Семимирье - 2. Появление Легенд
- -
- 100%
- +
– Наконец-то! – хозяин дома буквально кинулся ко мне. – Ты говорил, у тебя есть знакомая портальщица, сильная? Можешь с ней связаться и попросить помощи?
– Эмм… – я несколько опешил. Не то чтобы её не было, но вот так? – Она как бы есть, но я ей пока ещё должен услугу. И зачем тебе? Что случилось? Где твой…
– На Рестанге, – оборвав меня на полуслове, ответил Родни. Голос у него был сдавленным, будто он говорил сквозь тугой узел в горле. – Мне надо попасть туда, попытаться помочь ему и вернуть нас обратно.
– Ясно. Попробую сейчас связаться. И, кстати… новостей много. Остальные потом, но одну ты должен узнать до посещения родного мира.
– Не тяни… – с мольбой во взгляде пробормотал товарищ, схватившись за спинку кресла так, что костяшки пальцев побелели.
– У меня есть родственница. Она прорицатель. О ней говорить не хочу, – сразу предупредил возможные вопросы. – Но полезные советы получаю порой. И благодаря им я отправлюсь с вами на Верайн. Она назвала примерный список участников для успешного прохождения по этому миру.
– Майкл, я рад, что ты с нами, но мне точно это надо узнать именно сейчас? Каждая минута на счету… – воззрился на меня Родни. В его глазах читалась настоящая, животная паника, которую он едва сдерживал.
– Да, – кивнул я твёрдо. Это был не каприз, а необходимость. – Во-первых, тебе надо забрать из своего мира какого-то друга. Знаю только, что он оборотень. И ещё… У нас в потенциале имеется универсал с развитием почти всех направлений. Но ему нужен уникальный фамильяр. В идеале – как и у тебя, спутник-леросс…
– Вот это ты озадачил… – едва слышно отозвался товарищ. Он прошёлся по комнате, сжав виски пальцами. – Найдём Мертона – озадачим. Но сомневаюсь… Они слишком гордые, чтобы идти к кому-то в пару. А насчёт оборотня… Разве что тот парень, с которым я дружил в детстве… – предположил Родни, протягивая мне амулет для магической связи. Камень в его оправе был тёплым, почти живым на ощупь, и от него исходило слабое, прерывистое биение, как от сердца.
Если бы я умел им пользоваться. И надо сначала убедиться, что озвученные мной слова – не пустое сотрясение воздуха.
– Ты говорил, он из простых? – удивился я, понимая, что человек в сорок два – это уже, мягко говоря, не парень.
– А должен был сказать, что он дракон? – Родни горько усмехнулся. – За сокрытие этой информации казнили бы и его вместе с семьёй, и меня – вне зависимости от того, что я виртонг и сын владыки. О таком или заявляют едва узнав, или молчат всегда… Это не закон, Майкл. Это – выживание. Так было всегда.
– Ты в другом мире, и у вас там отношение к драконам изменилось… – искренне не понял я степени секретности по потерявшему актуальность вопросу.
– Так-то так, но есть прегрешения в глазах фанатиков, не имеющие срока давности. По нынешней строке закона обвинить не смогут. Но кто сказал, что все смирились с новым положением дел? Втихую прикопают меня и всех причастных, – невесело усмехнувшись, пояснил фактическое положение дел Родни. В его словах не было паранойи. Была усталая, выстраданная правда.
Тут мне сказать было нечего. Жизнь на Земле далека от их реалий, где гуманизм никто не насаждал. Мне в принципе не понять, как можно убить человека… существо только за то, что оно иного вида. И тем более как можно лишить жизни проявивших гуманность и не оповестивших соответствующие органы о выявлении существа некого вида. Даже кабанов в лесу просто так не убивают. А здесь речь о разумных.
Развивать эту тему желания не было. Разные миры, различный менталитет. Радовало, что Родни оказался редким исключением из их идиотских правил. В его кабинете пахло старым деревом, дорогим виски и страхом – острым, металлическим.
– Род, как этим пользоваться-то? – я взглядом указал на амулет связи, чувствуя себя неловко от своего невежества.
– Мысленно представь, с кем хочешь связаться, и…
Он говорил, а я, продолжая держать в руке амулет, непроизвольно вспомнил Каменюку. Не её лицо, а ощущение: резкий, как уксус, характер, запах ладана и старых книг, исходящий от неё, и цепкая, железная хватка её магии.
– Неужто уже готов обязательство исполнить? – раздался знакомый ворчливый голос прямо у меня в голове, заставив вздрогнуть. – Ну уж нет, ты не торопись. У меня потом смысл жизни пропадёт. Лучше расскажи, как там твоя девочка? Успел? Вылечили в мирах?.. – посыпался шквал вопросов, быстрых и колючих, как штыки.
– Подождать не против, потому что не готов. С Настей… Успел, но там всё непросто. В двух словах не расскажешь.
– Чего ж тогда тревожишь старушку? Решил убедиться, что не померла? Так не дождёшься…
– Тьфу! – вполне искренне сплюнул я. – Не каркайте, и в мыслях такого не было. К тому же не такая вы и старушка.
Ну, вправду – ей от силы шестьдесят, а может и пятьдесят. И не исключено, что это показной возраст, а реальный может оказаться втрое больше или меньше. Маг выглядит настолько, насколько себя чувствует. Вон Викентьевна за полгода, что мы знакомы, лет на двадцать помолодела. Видимо, что-то хорошее в её жизни происходит. Хотелось бы верить, что это хорошее – я, но не верилось.
– А чего тогда? Неужто соскучился? – не без язвительности поинтересовалась она.
– Антонина Филимоновна, мне помощь ваша снова нужна…
И понеслись уговоры. Хотя казалось, ломалась она сугубо для приличия. Явно засиделась, уйдя от дел. В её голосе, сквозь привычную ворчливость, проскальзывало нетерпеливое ожидание, даже азарт. А услыхав, куда предстоит отправиться, и вовсе оживилась. Всё-таки проникнуть в закрытый мир – даже для суперпродвинутых портальщиков – сложно. Нужен некто-ключ, тот, кто имеет корневую привязку к Рестангу. И у нас был Родни.
– Ок, я в деле! – резюмировала неожиданно Каменюка в то время, как я пытался придумать новые аргументы для уговоров. – Откуда стартуем? И когда?
Я взглянул на прислушивающегося к разговору Родни. Он замер, не дыша.
– Вы сможете перенестись к Майклу сейчас? – поинтересовался он, и я растерялся – не знал, что так можно.
– Мир какой? – уточнила Каменюка, и в её тоне не было ни тени сомнения, лишь деловая резкость.
– Картэн, – ответил я, опасаясь, что она окажется где-то далеко и всё же откажет.
– Дайте полчаса собраться… – отозвалась она вместо ответа и прервала связь, не сомневаясь в нашем согласии. – Понадобятся кристаллы-накопители.
– Будут, – вмиг заверил женщину мой товарищ, и в его глазах вспыхнула первая за этот вечер искра надежды.
Мы не сговариваясь рванули во двор особняка. Всё же имелась вероятность застревания в потолках, полах или стенах здания. На свободном месте на улице как-то спокойнее будет. Ночь была тёплой, тихой, звёзды над Картэном сияли мягким, неагрессивным светом. Мы стояли на аккуратно подстриженном газоне, и в воздухе витал сладковатый аромат ночных цветов, смешанный с запахом влажной земли.
Пока ждали появления Каменюки, рассказал товарищу историю нашего с ней знакомства. И про Иру. И про Лекса. Говорил быстро, сбивчиво, пытаясь уложить недели событий в минуты. Родни слушал, кивая, но взгляд его постоянно скользил по тёмному пространству двора, выискивая движение.
– Сложнее всего то, что особенности Ириного дара надо хранить в секрете. Но ситуации бывают разные. Могут спровоцировать. Как это сделала Машка в парке. Хорошо, если никто не видел. А если…
Я вздохнул, пытаясь вспомнить, в какой именно момент свалила сама Маша? Видела ли она перерождение Иры или нет? Память выдавала только кашу из шока, огня и боли.
– Даже если она не видела возрождения, это не гарантирует того, что они при встрече не узнают друг друга… – отозвался встревоженно озирающийся по сторонам Родни. – Она может не прийти? – товарищ озвучил мучающие его сомнения, и в его голосе снова зазвучала предательская дрожь.
– Я всегда держу своё слово, виртонг, – раздался знакомый голос из-за спины, сухой и чёткий, как удар камня о камень. – Вы готовы? Куда переносимся? Имеется изображение?
Она возникла не из портала, не из тьмы. Она просто появилась в трёх шагах от нас, будто стояла там всегда. Антонина Филимоновна. На ней был походный плащ поверх простой тёмной одежды, в руках – небольшой, но увесистый мешок. Её глаза, острые, как скальпели, мгновенно оценили обстановку, Родни, меня, небо над головой. От неё пахло озоном, пылью дорог и чем-то горьковато-пряным.
Хм… Ну ладно, этап расшаркивания и знакомств опустим. А как она поняла, что он виртонг? Они же внешне ничем не отличаются от людей. Или это мне так кажется? Может, это что-то в ауре, в магическом отпечатке, что видят только свои?
– Образ местности из воспоминаний сможете использовать? – уточнил, оборачиваясь к женщине, Родни. В его позе читалось невольное напряжение, почти вызов. Встреча двух сильных, не привыкших уступать магов.
Хм… А так можно было? Сколько ещё открытий меня ждёт? Я стоял меж ними, чувствуя, как от предстоящего прыжка в неизвестность замирает сердце и по спине пробегают мурашки. Но отступать было некуда. Мертон ждал. И где-то там, на Рестанге, ждал дракон.
Глава 4
– При наличии физического контакта – да, – уверенно откликнулась Каменюка, подняла взгляд, и…
В её взгляде мелькнуло узнавание, надежда. Женщина мотнула головой, будто отгоняя наваждение и стараясь сосредоточиться.
– …Желательно безопасное место, – продолжила говорить она, странно растягивая слова. – Для последующего перехода внутри мира потребуется время на восстановление.
– Есть кристаллы-накопители, – напомнил Родни, невесть когда успевший прихватить с собой рюкзак, где имелись столь полезные предметы. – Возьмите на всякий случай один сразу… – он протянул Каменюке мерцающий перламутровый кристалл.
Как сдержался, чтобы не перехватить вещицу? Ведь прежде только слышал об их существовании. Увидел впервые. Какова она на ощупь? Что ощущаешь, держа в руках…
Мы перестраховались, обеспечив всех участников переноса физическим контактом. Белка забрался мне на плечи, вцепился лапами в шею, обернувшись вокруг нее наподобие воротника. Родни одной рукой приобнял меня, вторую протянул Антонине Филимоновне.
Я думал, что уже достаточно попутешествовал по мирам, чтобы испытать нечто новое?
Наивный…
Мир размазался. Кажется, я сам рассыпался на молекулы. Не больно, но странно и страшно. Особенно то, что ты это осознаёшь. Потом вновь собрался. Пришло головокружение и полная дезориентация в пространстве. Я не понимал: где верх или низ. Я не стоял, летал в невесомости. Перед глазами туман. Плотный. Не видно, что вокруг и кто рядом. Прикосновения товарища или присутствие фамильяра не ощущалось. Это пугало.
Приземление прошло почти удачно. На четыре точки. В не просто горячий, а в раскалённый и рыхлый песок. При этом едва не придавил оказавшегося подо мной зачермышку. Я по-прежнему не видел, но чувствовал его. Где-то рядом хором выругались Каменюка и Родни. А следом по глазам ударил яркий свет. Кожу опалили нещадные лучи пустынного солнца в зените. Лёгкие вмиг ощутили чрезмерную сухость воздуха.
– Это безопасное место? – прохрипела заматывающаяся предусмотрительно взятым с собой шарфом Каменюка.
Я, вставая, взял на руки Белку и бросил недовольный взгляд на товарища. Если не бывавшая тут женщина додумалась взять шарф, то он-то чем думал?! Или бывавшая? Или просто много знающая о мирах? Да, наверное, всему виной возраст, опыт и знания…
Что-то Рестанг мне не понравился. Начиная с ощущений во время перехода, заканчивая встретившим нас климатом. Ещё и атмосфера здесь странная. Навевает уныние, безысходность. Вызывает желание лечь и умереть. Брррр…
– Я понятия не имею, какая тут сейчас политическая обстановка… – отозвался Родни, прикрывая глаза и явно к чему-то прислушиваясь. – И мы почти на месте… Они там… – парень, не открывая глаз, кивнул, указывая направление.
Чем это «там» отличается от прочих направлений? Со всех сторон – равномерно распределившиеся песчаные барханы. Солнце, вернее аналогичное ему светило, ровно над головой. Как здесь определить стороны света? Но он понял что-то. Придётся поверить. Возможно, с уникальными и легендарными магическими спутниками связь крепче, и ощущения ярче. Чувствуется направление, расстояние?
Родни снял рюкзак, достал оттуда пару широкополых шляп на завязках под подбородок. Три фильтра-намордника, бутылку воды. Пустил тару по кругу. Раздал амуницию. Я устыдился. Вышло, обвинил товарища раньше времени. Он просто не успел выделить нам причитающуюся защиту заранее.
Каково идти по сухому рыхлому песку, проваливаясь при малейшем неловком движении по колено? Метров через сто я начал с надеждой коситься на нашу портальщицу.
– У меня резерв не безразмерный… – заметив мой взгляд, ответила женщина.
Хотел напомнить про кристаллы-накопители, но как-то мысль вылетела. Жара плавила мозг. Мышцы всего тела стонали. Хотелось лечь и умереть.
– Вон там! – до неприличия бодро воскликнул Родни, указывая в одному ему различимую точку на горизонте.
– Что там? – буркнул я.
– Вход в подземные пещеры…
Я чуть глаза не сломал. Ничего не увидел. Наверное, у виртонгов зрение многократно острее, нежели у людей. Перспектива оказаться под толщей песка тоже не слишком впечатляла. Один плюс – там не будет так жарко. Надеюсь, не будет. Зато темно, и есть шанс быть погребёнными под тоннами песка. А ведь предстоящая экспедиция вряд ли окажется более комфортной. Спрашивается, зачем мать туда понесло? Ладно, от мужа с Земли свалила. Это можно понять. Но Верайн?
«Если бы твоя Настя сейчас оказалась там, ты бы рванул на Верайн?» – впервые с момента переноса подал голос Белка.
«Ну, это другое…»
«С чего ты взял? Помнишь – она там с твоим отцом.»
«А его за каким туда понесло? Ещё и мать потащил. Я бы Настю туда ни за что не взял…»
«Ой ли? Смотря какой дар у неё откроется!» – ехидно забулькал от смеха зачермышка.
Я искренне возмутился.
«А что же ты дочь свою мечтаешь с собой взять?»
И ведь прав. Поддел. Так и есть. Правда, не воспринимаю я Джастин как дочь. Подругу? Да. Родной и близкий человек? Да. Дочь… Видимо, чтобы ощутить такую степень родства, нужно воспитать ребёнка. Иначе это не более чем слово.
«Про отца твоего я узнавал… Он не мог покинуть Верайн. Эвакуировал вас. Потому твоя мать с тобой на Земле у деда когда-то и оказалась».
– Тут где-то камень нажать надо… – донёсся извне голос Родни.
Встряхнув головой, сосредоточил взгляд и ошалел: в пылу спора и эмоций шёл на автопилоте и даже не заметил, как добрался до входа в подземные пещеры. Выглядело место со стороны как очередной бархан. Вот только состоял этот гребень из камня, внешне совершенно не отличающегося от окружающих песков. Лишь вблизи удивляло то, что одна из сторон бархана практически вертикально стоит. Однако свет играет так, что образуется визуальная иллюзия, позволяющая входу в подземелье замаскироваться, мимикрировать под окружающую среду.
Белка соскочил с рук. Метнулся к стене. Встал на задние лапки, передними нажимая на ничем не отличимый фрагмент стены.
«Помог бы что ли…» – пробормотал он в моей голове, и я поспешил на помощь.
Камень под ладонью действительно подался вперёд. Послышался тихий скрежет. Повеяло прохладой. И часть стены сместилась в сторону, образуя довольно просторный проход.
Не сговариваясь, одновременно шагнули внутрь. Лишь зачермышка умчал вперёд.
Насчёт темноты я оказался неправ. Пол, стены, потолок светились, будто фосфоресцировали. Создавался странный эффект без теней. Это позволяло совершенно спокойно продвигаться вперёд, не опасаясь споткнуться или наткнуться лбом на стену.
– Вода осталась? – поинтересовался я у Родни, стягивая с себя намордник и вдыхая сухой, но прохладный воздух подземного хода.
Сделав пару глотков, почувствовал себя живым.
«Ты где?» – спросил у Белки.
«Нашёл Мертона… Он не один. Выйти навстречу не сможем. До развилки дошли?»
«Нет…»
«На ближайшей к вам развилке налево. Потом направо. Два раза прямо. Налево. Один раз прямо. Там встретимся…»
Вот это скорость. Когда он успел пробежать столько и дорогу запомнить? Озвучил спутникам сказанное фамильяром, надеясь, что не переврал направления.
– Как там Мертон? Что с ним? Кто там ещё? – заваливал меня вопросами Родни, вот только я ответов не знал, а зачермышка как назло притих и не откликался.
Шли довольно бодрым шагом минут сорок. Это с какой же скоростью промчался по подземным ходам Белка, чтобы минут через пять выдать маршрут. И страшно подумать, сколько тут плутали бы мы. Количество развилок напрягало. Как и то, что все проходы с виду одинаковы. Надеюсь, нам не потребуется искать отсюда выход самостоятельно.
Цель обнаружилась в небольшой пещере. Представшее зрелище впечатлило. Мой желудок едва не вывернулся наизнанку.
То, что было прежде красавцем-лероссом, сейчас представляло собой весьма жалкое зрелище. Израненный. Истекающий сукровицей. Глаза заволокло мутной плёнкой. Рядом грудой мяса лежал некто. Тоже немалых размеров туша. Можно подумать, что это труп, но, несмотря на бесформенное состояние, явно прослеживается дыхание. В носу стоит вонь разложения, нечистот и болезни.
– Боги… – только и смог выдохнуть Родни, падая на колени рядом с Мертоном.
– Не прикасайся! – приказала Каменюка таким тоном, что ослушаться было невозможно. – У вас есть огнекамень, закалённый драконом? Или живой дракон под рукой? – осматривая пострадавших, уточнила она.
– Эээ… Есть. А зачем? Что с ними? – товарищ явно разрывался между желанием приблизиться и отшатнуться.
– Одного отравили. Второй взял часть воздействия на себя. Это не спасёт. Умрут оба. Но позднее, чем умер бы первый в изначальном состоянии. Коснёшься – разделишь их участь. Я такое уже видела… Спасёт драконий огонь. Думай, виртонг.
– Тот друг детства? – напомнил я наш разговор в особняке.
– Сил хватит перенести к тому, кого представлю, и обратно? – уточнил товарищ у портальщицы.
– С учётом кристалла, да, – кивнула она и протянула ему руку.
Оставаться здесь наедине с умирающим лероссом и неведомым существом, превратившимся в комок пока ещё живой плоти, не хотелось. Тонны песка над головой. Километры переходов. Бескрайние просторы пустыни… Неизвестный закрытый мир. С учётом всего этого даже присутствие фамильяра ничуть не утешало. Но и остановить спутников, повиснув дополнительным балластом, я не мог. На кону как минимум две жизни.
«И один из них – потенциально уникальный спутник жизни для мага…» – подлил масла в огонь Белка.
Не зря говорят, что всё, что не делается, – не случайно и к лучшему. Как бы жестоко ни звучало, но всё именно так. Дракон сейчас будет рядом, и потенциальный спутник для Лекса.
Одного осталось уговорить присоединиться, второго откачать, чтобы душу богам не отдал. Потом убедить посмотреть на потенциального спутника жизни. Ещё бы на Землю смотаться и Лёху Степного на Картэн вытащить… Отловить ещё двух новеньких с Земли. Тогда дело станет лишь за обучением участников и подготовкой.
Как бы ни пытался отвлекать себя позитивными мыслями, не помогало. Окружающая атмосфера, вонь, страх, что товарищи не вернутся. Не потому что бросят, а потому что случится что-то… И как назло время тянется мучительно долго. Пытался с Белкой поговорить. Молчит. Марширует из угла в угол. Понурился. Хвост опустил. Оптимизма это не добавляет.
Внезапно в пещере стало тесно и шумно. Бледная как привидение Каменюка буквально сползла по стенке на пол. Я хотел броситься к ней, но, услышав молодецкий храп, решил воздержаться. Видимо, она так восстанавливается. Вторым оказался измождённый парень, на вид не старше нас, со следами цепей на руках и шее, со странными седыми прядями в тёмных волосах. Родни трепал его за плечи, причитал, прося прийти в себя, помочь. Плакал. А я стоял, не зная, чем помочь.
«Коснись дракона. Я помогу передать ему часть жизненных сил…» – произнёс зачермышка.
«Жизненных?!» – это меня напрягло.
«Переживёшь… Виртонга обнулять тут нельзя. Портальщицу тем более. Только ты можешь пожертвовать этой энергией без ущерба для себя и окружающих…» – пристыдил меня фамильяр.
Пришлось соглашаться. Хотя не хотелось… Наверное, я всё же эгоист.
Что делал зачермышка, не знаю. Не понял. Всё происходило слишком быстро. Вот я делаю шаг к парню. Протягиваю руку, касаясь его предплечья. И в какой-то момент ощущаю дикую слабость, успев заметить вспыхнувший на щеках незнакомца румянец.
«Упс! Переборщил…» – констатировал мой пушистый садист. – «Скажи виртонгу, пусть даст ему кристалл-накопитель…»
Легко сказать «скажи». А если язык не шевелится?
Какое-то время ушло на попытки достучаться до товарища. Сказать или подойти и показать жестами я попросту не мог. Слишком много сил слил Белка. Мычал. Да только дракон хоть и посвежел, но в сознание не пришёл. Как итог, пещеру по-прежнему заполняли причитания Родни, храп Каменюки, хриплое дыхание Мертона, тихие стоны неведомого существа. Мои попытки привлечь внимание за всей этой какофонией результата не приносили.
«И какого хрена меня сюда понесло…» – бессильно простонал я мысленно.
«Жизнь Родни для тебя не важна?» – в голосе Белки послышалось удивление.
«При чём тут это?» – не понял я.
«При том, что лероссы редко связывают свою жизнь с кем-то именно потому, что смерть одного из спутников означает смерть для обоих… Демоны почти бессмертны,» – добавил он, а я мысленно повторил:
«Почти…»
Но существуют яды, способные превратить их в кусок мяса…
Обычно они не хотят связываться с кем-то, чтобы не рисковать своей жизнью. А сейчас Мертон находится на грани. И это угроза для Родни. Моего единственного в мирах друга!
– Род… Род! – осознание серьёзности ситуации придало сил, и даже голос прорезался.
Товарищ обернулся.
– Я влил сил… Дай ему кристалл…
На большее меня не хватило. Осталось лишь лежать безвольно, наблюдая за происходящим. Родни всё понял правильно. Достал кристаллы. Сунул для профилактики всем по штуке. И мне, и спящей Каменюке, и дракону.
А дальше… Дальше я всё пропустил, непреднамеренно последовав примеру нашей портальщицы и отключившись. То ли сознание потерял от нехватки жизненных сил, то ли уснул? Сколько времени прошло, прежде чем пришёл в себя? Не знаю. В подземелье ни рассвета, ни заката. Зато мы с Каменюкой оказались не в пещере, а метрах в двадцати от неё – в подземном ходе.
«Очнулся? Я же говорил, тебе ничего не грозит…» – проворчал, заворочавшись у меня под боком, зачермышка.
Встал. Ожидал как минимум головокружения. Странно. Перед этим вырубился из-за потери сил, ведь. А сейчас вполне бодр, ни малейшего следа от былой слабости. Только мышцы и суставы ноют, жалуясь на долгое пребывание в неудобной позе и на твёрдой поверхности. Видимо, сон и кристалл сделали своё дело.
Взглянул на лежащую рядом портальщицу. Та уже не оглашала округу молодецким храпом, а посапывала. Бледность ушла. Прошёл к пещере. Четыре бесчувственные тела. Родни. Тот парень с белыми прядями в тёмных волосах. И… два демона! Именно демона. Здоровенные. Метра по три ростом. С витыми мощными рогами. Один красный. Второй чёрный с красными отливами.
Морды… Взять быка, содрать с него кожу, увеличить раз в пять глаза, расширить рот, наполнив острыми зубами. И с морды лица будут как два брата-близнеца. Тела увиты узлами мышц. Покрывает их местами очень прочная с виду кожа, местами крупная, напоминающая пластины, чешуя. Одежды нет. Шерсти тоже. Верхние конечности практически человеческие, только когти великоваты. Нижние трудно с чем-то сравнить. Ничего похожего прежде не видел. Не копыта, но и лапами сложно назвать.
Очевидно, это и есть истинный облик лероссов? Впечатляющее зрелище.
«Что я пропустил?» – поинтересовался я.
«Почти то же, что и я… Дракон очнулся. Они оттащили вас в сторону. Он сменил ипостась. Дальше не видно было за его тушей. Весь проход заслонил. Могу одно сказать – задница у него бирюзовая, отливает перламутром и фиолетом. Потом я поделился с тобой энергией и вырубился…» – отчитался зачермышка.
Хм… Так вот почему я настолько бодр? Всё же порою от зачермышки и вправду толк есть, помимо умиления.
– Ты ж мой хороший… – я, подхватив песца на руки, потрепал его за ушком как обычную зверушку.
Зачермышка по инерции дёрнулся, типа не соглашаясь с подобным обращением, и в то же время заурчал. Потом расслабился и вывернулся так, чтобы я потрёпал ещё и брюшко. Вот же выпендрёжник! Помню, как Настя его тискала, он млел как обычный котяра и не выделывался.
Настя. Столько планов, столько желаний. А когда её найду, что делать буду?
«Что надо, то и будешь… Не отвлекайся! Проблемы надо решать по мере их поступления! А у тебя вообще мыслительные процессы нарушают моторику…» – разворчался мой фамильяр, которого почесывать не с той интенсивностью начали, видите ли.