Случайная истинная Дракона, или Счастья много не бывает!

Глава 5

— Посмотри, сколько тут народу сегодня. Ты думаешь, какой-то рейс отменили? Так нет! Просто два дракона сегодня напились Мэля и кутят на улице Красных Фонарей. Мэль сносит драконам крышу.

— Да, я это слышал, он как этот, — парень застопорился, подбирая нужное слово, найдя, прошептал: — Как возбудитель действует, но на всех по-разному.

— Все верно! От рецепта зависит и ингредиентов. Но есть такой рецепт Мэля, который открывает сердце дракона, и тогда дракон находит свою вторую половинку. Да и не только дракон. Но вот на них точно так действует.

— Байки все это! — снова отмахнулся парнишка-полукровка, слова гнома задели его за живое, и он уже не шептал, а говорил в полный голос. — Мне бабка рассказывала, что папаша так мамку мою и нашел. Да вот чет не получился из меня дракон, как видишь. Так что все это враки. Заделал он ей ребеночка и смотался в свой мир. Хорошо хоть бабка совестливая у меня, узнала о бастарде и приютила.

— А это все потому, что Мэль может иметь лишь временный эффект, если выпить его чуть-чуть или если его неправильно сварили, не соблюли пропорции или вообще заведомо изменили один из ингредиентов. Тогда он не открывает сердце, а лишь дурманит разум дракона. Это простое приворотное зелье с коротким сроком действия.

— Ты хочешь сказать, моя мама приворожила отца? — взорвался парнишка.

— Нет! Я лишь хочу сказать, что будь аккуратней с Мэлем, вдруг гены дракона сработают, и ты проснешься с хвостом и крыльями, — осадил гном парнишку, — или того хуже: уже с истинной, которая тебе на фиг не нужна!

Да, гном по имени Ласт слыл убежденным холостяком, так как баб люто ненавидел, причем всех, за редким исключением. Но я в число этих исключений не входила, поэтому и мне досталось.

— Эй, хозяйка, а ты чего уши развесила? Где наш эль?! — стукнул пустой кружкой по столу гном. — Ты, малышка Кэт, надеюсь, не решишь приворожить дракона? От них одни проблемы. Если решишь надеть брачный браслет, то имей меня в виду! Будешь гномьей женой!

Последние слова о брачном браслете гном специально сказал громко и заржал как сивый мерин.

О, что тут началось!

Таверна загудела, мужики разных возрастов, рас и видов начали предлагать мне себя. Сколько предложений я услышала в свой адрес, и приличных, и не очень — не сосчитать!

Вернувшись за стойку, дала указание мальчишке-разносчику отнести напитки за стол гнома.

Шутки и предложения руки и сердца, а еще и других органов и частей тела продолжались еще какое-то время. Пришлось применить уже не один раз испробованный метод.

Привычно я перевела все в шутку и пригрозила самым настойчивым кавалерам, что им придется иметь дело с моим опекуном Элеммакилом. Имя в переводе с эльфийского означало «Звездный меч». Вот тут шутки закончились, потому что блондинистый эльф и правда хорошо владел оружием и полгода назад реально лишил правой руки одного из слишком наглых посетителей. Чуть ли не в первый день моего появления в теле Кэт какой-то полукровка-оборотень решил эту самую руку мне предложить, а получив отказ, попробовал настоять на своем. За что и лишился конечности. И по закону Элеммакил был прав, дело даже не передавали в службу безопасности Врат Яаннелесва. Защищая мою честь, опекун-эльф мог убить любого, и ему за это ничего не будет.

Так что после упоминания имени эльфа в таверне стало тихо, а потом народ начал потихоньку расходиться. Через час осталась лишь ночная служка, повариха-официантка и уборщица в одном лице, которая по большей части спала всю ночь в пустом зале таверны, за что я ей исправно платила.

Обычно посетителей ночью не бывало, и главный повар-орк и его жена-помощница полукровка-гномиха, а также пара мальчишек-разносчиков приходили на работу утром. Но так как заведение мое «Таверна малышки Кэт» было круглосуточным, приходилось держать марку. Такой режим работы сохранялся у таверны несколько веков, и я не стала его менять. Таверна была прикрытием моего не совсем легального бизнеса, поэтому я ничего не меняла в ней, чтобы не привлекать внимания.

Уставшая, я поднялась на второй этаж, где прямо над таверной располагалась моя, так сказать, квартира со спальней, ванной комнатой, кухней и гостиной. Уже полгода эти комнаты и были моим домом.

Засыпая в своей кровати, я размышляла:

Если план Шшилки не сработал, то что мы имеем? Если ее яд не стирает память, то…

В моем Мэле все ингредиенты натуральные, и доза выверена четко.

Но Дарстэн сделал лишь пару глотков, если сделал вообще.

Агистар еще в доме Железного дракона дал отпить рыженькой из своей бутылки. Значит, и его сердце не откроется полностью.

Одна надежда, что и Файмэнд не будет жадным и поделится с кем-нибудь.

Тогда Мэль либо подействует как афродизиак, либо приворот будет иметь временный эффект.

Надеюсь, что все же первый вариант сработает. И я никого из них не увижу в ближайшем будущем.

С этой мыслью уснула. Мне снился Железный дракон и …

Сон оборвался на самом интересном месте.

Проснувшись, сначала не поняла, что происходит. Стоял шум и грохот. Крыша моего дома ходила ходуном. Валил дым, за окнами были видны огненные всполохи, и при этом было жутко холодно. Думая, что начался пожар или что-то еще, я выскочила из спальни в одной ночнушке, чуть ли не кубарем скатилась по лестнице и, выбежав во двор, застыла, задрав голову и устремив взгляд вверх.

Оказалось, что это магические существа в количестве двух штук устроили бой на крыше моего дома. Протерев глаза, убедилась, что мне не померещилось и на моей крыше действительно сейчас сидело два дракона. Один из них был красного цвета, и из его пасти вырывались искры и пламя, а второй бело-серебристый, и он поражал противника ледяными стрелами. При этом два магических ящера практически не наносили вред друг другу, а вот крыша моего дома вот-вот готова была рухнуть под их весом.

Разозлившись, я крикнула, привлекая их внимание:

— Совсем очумели, гады чешуйчатые?! Чего вы тут забыли?

— Свататься прилетели! — услышала я за спиной до жути знакомый голос.

Дарстэн стоял прямо за моей спиной и, когда я попыталась увеличить расстояние между нами, его руки легли на мою талию. Причем обе руки, как будто у меня был шанс избавиться хотя бы от одной.

— Куда-то спешишь, малышка Кэт? — тихо спросил он.

Спросонья я забыла не только накинуть халат, но и обуться. Стоя босиком, я едва доставала макушкой ему до плеча. Будучи не только пухленькой, но еще и невысокого роста, я специально заказывала себе обувь на высоких каблуках, чтобы визуально вытянуть фигуру. Но сейчас дракону пришлось наклониться, чтобы прошептать мне на ушко.

— Что будешь делать с тремя женихами?

— Почему с тремя? Их же двое! — прошептала я и показала рукой в сторону тех двоих, что все еще выясняли отношения между собой на крыше моего дома.

Железный дракон молчал. Но руки его все так же крепко обнимали меня, и, кажется, он притянул меня к себе еще ближе, я ощущала его горячее дыхание на виске, а спиной упиралась ему в грудь.

Чуть отстранившись, насколько это было возможно, повернула голову и посмотрела на него. Вот только его взгляд снова был устремлен туда, где кружево ночной сорочки едва прикрывали мои прелести.

— Глаза у меня тоже большие и красивые! — поставила я в известность этого гада и заставила посмотреть на меня.

Забыв страх, нагло подняла рукой его подбородок и повторила, глядя в серебристые с вертикальными зрачками глаза дракона:

— Большие и красивые!

Этот гад хищно скалится, и я, вспомнив, кто передо мной, убрала руку, он довольно ухмыльнулся и снова опустил голову. Недолго помолчал и повторил мои слова, соглашаясь:

— Да, большие и красивые!

А вот это уже можно было расценить как оскорбление, моя рука взметнулась. Конечно же, я хотела залепить ему пощечину. Но дракон поймал мою ладонь до того, как она достигла цели. Он встретился со мной взглядом, и я увидела, как его глаза чернеют.

А потом он спросил:

— Мы же не встречались еще Катар-р-рэна Эльгаус Дранфорт, так почему я их помню, а твои глаза нет?

— Катарэна, что происходит?

Вопрос, заданный опекуном-эльфом, спас меня от необходимости отвечать, так как следом Элеммакил уже обратился к дракону:

— Господин начальник безопасности аэропорта Дарстэн, отпустите мою подопечную. Я уже здесь и сам могу о ней позаботиться.

Кинув недовольный взгляд на крышу, эльф добавил:

— Я так понимаю, Дарстэн, вы тут, чтобы вразумить господ Файмэнда и Агистара. Это же ваши друзья сейчас громят дом Катарэны. Имейте в виду, мы подадим жалобу в городской совет на возмещение ущерба, и вашим друзьям придется оплатить ремонт крыши.

Дракон отпустил мою руку, но вторую убрать с моей талии не спешил. И в голосе его не было торопливости, когда он отвечал на высказанную эльфом претензию.

— Городской совет с удовольствием выслушает вашу жалобу, а после этого направит запрос в Драгком[1].

Прикусив язык, я не вмешивалась в разговор двух взрослых. Оба: и блондин, и дракон — были намного выше меня. Приходилось задирать голову, чтобы видеть их лица.

— Ну зачем отправлять запрос в высший суд драконов из-за сломанной крыши старой таверны? — тут же забыв о драконах, повернулся к нам эльф, расплылся в улыбке и протянул мне руку. — Дорогая племянница, Катарэна, ты же давно хотела заняться ремонтом и обновить крышу?

Когда я сделала шаг навстречу к блондину, дракон убрал руку с моей талии. Не знаю, заметил ли он и эльф, но я не смогла сдержать вздох облегчения, почувствовав свободу.

— Да, дядя, давно нужно было заняться ремонтом, — согласилась я, — господин Дарстэн, мы сами тут разберемся и в совет обращаться не будем. Ну подумаешь, крыша, она у меня давно требовала починки.

Но рано я радовалась. Дракон не собирался уходить. Что такое Драгком, до этого дня я не знала, но вполне согласилась с опекуном, что моя крыша не стоит того, чтобы из-за нее судили драконов. Только вопрос, оказывается, был не в крыше, и дракон и эльф об этом прекрасно знали.

Дракон ухмыльнулся и сказал, обратившись к эльфу.

— Думаю, что после того как вашу племянницу сошлют на Аргыз за применение запрещенной магии, ремонт крыши отойдет на второй план. Вы не согласны со мной, господин Элеммакил, сын Главного Королевского магистра магии Трех Стихий династии Древних Королей Йирукрема? Вас как носителя древней королевской крови, думаю, помилуют. И потом, вы же можете поклясться на крови, что не участвовали в этом.

— В чем? За что? Почему? — путалась я в вопросах.

Я уже пряталась за спиной эльфа и реально испугалась, когда дракон упомянул Аргыз. И нет, не потому, что там настолько плохо. А потому что поняла, что меня ждет, как только я окажусь за пределами магического щита Врат Яаннелесва. Раньше тоже думала, что слова Шшилки — это коммерческий ход, способ поднять цену на Мэль путем ввода ряда ограничений в его производстве и продаже. Но двое драконов на моей крыше — явное доказательство, что Мэль работает. И если истинных нет, то все мои клиенты в итоге будут пытаться сделать меня своей истинной. В голове я пыталась посчитать, сколько Мэля я успела сварить и продать за полгода пребывания в этом мире. Число получилось трехзначным, потом из этого числа я взяла средний процент вероятности того, что истинной по какой-то причине нет. Итоговое число претендентов на меня, точнее, на мою руку и сердце, а в придачу тело со всеми органами и конечностями не радовало!

В моей голове путались мысли:

На Аргызе нет купола!

Гном вчера сказал, что эффект может быть временным!

Надо срочно его найти и узнать все.

Если это просто приворот, то как долго он будет действовать?

Только дракон не собирался давать мне время. Он пришел сюда не для того, чтобы «вразумлять драконов», как предположил Элеммакил. Нет, Дарстэн пришел сюда за другим.

— Использование запрещенной магии и изготовление Мэля для приворота благородных драконов, госпожа Дранфорт, — это преступление. И я имею право арестовать вас. И даже больше: имею право самолично решить твою судьбу, малышка Кэт. — Глаза дракона сверкнули хищным блеском, потом почернели, а шея начала покрываться черными чешуйками.

Тут-то и зашкалил мой внутренний датчик опасности.

— Арестовать? Меня?! Самолично! — выдохнула я.

И спасение пришло, в моей голове раздался голос Шшилки.

— Шейшаш-ш будет больно, ш-ш-ш. Но ты выш-шивешь. Не бойш-ша!

— Ай! — закричала я от пронизывающей все тело боли. Она начиналась в ноге и с бешеной скоростью и силой расходилось по всему телу.

Сознание начало путаться, я переставала чувствовать свое тело. Была лишь боль, жуткая, всепоглощающая боль! Змеиный яд быстро распространялся по венам, я банально начала падать. Но ничего не могла с этим поделать. Ноги и руки не слушались, голова кружилась, мозг разрывала дикая боль. И накатившая в этот момент смертельная усталость показалась наградой. Боль начала переходить в новую стадию, я ее уже не ощущала так остро. Мое тело мне не принадлежало, лишь мозг частично работал.

Последнее, что помню, это как меня кто-то подхватил на руки, не дав упасть на камни мостовой, и этот кто-то понес меня куда-то. Что-то подсказывало мне, что это был не эльф. В отличие от эльфа мой спаситель был горячим и … не помню, что еще.

Но зато помню, как два дракона слетели с крыши и превратились в людей. Вот уж не могу сказать, мне это померещилось или два чешуйчатых гада при обращении не спешили одеться. Картинка «Чип и Дейл спешат на помощь» навсегда отпечаталась в голове. Только в моем случае она была не мультяшная, а в стиле ню. Потому что моими спасателями были два полностью обнаженных мужика, один с красными волосами, а второй с посеребренными. И волосы в этом случае ничего не прикрывали, лишь дополняли картину, красиво развеваясь на ветру.

Мозг еще частично работал, и меня посетила мысль:

Господи, а от них кто меня спасть будет?

Шшилка! Спашай! Трашнут и скажут, так и было!

В ответ я услышала:

А ш-што, краш-шивые, я бы шоглаш-шилашь! Глупая ты, Кэт. Шаштья много не бывает!

Уж не знаю, змеиный яд тому виной или чьи-то горячие руки, что бережно несли меня, но я решила поспорить с Шилкой:

Нет уж, лучше один Дар! Мне и его хватит…

На этой дурной мысли мое сознание отключилось.

Электричество вырубили — свет погас!

Катюха ушла в небытие с мыслями о Железном драконе…

_ _ _ _ _ _ _

[1] ДРАГКОМ — комитет драконов, то же, что высший суд.

Глава 6

Часом позже я, уже прилично одетая, сидела в своей гостиной, мы типа завтракали в почти семейном кругу.

Ситуация была патовая.

За столом в моем доме в это утро собралось слишком много народу, точнее, мужчин. Уровень тестостерона зашкаливал! При этом трое из присутствующих были драконами, а четвертый — белобрысый красавчик-эльф. И он единственный не имел на меня никаких двусмысленных притязаний, так как присутствовал как родственник.

Родственник — это, конечно, спорное утверждение, но в данном случае не приходилось выбирать, где искать защиту. И Элеммакил вполне справлялся с обязанностями опекуна, а иначе даже думать не хочу, как бы они меня делили.

Говоря «они», я думала о тех двоих из трех драконов, которые просто поедали меня глазами.

Третий же гад присутствовал здесь просто для того, чтобы посмотреть на представление под название «Катарэне Эльгаус Дранфорт и два свихнувшихся на ней дракона». Хотя нет, он решил остаться на завтрак, чтобы доказать, что эти двое драконов стали жертвой магии. Запрещенной магии и Мэля!

Но только я не собиралась в угоду его желаниям из этого дома отправляться прямым рейсом на Аргыз. Укус Шшилки внес корректировки в планы господина Дарстэна. Как передал мне ушастый блондин, драконы чуть не подрались с Железным, когда он сказал им, что я не их истинная и это просто действие Мэля.

Оба: и Файмэнд — Огненный дракон с Красных Гор Фредмуда, и Агистар — наследник рода Льдистых драконов Агисклауда — считали обвинения Железного дракона вздором (о том, кем являются мои женихи-драконы, мне поведал ушастый).

То, что они не простые драконы, да к тому же еще и друзья Дарстэна и прибыли по его личному приглашению на Врата Яаннелесва, и спасло меня от немедленной депортации на Аргыз. Если бы не их защита, то я бы пришла в сознание после укуса Шшилки не в своей кровати, а уже в кабинете дознавателя.

Но мне свезло, и, открыв глаза, я увидела знакомый потолок. Ппервой мыслью было:

О, драконы все же не снесли мне крышу!

Хотя… Это как посмотреть. Крыша дома уцелела, а вот моя, походу, поехала окончательно, если вспомнить мысли, на которых я отключилась:

Я и Дарстэн — пара?! Нет, полный бред!

Так что в моем положении сломанная крыша моего старого домишки была бы наименьшей проблемой. О чем и поведал мне ушастый блондин, после того как рассказал, как я очутилась в своей кровати и как меня защищали два дракона от третьего. Того самого, который принес меня в спальню и уложил в кровать.

— Катарэна, ты же понимаешь, что двух истинных быть не может, поэтому тебе придется сделать выбор между ними или же… — попытался объяснить мне ситуацию эльф-опекун.

— Или же что? — поторопила я его с ответом. — Что случится, если я не выберу.

В этот момент в моей голове шипела Шшилка:

— Шаведеш-ш шебе гарем иш драконов!

Бабушка-змеюка снова заняла место на моей правой руке, став невидимым браслетом, и эльф не слышал ее комментариев. Мне же ее шутка совсем не понравилась, и я ее проигнорировала.

— Элеммакил, или что? Договаривай уже, — потребовала.

— Или придется тянуть время, пока Мэль не выветрится из их крови и не останется лишь один претендент. Думаю, это лучший вариант.

— Ты думаешь, что все же один из них истинный? — уточнила я.

Элеммакил лишь пожал плечами и пошел на выход.

— Время покажет. Одевайся. Мы ждем тебя за завтраком в гостиной, — сказал ушастый, — а я пока дам указания повару. Я так понимаю, завтракать мы сегодня будем в большой компании.

Эльф думал, что предоставил мне достаточно информации, но бабка-змеюка была другого мнения. Просто она знала больше, чем эльф, поэтому, как только он ушел, не стала молчать. Информация, которой она решила меня убить окончательно, была секретной. И даже за закрытыми дверями она не спешила говорить об этом вслух. В этот раз ее голос в моей голове был слишком громким, чтобы я смогла снова проигнорировать ее слова:

— Иш-штинный точно еш-шть. Пош-шмотри на швою руку! Он уш-ше надел тебе браш-шний браш-шлет. Так ш-што ты ш-шлушайно ш-штала иш-штинной дракона!

Ошарашено я взглянула на правую руку и не поверила своим глазам. Шшилка сначала стала видимой, а потом медленно сползла на покрывало, которым я была укрыта. Но не вид змеи меня ввел в ступор, за полгода я уже поборола свой страх перед ползущими гадами, а вот то, что скрывала змеиная магия от всех, лишило меня дара речи на какое-то время.

На моем запястье был брачный браслет!

Обычный с виду металлический браслет, но я видела уже такие на руках замужних женщин и вдов. Замужние носили его на правой руке, вдовы — на левой. И сейчас я смотрела, как чья-то магия переливалась всеми цветами радуги на золотом металле. Это магическое украшение, доказывало, что я почти в браке с драконом или другим магическим существом.

Попытка стянуть эту штуку с моей руки не увенчалась успехом.

— Шшилка, а может, это тоже временно, ну как и приворот от Мэля? — с надеждой спросила я.

Ответ змеюки меня не обрадовал.

— Вряд ли, но я не ш-шнаю тош-шно. Я шамуш-шем не была и браш-шлетов не нош-шила.

— Ну успокой меня. Скажи, что это точно не Дарстэн, не его браслет? — взмолилась я.

Пусть Железный дракон и был привлекателен внешне и, признаюсь, в его присутствии у меня кружилась голова и дышать было трудно, даже если забыть о его вчерашнем поведение, когда он принял меня за девицу легкого поведения, и его наглые взгляды сегодня утром, но я навсегда запомнила его слова обо мне после того, как я уже стала Кэт. Он еще не познакомился с Катарэной, а я уже была осведомлена об отношении Железного дракона к женщинам вообще и к толстушкам в частности.

Да, все еще началось, когда я была Катериной. Одурманенный замахом, а потом и вкусом сока манго, так нагло слизанного с моих пальцев в кабинете личного досмотра аэропорта, Железный дракон сначала набросился на меня как одержимый. Да, у нас почти все случилось прямо там, у одной из стеночек в маленькой квадратной комнатке. А потом он же чуть меня не сжег, обернувшись драконом.

Бр-р, жуткое зрелище!

И я бы списала его поведение в тот день на дурман от манго, но его слова при виде меня в теле Кэт: «Толстушки не в моем вкусе, с ними скучно даже в постели. Так, на один раз для разнообразия пойдет!» — это уже было не действие манго.

Пусть в тот день Катарэну, прибывшую в аэропорт, чтобы встретить делегацию эльфов, так и не представили начальнику безопасности, но Шшилка передала мне его слова. У бабушки-змеюки, когда не нужно, был очень хороший слух.

Но тогда это помогло мне успокоиться и принять действительность.

А также стало уроком на будущее:

— во-первых, драконы и манго — вещи несовместимые;

— во-вторых, я поняла, что на дух не переношу драконов вообще, а Железных в частности.

Хорошо, что в моей таверне среди посетителей почти не было драконов. Ну а Мэль я варила для тех, кого находил ушастый за пределами Врат Яаннелесва, он же с ними и общался. За что получал свои пятьдесят процентов.

А сегодня на мне браслет, и, возможно, его хозяин — этот самый Железный дракон!

И все это из-за жадности эльфа! Три бутылки Мэля могут стать моим приговором.

— Шшилка, ты можешь определить чей это браслет?

— Не мошу! Но и Дарштэн теперь тош-ше неровно дыш-шит к малыш-шке Кэт, а инаше бы уш-ше ареш-штовал! Но, мошет, это вообше неишвеш-штный!