Слышать НЕ хочу. Участвовать НЕ собираюсь!

Глава 2

А раз назад дороги нет, то…

Один выход – идти вперёд!

Да вот только, что ждало меня впереди? Пока я не очень представляла.

Поэтому решила плыть по течению.

Как сказала богиня, сначала нужно дождаться, чтобы мои «родственники» пришли меня проведать и узнали, что свершилось чудо и я выздоровела.

Решила, что не хочу встречать родственников в сорочке, и оделась полностью.

Выбрала из всех вещей самое простое – блузу-рубаху светло-серого цвета и длинную темно-синюю юбку, к которой прилагалась нижняя, белая, из более мягкой ткани. Там же, в сундуке, был жилет, шедший в комплекте с юбкой, но в комнате было уже достаточно тепло, поэтому я его достала и просто положила сверху на сундук.

Должна сказать, в сон меня более не тянуло, наоборот, проснулся мой желудок, напоминая, что его давно не кормили. Пришлось заставить его замолчать. В комнате, помимо кровати и сундука, был стол, на котором был кувшин с водой. Но вода в нём оказалась невкусная, видать, её принесли несколько дней назад. Поэтому даже напиться я не смогла.

Наказ богини – не выходить из комнаты и тут ждать – я помнила и собиралась просто сидеть и ждать.

Вопросов в голове была тысяча, надеялась получить ответы хоть на некоторые в той самой книге, что так и осталась у меня. Богиня то ли решила мне её оставить, то ли просто забыла забрать, потому что я спрятала её за спину, когда богиня меня «раздевала».

К моему счастью, книга была написана на понятном мне языке, читать я могла и смысл понимала, с названиями и именами были сложности, поэтому я по большей части их пропускала.

Пришедшая проведать меня под утро родственница по мужу так и застала меня на полу у камина, уснувшей с книгой. Сон меня сморил, так и уснула сидя, а потом свернулась калачиком. По какой-то причине стульев в комнате не было, из мебели только кровать и стол.

Не могу сказать, обрадовалась ли пожилая женщина моему выздоровлению или расстроилась, в её мыслях было очень сложно разобраться, она почему-то меня жалела. Поняла одно: заочно родственники мужа меня уже похоронили.

Извиняться за то, что я жива, не стала, а пошла «знакомиться» с моими новыми родственниками, стараясь не слышать их мысли.

Вот так и началась моя новая жизнь.

Время, проведённое в семье покойного мужа, потом вспоминала как не самое плохое, но имеющее горький и противный привкус, как у лекарства, которое не хочется принимать, а приходится, если хочешь выздороветь. Тогда очень боялась лишнее слово сказать, глаза поднять и вообще вела себя непривычно тихо.

Адаптировалась с трудом к новому своему положению.

Понимала речь, говорила и читала так, будто на родном языке. Правда, не знала: это так мой дар работает или же тут тоже все говорят по-русски?

И думают тоже на родном мне языке?!

Провалы в памяти объяснили горячкой, в которой «я» пролежала несколько дней, так что много вопросов новые родственники мне не задавали. То, чего я боялась больше всего, что все скажут или подумают, что прежняя Алла отличалась от меня внешне, не случилось. Хоть мы и были похожи, но всё же не близняшки, но как оказалось, никто из семьи мужа «меня прежнюю» толком не видел. Мы только-только переехали в эти края, в дороге муж заболел, а по приезду умер, а «я» слегла с той же хворью. Проведывала меня лишь та самая полуслепая старушка, дальняя родственница мужа. Наш новый дом мы даже не успели обжить, окна так и остались заколоченными.

Все родственники были очень удивлены моему выздоровлению. Дом, в котором мы должны были жить с мужем, уже отписали одному из его младших братьев, собиравшемуся жениться в этом году по осени. Вслух мне это не сказали, но чуть ли не кричали мысленно.

– Нечего дом занимать!

– Там мастерская на первом этаже.

– Вдове такой дом не нужен!

Теперь я должна была либо вернуться к родителям, либо остаться в семье покойного мужа как бездетная вдова.

Могу сказать вам, участь не самая лучшая.

Спасало меня только то, что меня в семье покойного мужа не очень жаловали, хоть и бесплатная сила была нелишней. Да вот только болела я сильно, и свёкор решил, что вряд ли от меня будет много проку, да и как-то не верил он в моё полное выздоровление. А поэтому меня с легкой душой и небольшим багажом отправили в родительский дом.

Отсутствие знаний об элементарных вещах и устройстве этого мира, а ещё и всех имён, компенсировалось тем, что я слышала мысли всех, с кем общалась.

Именно прочитав мысли свёкра, да и старшего брата моего покойного мужа, я делала вид, что не совсем выздоровела, и сделала всё возможное, чтобы они ускорили мой отъезд в отчий дом. До отъезда я так и жила в комнате над мастерской, можно сказать, что туда я приходила только спать, а так весь день на ногах. И так как тяжелую работу я не могла выполнять по состоянию здоровья, а что-то, требующее навыков, тоже мне не подходило ввиду моих «провалов» в памяти, мне всё равно находили, чем заняться. Сначала детей понянчить поставили, но стоило кашлянуть один раз, отправили в прачечную, но и там я не задержалась (вы знаете, что стирка – это сложный технологический процесс, тут, увы, стиральных машин нет). Потом, оказавшись на кухне, я пришлась ко двору, в плане того, что готовить я всё-таки умею, маме спасибо. Но и оттуда меня вскоре выжила жена старшего сына, ей конкурентки на кухне не нужны были.

– Нечего ей на кухне целыми днями прохлаждаться, и так вон не худенькая, даже болезнь её не взяла!

Да, то, что я, переболев тяжёлой болезнью, не похудела, всех очень удивляло, но напрямую вопросов не задавали, а я сама помалкивала. Благо вся одежда прежней Аллы мне подошла, даже обувь. Поэтому я считала дни до отъезда и была тише воды и ниже травы.

Не прошло и двух недель, как я тряслась в дилижансе, или карете (я не знала разницу между двумя этими транспортными средствами), увозящем меня подальше от уже жутко ненавистного мне дома.

Дорога предстояла долгая. С двумя пересадками. Путь мой лежал с юга на север, через столицу страны и всего континента.

Но меня это не пугало.

Уехав из дома свёкра, я смогла свободно вздохнуть, впервые с того момента, как оказалась в этом мире.

Мир Яаннелесве – этот мир действительно был интересным, неповторимым.

Остаться в семье покойного мужа было равнозначно, что похоронить себя заживо.

С этим я была не согласна!

Теперь я собиралась жить, смотреть вперед, а не себе под ноги, как приходилось это делать в доме, живущем по правилу «слово мужчины – закон, а женщина должна молчать», «тем более такая никчемная». Не забудьте, я ведь слышала их мысли.  Благо хватило благоразумия сдерживать себя, молчать и думать о том, как буду жить дальше.

Я знала, что такая жизнь не единственно возможная в этом мире, поэтому и стремилась уехать.

Книги – это знание, а знание – это сила!

Согласна полностью!

Читая книгу о Ялмазе и Яаннелесве, я узнала очень много интересного и познавательного.

Самым поразительным фактом, о котором я прочитала, но ещё не видела воочию, было наличие в этом мире магии.

 Да, магии, самой настоящей!

Но снова я забегаю вперёд.

О магии был отдельный раздел в книге, и он был в самом конце.

Первыми шли история и религия (я бы сказала, мифология), география, государственный строй (здесь всё просто – монархия, и, к слову скажу, абсолютная), флора и фауна, а уже после этого раздел о магии.

В книге было много иллюстраций, причём цветных.

Неудивительно, что первым делом я прочитала именно последний раздел.

И сделала я это ещё в первую ночь, пока ждала, там, у камина, в маленькой комнатке над мастерской. Потом читать было некогда, да и опасалась я доставать и показывать всем книгу. Стоило только один раз услышать мысли той самой старушки, пришедшей за мной в первое утро.

– Книга?! Дорогая, если кто узнает о ней, заберут, и слова ты им не скажешь.

Слово мужчины в этом доме – закон для женщины!

Поэтому книгу хранила и открыла второй раз, лишь оказавшись одна в дилижансе (о том, как называется это транспортное средство, узнала из мыслей кучера).

Итак, освежим память.

Магия делилась на несколько видов:

1 – бытовая (самая распространённая и доступная даже не магам, главное, чтобы деньги были);

2 – лекарская, или проще медицина (тот же метод работы: если деньги есть, то тебя вылечат почти от всего, увы, на лечение моего мужа свёкор не счёл нужным тратить большие деньги);

3 – боевая, или, как её ещё называют, стихийная (доступна в использовании только магам, и все маги, обладающие ею, должны состоять на госслужбе, в независимости от титула, пола и социального положения).

Соответственно, исходя из вида стихии, была и магия: вода, огонь, ветер и редкая магия – земли. Некоторые маги могли рождаться с силой двух, очень редко трех стихий. Информацию о возможности рождения мага с силой всех четырёх стихий в книге я так и не прочитала, она отсутствовала.

Всех магов, и особенно стихийников, выявляют ещё при рождении. Как – в книге не прописывалось, но то, что велся строгий учёт всех магов, это я поняла.

Стихийники обязаны были пройти обучение в Высшей школе магов (это как у нас академии или университеты, в столице обоих континентов были такие школы). После обучения маги должны были поступить на государственную службу. Конечно, не пожизненно, после нескольких лет службы можно уйти в отставку и заниматься своими делами, но это как военная обязанность, в любой момент могут призвать на службу короне.

Бытовики и лекари не обязаны учиться, хотя и для них есть соответствующие факультеты в этой самой Высшей школе магов. Но так как это необязательно, они могут и по большей части, так и делают: осваивают лишь общие навыки выбранной профессии и одну специализацию. Даже являясь специалистом лишь в одной сфере, бытовики и лекари могли обеспечить себе очень небедную жизнь. Если так можно сказать, они были ремесленниками магии.

Лекари могли лечить, не используя дополнительных средств, но в этом случае маг сильно истощал свой магический резерв, поэтому все предпочитали неконтактное лечение, а, так сказать, «медикаментозное» – варили отвары, использовали сборы, микстуры и прочее. Очень сильные заклинания могли также помещать в предметы и использовать их многократно. Этому и обучали в Высшей школе.

Пользоваться сильной лекарской магией могут себе позволить, как и бытовой, только очень богатые люди.

В доме свёкра я не увидела использование бытовой магии. Хотя и слышала мысли некоторых живущих в доме, что скряга свёкор собирает кристаллы, но не разрешает их использовать.

Да, кристаллы!

Именно через них могут использовать бытовую магию те, кто родился не магом. Кристаллы отличались размерами, формами и цветами, от этого зависели функциональность, сила и время использования магии.

Если бытовики и лекари были ремесленниками магии, то стихийники же считались элитой магов, потому что, помимо своих стихий, владели и в полном объеме бытовой, и в разной степени лекарской магией.

Магией стихий управляли силой мысли, разумом. Она жила в магах, рождалась и росла вместе с ними. Если бытовая и лекарская считались неопасными, то стихийная могла со временем перерасти своего носителя, и тогда маг погибал. Именно поэтому и требовалось обучение стихийников.

С магическим даром мог родиться любой, вне зависимости от пола, социального статуса. Да, были великие Магические Дома, в роду которых магия передавалась из поколения в поколение, но порой и у простолюдинов мог родиться ребенок с тройной стихийной магией. Родиться с магическим даром считалось божественным даром. Ребенок, рожденный магом, неважно, с магией одной из стихий, или сильный лекарь, или бытовик – он с рождения был отмечен счастливой рукой магии. И пусть в детях магия спала, была номинальной, но уже к подростковому возрасту в некоторых она была сильной, вот тогда и отправляли таких детей учиться. Об этом говорилось в книге вскользь, да и не сильно я этим интересовалась, так как у меня магии не было, да и учиться мне поздно, так что посещение здешних высших магических образовательных учреждений мне не светило.

Маги были немногочисленны, их, по данным автора книги, насчитывается не более 5% от всего населения Ялмеза. Было также указано, что эта цифра колеблется, но за последнюю 1000 лет ни разу не превышала 10%.

 Раньше магов было больше, чуть ли не каждый второй имел магические способности. И было это тогда, когда на Ялмезе был один большой континент. Потом, по воле богов, континент разделился на две почти равные части, и на одном почитают новых богов, а на втором старых. (Эту информацию я прочитала в ссылке к разделу «История»).

Сам раздел «История» я открыла чуть ли не в последнюю очередь.

Автор книги использовал сокращения и называл континенты во всех главах, кроме первой, по первым буквам их названий, соответственно ЗС и МИ.

Ознакомившись с главами про магию и магов, пролистала историю и перешла к флоре и фауне, там картинок было много.

Узнала, что по большей части наличие магии никак не повлияло на животный и растительный мир, за некоторыми исключениями. Это меня порадовало ещё в первые дни пребывания на Ялмезе. Курица – это курица, а лошадь – это лошадь, яблоко – это яблоко, а молоко – та же противная белая жидкость, которую я и на Земле не любила. Здесь так же сеяли пшеницу, то есть не только её, а вообще занимались сельским хозяйством, животноводством, охотились на диких животных, ловили рыбу, в общем, всё, как и на Земле. На юге были более теплые регионы, на севере более холодные.

Но Яаннелесв – это магический мир, поэтому был отдельный раздел с краткими описаниями магических растений. Названия такие, что просто язык сломаешь, поэтому его я читала по диагонали, больше времени уделив рассматриванию ярких картинок. Тут автор ссылался на множество трудов и книг по травоведению, названия которых меня не сильно заинтересовали.

А вот про магических животных я зачиталась, их было не так много, и, по мнению автора книги, они были предками магов стихий Яаннелесва.

Каждый согласно своей стихии:

Красный дракон – магия огня.

Белый дракон – магия воздуха.

Синий дракон – магия воды.

Черный дракон – магия земли.

И последний, Золотой – магия всех стихий!

До того, как боги поссорились, драконов было много, и они могли принимать образы людей и продолжать свой род. Но после разделения континента на две части что-то изменилось, и драконы не смогли более сменить личину, те, кто остался в телах драконов, не смогли продолжить род и со временем исчезли, а вот те, кто остался в человеческом облике, у тех рождались дети с магическим даром. Но со временем и количество магов всё уменьшалось и уменьшалось.

По высказанной автором книги мысли:

– магия всех стихий не встречается сейчас сразу в одном маге по той причине, что она передавалась по материнской линии Золотых драконов, а их потомков не осталось, так как на момент разделения континента на две части все они были в личине драконов.

Но это только предположение автора, так как получить подтверждение этой теории невозможно.

Могу сказать, что после прочтения этой главы у меня появилось больше вопросов, чем ответов, и вот тогда я и решила узнать, а почему разделился первоначально единый континент.

Открыв главу «История и мифология», я не думала, что увижу уже знакомое мне имя!

И я не говорю про богиню Иеру, о которой уже слышала не один раз, даже в храм её ходила. Нет, в первом же предложении было другое имя…

Свез!

Глава 3

Если по порядку, то…

В книге, во всех прочитанных мною главах, континенты называются ЗС и МИ.

И лишь в первой главе дается расшифровка этих названий. (Именно в той главе, которую я прочитала последней).

Изначально был один континент на Ялмезе и два полюса – южный и северный.

Но боги поссорились, и один континент разделился на два, для сохранения равновесия континенты сдвинулись к полюсам. Теперь они находятся в разных полушариях: один ближе к южному полюсу, второй почти соприкасается с северным.

Жители Ялмеза на разных континентах поклоняются двум разным пантеонам богов.

По верховным богам континенты так и назвались – «Земля Свеза» и «Материк Иеры».

Прочитав это, я дар речи потеряла.

Я и пророчество нашла, то, которое зачитала мне богиня. Но была так взволнована, что толком не прочитала, не вникла в суть слов, даже не попыталась вспомнить, что именно изменила в рифмованном тексте богиня. О чём говорил её братец?

В первую очередь я искала дальше по тексту информацию, точно ли у Свеза есть брат и сестрица. И нашла Атсеву и Хтука, а ещё нашла информацию, что Иера – это мать того самого Свеза и его брата и сестрицы.

И, конечно же, были картинки, изображающие всё семейство.

Атсеву я сразу узнала, это была именно та, что вышла передо мной из пламени, а вот братик Хтук и близко не был похож на блондина из лифта, но, если судить по описанию, это точно был он – прохвост и трус.

Иера была изображена как молодая, красивая, черноволосая дева, плачущая над телом убитого седовласого мужа. Думаю, после этой картинки отпадает вопрос, что стало причиной разлада в божественном семействе и из-за чего божественная мамочка прокляла своего первенца?

Ну и мой якобы «нареченный» был истинным богом! Художник постарался изобразить его сильным и красивым, мужественно-красивым, с мечом в руке и на золотом драконе.

Рассматривая картинку, я даже позавидовала той, чьё место чуть не заняла. Имя этой самой счастливицы я, конечно же, благополучно забыла.

(Вопросом, почему у них такие сложные для меня имена, я задавалась с самого начала, вот звали бы ту, «рождённую для Свеза», например, Наташа или Елена, или пусть Елизавета, я бы запомнила, а там была Ниа… Наэ… Нэ…, не помню! И тут у всех такие имена, ничего удивительного, что найти мою тёзку с простым именем Алла было сложно).

Потом я перечитывала эту книгу ещё несколько раз. Но мне постоянно мешали сосредоточиться. Нормально читать могла только в первый день пути, пока ехала в дилижансе одна. Как только у меня появились попутчики, их мысли начали мешать мне, я старалась их не слышать, но порой это было очень сложно.

Так на третий день пути мы остановились в городке под названием Немерб, и к нам подсел очень «молчаливый» мужчина. На тот момент я уже ехала в компании одного молодого человека и двух женщин – молодой девушки и её гувернантки. Молодой человек как раз покинул нас, и его место занял состоятельный мужчина средних лет.

Здесь немного отвлекусь, чтобы рассказать вам о мире Яаннелесва.

Не то, что в книге прочитала, а то, что видела своими глазами.

Живя в доме свёкра, видела обычный быт ремесленников, людей среднего достатка. Вся семья, точнее мужская половина, занималась выделкой кожи и меха мелких пушных животных. И пусть жили мы ближе к южной части континента, но товар этот пользовался хорошим спросом. Городок был небольшой, стоял как раз на дороге от моря к столице, поэтому покупателей было предостаточно.

Кожаные ботинки, что были у меня, как я узнала от одной из золовок, были сделаны моим мужем, и вот он не поскупился и купил магический кристалл для их обработки, поэтому они всегда были чистыми. Это был его свадебный подарок мне. О том, что два моих платья и темно-синяя юбка с жакетом также были обработаны магией и не пачкались, тоже узнала из мыслей младшей золовки (столько зависти было в её мыслях, что первоначальная жалость к ней переросла в отвращение).

Обработка одежды и обуви магией – это было жутко дорогим удовольствием, из чего могла судить о том, что покойный муж любил меня, а небогатые родители всё-таки обеспечили свою дочь хорошим приданым.

Этот мир, люди, быт, одежда неотступно заставляли проводить параллели с родным миром, но эдак так на пару столетий назад. Из-за того, что здесь была магия, технический прогресс не шёл семимильными шагами, да он и не требовался. Людей устраивала такая жизнь. Они передвигались на лошадях и каретах, плавали по морю на парусных судах. Маги могли в случае необходимости воспользоваться порталами. В больших городах даже была возможность простым людям купить переход через портал. Но простой народ редко пользовался этим способом передвижения. По большей части все пользовались именно конным транспортом, а порталами отправляли почту или небольшие грузы, так было удобнее. Одежду и обувь шили в зависимости от достатка клиента, это могла быть и индивидуальная работа или готовый товар от ремесленников.

Что мне понравилось в этом мире, так это то, что все на Ялмезе говорят на одном языке, но есть разные наречия, например: на юге говорят быстро, а на севере тянут гласные. Это я поняла уже в дороге, и ещё мне понравились здешние таверны и еда в них, за время пути мы останавливались несколько раз в разных местах, и везде была чистенькая таверна со вкусной и, что немаловажно, недорогой едой.