя изжил, в то время как проект «Поднебесная» еще не готов, и поэтому человечеству грозит тотальная аннигиляция. Правда у Владимира на этот счет было свое мнение.

Окончательно определив для себя дальнейшую стратегию, он произнес:

– Пора начинать.

Реакция четверых мужчин, стоявших неподалеку, не заставила себя ждать, и все пришло в движение.

Владимир стоял спиной к трапу, он и его команда только что прибыли к месту назначения. До судного дня оставались считанные дни; он знал, что должно последовать за ядерными ударами со стороны Кореи.

Купол уже возведен, но спасутся далеко не все. Главным козырем было оружие, которому миллионы лет. И сегодня Владимир раскроет карты перед ближайшими соратниками. Это именно те люди, которые в состоянии обеспечить максимальное развитие его судьбы.

В последние годы он часто бывал в этом тайном месте недалеко от Енисея. Многие полагали, что его частые визиты в Сибирь связаны с проверкой, как ведутся работы по строительству бункера на случай апокалипсиса. Надо признать, что те, кто так думал, были недалеки от истины. Бункер, а точнее база с бункером, действительно имели место быть, правда, на Алтае, и сообщались с тем самым тайником, в котором находится находка тысячелетия и надежда на спасение.

Спустившись на лифте до нужного уровня, группа лиц во главе с Владимиром вошла в более, чем просторное помещение. Открывшийся их взору вид шокировал посетителей так, как если бы они предстали перед самим создателем. Впрочем, сравнение оказалось весьма удачным, поскольку то, что находилось внутри, оставляло ощущение невозможного. Над самым полом на цепях висел хрустальный гроб, в котором в какой-то жидкости плавало женское тело.

– Это же…, – промолвил один из членов группы, но так и не смог закончить фразы.

Владимир поспешил успокоить сопровождавших его лиц:

– Все верно. Это та самая находка и она действительно существует.

– И как же она нам поможет?

– Когда придет время, мы ее разбудим…

После пробуждения я не один день силился понять, было ли это сном или видением. Размышляя над его смыслом, я не заметил, как эта странная история стала моим наваждением и в скором времени продолжилась.

Владимир задумчиво смотрел вдаль и вспоминал одно событие уже давно минувших дней, и только ночной ветер был его компанией.

Он вспомнил тот момент, когда Безымянная Дева проснулась. Женщин прекраснее ее он не встречал, но она, увы, была холодна, как и ее хрустальный гроб. Первая их встреча была незабываемой, именно поэтому он время от времени прокручивал в памяти тот день. Но как не силился понять, что она собой являла, так и не смог.

Тогда была лунная ночь. Владимир стоял на берегу Енисея, вглядываясь в его величественные глубины, и размышлял о грядущем. Она подошла сзади, в ее голубых глазах читалась мудрость и умиротворение. Та естественная красота, которой обладала эта женщина, присуща только славянским женщинам, а ее русые волосы служили тому подтверждением. Ее взгляд словно заглядывал в душу. Обратившись к Владимиру, она отметила, что он выглядит уставшим и спросила: не желает ли он бодрящего напитка. Владимир ответил утвердительно и, хотя с той поры прошло уже немало времени, то, что последовало за этим, он не сможет забыть никогда.

Слыша ее сердцебиение, Владимир все еще не мог поверить в то, что это не сон, и рядом с ним находится древнерусская богиня, а он чувствует ее тёплое дыхание. Она на самом днлн была жива, и от нее исходила сила, неподвластная времени. Все так, как его учили когда-то, в то далёкое время его посвящения в древние мистерии Земли.

Пока Владимир предавался ностальгии, воскресшая богиня совершила один фокус: как будто из воздуха достала прозрачную коробочку прямоугольной формы размером с ладонь и нажала на невидимую кнопку. Тут же этот странный предмет стал заполняться темной жидкостью, напоминающей кофе. Когда процесс был завершен, «новорожденная» протянула ёмкость Владимиру – сомневаться не приходилось, в ней был настоящий кофе.

Владимир удивился и спросил, почему современные люди такого не придумали. Ответом было: «Вы еще к такому не готовы»…

Открыв глаза, я долго смотрел на звезды. В моей голове кружился поток мыслей. Среди которых пришло осознание реальности происходящего, а вместе с ним и твёрдая уверенность в том, что независимо от того, удастся ли мне найти оставшихся в живых, я отправлюсь на поиски людей из моих сновидений.

Текст четвертый

Владимир снова пребывал в раздумьях. Он размышлял о судьбе человечества и о том, почему так происходит, что люди не желают учиться на своих ошибках. Ведь сравнительно недавно отшумели бомбежки Второй Мировой, и вот человечество снова стоит на грани. Ситуация в Сирии послужила убедительным тому подтверждением, но тогда Штаты все же не рискнули положить начало концу. Да и сами Мировые кукловоды в то время еще не были готовы к развязке, две мировые войны их кое-чему научили.

Да, тогда в сорок пятом основная задача была достигнута. В период, когда Советский Союз восстанавливал потери и закрылся от всего мира стеной, на мировой арене в подавляющей массе дьявольскими цветами проросли все людские пороки. Последние оковы в очередной раз были сброшены, человечество обрело мнимую свободу, и было вольно «исключительно по собственному желанию» упасть на самое дно, а оно, как известно, у всех имеет разную глубину.

Эта была очередная победа, но, как и столетиями ранее, на свете по сей день существовала одна сила, которую никак не удавалось обуздать. И даже в двадцатом столетии, выдержав две кровопролитные войны, эта сила не была покорена и уничтожена. Оставалось признать, что никакие методы в отношении пресловутого «русского духа» не работают. А раз так, необходимо было создать условия, при которых его источник мог бы иссякнуть.

Радости не было предела, когда «колхозный проект» приказал долго жить и теперь с таким усилием создаваемый мировым закулисьем «Новый Ковчег», больше напоминающий известный «Корабль Дураков», на всех парах шел к «Земле обетованной». Это был последний путь для всего человечества, так поначалу казалось. Но Россия – этот непостижимый феникс, вновь расправила крылья. Как это вышло – было уже за гранью понимания.

А на деле все оказалось, до смешного, простым. Отталкиваясь от значения выражения «что русскому хорошо, то немцу смерть», для понимания глубинной сути этой фразы необходимо ее прочитать наоборот – «что немцу смерть, то хорошо русскому». Правда, это самое «хорошо» можно смело адресовать к менталитету самого народа. Русский человек так устроен, что в обычных условиях сидит на печи, как Емеля, а случись беда – тут же переходит в активный режим. Такова русская натура и ничего с этим поделать нельзя.

Важную роль в возрождении России сыграл и ее президент. В полной мере отвечая смыслу фразеологизма «нет пророка в своем отечестве», он стал тем самым пророком, который смог понять, что нужно вверенному в его руки народу и как этого достичь.

Владимир спокойно вспоминал первые два срока своего правления, несмотря на то, сколько было сделано ошибок в тех условиях. Но дыма без огня не бывает. Обладая аналитическим мышлением, Владимир видел все слабые стороны внутренней политики, при этом, прекрасно осознавая внешние угрозы. Поэтому, положив на чаши весов самые важные рычаги, позволяющие достичь благополучия для своей страны, он сделал свою ставку и не проиграл.