Затерянные артефакты богов

***

Когда ночь окутала древнее святилище, Драгомир покинул его, уведя с собой шестерых воинов. Они скрывались в тенях, их имена не знал никто, их шаги не слышал даже ветер. Им предстояло добраться до Города Битв, туда, где собирались лучшие бойцы, туда, где решались судьбы. И там, среди грохота мечей и боевых кличей, им предстояло найти Избранного.

Глава 7. Путь что предначертан судьбой

Ночь в Лесу Друидов была тёмной, но звёзды сияли над древними кронами, словно тысячи глаз, наблюдающих за судьбой одного человека. Ветер приносил шёпот деревьев, напев древних духов, слова которых не мог разобрать даже тот, кто знал язык мира.

У костра сидели двое. Один — юный воин с ярко-зелёными глазами, горящими как изумруды, другой — его наставник, чья тень казалась больше, чем должно быть, а голос — древнее самого времени.

Род медленно бросил в огонь горсть тёмных трав. Пламя мгновенно вспыхнуло зелёным светом, завиваясь в причудливые узоры, и в его глубине проявились образы — размытые, неясные, но наполненные силой.

Теперь он больше не Родислав, а тот, кто соткал всю ткань мироздания. Ярополку открылся он, будучи рядовым богом для других, как богов так и людей. Пока знает только Ярополк, но скоро мир узнает и содрогнётся.

— Ты готов, — сказал он наконец, не глядя на ученика. — Готов узнать правду о себе и о том, что ждёт тебя за пределами этого леса.

Ярополк молча смотрел в пламя. Его сердце билось ровно, но в груди нарастало странное напряжение.

— Твой путь не начался здесь, в этом лесу, и не закончится в мире смертных. Ты — избранный, но не Перуном, не Велесом, не кем-то из сонма богов. Ты избран самим мирозданием.

В огне проступило видение: золотая колесница несётся по небу, разрывая тьму. За ней тянется длинный след света, но тьма сжимается вокруг, пытаясь поглотить его.

— Три века назад Перун увидел пророчество. Он видел тебя, мальчик. Видел, как ты ведёшь за собой не людей, не богов, но саму судьбу. Он не знал, что именно ты принесёшь — гибель или спасение. Потому и издал указ: любой, кто получит Дар Богов, должен быть уничтожен.

Пламя взметнулось выше, и в нём появилось изображение храма, залитого кровью. Люди в доспехах, с сияющими мечами, сражаются с невидимым врагом.

— Но боги слепы, — продолжал Род, его голос звучал, будто сам лес говорил сквозь него. — Они видят только то, чего боятся. Но я знаю больше. И я скажу тебе, Ярополк. Ты должен найти артефакты богов. Ты должен собрать их все, один за другим, и принести к последнему. Ибо в их силе — ключ к разгадке судьбы мира.

Ярополк сжал кулаки. Он слышал о богах, слышал о древних реликвиях, но теперь они стали не легендой — реальностью.

— Но что мне делать, когда я их соберу? — спросил он, его голос был твёрд, но внутри росло сомнение.

Род взглянул на него. В его глазах мелькнула тень чего-то древнего, чего-то, что нельзя было объяснить словами.

— Ты узнаешь, когда придёт время. Но прежде тебе предстоит пройти через мир людей, заглянуть в сердца смертных и богов, увидеть, кто друг, а кто враг. Тебя будут пытаться сломить. Ты будешь видеть ложь в каждом слове, интриги в каждом поступке. Но ты не должен отступать.

Огонь начал угасать. Ветер стих. Казалось, сам мир замер, слушая слова Рода.

— Завтра мы покинем этот лес. Ты увидишь Город Битв. Там твой путь продолжится. Там ты найдёшь союзников. И, возможно, встретишь тех, кто следит за тобой из тени.

Ярополк поднял голову. В его глазах больше не было сомнения.

— Я готов.

Род кивнул.

— Тогда иди и отдохни. Завтра начинается твоя настоящая жизнь.

***

Они покинули лес на рассвете. Дорога вилась сквозь холмы, тёмные чащи, топкие болота. Ночами к ним доносились крики существ, что не принадлежат миру людей. Ярополк ощущал их присутствие кожей, но не боялся. Теперь он чувствовал силу, что текла в его жилах, силу, которую он только начинал понимать.

Часть 2

Глава 1. Сечеград — Город Вечной Битвы

Дорога к Сечеграду могла стать дорогой без возврата. Озеро Смерк дышало в ночи. Его воды не просто отражали луну, они поглощали её свет, делая его тусклым и мёртвым. Тёмные силуэты лодок скользили по глади, какие то двигались сами, какие-то вели молчаливые гребцы, лица которых были скрыты капюшонами. Они не задавали вопросов. Не говорили ни слова.

— Почему они молчат? — прошептал молодой воин, напряжённо всматриваясь в ближайшего лодочника.

Старший спутник лишь покачал головой:

— Лучше молчи и ты.

Вода вокруг была неспокойной. Время от времени оттуда доносился всплеск — будто в глубине что-то двигалось. Что-то древнее, огромное. Один из путников наклонился над водой, желая разглядеть отражение, но тут же отпрянул. В глубине, вместо собственного лица, он увидел нечто иное — старческое, измождённое, с пустыми чёрными глазницами.

Вечный туман отступал медленно, с неохотой, открывая массивные стены, испещрённые следами древних битв. Камень был тёмным, будто в его основе лежал застывший дым тысяч сожжённых воинов. Ворота разошлись с гулким шёпотом, словно сами были живыми.

— Добро пожаловать в Сечеград, — раздался хриплый голос стража.

Внутри всё было пронизано атмосферой войны. Узкие улочки, вымощенные булыжником, помнили кровь павших. Здесь не было ярких красок, лишь серый камень, чернёные доспехи и отблески оружия, которое точили в каждой мастерской.

В самом центре возвышалась Арена Веков, огромный амфитеатр, уходящий вглубь земли. Её стены, исписанные древними рунами, были черны от копоти факелов. Каждый, кто ступал на песок арены, знал, что сюда приходят не ради зрелища, а ради права быть частью Сечеграда. Песок здесь был не золотым, а тёмно-бурым, напитанным кровью тысяч поколений. Где-то внизу, в самых глубинах арены, находилось место, куда не ступала нога смертного — Чёрный Алтарь, древняя скала, на которой приносились жертвы богам войны.

***

Где бы ни кипели битвы, всегда находилось место, где можно было выпить перед смертью. «Последний Зов» был именно таким местом. Здесь пахло жареным мясом, смолой и кровью. За длинными столами сидели воины, чей возраст определить было невозможно — то ли молодые, но измученные войнами, то ли старые, но всё ещё крепкие.

— Здесь пьют перед боем и после него, — усмехнулся трактирщик, протирая грубой тряпкой деревянный кубок. — Но некоторые не успевают допить.

Он кивнул на полку позади себя, где стояли нетронутые кубки, покрытые пылью.

— Это что? — спросил один из гостей.

— Кубки тех, кто не вернулся. Мы их не убираем, чтобы помнили.

Один из мужчин протянул руку, чтобы взять один из кубков, но трактирщик резко схватил его запястье:

— Не трогай.

Гость почувствовал, как от кубков веяло холодом.

— Говорят, иногда из них можно услышать голос, — прошептал трактирщик. — Но лучше не слушать.

***

Сечеград был построен не просто так. Его улицы, его стены, его арена — всё это скрывало нечто древнее. Глубоко под городом, за Чёрным Алтарём, были врата, ведущие в подземелья.

— Там… заперто то, что должно было исчезнуть, — говорил один из старых гладиаторов.

Но исчезло ли? Ночами некоторые слышали, как из-под арены доносится тихий стук — будто что-то в глубине ждёт. Что-то, что когда-то сражалось. Что-то, что не умерло. В Сечеграде каждый знал одно:

— Здесь нет победителей. Только те, кто сражается дальше.

И в этом была его вечная суть.

***

Ночь медленно отступала, уступая место холодному рассвету. Туман, тяжёлый, как дыхание исполина, стелился над водами чёрного озера Смерк, укрывая его тайны. Из-за плотной дымки постепенно проступали силуэты: древний мост, выложенный массивными плитами, и за ним — город, застывший в предрассветной тени.

Каменные стены, отполированные ветрами столетий, поднимались, словно гигантский щит, охраняющий сокровище воинской доблести. Над ними возвышались сторожевые башни, увенчанные флагами княжеств и боевых братств. За стенами, поднимаясь террасами, лежали улицы, ведущие к сердцу города — великой арене.

Лошади нервно били копытами о камень. Люди, завернувшись в плащи, переговаривались у ворот, где стражники, облачённые в доспехи, вырезанные из чёрного железа, внимательно изучали каждого прибывшего.

— Имя? — спросил один из них, высокий, с густой бородой.

— Драгомир из Подлесья, со мной шестеро.

— Цель визита?

— Турнир.

Стражник кивнул, но взгляд его задержался на мечах, сверкающих в предрассветном свете.

— Проходите. Но помните — Сечеград не терпит трусов и не прощает тех, кто ломает его законы.

И они шагнули вперёд, вглубь города, туда, где уже слышались голоса, смех и звон мечей.

Улицы, мощёные старым камнем, были полны народу: воины в рваных плащах и дорогих кольчугах, купцы, зазывающие к своим лавкам, кузнецы, выбивающие ритм стали и огня. В воздухе пахло жареным мясом, дымом костров и потом тех, кто пришёл сюда не просто жить, а выживать. По обеим сторонам главной улицы располагались трактиры и постоялые дворы.

"Тесак и Чаша" — таверна, где любой мог найти себе противника, выпивку или неприятности.

"Кровавый Рог" — логово наёмников, где победа и смерть стоили одинаково дорого.

"Песнь Сирены" — заведение, где мягкие голоса женщин могли убаюкать даже тех, кто привык слышать лишь боевой клич.

Вечерний свет пробивался сквозь окна, заливая улицы тёплым свечением.

— Вот он, город мечей и греха. — Черногрив, северянин с густой гривой волос, усмехнулся, откидывая топор на плечо. — Если доживёшь до утра — считай, что удача на твоей стороне.

— Ты хочешь найти удачу в вине или в объятиях? — Радана, убийца, скользнула взглядом по вывеске "Песнь Сирены", откуда уже доносился смех.

— Зачем выбирать?

Но Драгомир был настороже. Они пришли не за весельем. Сквозь гул улиц они наконец вышли к арене. Огромный амфитеатр, высеченный в скале, возвышался над городом, словно древний великан. Его стены были исписаны именами павших — героев и безымянных бойцов, чьи мечи однажды звенели здесь. На главных воротах стояли статуи богов: Перун держал свой топор, Велес склонялся в хитрой улыбке. Над входом висел гигантский рог, который провозглашал начало битвы. Здесь вершилась судьба.

Глава 2. В путь

Последняя ночь в Лесу Друидов была тихой, но наполненной скрытыми голосами. Деревья шелестели над головой, словно прощаясь, ветер нёс запахи древних трав, ночные тени скользили среди кустов, наблюдая за теми, кто покидал их владения. Ярополк стоял у порога избушки, смотрел на лес, в котором провёл всю свою жизнь. Его ноги знали каждую тропу, каждая ветка казалась знакомой, но теперь он уходил в мир, о котором знал лишь из рассказов наставника, и из свитков которыми был наполнен дом. Род подошёл сзади и положил руку ему на плечо.

— Прощание тяжело, но путь зовёт.

Ярополк провёл ладонью по коре старого дуба, склонившегося над домом.

— Я вернусь.

Род только улыбнулся.

— Тот, кто уходит в путь, никогда не возвращается прежним. Но ты найдёшь дорогу обратно, если будет на то воля мира.

Они двинулись в путь, скрываясь в утреннем тумане.

***

Через два дня пути впереди показалась тёмная гладь озера, покрытая тонкой дымкой. Вода была неподвижна, словно застывшее зеркало. Лес внезапно стих, не слышно было ни птиц, ни зверей.

— Они знают, что мы пришли, — тихо сказал Род.

Ярополк шагнул ближе, и тогда он увидел их — русалки. Они появлялись из воды бесшумно, глаза мерцали в лунном свете, волосы стелились по поверхности озера. Тела их были наполовину человеческими, наполовину рыбьими, но во взгляде сквозило нечто иное — что-то древнее, опасное. Одна из русалок выступила вперёд.

— Вы не пройдёте, — голос её был сладок, как мёд, но в нём слышался холод.

Род сделал шаг.

— Мы не останемся. Нам нужен проход.

— Тогда заплатите.

Ярополк почувствовал, как что-то тянет его вперёд, к воде. Слова русалки завораживали, в груди нарастала тревога. Род поднял руку и прошептал древние слова. Земля задрожала, и с корней ближайших деревьев поднялись длинные лозы, устилая путь по воде.

— Вы получите плату в другой раз, — сказал он, ведя Ярополка по мосту из живых ветвей.

Русалки не отрывали от них взгляд, но не остановили.

***

Как только они пересекли озеро, лес сгустился. Ветви переплетались выше, солнце почти не проникало сквозь листву. Здесь царил иной порядок, неведомый смертным. И тут раздался смех.

— Старый друг! — громоподобный голос пронёсся по лесу.

Из тени вышел высокий, покрытый мхом и корой силуэт. Его глаза сияли зелёным светом, а длинная борода свисала до пояса.

— Род! Неужто привёл ко мне того самого?

Род улыбнулся.

— Время пришло, старый друг. Я привёл его.

Леший подошёл ближе, рассматривая Ярополка.

— Ну-ка, ну-ка… Зеленоглазый, как и предсказано… Ты, значит, идёшь собирать артефакты?